Луна в его глазах | The Moon In His Eyes

День Марлены прошёл вполне нормально. Она чуть не опоздала на трансфигурацию, пропустила урок Снейпа, получила несколько непристойных предложений сексуального характера от своих однокурсников, которые она проигнорировала, и выкурила пару сигарет с Энджи и Кэти, восхищаясь тем, какая они хорошая пара, и как сильно она жаждала отношений, в которых кто-то любил бы её так сильно. Сейчас она решила немного отдохнуть, гуляя у озера и думая о своей жизни — ей нравилось проводить время со своими друзьями, но Марлена абсолютно обожала те моменты, когда оставалась наедине со своими мыслями, — чувствуя, как свежий ветер обдувает её лицо, а декабрь вступал в свою полную силу в дни перед отъездом обратно домой на Рождество. В одно мгновение она почувствовала ток, пробежавший по её позвоночнику, который не имел ничего общего с холодом, когда заметила кое-кого знакомого, сидящего перед озером. Она не знала, почему судьба, казалось, настаивала на том, чтобы Тео появился в её жизни и мыслях. Они были слишком разными — именно это девушка постоянно повторяла себе. Марлена даже не заметила, когда начала идти в его направлении. Но, каким-то образом, это казалось правильным. — Ты следишь за мной, Нотт? — спросила она с некоторой насмешкой в голосе. — Кажется, это не я сейчас подошёл к тебе, разве нет? — он ухмыльнулся. — Я всегда здесь курю с Уиллоу. Лена фыркнула. Она не хотела быть здесь, но в то же время не хотела уходить. — А чего ты выглядишь таким несчастным? — она указала на бледное лицо Тео. Он посмотрел на неё с иронией. Она не рассказала ему, что с ней случилось несколько недель назад во время их встречи, пока шла вечеринка Слизерина, с какой стати ему что-то говорить? Но он понял, что отвечает ещё до того, как подумал: — Миссис Аделаида Виктория Агата Нотт официально пригласила меня провести с ней Рождество, — сказал Тео притворно серьёзным тоном, после чего закатил глаза. — Кто? — Моя тётка. Старая женщина с теми же взглядами, что и мой поехавший папаша, от приглашения которой я не могу отказаться, потому что она мой законный опекун, — объяснил он, играя с несколькими травинками. — Ну, она же твоя семья, не так ли? — ответила Лена. Тео фыркнул. — Я всё ещё ненавижу её. Семья иногда бывает хуже врагов, Ди Дука. И, честно говоря, мне не очень нравится идея выставляться напоказ в обществе чистокровных и слышать, как эта женщина говорит, как она разочарована тем, что я не грёбаный сторонник превосходства крови. Марлена никогда не задумывалась над тем фактом, что у Тео могла быть тяжёлая жизнь дома, как и у неё, даже когда его положение можно было бы объявить намного хуже, чем у неё. Она не могла не посмотреть на него с любопытством, и — как бы это ни причиняло ей боль в глубине души — даже будучи с серьёзным и немного грустным выражением лица, Тео всё ещё выглядел довольно красивым в глазах Лены. Губы Нотта скривились в ухмылке, пока он искал свою пачку сигарет, затем достал одну, положил её между губ, аккуратно прикуривая и медленно выпуская дым. И всё это под завораживающим взглядом Марлены. — Ты доведёшь меня до изнеможения, если будешь продолжать так жадно на меня смотреть, Марлена, — поддразнил он, вставая с земли, чтобы мог смотреть на неё. Лена почувствовала стеснение, Тео чувствовал странное влечение. — Я не смотрела на тебя, — огрызнулась она. — Конечно, смотрела. — В твоих мечтах, — она закатила глаза. — О, поверь мне, в моих мечтах ты делаешь гораздо больше, чем просто пялишься на меня. Она фыркнула, подходя к нему ближе. — Когда ты уже примешь тот факт, что ты мне ни в малейшей степени не нравишься, Нотт? — В тот день, когда ты перестанешь обманывать саму себя, Марлена. — Я не обманываю себя, — прошептала она, не сводя глаз с его розовых губ, когда её голос стал ниже, а внутри неё проснулся неизвестный голод. Лена не должна была хотеть, чтобы он поцеловал её, она знала, что не должна, но не могла ничего поделать. Это было выше её, точно так же, как и выше его. — Знаешь что, Марлена? Мне многое в тебе не нравится, но что мне не нравится больше всего, так это то, что у тебя никогда не хватило бы смелости подойти и поцеловать меня так сильно, как ты, чёрт побери, этого хочешь, — прошептал он, глядя ей в глаза. — Хватило бы, — отрезала она, не раздумывая, подходя к нему ближе. — Нет, не хватило бы, — пробормотал он, держа в уме, что она не отрицала того факта, что хотела поцеловать его. Потому что вот в чём дело: Тео и Лена были действительно разными, но в то же время они и были очень похожи, а когда соединяешь огонь с ещё большим количеством огня, нельзя ожидать, что это не вспыхнет. Сохраняя прямой зрительный контакт, находясь намного ближе, чем они когда-либо могли себе представить, Тео, ухмыляясь, вскинул брови. — Видишь? Такая трусишка… — прошептал он. И каким-то образом это соблазнило и разозлило до последней фибры гриффиндорскую душу Марлены, потому что в одном из своих многочисленных порывов она взяла его за лицо, впившись ногтями в кожу щёк, и прижалась губами к его губам. Сначала Тео был совершенно удивлён, но затем обхватил её талию руками и прижал к своему телу; их губы двигались друг напротив друга с глубоким голодом, который начинал доставлять удовольствие. Тео целовал её с таким опытом и желанием, что Лена почувствовала, как у неё подкашиваются колени, когда его тёплые губы захватили её нижнюю, чтобы мягко прикусить её и вернуться к поцелую, заставив её издать лёгкий вздох, который утонул в Тео. Марлена обняла его за плечи и потянула за волосы, из-за чего он бесстыдно простонал ей в губы. Они целовали друг друга со страстью, интенсивностью и доминированием, исходящим от каждого; руки Тео скользнули под её рубашку, чтобы погладить обнажённую кожу спины, когда она подпрыгнула, чтобы обхватить ногами его бёдра. Оба находили губы друг друга настолько притягательными, что в глубине своих тел знали, что этого будет недостаточно, чтобы доставить друг другу удовольствие. Марлена ненадолго отстранилась, чтобы вдохнуть свежего воздуха, и была полностью загипнотизирована припухшими губами Тео и зелёными глазами, полными желания. Пытаясь поддразнить его ещё больше, учитывая, что она всё ещё была в его руках, державших её за ягодицы, чтобы убедиться, что она оставалась на его бёдрах, Лена начала медленно и практически незаметно тереться о него, и Тео закрыл глаза, откинув голову назад. Он был без ума от отсутствия стыда, с которым им двоим приходилось так грязно целоваться в общественном месте, где все могли их видеть, и ему неимоверно нравилось, как желание к этой девушке, и только к ней, затуманивало его разум. — Чёрт, ты действительно хочешь убить меня, да? — прошептал он хриплым голосом. — Я думаю, что мы оба можем согласиться, что у меня хватило смелости, не так ли? — пробормотала она, подражая его тону. С высокомерием, сияющим на её лице, и неоспоримой гордостью, горящей внутри неё от того факта, что она сделала то, что только что сделала, и не жалеет об этом, Марлена слезла с тела Тео и начала пятиться назад. — Счастливого Рождества, Теодор, — самоуверенно сказала она. — Думай обо мне почаще. «О, тебе лучше поверить, что так и будет», — подумал Тео, уперев руки в бёдра и пытаясь восстановить дыхание, продолжая смотреть на Марлену, уходящую и оставляющую его желать большего. Он поцеловал Марлену. Ну, скорее Марлена поцеловала его. Тео фыркнул, потирая лицо руками и вдыхая холодный воздух, пытаясь унять голод и огонь, бегущий по его венам из-за Ди Луки, и пытаясь переварить то, что только что произошло, потому что только Тео и Марлена, которые любили всегда всё контролировать, могли впервые поцеловаться так спонтанно, что оба переложили контроль на другого. И Тео уже обожал. Каждую секунду. Теперь он был уверен, что с этим воспоминанием в голове его визит к старой летучей мыши в качестве его тётки будет не таким плохим, как он думал изначально.