Его сумрак

На улице вовсю бушевала непогода, на тëмном небе то и дело сверкала молния, дождь лил как из ведра. Неистовый ветер грозился снести всë на своëм пути однако тëмный замок стойко сносил все удары ненастья. Хотя надо отметить, что железные ворота всë же поскрипывали от страшного вихря и они, пожалуй, являлись единственной уязвимой точкой поместья Басараб. Стол затрясся, когда Влад резким движением уложил Лео на спину. Ваза, стоявшая на самом краю, упала и вдребезги разбилась. Звук был столь громким, что Нолан вздрогнул от неожиданности. В этот момент он будто очнулся от транса. Влад осыпал его шею страстными поцелуями и Лео пришлось приложить усилия, чтобы отстранить его от себя. — Стой — глухо произнëс он, его руки упëрлись в грудь любовника. — Что такое? — хриплым от страсти голосом спросил Влад, и вновь попытался вовлечь Лео в плен своих поцелуев. Однако тот был твëрд в своих намерениях. — Нет — он с усилием оттолкнул от себя мужчину. Библиотеку заполонил внезапный звук грома. Влад смерил его недоумëнным и в то же время гневным взглядом. — Что ты хочешь этим сказать? — грудь Басараба тяжело вздымалась, лицо было раскрасневшимся от страсти, но голос был твëрд. Он стоял обнажëнным прямо перед Лео. И он был прекрасен. Бледная кожа, широкие плечи и узкий таз… Нолан невольно сглотнул. Ему хотелось вновь ощутить прикосновение изящных ладоней на своëм теле, услышать жаркие признания, взглянуть в затуманенный взгляд чëрных глаз… И Лео сопротивлялся своим желаниям, как только мог. Нужно было поступить разумно. Он слез со стола. — Я подразумеваю именно то, что сказал. Нет. На самом деле я пришëл сюда сказать, что вы ужасный человек — каждое слово давалось ему с трудом — И то, как вы поступили с Лайей…я не могу просто закрыть глаза. Кроме того, вы намеревались меня убить и, я уверен, также намеренно соблазнили меня для своих эгоистичных целей. Да вы просто чëртов психопат. Я не могу быть с вами. На скулах Влада играли желваки, взгляд приобрёл стальной оттенок. — Вот как, значит, мы заговорили… — Убьëте меня? — с вызовом бросил Лео Чëрные глаза грозно сверкнули. — Можете не переживать — его холодный голос хлестнул будто плëткой — Я не стану убивать вас лишь потому что вы мне отказали. Кадык Басараба дëрнулся, он перевëл взгляд на книжные полки, ему было слишком тяжело смотреть на бывшего любовника. Лео сжал челюсть и побрëл к ночной рубашке, лежащей на полу. — Я хотел предложить вам вечность вместе со мной — послышалось позади него — Но я не стану удерживать вас и принуждать быть со мной. Лео сглотнул. Он наспех натянул рубашку. — Прощайте. «je t'ai aimé» — тихо прошептал Басараб вслед Нолану. Внутри него будто оборвалась ниточка. Как только двери библиотеки захлопнулись, непроницаемая маска пала, лицо покраснело, из зелëных глаз покатились слëзы. На языке ощущался горький медный привкус. Лео закрыл рот рукой, чтобы никто не услышал его беззвучных рыданий. Попытки отвлечься ни к чему не приводили и Лео изливал слëзы в подушку. Он вспоминал каждый момент, проведëнный с возлюбленным. От самой первой встречи, когда чëрные глаза засели в его сознании до рокового осознания, что Влад лишь использовал его. Он доверил ему своё сердце, обнажил тело и душу, которую после — так безжалостно растоптали. Но больше всего он ненавидел то, что несмотря на всë, продолжал любить его. Ненавидел себя за то, что поддался слабости в библиотеке и позволил ему себя раздеть. Разум Лео затуманился от этих прикосновений, что дарили ему неимоверное наслаждение. Единственное, что его утешало — это осознание, что он поступил правильно. Нолан не заметил, как за рыданиями погрузился в сон. Влад нарезал круги по своим покоям, агрессивно жестикулируя и бессвязно что-то бормоча. На массивной, мужественной шее вздулись все вены, идеальная укладка растрепалась. Он на миг остановился, массируя пальцами переносицу. Грудь тяжело вздымалась. Он резким движением ударил кулаком по стене. — Проклятье! — прошипел он. Большая комната. Кровать в самом углу и там же шкаф с двумя тумбами — довольно неудобное расположение мебели для комфортного проживания, но идеальное, чтобы пентаграмму на дощатом полу ничто не закрывало. Еë окружали многочисленные свечи алого оттенка. Генри стоял в самом центре. Серые глаза выжидающе сузились, в его руках блеснул длинный ритуальный кинжал. Всë готово. Осталось лишь дождаться пока рыбка клюнет на удочку.