Эти волосы цвета вороньего пера

Подсадив Торкио, Бейкер провел по внутренней стороне бедер, по задней поверхности, коснулся чувствительного местечка между анусом и мошонкой, яиц, с которых капала смазка, ловя себя на мысли, что теряет голову от того, насколько принадлежащий к его власти омеженька и как тот сейчас желает его, восполняясь естественной смазкой так сильно, что по окончанию акта можно будет в буквальном смысле выжимать простыни, жалобно стонет и поскуливает, не в силах и двух слов связать Торкио. Деймон, откровенно разглядывая чуть раскрытую дырку, прорычал, сжал половинки, шлепнул по ним, а потом собрал две стекающие капельки сладкой жидкости и заправил их внутрь, чуть сгибая пальцы. Внутри хлюпало, почти что булькало, и от всего вместе у Бейкера аж член дернулся. Не в силах держать себя в руках, Деймон вынул пальцы и тут же припал к дырке губами, а потом проник внутрь языком, ощущая еще более сладкий и нежный вкус, чем обычно. Итан зажмурился, взвизгнул, ощутив, как гибкий язык раздвигал чувствительные стенки, и положил руки на половинки, призывно раздвигая их для удобства своего любовника. Деймон одобрительно простонал в ответ на это действие, сжимая упругие бедра, пачкаясь в смазке и вылизывая задницу нижнего, желая вкусить как можно больше и довести партнера до исступления. Итан пробормотал что-то невнятное, его пальцы задрожали, он захныкал в такт ритмичным толчкам языка, и, честно, Деймон бы делал это вечно, но обоим хотелось продолжения. И тогда Бейкер, отстранившись, облизав губы и глянув развеселыми потемневшими глазами на узкую мягкую дырку, перевернул Итана на спину и впился в губы возлюбленного грубым поцелуем, буквально терзая их. Актив буквально раскинул его ноги, властно притянул за бедра ближе к своему паху, рыча в поцелуй и подбираясь пальцами к податливой дырке. Средний и безымянный палец без труда проникли внутрь, и Итан вцепился Деймона в лопатки, простонав от удовольствия. Деймон сперва медленно двигал ими, наслаждаясь жаром тела и кое-как думая, что, когда войдет членом, то просто взорвется от ощущений. Торкио лепетал что-то невнятное, пытаясь податься навстречу ласкающим пальцам, и Бейкер увлек омегу в поцелуй, ускоряя движения рукой и вгоняя до упора. Они оба были не в себе, внутри до жути пошло хлюпала с каждым движением, и Бейкер согнул пальцы, размашисто двигаясь, так, что смазка уже брызгала, заливая запястье и предплечье, простыни, что только подливало масло в и без того неконтролируемое пламя. Итан резко отстранился, распахнул глаза, вскрикнул, сходя на визг от переизбытка ощущений, толчками выплескивая горячую жидкость коротковолосому на руку, раскраснелся, зажмурился и замотал головой, раскрыв рот в громким протяжном, прерывисто на каждом движении стоне. Когда у пасса уже заплясали звездочки перед глазами, а вцепился в спину партнера он мертвой хваткой, Деймон постепенно сбавил обороты, начав действовать более плавно, и склонился к алому уху Торкио, а затем разгорячено произнес: — Ты так сильно возбудился, наверное у тебя никогда такого шикарного секса не было, что залил всю кровать, — актив облизал губы. — С ума сойти, — прорычал Бейкер, практически остановившись. — Хочешь еще, м? Хочешь? — Деймон двинул рукой достаточно резко, проехавшись подушечками пальцев по заветной точке и тем самым выбив из груди омеги громкий выдох. Не в силах ответить что-то внятное, он лишь заскулил и небрежно закивал, желая еще раз испытать невероятное удовольствие от стимуляции. Бейкер на это оскалился и, глядя Итану в глаза, без труда проник внутрь третьим пальцем, после чего возобновил резвые движения, почти вибрируя рукой. Торкио уже почти что на крик сошел, низ живота сводило спазмами, бедра дрожали, а дырка сжималась и выплескивала капли, влагу в ответ на каждое движение. Когда Итан уже изнеможенно захныкал, близкий к тому, чтобы потерять сознание, Деймон остановился, вышел и пальцами свободной руки успокаивающе очертил острую скулу и оставил нежный поцелуй на дрожащих губах. Когда нижний чуть пришел в себя, Бейкер аккуратно закинул ноги возлюбленного себе на плечи, провел горячей головкой между половинок, собирая влагу и вновь увлек партнера в медленный, почти что чуткий и играющий на контрасте поцелуй, медленно толкнувшись в мокрый анал и плавно проникая внутрь до самого конца. Итан часто задышал, чувствуя, как изнутри буквально распирает, а Бейкер промычал от удовольствия, ведь стенки мягкие, увлажненные, но тугие и обхватывали плотно-плотно. Деймон легонько двинулся, прижавшись бедрами к вожделенной заднице, и пассив разорвал поцелуй, часто дыша. — Подожди, — выдохнул Торкио, глядя в почерневшие глаза напротив. Деймон остановился, не двигался, поняв намек и теперь лишь аккуратно поглаживая лицо Итана, чередуя прикосновения пальцев с трепетными поцелуями. Почувствовав, что Итан полностью расслаблен и готов к продолжению, актив принялся совершать поступательные движения бедрами. Бейкер постепенно ускорялся, толкаясь резче и глубже, задевая нужную точку внутри. Итан стонал все громче и громче, цеплялся за плечи, руки нового возлюбленного, у которого по виску скатилась капелька пота и упала Итана на ключицу. Оба разгоряченные, потерянные, растворившиеся в удовольствии, они наслаждались, сгорали до тла и задыхались, а воздух в спальне, казалось, превратился в полупрозрачную дымку, вуалью окутывающую сплетенные в животной страсти тела. Член поршнем скользил в текущей заднице, и Бейкер, слетев с катушек, сжимал бедра, буквально натягивая на себя омегу, распяливая узкую дырочку и вскоре заставив Торкио уже скулить от изнеможения. Сам актив был близок, ведь внутри жарко, мокро, хлюпает и булькает, и уже даже лобок, пах, бедра были в сладкой вязкой влаге. Итан укусил Деймона за плечо, на что тот, тяжело дыша и запыхавшись от сильных и быстрых фрикций, зарычал, мотнул головой, рассыпая растрепанные темные волосы как жемчуг. Бейкер буквально втрахивал Торкио в кровать, вбивался неистово, а узел на члене набухал, увеличивался, и с каждым толчком становилось все труднее и труднее двигаться. Итана, у которого стали плясать перед глазами белые пятна, количество которых все увеличивалось и увеличивалось, взвизгнул, вскрикнул, а Бейкер вошел до упора, шлепнувшись яйцами о задницу. Бедра нижнего свело судорогами, внизу живота развязался тугой узел, разрываясь на яркие, убойные фейерверки, такой силы, что у Торкио вспышка перед глазами пронеслась. Он простонал и выплеснул сперму себе на живот, даже не прикасаясь к себе, вскрикнул, а потом сошел на долгий громкий стон. Нижний сжался так сильно, что у Деймона перед глазами потемнело, а сердце чуть не выскочило прямо из горла. Они бурно кончили одновременно, словно выпав из реальности на несколько мгновений. Густая сперма заполнила нутро пассива, сцепка произошла, но стенки свело спазмом, и Итан, поскуливая сквозь зубы, ощущал, как сильно узел распирает его изнутри, так, что невозможно терпеть. — Итоша, акуленочек ненаглядный мой, расслабься, пожалуйста, — просипел Деймон, чувствуя до головокружения болезненное давление на член, да и самому пассивчику было несладко. — Больно… — всхлипнул Торкио, которому было хорошо, настолько хорошо, что становилось плохо, ведь сцепка предполагала множественные оргазмы обоих партнеров. — Мне тоже сладкий мой, поэтому расслабься, прошу тебя, — хрипел Бейкер, стараясь не придавить юного любовника своим весом и сгребая его в объятия, опустив со своих плеч дрожащие ноги. Итан выдохнул, чувствуя, как Деймон запустил руки ему под спину и окутал объятиями, стараясь успокоить. И пассив постепенно расслабился, обнимая своего спасителя верхнего в ответ, долго не в силах справиться с головокружением после нереальной силы оргазма. — Я тебя люблю, — прошептал Итан со счастливой улыбкой, достигнув очередного пика блаженства, глядя на своего нового возлюбленного по спине, мышцы которой подергивались от перенапряжения. Деймон поднял голову, ведь только что, тяжело дыша, уткнулся партнеру в изгиб шеи носом. — И я тебя люблю, — улыбнулся он и ласково коснулся губами щеки омежки. Самый лучший секс закончился минут через сорок, и длилась она дольше, чем с Дамиано, однако пережитые эмоции и ощущения того стоили. Вымотались оба, особенно Итан, который даже с кровати встать не смог, лишь свернулся калачиком у Деймона под бочком, а тот заботливо накрыл их одеялом. Желание должно было спасть на некоторое время, и им обоим до дурмана хотелось спать, и совершенно наплевать было на то, что простыни разворочены, влажные, пропахли ими и диким, страстным, животным сексом. И уже так крепко уснули, что омеженька чуть подрагивал от незабываемых впечатлений которые прошли похоже не даром и довольным альфой