ханагоори: чужая собственность

      Феликс забыл о их детстве? Об их развлечениях и привычках? Сейчас это не так важно, но Хван все равно задумался. Раньше оба хотели скорее повзрослеть и заниматься тем, чем они сами хотят, а также работать - сейчас младший прекрасно понимает, что взросление далеко не то, о чем стоит задумываться в детстве. Когда же, став взрослыми, мы пытаемся вернуть детские грезы, мы уже отравлены ядом повседневности, который делает нас скучными и прозаичными. Появляется больше ответственности, нужно самим зарабатывать на жизнь, вечно контактировать с другими людьми, отказываться от времени на себя и тратить его на работу, да те же домашние обязанности - скорее всего, никогда не будет того же, что было раньше, в том самом детстве.       Уже не будешь спорить из-за игрушек с друзьями, никогда и никому не расскажешь свои секреты, не сможешь в открытую продемонстрировать боль, перестанешь идеализировать мир, а другие начнут воспринимать тебя как идиота, если сядешь посреди улицы на асфальт или при всех расплачешься. Столкнешься с грубой реальностью, которая, к огромному сожалению, не оправдывает детских надежд. Снимая с себя так называемые розовые очки, все вокруг для человека начнет выглядеть совершенно иначе. Сломает, потому что он представлял себе жизнь более безопасной и красивой.       Внезапное предложение о прогулке Хенджина выбивает с потока мыслей, но оно и к лучшему - воплощение этой идеи им точно не помешает. От долгого сна побаливает голова, так что стоит немного походить, лишь бы не чувствовать себя подобием растения.       Хван посмотрел вновь Феликсу в глаза, стараясь найти что-то знакомое, пока имел возможность: невозмутимость и холод. Кажется, младший начинает к этому плавно привыкать, но ответить на указание не успевает - Феликс тут же ставит перед фактом, что стоит торопиться. По парню четко видно, что ждать он не любит.       А повторять Хенджину и не нужно, посему он поднимается в ставшую на время его комнату, предварительно с одобрением кивнув старшему в ответ, и начинает искать подходящую одежду. В глаза бросилась практически сразу любимая кожанка. Он давно ее не надевал и, наконец, настало ее время, несмотря на то, что возрастом куртка немаленькая, на изношенную не похожа совершенно. Аккуратность и бережность точно стали одними из дополнений к его звучному имени.       Снимая с себя верх, он смотрится в зеркало. Тело точно не такое, как у многих обычных мужчин, оно далеко не все в просвечивающих мускулах. У Хвана довольно широкие плечи и средней худобы тело, но.. такое гладкое, будто бы он все еще ребенок.       Легкая улыбка в свой же адрес - и белая футболка скрывает все то, что Хенджину в себе нравится, а самооценка у него далеко не занижена. Вниз надевает обычные черные джинсы. В задний их карман телефон, в рот мятная жвачка, а через минут пять он и вовсе был при параде - аккуратно причесанные волосы, уверенный взгляд и.. да, именно та необходимая от него энергетика.

***

      Странное внутри чувство. Воспоминания не бьют по разуму, как и должно было быть - Феликс не отгоняет их и не пытается избавиться, но они, эти мелкие картинки несомненно стали ненужными. Просто так, самый обычный факт, что это было и возможно было в реальности, в чем Енбоку иногда приходится сомневаться.       Он привычно прикрывает дверь в свою комнату, когда проходит внутрь. Не то что он боится чьего-то прихода, скорее просто не хочет, чтоб его единственное логово спокойствия нарушили. Его обитель. Холодная и мерзкая, где адекватным обогревателем является далеко не батарея - Енбок поглощен аурой, неписанными нигде вопросами, которые продолжают витать в воздухе и останавливаются возле множества цветных фотографий на стене. Помимо них кое-где висят бумажки с контактной информацией совсем не относящихся к Ликсу людей, а вещи почти все убраны подальше от глаз. Слишком уж чисто и пусто, что комната очень походит на помещение для заключенного или, что еще хуже, для психически больного.       От касаний Хенджина до сих пор будто бы удерживаются на коже ощущения и, честно признаться, глубоко внутри Феликс совсем не способен их отвергнуть. В нем остается что-то человеческое, явно жаждущее больших чувств, нежели он имеет сейчас.       Домашнюю одежду заменяют более стандартные для улицы вещи - Ли решил сильно не напрягаться с выбором, только вот словно в отвлечении от вида довольного чужими волосами Хенджина он надел обычную, черную повязку - и волосы не мешаются, и ветер не будет бить холодом по вискам. Поправляет волосы, чтоб выглядело более-менее приемлемо, с собой на всякий случай взяв телефон, а затем сразу же направляется к коридору: Хенджин уже тут как тут. Стоит ли здесь удивляться? Не особо, он возможно и вправду крайне пунктуален в плане назначенного времени, настолько хорошо его уже достаточно выросшего узнать пока что не удалось.       И это коварное осознание.. черт, Феликс же в самом деле знает младшего плохо. Не предупреждая никого из домашних об уходе, старший первым вышел на улицу, рефлекторно оглядываясь по сторонам и на этот раз все же дожидаясь Хвана на пороге.       Небо прказалось довольно светлым, по-летнему ярким, хотя на дворе всего лишь весна. Сейчас не так уж и тепло, чтоб разгуливать в летней одежде, похожей на шорты с футболкой, но на то и был расчет. Енбок поправляет завернувшийся край одного из рукавов, взглядом неосознанно останавливаясь на нем же. - Тебя не пугает расхаживать вот так просто? Вдруг фанаты? - снова Ен не пропускает мимо себя столь навязчивую мысль, даже решаясь в коем-то веке ее с упреком озвучить. В самом деле, что произойдет, если Хенджина узнают? Феликс не будет способен вытерпеть лишнее внимание, а такое нередко переводится этим же наивными фанатами в порой не совсем правдивые слухи. Бывает, разгораются целостные конфликты, с которыми бороться потом становится тяжело. - Ты прав, нужно надеть маску, - отвечает Хван и в бессмыслии вздыхает, убирая руку в карман. Ему приходится достать обычную черную маску, которую с недавних пор приходится носить все чаще: сейчас он опускает маску на подбородок, потому что вокруг нет ни единой души помимо них, но прекрасно понимает - в центре города придется ее надевать снова.       Работа на сцене действительно непростая. Приходится отказываться в прямом смысле от всего - от нормального питания, от собственной семьи, личного пространства, а иногда даже от права выбора. Могут запретить высказывать свое мнение, если это то, на что публика реагирует отрицательно. Можно сказать, делают из людей кукол, за которых решают, что и как именно делать - Хенджин об этом знал с самого начала, но ради мечты он готов даже на такое. - А тебе не холодно без куртки? - Хван осторожно касается чужой спины, будто бы пытаясь согреть: он готов принести Феликсу что-нибудь потеплее из дома, только если он попросит.       Хенджин всегда проявляет заботу даже к малознакомым ему людям, потому что ему слишком важно, чтоб люди вокруг чувствовали себя максимально комфортно и, конечно же, тепло, поэтому его тактильность поражает многих.       Отсутствие большого количества людей на улице значительно расслабляет. Феликс убирает обе руки в карманы брюк, неосознанно сравнивая шаг с ритмом младшего - человеческая особенность и, между прочим, вполне естественная. Примерная цель прогулки располагалась ближе к центральной части города, где уж точно можно было бы найти и остановки, и магазины, и остальные необходимые для существования людей точки.       Енбок не сразу расправляет плечи, как только чувствует через ткань в сравнении с холодным воздухом крайне теплую ладонь - взгляд его напрягается, поднимаясь с земли под ногами куда-то вперед. Хенджин так любит взаимодействия, что не боится их проявлять в любой подходящей ситуации? Делает это так трепетно, что все нутро прямиком в болезненный узел сводит от критического недостатка того самого чувства. Феликс старается избегать подобного, никак не признавая, что он от этого зависим. - Не замерзну, - он поворачивает голову в сторону Хвана, лишь сейчас обводя его внешний вид взглядом: ну младший уж точно не сможет замерзнуть в ближайшие несколько часов. - Почему ты решил переехать? Разве в Японии не достаточно продвижения? - нет, Ликс, тебе определенно стоит угомониться и не задавать таких провокационных вопросов. Он недоволен совершенно этой темой, потому что выход в свет для него практически недостижим - мало того, что он себя никогда не проявлял в творческой сфере, так и Хенджина чисто психологически представить на сцене не может. Он не может представить, что Хенджин будет танцевать для сотен или даже тысяч людей с разных стран. - Или все-таки в Корее сцена поярче? - Фел ни в коем случае не презирает выбор младшего, но и нельзя сказать, что он рад. Нет, он не рад. Хенджина, черт возьми, знают сотни уже сейчас - сколько раз это осознание не давало Феликсу покоя даже до их вчерашней встречи? Задевает? Заставляет переживать? Ли не имеет понятия, но он точно не хочет, чтоб это продолжалось именно по такому пути. Опасно быть на слуху у всех, кто не по наслышке знает, чем может закончится такая знаменитость.       Хенджин привык к тому, что такие вопросы звучат прямо в лоб. Так Енбок делал и раньше, так что вероятнее всего, пока многие дети боялись узнать, к примеру, что такое секс, Феликс спрашивал это прямо и без малейшего стеснения. Были моменты, когда он выражался ну уж слишком резко, в конечном итоге маленького Хенджина обижая, правда, они потом быстро мирились, ведь были слишком привязаны друг к другу. Не то что сейчас. Все стало будто бы холоднее, от чего ощущается резкий недостаток прежних эмоций. Раньше они не могли игнорировать друг друга, а теперь Хвану кажется, что Феликс делает все из-за простой надобности, не по своему желанию.       Хенджин же все старался в прошлом свои мысли преподносить в более мягкой форме: почти никогда не повышал на других голос, старался никого не задевать и чаще всего подавлял эмоции, тот же гнев - просто молча позволял выговариваться собеседнику. Казалось бы, как хорошо, что он думает о других, а не только о себе. Но дело в том, что о себе в этой ситуации он не думал вообще. - Ну.. корейские группы сейчас более популярны, много кто из Японии приезжает. Да и стиль этот мне нравится больше, - Хван после ответа выдерживает недолгую паузу, стараясь разбавить собственные мысли: выглядит так, будто Феликс совсем не рад. Но.. он же не может? Просто не пойдет против мечты близкого друга, верно? - Я правда хочу стать айдолом.. Я и раньше тебе об этом говорил, помнишь? - и снова Хенджин заговорил про прошлое. Из-за отсутствия постоянного общения в настоящем он нередко вспоминает о детстве, о той неразрывной, как тогда казалось, дружбе, в которой они вдвоем и утопали. Он хочет чувствовать себя немного ближе к Ликсу и перестать наконец его бояться, пусть они встретились лишь второй раз за последние годы. - Я позову тебя на мой первый концерт, - парень сам стесняется своих же слов, но он в самом деле хотел бы видеть там Енбока. На том первом в его жизни серьезном концерте слышать его поддержку и хотя бы ощутить присутствие, увидеть в толпе других, практически безликих людей..       А Феликсу и представить страшно, что Хенджин в самом деле способен выступить на сцене когда-то. В первый, во второй, в третий раз. Станет однажды одним из тех самовлюбленных ублюдков, которые только и думают о деньгах. Феликс категорически против того, чтобы Хван вступал в это общество, пил дорогой алкоголь за кадром, заказывал девушек на ночь просто потому, что потребность утолить необходимо, а отношения больше не нужны.       Действительно, зачем они, когда есть целый мир в твоих же руках? Когда Хенджин остановился на месте, Ли вовсе не захотел знать причину - он просто смотрел на младшего, едва заметно приподняв брови. Хенджин ребенок. Нет, он точно не должен попадать в столь жестокую индустрию, хотя бы ради своего же блага. Феликс сделает все, чтоб оставить его в безопасности. - А если тебя заставят поебаться с директором ради продвижения? Будут содержать в жутких условиях, зато ты будешь прыгать перед толпой, - Феликс непоколебим. Он видит эту неидеальную картинку, когда Хенджин готов даже встать на колени перед мерзкими, нездорово толстыми и надменными мужчинами, которым лишь бы поиграться с молодым мальчишкой и дать ему то меньшее, что стоило бы. - Я не пытаюсь тебя разочаровать. Смотри в наш мир четче, - Ли немного спокойнее добавляет к предыдущей эту фразу, но затем поворачивается вновь лицом по их начальному пути и направляется в сторону виднеющегося магазина на первом этаже одного из наконец показавшихся многоэтажных домов.       Хенджин слышит все эти слова, невольно чувствуя в ушах звон. Что? Такое разве вообще возможно? Что за бред? От одного представления, как к его телу прикасается старик, дабы удовлетворить себя и чтобы потом просто послать младшего, дав денег, становится крайне мерзко. - тебе не кажется, что ты перегибаешь? Ничего такого нет и не будет, - Хенджин медленно накаляется от этого глупого диалога. Нельзя откладывать мечту на потом, отказаться от нее из-за «чего-то важного» - это на самом деле отказаться из-за собственной трусости, не поверить в свои силы и предпочесть привычное теплое болото.       То, что предположил Феликс, бывает только в фильмах - по крайней мере, Хван не может такого представить в реальной жизни, а тем более с собой. Нет, такого произойти просто не может, он даже не задумывается. - Не хочешь, чтобы я дебютировал? Чтобы исполнил свою мечту? Ты мне завидуешь, или..- Хенджин неожиданно для себя теряет все слова, когда смотрит на старшего: замечает какое-то странное подобие разочарования в его глазах. Да, младший тоже перегнул палку. Ему не понравилась такая критичность в адрес его цели, а также не понравилось осознание, что Ликс, пусть не так уж и лезет в это, но.. не верит, что то, о чем говорит Хван, действительно может произойти. Хенджин просто не позволит такому случиться, соответственно и волноваться не о чем. ъ       А Феликсу если не нужно, то пусть не лезет, как не лез всю свою осознанную жизнь и жизнь Хенджина. Ту жизнь, когда он чувствовал внутри что-то не то, пока сам смотрел на этого идеального Хвана - сейчас младший настолько своим розовым восприятием отвергает предположения Енбока, что становится немного забавно. Достаточно нескольких слов, чтобы снова увидеть в нем того невинного мальчика, который не понимает настоящей опасности и думает лишь о результате - старшему остается стараться сохранить непоколебимость внешнего вида, да и внутреннего, впрочем, тоже. - Прости, я немного переборщил. Хочу что-нибудь попить, здесь есть поблизости кафе? - Хван довольно резко переключается, лишь бы больше не затронуть эту напряженную тему. Он абсолютно не хочет ссориться с парнем напротив, по крайней мере, не сейчас.       Хенджин аккуратно чешет затылок, опуская взгляд под ноги - если такое, какое Феликс упомянул, предложат, он точно уйдет из стажеров. Только он совсем не понимает, что по щелчку пальца сделать этого не удастся, для него все выглядит в целом слишком простым: ты можешь просто остаться в этом рабстве до момента окончания контракта, а он может длиться чуть ли не половину счастливой на миг жизни. Штраф за уход огромный, а самый быстрый способ - заплатить телом и собственной душой. Словно просто взять - и продать ее.       Ли сумасшедшим образом хочет укрыть друга от возможных проблем, но этого и не хочет сам Хван - стоит ли вообще пытаться? Феликс коротко кивает в ответ, сворачивая за ближайший угол многоэтажного дома и проходя с парнем в неприметную никем кофейню.       После завтрака есть совсем не хочется, Енбок сам по себе не сказать, что сильно часто пропускает приемы пищи, но делает это не по собственной воле - он просто не хочет, как правило, находиться за пределами своего личного, но до ужаса холодного уюта комнаты.       Столики практически все свободны, лишь ближе к стойке бариста пару мест занято. Старший проходит больше вглубь, подальше от солнечного света, и устраивается на удобном кресле напротив предполагаемого места для Хенджина. О чем им стоит говорить?       Хван садится на кресло, которое оказывается неожиданно мягким. Он ждет меню, в то время как Феликса еда и напитки не интересуют совершенно. Ли поднимает взгляд на парня напротив, с несказанно прекрасного ракурса оценивая его внешность. Настолько красив, что аж начинает раздражать.       Здесь действительно много простых закусок и пару классических видов кофе, также есть фруктовый чай и, конечно же, соки. Хенджин выбирает не так уж и долго, потому что выбора, как такового, нет - в Японии, в отличие от Кореи, полно тематических кафе, в которых довольно часто удавалось побывать. - Я буду холодный макиато и все, а ты, Ликс-и? - Хенджин кладет меню перед собой и садится немного поудобнее: тут и вправду приятная атмосфера. Без множества шумных людей, а где-то на фоне приглушенно играет популярная музыка - из них Хенджин знает многие песни, что оказывается совсем не удивительным, ведь это корейская музыка. Его любовь и мечта детства. - На кого ты учишься? - как-то до этого до сих пор не удавалось узнать в подробностях об учебе Хвана: чисто ради галочки в паспорте.. в его личной репутации. Да, Хенджин только поступил, но ведь сдавал экзамены и специально готовился?       Остальные посетители сидят как-то отдаленно, поэтому, как только официант принимает у парней заказ и уходит, Хван спускает ниже маску, ощущая знакомый прилив необходимого ему воздуха, в последнее время Хенджин стал от него зависим.       То, как он облизывает пересохшие губы, в задумчивости надувает их, врожденное ли такое поведение у корейцев? Хенджин в итоге немного улыбается, от чего сам щурится - такая милая привычка с детства, Феликс это прекрасно помнит. Хвану пришлось даже волосы поправить, которые иногда мешали нестандартной длиной - стоит ли их отрезать? Сейчас в голове у обоих роится множество вопросов, которые от неловкости правильно сформулировать не удается. - На дизайнера, если конкретнее на дизайнера интерьера, - отвечает Хван, а Енбок невольно усмехается в ответ. Он всю жизнь питал отвращение к кофе - да, изредка пьет, но лишь чтоб занять рецепторы противной горькостью.. он не любит ничего из того, что ярким вкусом может выделиться при его чувствительном восприятии окружающего мира. Если бы и не скрытность, то чувствительность проявлялась бы везде - становится страшно от мысли, что такое отражается на касаниях. На чужих касаниях, которые Ен ощущает реже некуда. - С детства люблю строить дома в майнкрафте или симсе. Это же классно, когда сам обустраиваешь и другим с этим помогаешь. Кстати, в университете еще и очень интересные задания дают, наверное..- Хенджин прерывается, но, кажется, ненадолго: - Как-то так.. А тебе как там с учебой дается? - его добрая улыбка кажется наивной. Откровенная провокация на лишнюю эмоциональность. Порой живая часть Енбока вырывается наружу, громко напоминая о том, что он тоже до сих пор человек. Что он тоже умеет чувствовать.       Что же из плюсов того, где учится Феликс? Кажется, он не скрывает сомнительный блеск в собственных глазах, потому что ему и вправду не составит труда взломать какой-нибудь электронный паспорт, обладая лишь некоторыми данными о человеке, но то не прерогитива специальности. Енбоку уже пришлось свыкнуться с мыслями о том, что младший напрямую видит его мысли. Это паника? Паранойя? Да, это невозможно, но все же. Да и какое до этого дело - Ли еще ни разу не отвел взгляда от парня напротив, немного наклоняя голову и лишь после сделанного заказа откидываясь назад к спинке чересчур уж удобного кресла. - Никаких особенностей, там все учатся лишь ради денег, - он незначительно пожимает плечами и укладывает руки на груди, как будто бы и не представлял только что эмоции Хвана, который может узнать о блокировке его документа, будто и не думал секундой ранее о том, как было бы интересно узнать его группу крови - наверняка в медицинском полисе все об этом в деталях написано. - Сможешь нарисовать мне образ? - Ликсу ничуть не интересно, что подберет младший ему в качестве этого самого ложно-интересного, он скорее из вежливости просит Хвана этим заняться: Феликс не вовлечен в моду и, тем более, не интересуется ее деталями. Его разум медленно разгорается неизведанным интересом, который грозно требует узнать ответа на все чаще возникающие вопросы, и Хенджин просто не сможет отказать, ведь даже не подозревает, какая обида или что-то подобное может возникнуть.       Хенджину на самом-то деле и не понятно, от чего старший так улыбается - его забавляют чужие слова или это просто дружелюбие? Обычно, точнее, насколько Хван успел заметить, Феликс не горит желанием улыбаться другим людям, даже собственным родителям, потому и не понятно сейчас его такое поведение.       Младший опирается локтем о стол, подпирая голову рукой и смотрит Феликсу прямо в глаза, иногда расширяя свои, будто кот, увидевший перед собой доступную добычу - у Енбока холодные глаза, причем не только цветом. Он улыбается, недолго улыбается, но тогда взгляд не меняется совершенно. Совсем погасшие глаза, без светлых звездочек на радужке.       Обычно Хенджин не настолько смелый, но чужая прямота ему кидает настоящий вызов. Он ухмыляется и будто соревнуется со старшим, что, кажется, все сильнее начинает нравится. Наклоняется ближе, прямо через разделяющее их расстояние и тянет его к себе за шею, пусть осторожно, но сжимает пальцами. - Чего улыбаешься? - Хвана забавляет то, что он, наконец, наверняка смог удивить Феликса. А тот мгновенно меняется в эмоциях, в некоторой степени подбивая проснувшуюся уверенность младшего. Черт возьми, да Енбок готов поклясться, что его волной накрыл незримый удар током - дышать стало на пару секунд трудно.       Хенджин его отпускает практически сразу, возвращаясь на собственное место и натягивая маску повыше - все-таки не стоит распускать руки на публике. Официант приносит заказы чересчур вовремя, вынуждая одного из парней практически очнуться от минутного плена неосознанности.       Енбок не произнес ни слова, лишь в порыве такой резкости опуская взгляд ниже глаз напротив, а затем и вовсе внимание отдавая принесенному только что напитку - один только его запах, аромат этого американо отвергает, заставляет нахмуриться и невольно задуматься: а стоит ли пить то, что не переносишь, даже не попробовав?       Хван отпивает свой холодный кофе из трубочки и довольно улыбается. В меру сладкий из-за карамельного сиропа привкус, а горькость удачно контрастирует с ним, очень дополняет. Парень спокойно достает телефон из кармана, на случай новых уведомлений от фанатов открывая твиттер и проверяя ответы под одним из своих последних постов - их сотни. Его заставляют улыбаться яркие аватарки и теплые слова поддержки, в которых, да, честно, многие люди нуждаются.       Снова Ликсу приходится оценить обстановку с парнем напротив - и, о, кто бы сомневался, ему несомненно нравится. И напиток, и атмосфера. И.. то, что происходит в сети? Енбок старается не задумываться об этом, но крепко цепляется за мысль: Хенджина заставляет улыбнуться кто-то другой. Даже в такой момент? Когда сидит напротив того, с кем не виделся долгое время? Феликс прикусывает кончик языка, никак внешне не меняясь на эмоциях: он от самого себя не скрывает, что ему неприятно до ужаса. Хочется просто надеяться, что младший не сошел с ума и не реагирует на пустые записи в интернете именно так.       Ли отпивает небольшой глоток своего кофе, тут же чуть ли не давясь этим привкусом - закрывает рот тыльной стороной руки, в долю секунды жмурясь от того, как все-таки противно обжигает язык температура напитка. Слишком горячий. Слишком горький. Слишком резкий. Слишком в стиле Хенджина. Слишком.. просто слишком. Ли ненавидит кофе и не может совладать с необходимостью его выпить, потому и отодвигает немного ближе к центру стола чашку, свободную руку опуская к себе же на бедро.       Ли невольно вспоминает, как узнал данные некоторых создателей пока немногочисленных аккаунтов поклонников Хенджина, как смог засорить фактически нерентабельным для дальнейшего продвижения контентом эти же страницы. Он просто не хочет, чтоб Хван попадал в опасность, в грязные руки незнакомых ему людей. Он не делает ничего плохого, верно? - Твою личность раскрывали фанаты? - несколькими минутами позже спрашивает Ли. На этот раз он сдерживает себя от новых мыслей, ибо ему точно не стоит заходить дальше допустимой нормы. Он не хочет знать, что думает Хенджин на этот счет. А что вообще в его понимании норма? Когда единственным увлечением является незаконное вторжение в чужие жизни, - .Твои фотографии везде, Хенджин.       Не сказать, что Хван полностью адекватный - ему нравится, когда Ликс немного вздрагивает от прикосновений, тщательно постаравшись укрыть от чужих глаз свою реакцию.. как взглядом приказывает прекратить, тут же отводя его и напрягаясь полностью, включая ту же челюсть. Его скулы.. интересно, что будет, если младший не остановится? Если зайти немного дальше? Феликс сможет ударить или оттолкнуть? Или наоборот поддастся? - Постой, что ты имеешь в виду? Раскрывать личность? - Хенджину почему-то становится именно сейчас непонятным то, что говорит Енбок: его загадочность поражает с каждой секундой все больше. Всегда он что-то скрывает, причем так качественно, что Хван сомневается, скрывает ли. От такого хочется узнать его ближе и изучить от начала до глубин.       Феликс предусмотрительно оглядывается по сторонам, потому что будто бы народу здесь стало в разы больше. Напрягает. А ведь привычное для Ли заключается в том, что он никогда не променяет свою комнату на шумные вечеринки. Бывает, он их посещает, одно время даже все выходные оставался в каких-то дешевых на аренду коттеджах, напивался до такой степени, что организм наутро сдавал чуть ли не целиком и даже общался с универскими. Поклялся себе же в том, что не выпьет ни глотка более - пить на самом деле совсем не его сильная сторона жизни.       Енбок смело поддается немного вперед, чем непередаваемо удивляет младшего, пальцами поддевая резинку маски на лице младшего - даже сейчас он находится в ней, и это мешает. Слишком мешает. Привык, видимо, но вот Феликсу такого Хенджина воспринимать гораздо труднее. - Твой выбор опасен, ты все еще этого не понимаешь? - тепло голоса Ли пробилось сквозь построенный по собственной воле характер. Сколько же нервов Феликс тратил на то, чтоб сдержать ту или иную эмоцию? Бывало, прямо при родителях в истериках высказывался, тогда и успокоительные не помогали.       Фотографии Хвана в ленте, в чатах, абсолютно везде - многие ставят его на аватарки, хотя он не дебютировал. Енбок без сомнений может сказать: его автопортрет составит четче, нежели с собственным отцом или же матерью.       Тем временем снятая с лица младшего маска незаметно свалилась Хвану куда-то на бедра. Ли цепляется взглядом за его глаза, опираясь локтем о свободную часть стола, чтоб просто не свалиться прямо на Хенджина. Аккуратный нос, чистая до идеала кожа.. губы, будто ни разу никем не тронутые. Хенджин кукла, выставленная на всеобщее обозрение и не способная увидеть что-либо за пределами своей коробки. Ли, не взирая на свое мировоззрение, понимает - Хенджин привлекательный. Даже очень.       Феликс не хочет знать о том, что на Хенджина могут буквально дрочить - это мерзко. Осознание, как люди смотрят на него часами, пытаются быть похожими и стремятся встретить в реальности... нет, этого не может быть. Невозможно.       Хенджин все же игнорирует его вопрос, который звучал довольно странно. Пусть Енбок как хочет меняет тему. Вопросы о будущей профессии Хвана и то, с чем он может столкнуться - пугают, так что обсуждать это желания нет никакого. Ему хотелось всегда думать, что в этой сфере все гармонично и ничего плохого случиться просто не может. Никогда. Он продолжит так думать до тех пор, пока не снимет розовые очки.       Младший нервно усмехается, когда маска падает с его лица, будто обнажили в нем что-то сокровенное. По спине пробегаются мурашки, а зрачки расширяются от неожиданно накатившего удивления.. или не только от него?       Хенджину нравится такая близость к другу детства, ибо играет роль тот самый факт, что Хван может поцеловать его в лоб и все в таком духе. Нежность в чужом голосе заставляет таять, контрастом накладываясь на его низкий бас. Хочется.. отдаться, весь мир ему подарить. Красивый Енбок. Слишком. Из них двоих в артисты Феликс точно годится, с такой-то игрушечной внешностью на любой фотографии будет выглядеть великолепно. Хван смотрит на его повязку. Жаль, не может провести по волосам и прикоснутся к лицу, подсчитать каждую его веснушку и выявить каждую родинку. - Ликс, ты такой красивый, - с трудом удерживается Хван, чтоб не прикусить губу: это приятное напряжение не позволяет даже разумно мыслить,- ..Очень. Как всегда, - Хенджин щурится по привычке от той же ласковой улыбки, а старший снова садится на свое место. Как прикованные оба. Хван без маски обворожителен, что аж Феликсу порой приходится засомневаться - а точно ли он не бисексуален? Вроде еще в школе определился, что девушки целиком и полностью занимают его внимание, только вот.. не было еще ни одной, которая попадется под его временную слежку. Его не интересуют девушки, потому что он считает их всех чрезмерно вульгарными. - Тебе не кажется странным, что парни друг другу комплименты делают? - Ли едва заметно наклоняет голову, автоматически перенимая такое же действие Хенджина. Взгляд Хенджина валит куда-то вглубь души, и это заставляет еще больше насторожиться: удерживает в ощущении, будто бы Ли медленно начинает плавиться.       Официант даже не смог своим приходом завлечь их внимание. Феликс поднимает на него взгляд, как только слышит вопрос о дополнительном заказе - вряд ли, потому Ли и задумываться над ответом не стал, говоря принести счет и с недоверием провожая уходящего к стойке работника. Почему даже он смотрел на Хенджина дольше, чем мог бы? Как будто бы знает, кто он такой. Все вокруг будто знают, либо у Феликса настоящая паранойя. А может Хвана в самом деле все до единого знают? - Нет, почему странно? - для Хвана вполне нормально трогать парней, целоваться с ними, флиртовать, делать комплименты и держать за руку. И то, что он открыто бисексуален с огромным уклоном на мужчин - тоже нормально. Хенджин никогда и не скрывал, потому что двадцать первый, мать его, век. Толерантность в нем так и растет у всех и каждого, потому что уважать права всех и каждого для него, для Хенджина является обязанностью, в то время как Енбок.. он точно будет не против втянуть в драку парней, которые в открытую будут показывать свою любовь. Он не терпит подобных выходок. - У тебя были отношения? - напрямую спросить особо не удастся в некоторых ситуациях, а сейчас Ликс это задает так, будто уже готов к положительному ответу. Будто.. готов сделать что-то в итоге после осознания новости: он сам не имеет понятия, что его толкает настолько близко к личной жизни младшего. - Мм, ты удивишься, но.. у меня никогда не было отношений и я девственник, даже никогда не целовался. В плане.. были просто короткие поцелуи с другом, но не более, - Хенджин не смотрит на старшего, внезапно осознавая: он ведь его не знает. Феликс не может быть гомофобом, но.. вдруг?       Мы все родились в гомофобном обществе. Это факт. Некоторые места лучше других, конечно. Но всю твою сознательную жизнь, любая услышанная история, любой увиденный фильм, почти каждая песня гетеросексуальна и игнорирует все, кроме нее, гетеросексуальности, и это вселяет чувство стыда. И, кажется, иногда даже не понимаешь, насколько это влияет на протяжении долгого времени.       Все-таки приходится признать, Хенджин отчасти выносит Феликсу мозг. Говорит обо всем подряд настолько открыто, будто это привычно всем. Да, Феликс идеализирует жизнь с женщиной, особенно учитывая то, что в последние года эти мысли сотрясается редко. Его раздражает не меньше чужое поведение. Есть ли вообще что-то, что его не раздражает? Маловероятно, что да. - А ты? Сколько у тебя было отношений? Просто реагируешь на касания так, будто тебя никогда не трогали, - Хван вновь ухмыляется, уверенно расставляя под столом ноги и удобно укладывая на груди руки, всем своим видом демонстрируя заинтересованность разговором. - Две или три девушки, - Енбок и вправду не зацикливался на отношениях, находя в этом один только полезный факт: для вида. Хенджин никак не похож на того, кто ни разу не был в постели, даже в свои семнадцать. Современные подростки пробуют много слишком рано не по наслышке. Но, черт.. с парнем? Феликс его представить хоть с кем-то не может, не говоря уже о парнях. - Не воспринимай людей по первому впечатлению, Хенджин, - произносить его имя вдобавок к только что прознесенному стало уже чем-то особенным, но язык не поворачивался назвать иначе: сбитый с детской линии характер пока что не позволяет это сделать. - Хочешь сказать, что готов замутить с парнем? У которого точно так же есть член? И тебя это не смутит? - напор в тоне голоса Ли стал более ощутимым. Нет, Хван шутит. Он точно шутит. Не может же он прыгнуть в постель к кому-то из друзей, тех же знакомых? Черт, да Феликс просто не в силах представить перед собой такого уютного Хенджина с кем-то в физической близости.       Хенджин напрягается не меньше. Неужели Енбок все-таки против однополых пар? А есть ли смысл дальше скрываться? Феликс хмурится, но ни один из них так и не думает о задержке упрошенного счета - Ли скользит взглядом от волос младшего к губам и почти закрытой шее - воображение ненароком кидает картинки того, как на его теле появляются отметины чужих страстью заполненных поцелуев. На светлой и мягкой коже. В опущенной в тот же момент на бедро руке до побеления костяшек сжимается край красного свитера. - Хах, послушай, Феликс, я еще не думал о сексе, а о чужом члене тем более. Еще не было такого человека, кто бы привлек мое внимание настолько, чтоб я согласился с ним встречаться и отдался ему, понимаешь? Поэтому я сейчас и не могу утверждать или отрицать что-то.. но у меня есть влечение к парням, - Хван делает короткую паузу, бесшумно набирая воздуха в легкие, - ..И, если я влюблюсь, может и потрахаюсь. Для меня пол значения не имеет, как и гениталии. Любовь разрушает все границы и.. - Хван вновь замолкает, пытаясь подобрать правильные слова, - ..Мне правда плевать на все, если я люблю человека.       Феликс прекрасно помнит, что его собственное мышление значительно отличается от мнения сверстников. Он всегда воспринимает все далеко не так, как это есть на самом деле или как нужно - он видит в Хенджине потенциальную жертву чужой грязной игры и не хочет допустить, чтоб им воспользовались. И сейчас ему хочется просто заткнуть младшего, чтоб не выставлял себя настолько слабым. - Я не тот, кто полезет в постель неизвестному человеку, Феликс. Мне нужно довериться, потому что у меня с этим проблемы. Поэтому я и был всегда одиноким. Если спросишь, почему же я тебе доверяю.. - Хенджин уводит взгляд в сторону, наблюдая за окном проходящих мимо людей, - ..Нас связывает детство, и я чувствую покой рядом с тобой. Чувствую, что могу подкалывать тебя и обнимать, как раньше. Но я пойму, если ты..- Хенджин замолкает. Может, Ликсу совершенно безразличны эти изречения? - ..Если ты не чувствуешь того же, - он выговорился практически на одном дыхании, от чего сейчас ему стало неловко. Феликс не перебил ни разу, слушая настолько внимательно, как будто старается пробиться внутрь души. Как он может отреагировать? Бросит Хвана в этом же кафе и уйдет домой, потом даже не желая пускать его туда?       Младший касается ладонью собственной шеи, чтобы хоть немного успокоиться. Тяжело общаться с людьми, хоть он сам по себе довольно общителен. Но, приходя домой, он всегда после такого ощущает жуткое выгорание, просто лежит на полу, не переодевшись и совсем не думает удерживать в глубине слезы, потому что чувствует, будто навязывается. Он и сейчас почти навязывается, а мысль об этом вовсе выбивает из колен. - В нашем веке по любви отношения заводят единицы, - монотонно произносит Феликс, пока блеск его глаз постепенно становится отражением периодически всплывающих изнутри желаний. - Почему же этот твой друг не научил тебя нормально целоваться? Не показал прелести взрослой жизни? - официант наконец вспоминает о них, выкладывая счет на столик, благо ни единого лишнего вопроса не услышал. Правильно, ему лучше не вмешиваться и не знать, что происходит между этими двумя. Феликс поднял до того заполненный ненавистью взгляд, что аж у невинного работника кафе кровь в жилах стынет, ни слова не произнося и тут же поднося телефон к терминалу - чем быстрее оплатят, тем быстрее скроются с глаз окружающих, а следом получает благодарный кивок работника и отточенное повторениями приглашение посетить их кафе еще раз.       Хван не встает до тех пор, пока Ликс оплачивает, а затем надевает куртку и торопливо выходит из кафе, решаясь дождаться старшего снаружи. От окружившего их на время шума в висках начинает пульсировать, но почему-то есть такое подозрение, что это на деле не совсем от шума.       На улице все так же прохладно, а куртка словно вообще не греет, позволяя неприятным на этот раз мурашкам окутать тело. Как же тяжело. Тяжело быть собой и не надевать чертову маску идеального и прекрасного. Хван прикрывает лицо руками и вздыхает, после откидывая голову назад и удерживаясь руками за перила небольшой лестницы, ведущей прямо к асфальту. Ему так сильно хочется простого "дружить" с Феликсом, но он теперь совсем другой.       Феликс подходит к младшему почти беззвучно, поднимая синхронно с ним взгляд к небу. Можно возвести стены, загородится потолком, но оно как было над твоей головой, так там и останется. Точно так же в играх с собственной душой, можно вырастить любые иллюзии, разбить все зеркала, но твое лицо все равно останется прежним.       Почему Хван не целовался с другом? Тот пытался его как следует научить, но младший просто отказался, потому что не мог целовать того, к кому не было чувств. Они просто делали мелочные вещи по дружбе. Ему не раз предлагали переспать, даже взрослые на тот момент мужчины, и никого не смущало, что ему самому едва ли исполнилось шестнадцать. Им было плевать. Все лишь хотели обкончать это юношеское лицо, еще не сформированное тело, а после бесследно испариться. Это действительно все. Хван никогда не позволял прикасаться к себе никому, кроме себя. - Пошли уже? Я устал и хочу спать, - прямолинейно заявляет младший, первым спускаясь вниз и не решаясь вновь смотреть на Енбока. Старший невесомо касается запястья Хенджина, принуждая в пустоте улицы остановиться. Они не при людях, потому и вряд ли кто сможет засечь действия местной знаменитости: Ли останавливается за спиной младшего, слегка непривычно приблизившись к его уху. - Хенджин, я помню каждую нашу прогулку. Тебя смущает то, что я веду себя не как раньше? - равномерный тон голоса старшего, кажется, сбить ничем нельзя, - ..Помню каждое объятие и абсолютно все ночевки. Разве можно считать, что ты для меня был никем? - правда, Феликс ранее безошибочно ощутил, что Хвана пугает такая неизведанность. Он не хотел доводить себя до такого безразличия ко всему вокруг, но сделал это под влиянием ломающегося со временем сознания: никому и не узнать, как Ликс притаскивал в юношестве трупы животных в дом, лишь бы изучить их физиологию. Родителей это пугало до вечерних истерик. Их ребенок склонен к сумасшествию, но со временем вроде научился справляться? Он и сам без понятия, - ..Сомневаюсь, что на тебя накатила усталость после десятичасового с лишним сна и всего лишь устал.       Хенджин иногда мечтает дотронуться до облаков, лечь прямо в их эпицентр и до последнего смотреть в небо, как бы сильно не резало от светлого цвета глаза. Небо редко бывает таким высоким. В ясные дни у него вообще нет высоты - только синева. Нужны облака, чтобы оно стало высоким или низким. Вот так и человеческая душа - она не бывает высокой или низкой сама по себе, все зависит исключительно от намерений и мыслей, которые ее заполняют в настоящий момент… Память, личность — это все тоже как облака. Все в мире иллюзия. Нет ничего искреннего, кроме детской любви и преданности. Только дети могут настолько искренне к чему-то привязаться. К людям, к местам, да к тем же играм - у каждого была раньше игра, от существования которой сразу горит счастьем взгляд. - Правда помнишь? И наш домик на дереве? - младший аккуратно поворачивается к нему лицом и неожиданно для себя теряет контроль. Подается вперед за крепким объятием, сжимая сразу же пальцами чужой свитер и вдыхая как можно глубже, всеми силами пытаясь заверить свой мозг, что все происходит наяву. Хенджин скучал по Феликсу настолько, что готов придать ему самый главный смысл, сделать его смыслом своей жизни, которым Енбок всегда казался раньше. - Мне неловко, но.. я очень скучал, - Хван проговаривает осторожно, уже предполагая: Феликс может его в любой момент оттолкнуть. А сам гладит того по волосам, стараясь ощутить и его запах тоже. - Дурак, ты все еще пахнешь шоколадом, - Хван игриво толкает его в плечо и начинает смеяться, никак не с издевкой. А Феликсу такой исход событий предсказать не удалось совершенно, в связи с чем, двигаясь на социопатичных рефлексах, он поначалу хотел оттолкнуть. Но Хенджин так бесстрашен. Он принюхивается, как ребенок, от чего внутри разрастаются двуликие ощущения у обоих. Старший отставляет одну ногу немного назад, дабы лучше удержать равновесие, притом даже не понимая, куда стоит деть руки - он долгое время не позволял себя обнимать никому. - У меня память, к слову, не кратковременная, - констатирует Ликс явный факт, как только Хенджин удивляется подобному ответу. Младший теплый, Енбок это ощущает даже через одежду. Дико согревает, учитывая, что Феликс еще не успел привыкнуть к уличной прохладе: он разве слабак, чтобы жаловаться на это? А вот про запах слышать оказалось еще более странным. В детстве он всегда таскал мамин шампунь, питая не слабую любовь к сладкому, да и Хенджину тогда это нравилось. - Блять, опять перепутал, - Феликс порой и не замечает, каким шампунем пользуется. Ему просто плевать, никто и не ощутит запаха издалека, а близко к кому-то подходить он сам не осмелился бы. Ли немного щурится, посильнее сжимая запястье младшего при слабом толчке, и лишь через пару секунд отпускает.       Самовнушение. Для психически нездоровых людей это самое опасное, что только может влиять на разум, но Ли как будто бы замечает, что даже с такого расстояния от Хенджина исходит какой-то приятный, цветочный запах. Духи? Неужели от него и вправду так нежно пахнет? - Мог бы не на улице это сделать, - тише возмущается Енбок, будто бы от неожиданного падения поправляя край свитера и вновь поднимая взгляд на парня напротив. Вау, ему так легко поднять настроение? Недолгие объятия в самом деле подняли Хенджину настроение, и он успел быстро забыть о том, что произошло в кафе, а Феликс в таком образе выглядит не тем невыносимым льдом, которым выдает себя обычно. А вдруг он ведет себя так только с Хенджином?       Они не выронили ни слова, когда двинулись в путь обратно. Любой город, как живой организм, обладает венами и артериями - это улицы. А наполнение их – кровь города, его обитатели. Направление потоков всегда определенно и полезно.. Утром люди несутся на работу, заполняя артерии и средства транспорта, днем неработающие и работающие ходят по магазинам, вечером по венам стекаются к своим жилищам, а потом порой покидают их снова, совершая вылазки в кино или на дискотеку. - Я могу зайти? Пожалуйста, - Хенджин так резко привлекает к себе внимание, когда сам останавливается возле какого-то магазинчика. Старший в отличие от Хвана от объятий отходит от милостей друга гораздо хуже, чем от серьезных разговоров - всеми силами пытается понять, что чувствует. Не понимает, по какой причине его все это раздражает еще больше - Ли автоматически соглашается с каким-то предложением младшего, не успевая сфокусировать внимание на его предложении.