Через года

— Э, парень, помощь нужна? — Незнакомец подошёл в самый разгар драки, когда Стив был уже отвоёван, но уроды ещё хотели реванша. Баки не ожидал помощи, он привык сам выручать Стива, а вот чтобы выручали его… Такого никогда не было. Баки не хотел кивать, но незнакомец сам вступил в бой, и они раскидали пятёрку нападавших с лёгкостью. — Ну вот и всё. — Спасибо, — кивнул запыхавшийся, с разбитым носом и губой Баки. — Но не стоило. — Стоило-стоило, — заверил незнакомец и протянул Баки руку. — Я Брок. — Джеймс, а это мой друг Стив, — представил Стива Баки, чуть приобняв его за плечи. — Ты в порядке? — Спасибо, — Баки видел, как Стив готов залиться краской. — И тебе, Брок, спасибо. — Да ладно, — Брок с улыбкой отмахнулся. Он был постарше Стива и Баки, казался уверенным в себе, спокойным, но дрался очень круто. И почему-то вступился за них. Это Баки было пока непонятно, но и гнать нежданного помощника он пока не спешил. Нужно было выяснить, что это за парень. — Вы чего с ними не поделили-то? — с лёгкой усмешкой спросил Брок. — Ничего, — буркнул Стив. — Ну как знаете, — пожал плечами Брок, видя, как Стив смотрит на него букой. — Бывайте. Больше не вляпывайтесь. — Спасибо, — ответил Баки и чуть усмехнулся. — А вот не вляпываться — это сложнее. — А я люблю хорошую драку, — ухмыльнулся Брок, развернулся и пошёл своей дорогой, не замечая треснувшей рубашки. — Стив, ну ты чего? — спросил Баки. — Да ничего, — буркнул Стив, оглянулся и, не увидя никого, обнял Баки. Тот потрепал его по волосам. — Пошли домой, — предложил Баки. — А мне кажется, этот Брок — отличный парень. — Может быть, — пожал плечами Стив. — Пойдём, только зайдём к мистеру Олли, мне же бумагу надо купить. — Пойдём к мистеру Олли, — послушно согласился Баки, подумав, что хорошо, что они не купили бумагу до драки, иначе этими листами было бы засыпано всё вокруг, а Стив точно не выполнил бы домашнее задание. Сейчас, когда Стив учился рисованию, а Баки работал как проклятый, чтобы у них были деньги на бумагу и карандаши с красками, каждый лист бумаги был на счету. Но Баки старался об этом не думать, какая бы ни была у них не очень богатая жизнь, она была только для них двоих. Да и пытаться отлупить Стива теперь хотело меньше народу. Школьные хулиганы поотстали, тоже выросли, но хулиганья в Бруклине хватало, чтобы доставалось Стиву с его гипертрофированным чувством справедливости. И сегодня Баки понимал, что один бы не справился, и появление этого Брока на их стороне было ну очень кстати. Баки успел пожалеть, что они больше могут с ним не увидеться, но что-то подсказывало, что это была не единственная их встреча. И Баки этой новой встречи ждал. — Ты будешь кофе? — спросил Стив уже дома, аккуратно положив стопочку бумаги в комнате маленькой квартирки. — У нас остался мармелад, который твои сестрички сделали. — Давай, — согласился Баки, — только ливани мне в него виски. — Баки, — укоризненно сказал Стив, обернулся к нему, а Баки только улыбнулся своей невероятной, завораживающей улыбкой. — Ладно, только одну рюмку. — Ты же мой личный доктор, следишь за моим здоровьем, — рассмеялся Баки. — Я люблю тебя, Стиви. Баки поднялся, подошёл к Стиву и обнял его со спины, такого маленького, хрупкого, но всего его. Обхватил руками поперёк худой груди, и Стив откинулся на него, прижимаясь затылком. — Я тоже люблю тебя, Баки, — выдохнул Стив, развернулся в руках Баки и поцеловал, приподнявшись на носочки. — Всегда буду любить, что бы ни случилось. — Да чего с нами случиться может? — Баки тихо рассмеялся. — Всё будет хорошо, Стиви. Ты закончишь свою богадельню и станешь великим художником. А я… отец обещал помочь пристроить меня в автомастерскую к дяде Билли, так что всё у нас будет хорошо. А пока прорвёмся. — Конечно прорвёмся, — улыбнулся Стив, Баки знал, как его расслабляют и умиротворяют простые объятия. — Тем более, отец говорит, что депрессия пошла на спад. Скоро всем будут нужны работники. — Нам повезло, что докеры нужны всем и всегда, — вздохнул Стив. — Иначе я не знаю, как бы мы жили. — Стив, — Баки внимательно посмотрел в пронзительные голубые глаза, — я знаю, что ты волнуешься, но деньги тебя не должны беспокоить. Это моя забота, а ты мой художник, я хочу, чтобы ты творил. — Муза ты моя, — Стив улыбнулся. — Баки, я тоже должен работать, иначе ты можешь остаться голодным. И это ещё самое простое, что с нами может случиться. — Стив. Депрессия уходит, у нас всё будет хорошо, — заверил Баки. — А твоё дело — учиться и стать великим художником. — Очень часто художники бедны, как церковные мыши, — заметил Стив. — Но даже у них есть еда и норка. А для начала самое главное — чтобы было что есть и где спать. — Баки посерьёзнел. — Стив. Это у нас есть. Остальное неважно. — Да, хорошо, что мы есть друг у друга, — вздохнул Стив. — Давай пить кофе. Мне со сгущёнкой, а тебе с виски. — Давай, — согласился Баки. Стива не хотелось выпускать из рук. Он был такой свой, такой домашний и нежный, только его. И Баки уже давно пообещал себе, что у Стива будет всё, что ему может понадобиться, чтобы оставаться таким. А то, что он не мог пройти мимо несправедливости, что ж, в этом был весь Стив, и Баки готов был защищать его от всего мира, лишь бы Стив не менялся. Вечер плавно близился к своему логическому завершению. Баки пил кофе с виски, уже опрокинув в себя пару чашек, но напиваться он не собирался, так, просто немного расслабиться. Утренняя газета лежала на столе вся растрёпанная, сразу было видно, что читал её Баки. Но всегда после Стива, который терпеть не мог собирать газету воедино после того, как Баки потрошил её, выискивая интересное. А вот Стив читал от корки до корки. За кофе они обсудили последние новости, которые с каждым днём радовали всё больше и больше. Великая депрессия заканчивалась, сухих законов не предвиделось, похоже, страна восставала из пепла, хоть и медленно, но верно. Баки очень надеялся, что у Стива всё получится с его художественной школой, что он будет рисовать, и его картины увидит целый мир. А сам он надеялся на работу в автомастерской. Не такой полёт фантазии, но машины Баки очень нравились и чинить их было тоже интересно. — Пойдём спать? — спросил Стив, вымыв обе чашки. — Поздно уже. — Пойдём, — легко согласился Баки. — Только не раскидывай одежду, пожалуйста, — попросил Стив в который раз. И в который раз Баки очень постарался выполнить его просьбу, аккуратно повесив вещи на спинку стула. С каждым разом получалось всё лучше и лучше. Они забрались в свою кровать, сделанную из двух обычных, и Стив прижался спиной к Баки, тот обнял его, чтобы Стив мог положить голову ему на плечо, и закрыл глаза. Он был счастлив. Человек, которого он любил больше жизни, был рядом. Баки вспоминал, как всё между ними вообще случилось, ведь это было сущим сумасшествием, когда он понял, что Стив для него не просто друг, а гораздо, гораздо больше. Что этот парень, не нужный никому, маленький гадкий утёнок, который никогда не станет лебедем, был невероятен. Для Баки Стив был целым миром. Начитанный, аккуратный, справедливый до зубовного скрежета, он был самым лучшим, что случалось в жизни Баки. Баки не понял, как так получилось, что он отказался пойти на танцы с лучшей девчонкой района, сказав, что у него встреча с другом, он обещал. Салли, так её звали, надула свои пухлые губки в обиде, обозвала его такими словами, которых девочки вообще знать не должны, и убежала в слезах. А Баки пошёл к Стиву и провёл с ним целый вечер, потому что он был интереснее Салли. А танцы… Это были не последние танцы в жизни Баки. Когда они в первый раз поцеловались, Баки весь вспыхнул, как сухой валежник. Он, как ни смешно, не помнил обстоятельств, которые привели к поцелую. Помнил только, что они со Стивом уже стали жить вместе, школа закончилась и сидеть на родительской шее Баки больше не мог, хотя родители и предлагали разные варианты. Но отец принял решение Баки пуститься в свободное плавание, сказав только, что как будет возможность, поможет ему найти работу, если Баки не справится. Но Баки справился, нашёл. Да и Стив тоже умудрялся зарабатывать рисованием, так что всё у них было хорошо. И вот вечер, они пьют кофе, кажется, кофе, или Стив пьёт какой-то настой от очередной болячки, а Баки смотрит на него, что-то говорит, хохмит, а сам не может отвести взгляда от губ Стива. Таких манящих, должно быть, сладких на вкус. И вот Баки встал, делая вид, что хочет налить себе ещё кофе, Стив тоже поднялся, зачем только — непонятно, но кофе уже не хотелось, хотелось этих самых губ, и Баки, словно заворожённый, склонился и поцеловал Стива. Глаза Стива тогда округлились, стали похожи на два озера тьмы, так расшились его зрачки, Баки уже был готов к тому, что его оттолкнут, но нет, Стив стоял, замерев, словно чего-то ждал, и Баки лизнул его губы. Стив подался к нему весь, прижался всем своим худым телом, и Баки обнял. Они целовались целую минуту, неумело, но жадно. Баки сам отпустил Стива, но смотрел пытливо, пытаясь понять, что это за наваждение нашло на Стива. — Я люблю тебя, Баки, — выдохнул Стив тогда. — Я тоже тебя люблю, — тихо сказал Баки и снова поцеловал Стива. — Очень люблю. В тот вечер они легли в одну кровать, позволяя себе только целовать и обнимать друг друга. О большем они пока не думали, да и не знал Баки, как оно, это большее, должно быть. Да и спросить было не у кого, ведь подобная любовь была под запретом. И хорошо, если тебя просто арестуют, а ведь могут упечь в психушку и там “лечить” электрошоком. Баки слышал о таком. Но ему было плевать на себя, он боялся за Стива и чётко решил, что только дома они могут быть вместе вот так, откровенно, друг для друга. А в остальное время они просто очень близкие друзья. С того памятного дня прошло уже несколько месяцев, и им обоим было хорошо друг с другом, хорошо как никогда раньше. Утром Баки проснулся один, Стив уже готовил ему завтрак, а Баки оставалось только привести себя в порядок, поесть и спешить на работу. В дверь постучали. Баки очень удивился и пошёл открывать, пока Стив накрывал на стол. На пороге стоял Ларри, сын соседа четы Барнс с запиской в руках. — Мистер Барнс просил вам передать, — пискнул он, глядя на Баки в майке и брюках, передал записку и унёсся, ему нужно было успеть в школу. — Кто там? — спросил Стив. — Да Ларри записку от отца принёс, — ответил Баки, входя на кухню. — Что мистер Барнс пишет? — спросил Стив, уже полностью накрыв на стол. Баки поцеловал Стива и уселся напротив, разворачивая записку. — О, сегодня вечером после работы мне надо подойти в мастерскую дяди Билли, — Баки даже обрадовался. — Может, он меня возьмёт к себе. — Обязательно возьмёт, — заверил Стив. — Ты умный парень, Баки, у тебя всё получится. Стив улыбался, и Баки улыбнулся ему в ответ. Ну вот, похоже, их жизнь начинает налаживаться, да ещё как налаживаться. Если Баки возьмут на работу помощником механика, можно будет учиться совершенно бесплатно и стать мастером, а о большем Баки не мечтал. В автомастерской всяко лучше, чем в докерах ходить. И уважения к тебе больше. Правда, Баки и так многие мужики знали и уважали, хотя бы за то, что он держал титул чемпиона бокса в своём весе в районе уже целый год. И Баки совершенно не понимал, почему к Стиву, лучшему другу чемпиона, постоянно пристают и задирают какие-то придурки. — До вечера? — спросил Стив, когда с завтраком было покончено. — Я приду поздно, — вздохнул Баки. — Это ничего, я порисую что-нибудь. Тем более, у меня есть заказ, — Стив опустил глаза. — А то когда ты дома, я думать ни о чём, кроме тебя, не могу. И очень скучаю. — Я тоже по тебе скучаю, — Баки поднялся, снова поцеловал Стива, обнимая. Он бы остался подольше, помог бы Стиву с посудой, но он банально опаздывал. — До встречи. Рабочий день прошёл легко и даже весело. В обеденный перерыв он похохмил с коллегами, но рассказывать о новой работе пока не стал, вдруг ничего не получится. Вечером, обмывшись водой, Баки переоделся из грязной робы и пошёл к мастерской дяди Билли. Идти было далеко, поэтому Баки торопился. Он опоздал минут на десять, но дядя Билли не стал его ругать за это, сказав только, что не приветствует опозданий. Мягко сказал, но Баки сразу понял, что одно опоздание — и он вылетит без зарплаты на улицу, и хорошо, если сможет ещё вернуться в докеры, а то там вакантные места разбирали быстро, порт работал всегда. — Ну что же, Джеймс, — дядя Билли оглядел его. — Ты что-нибудь понимаешь в механике? — Если только совсем немного, — честно ответил Баки. — Могу колесо поменять. Масло ещё. — Да, я помню, как ты живо интересовался отцовской машиной, — дядя Билли вздохнул. — Ну что же, я возьму тебя на испытательный срок, будешь помогать в чём будет надобность. Запоминать, учиться. Будешь хорошо работать, подумаем о твоём обучении на полноценного механика. А пока жду тебя… давай послезавтра. А завтра разберись со своей старой работой. — Спасибо, дядя Билли, — кивнул Баки. — Я могу идти? — Да, но послезавтра не опаздывай, — напутствовал его тот. — Обязательно! — Баки улыбнулся и поспешил к Стиву, который должен был ждать его дома. Баки почти бежал домой, ведь времени было уже много. Рабочий день докера — то ещё удовольствие, а тут ещё и к дяде Билли нужно было зайти, так что Баки очень спешил. — Привет! — ворвался он в их квартиру. — Баки! — Стив резко поднялся из кресла, в котором сидел и что-то читал, и бросился обнимать, повиснув на шее. Баки закрыл дверь ногой и прильнул к губам Стива. — Я соскучился, — тихо выдохнул он. — Я воды тебе нагрел, правда, наверное, остыла уже, но я сейчас… — Стив попытался выбраться из объятий, чтобы согреть Баки воды. Он всегда так делал, чтобы Баки мог ополоснуться после работы, но сегодня Баки пришёл позже. — Да подожди ты, — Баки всё не отпускал Стива. — Меня взяли на испытательный срок. В автомастерскую, представляешь? — Ты молодец, — Стив погладил Баки по разметавшимся волосам. — Я знал, что у тебя всё получится. — Спасибо, — Баки снова поцеловал Стива. — А теперь давай свою воду сюда, не сильно-то она и остыла, лето на дворе. Баки ополоснулся прохладной водой и уселся за стол, который был накрыт к ужину. Баки в такие моменты казалось, что они не просто два парня, любящих друг друга запретной любовью, а они семья, полноценная семья. Пусть у них никогда и не будет детей. — Стиви, ты как провёл день? — спросил Баки. — Я нарисовал заказ, — ответил Стив. — Завтра отнесу. А ты когда на новую работу? — Послезавтра. Завтра пойду, скажу бригадиру, что больше не буду у них работать, заберу жалование и всё, потом целый день свободен, — Баки улыбнулся. — Если у тебя завтра нет дел, то мы можем сходить куда-нибудь погулять. — С утра у меня занятия, — Стив с улыбкой посмотрел на Баки, — а потом можно съездить на Кони-Айленд и, может быть, даже искупаться. Ты как? — Давай, — легко согласился Баки. Он любил там гулять, смотреть на залив, да и купаться тоже любил. Можно будет слопать по хот-догу и яблоку в карамели, может быть, даже выпить пива. Побродить по пляжу, загребая пальцами горячий песок, войти в воду и поплыть, чувствуя, как вода держит тебя. Баки со Стивом поужинали, прибрали на кухне, и Баки устроился в кресле потрошить газету, но к нему подошёл Стив и, отобрав чтиво, уселся к нему на колени лицом к лицу. — Ты устал, да? — спросил он, нежно улыбаясь. — Устал? — рассмеялся Баки, чувствуя возбуждение Стива, и усталость как рукой сняло. Да, он за день изрядно вымотался с этой беготнёй туда-сюда, но умывание и сытный ужин, хоть и очень простой, вернули в него силы. А уж когда Стив так откровенно усаживался на него, то тут было не до усталости. — Значит, не устал, — хитро сощурился Стив, продолжая улыбаться. — Я так ждал тебя. Баки уже хотел что-то ответить, но Стив запечатал его губы поцелуем, и стало вообще ни до чего, кроме Стива на коленях, кроме его возбуждения, которое словно переливалось в Баки. Он стащил со Стива домашнюю рубашку, майку, бросив их на пол, и стал гладить Стива по обнажённой спине и груди. Стив не отставал и тоже начал стаскивать с Баки одежду. Так, полуголые, они целовались в кресле, пока Баки не подхватил Стива на руки, чтобы отнести на кровать, и пусть та нещадно скрипела, они знали несколько верных поз. Баки уложил Стива на кровать, стащил с него оставшуюся одежду и разделся сам, просто отпихнув брюки ногой куда-то в сторону, чтобы не мешались. Верный друг в таких занятиях — вазелин — нашёлся на тумбочке, и Баки набрал немного на пальцы, приставив их к анусу Стива. Тот жарко, жадно выдохнул, когда Баки стал гладить его там, продолжая целовать. Баки знал, как Стив любит больше всего, поэтому задержался на горошинках сосков, чуть прикусывая их зубами, играя с ними кончиком языка. Стив выгибался, подставляясь под ласки, сам уже насаживаясь на пальцы, стараясь не стонать в голос, хотя очень хотелось. Но везде были уши. — Давай же, Баки, — взмолился Стив, и Баки не заставил себя ждать. Он аккуратно вошёл в Стива, отчего тот закусил нижнюю губу и тихо застонал, Баки нагнулся и подхватил Стива на руки, усаживая на свой член. — Да, — выдохнул Стив. — Я весь твой. В твоей власти. — В моей! — Баки длинно выдохнул, начиная аккуратно двигаться, держа Стива на весу. Так хотелось втрахивать его в кровать, но все соседи уже были дома, и подобный скрип из их квартиры был бы очень странным, ведь никакая девушка к ним не входила. Стив обхватил Баки руками за шею и целовал его, целовал, чуть постанывая, жмурился от ощущений, и Баки был просто счастлив. Когда они только решились попробовать секс, обоим было ужасно страшно, но сейчас, когда они освоились и научились оба получать удовольствие от соития, даря друг другу незабываемые ощущения, стало просто прекрасно. Стив кончил первым, вцепившись зубами Баки в плечо, чтобы не закричать, и Баки накрыл оргазм просто от осознания, что его Стиву хорошо с ним. Он впился поцелуем в его губы, аккуратно снял с начинающего опадать члена и поставил на пол. — Люблю тебя, — тихо сказал Баки, снова целуя. — И я тебя, — ответил Стив. Они обмылись холодной водой, благо было лето и она не была тёплая, и забрались в кровать. — Я заработаю денег и куплю нам нормальную кровать, — пообещал Баки. — Не могу больше слышать этот мерзкий скрип. — Купишь, — с улыбкой заверил Стив. — Обязательно купишь. Стив уснул в объятиях Баки, а тому не спалось. Он представлял, как станет профессиональным автомехаником, откроет своё дело и они со Стивом не будут ни в чём нуждаться. Но сначала надо всему научиться, и Баки собирался учиться как можно лучше, ведь он был далеко не глупым парнем, да и школу закончил неплохо. А Стив обязательно станет великим художником, его картины увидит весь мир, и какие-нибудь богатеи раскупят их, чтобы любоваться у себя дома. Или он будет писать на заказ портреты сильных мира сего. Но пока Стив больше рисовал Баки, когда тот или сидел читал газету, или брился утром, как раз были моменты, когда он замирал, и Стив переносил замерший для него образ на бумагу. Баки не заметил, как заснул, представляя, как они со Стивом едут в собственном автомобиле, счастливые, полностью довольные жизнью и обязательно богатые.