IN THE YEAR OF '39

~Наши дни, 2239 год Пожилой человек по имени генерал Стедерт, одетый в красочную униформу UFSC, стоял на мостике, глядя на контрольные экраны, на которые были сосредоточены другие члены экипажа Звездолета Объединенной Федерации, его лоб был нахмурен от беспокойства. "Что-то еще" спросил он. "Нет, сэр" ответил капитан. "Нет даже температуры?" Капитан на мгновение заколебался, прежде чем покачать головой. "Наши термоанализаторы, похоже, заклинило, сэр", - признался он. "Один из них показывает более миллиона градусов, а другой - минус шесть тысяч". На мгновение на лице Стедерта отразилось потрясенное недоверие, когда он взглянул на капитана. - Майор Хаттон? "Я никогда раньше не видел ничего подобного", - последовал ответ майора Джима Хаттона, его глаза расширились. Заговорил другой голос, на этот раз по внутренней связи. "Это обретает форму!" "Давайте посмотрим", - сказал Стедерт. "Откройте щит", - приказывал капитан. Член экипажа нажал кнопку на большой панели управления, и появились звезды, когда защитный экран корабля отключился. Генерал и остальные на мостике смотрели на звездную галактику, где в центре была темная движущаяся масса, кружащаяся вокруг, как буря, принимая форму черной дыры, той самой вещи, которая была ужасом для всей вселенной. Она менял форму и цвета: от фиолетового, оранжевого, синего до огненно-красного, затем кроваво-красного и отвратительного темно-зеленого. Это были все цвета смерти. Капитан ожидал, что произойдет нечто подобное, и сначала не хотел верить, пока не увидел это собственными глазами. Это приводило его в бесконечный ужас. Да поможет нам всем Господь... ~~~~ За много эонов световых лет отсюда, высоко в паутине башен, недалеко от Нью-Йорка, был офис президента Соединенной Федерации. Дверь открылась, и президент, Мистер Джозеф Франсис Мацелло III, вошел в огромный офис, поймав внимание его коллег. Ростом он был 5- ти футов и 9-ти дюймов, с худощавым телосложением, короткими темно русыми волосами и ореховыми глазами. Он был довольно молод, первый и самый молодой избранный президент 36- ти лет. Помимо своих обязанностей президента, он был актер, режиссер и сценарист... "Мы выйдем в эфир с генералом Штайдертом ровно через две минуты", сказала ему молодая девушка с короткими блондинистыми волосами. "Спасибо, миссис Бойнтон," сказал президент, садясь в свое огромное кресло из красного дерева. Большой офис был переполнен людьми в военной форме, учеными в зеленых пальто, помощниками, техниками и советниками. В дальнем конце похожего на аудиторию кабинета, отец Джон Ричард Дикон нервно откашлялся и подошел, чтобы занять отведенное ему место, на лицах многих других учеников в комнате были обеспокоенные выражения, у некоторых выжидательные, у других мрачные. Все признаки были очевидны. Конец был близок. В его возрасте он не хотел в это верить, но у него не было выбора. Не так давно он только приступил к исполнению обязанностей священника. Кроме того, только в прошлом месяце ему исполнилось 26 лет, и он хотел жить полноценной жизнью. Он мог только надеяться, что его переданные знания смогут спасти жизни миллионов, если не миллиардов людей. Джон положил руку на плечо своих юных помощников и приемного сына, напугав длинноволосого подростка. "Черт возьми, пап, ты меня напугал", - прошептал он. Посмотрев на лицо своего отца, он заметил что в его зеленых глазах и выражении лица не было никаких эмоций. "Что я тебе говорил о проклятиях?" - спросил Джон, его ворчливый тон голоса был мягкий и нежный. "Прости, папа, я забыл", - извинился Люк тихим голосом. Джон ободряюще улыбнулся ему, поскольку сам он все еще иногда ругался. "Все в порядке". Молодой подросток встал. "О, я оставил для тебя место". "Спасибо, Люк", - поблагодарил Джон. ~~~~ "Генерал Штайдерт, президент Маццелло на линии!" - позвал голос. Старый генерал поднял глаза на экран конференц-связи, и, хотя он был далеко, мужчина улыбнулся, благодарный за то, что увидел молодого президента и его гостей. "Мы на месте, господин президент", - сказал он. "Отлично", - последовал успокаивающий ответ Президента. "Я свяжусь с Верховным советом в ближайшие десять минут или около того, только факты, так что, если бы вы могли, пожалуйста..." "Результатов химического и молекулярного анализа пока нет", - сказал генерал. "Чего ждать??" - недоверчиво спрашивает Президент, нахмурив брови. "Ты пытаешься сказать мне, что не знаешь, что это такое?" Генерал покачал головой. "Пока нет, сынок", - ответил он. "Единственное, что мы знаем, это то, что Это просто продолжает увеличиваться с каждой секундой". ~~~~ Ропот замешательства пронесся по кабинету президента Маццелло. Джон и его сын с нетерпением не отрывали глаз от экрана. Президент повернулся к своим сотрудникам. "У нас есть какие-нибудь другие варианты?" спросил он. Другой генерал выступил вперед. "Мы либо ждем, либо действуем", - высказал он. Президент снова повернулся к большому экрану. "Стедерт, какие-нибудь рекомендации?" "Я бы, возможно, порекомендовал сначала стрелять, а потом задавать вопросы", - раздается его голос из динамиков. -" Я не люблю незваных гостей". Молодой президент вздохнул и повернулся к ученым, стоявшим позади него. "Джентльмены?" Группа ученых переглянулась, неловко переминаясь на месте, когда один из них прочистил горло. "Хм, если можно так выразиться, я думаю, что было бы довольно глупо стрелять в живой организм, не потратив время на его тщательное изучение. Кроме того, он пока не проявлял никаких признаков враждебности или агрессии." Внезапный протестующий ропот донесся от военных на другом конце комнаты. Подняв руку, президент Маццелло успокоил их. "Да, вы правы, Это пока ничего из этого не показало", - согласился он. "Но Это становится все больше". "Как и люди, но это не повод стрелять в него!" - воскликнул один из ученых. Президент Маццелло раздраженно вздохнул в ответ. "М-мистер президент?" - раздался застенчивый робкий голос с британским акцентом. Военные расступились, и вперед вышел молодой человек с короткими темно-каштановыми волосами, одетый в рясу священника и с кулоном в виде щепки на шее. "да?" - спрашивает президент Маццелло. "Меня зовут Джон Ричард Дикон, я священник, который присоединился к делегации около 8 месяцев назад", - говорит он, делая шаг вперед, чтобы представиться. "Если я могу уделить вам минутку вашего времени, у меня есть другая теория, чтобы предложить вам, господин президент". Президент Маццелло улыбнулся. "Вы можете начинать". Джон на мгновение задумчиво опустил глаза, прежде чем продолжить. Все глаза в комнате сосредоточились на нем, когда он стал центром всеобщего внимания. "Папа..." - тихо проговорил Люк. Джон поднял палец, заставляя замолчать молодого человека, который отступает назад. "Представьте это на мгновение", - говорит он. "Эта штука, чем бы она ни была, не может быть идентифицирована, потому что она просто не хочет, чтобы ее идентифицировали, потому что это Зло. Абсолютное Зло." Президент пожал плечами. "Так что это должно быть поводом для съемки", - говорит он. Генералы и военные кивнули в знак согласия, а Джон покачал головой. "Пожалуйста, просто выслушайте меня", - сказал он. "Зло порождает зло. Стрельба по нему только сделает Это сильнее". На экране наверху внезапно вспыхнула бурная деятельность, и президент Маццелло повернулся в своем кресле, чтобы посмотреть, что происходит. "Зонд достигнет цели через десять секунд!" - объявляет голос. "Хорошо, теперь опусти щит!" - раздался другой голос. С большого экрана над головой все глаза в комнате наблюдали, как окно звездолета прояснилось, открыв разноцветную, уродливую темную массу. По комнате разнеслись вздохи ужаса, затем наступила тишина, когда зонд приблизился к своей цели. Затем зонд был выпущен, исчезнув в массе, которая начала кипеть и расти еще больше. "Президент Маццелло!" - раздался крик генерала Штайдерта. "Кажется, у нас есть еще одна проблема!" "Боже милостивый, скорость роста этой штуки составляет почти 30 процентов!" - в панике закричал техник. Все взгляды устремились на молодого президента в комнате, который, казалось, был озадачен тем, что делать дальше. Он снова повернулся к молодому священнику. "Твоя теория очень интересна, отец, но я не думаю, что у нас сейчас есть время вдаваться в нее", - сказал он тихим голосом. "Но время не имеет значения", - возразил Джон. "Важна только жизнь". "Да, и это именно то, что мы собираемся сделать", - сказал Маццелло. "Защитить жизни 200 с лишним миллиардов человек!" Он развернулся на стуле. "Генерал Штайдерт, вы можете стрелять, когда будете готовы!" "Вас понял", - сказал Стедерт, подавая сигнал к запуску ракеты. С экрана все в большом офисе наблюдали, как что-то начало меняться за иллюминатором звездолета. Черная катящаяся масса принимала твердую форму, превращаясь в планету, покрытую черной коркой. "Боже мой, его структура только что затвердела на поверхности", - сказал ученый с широко раскрытыми от ужаса глазами. "Должно быть, он ожидает нападения", - добавил другой. "Боже милостивый", - прошептал Джон. "Самые ужасные разведданные, какие только можно вообразить, господин президент". Маццелло, услышав, что сказал священник, колебался, но не отворачивался от экрана. "Стедерт?! Ты все еще меня слышишь?" "Д-да, сэр", - последовал его заикающийся ответ. "У меня есть сомнения", - сказал ему Маццелло. "Я не такой, господин президент", - пробормотал генерал. Прежде чем можно было отдать какие-либо встречные приказы, экран заполнился ослепительным белым светом, когда была выпущена ракета. Затем свет померк, превратившись в булавочный укол, похожий на падающую звезду, когда она ускорилась, одним прыжком преодолев тысячи миль. Он коротко моргнул, прежде чем нацелился на свою цель - гигантскую темную массу, и внезапно с радиоактивным взрывом проник в нее. "Прикрой глаза!",- Штайдерт отдал приказы через громкоговорители. Все в большой комнате прикрыли глаза, ожидая взрыва, но ничего не произошло. Ракета была поглощена массой, и сразу же темная планета снова начала расти, еще более быстрыми темпами, чем раньше. "Приготовьтесь выстрелить еще три раза!" - заорал Генерал Штайдерт. "Но, сэр!" "Просто сделайте это!" - кричит в ответ генерал. "Зарядите серию ракет 250ZR для максимальной защиты щита!" "Стедерт", - начал Маццелло. "Что там происходит? Ты можешь уничтожить его или нет?" "Я собираюсь это сделать, господин президент". Последовала еще одна вспышка света, на этот раз в три раза ярче, чем предыдущая, когда три булавочных укола направились к отвратительной черной массе, преодолев большое расстояние. А затем, когда они приблизились к цели, вспышки были поглощены точно так же, как и первая ракета. Темная планета сразу же удвоилась в размерах! "Он увеличился в диаметре более чем на двести процентов!" - выкрикивает один из ученых в большой комнате. Внезапный крик со звездолета привлек всеобщее внимание. "Он движется к кораблю!" Широко раскрыв глаза, Маццелло наклонился вперед. "Стедерт, убирайся оттуда сейчас же!" - кричит он на экран. "Стедерт, ты меня слышишь?!" Стедерт проигнорировал его. "Что у нас есть такого, что больше, чем 250?" " Ничего, генерал." "Стедерт, пожалуйста!" - кричит Маццелло, вставая со своего стула. "Убирайся оттуда, сейчас же, это приказ!" Громкость криков президента Маццелло привела к включению экрана с голосовой активацией, и секунду спустя экран заполнило испуганное лицо генерала Штайдерта, его лоб, покрытый потом, и чем- то еще... "О Боже", - сказал Маццелло. Густая черная жидкость начала сочиться по его лбу и носу, медленно стекая вниз, как сироп. Старый генерал уже собирался вытереть его, когда яркая вспышка заполнила экран, осветив лицо старика, глаза которые были полны слез. "Прости, мой дорогой мальчик", - донесся из динамиков плач генерала. "Стедерт, убирайся сейчас же, черт возьми!" снова закричал Маццелло, его сердце бешено заколотилось в груди. Он схватился за волосы, чувствуя, что вот-вот расплачется. Затем экран сменился, чтобы снова показать весь звездолет, все застыли в страхе, наблюдая, как огромный огненный шар появился из черной планеты, становясь все ближе и ближе, испуганные крики экипажа заполнили большую комнату. "Боже милостивый!" Стедерт заплакал. "Стедерт!" Долю секунды спустя звездолет был уничтожен ураганом огня и шума, экран погас, затем снова включился, пока, наконец, не погас полностью, когда истерические крики и плач президента Маццелло наполнили большой офис. Помощники бросились к нему, чтобы успокоить. Все в комнате молчали, опустив головы, слышались только звуки учащенного дыхания, сдавленных рыданий и тихие голоса помощников президента. Позади него Джон закрыл глаза и склонил голову, по его щекам катились тихие слезы...