Заложники своих обещаний.

      Они стоят у двери, дожидаясь, когда кто-нибудь выйдет из подъезда и оставит дверь открытой.       Крис, пытаясь занять себя, рисует носком ботинка какие-то узоры на тонком слое снега на асфальте. Получается плохо и размыто, но некоторые линии, превращающиеся в буквы, все же становятся похожи на слова.       Форд с гордой улыбкой поднимает взгляд на Каспера и только в последний момент замечает, как Хилл стирает подошвой обуви свое же имя. Брюнет стоит совсем рядом, а под ногами у него теперь только черное размытое пятно мокрого асфальта.       Дверь открывает ребенок в огромном зимнем пуховике, старательно натянутой шапке и с мяукающим рюкзаком на спине. Он спрыгивает по ступенькам вниз, приближаясь к парням, но Форд уже спешит к двери.       Когда мальчик, шмыкая простывшим носом, проходит мимо Каспера, брюнет замечает, как из рюкзака торчит рыжевато-белая пушистая морда. Хилл провожает любопытного кота взглядом, а Крис терпеливо дожидается у двери. Звать не рискует — привлекут к себе лишнее внимание. Но когда мальчик с мяукающим рюкзаком скрывается из вида, Каспер уже закрывает за собой дверь.       Они поднимаются по лестнице. Каспер идет первый, потому что Крис сказал, что не найдет нужный этаж. А сам Форд идет следом; подстраховывает на случай, если еще не спавшая температура Каспера решит отыграться на брюнете обмороком или «ожившими» ступеньками.       Этаж оказывается расположен выше, чем ожидал Крис. Но когда парни наконец сбегают с лестничной клетки и останавливаются в коридоре, криминалист протягивает Хиллу медицинские перчатки, молча подходя к нужной двери.       В коридоре тихо и все двери кажутся абсолютно одинаковыми, из-за чего Каспер заставляет Криса перепроверить номер квартиры с бумажки. Форд не сомневается и только, спрятав записку и вооружившись невидимками, опускается на корточки напротив двери.       Каспер стоит «на шухере», хотя за абсолютно пустым коридором следит не особо, и, натягивая на руки новые медицинские перчатки, иногда поворачивается для того чтобы проверить, работает ли блондин.       В один из таких моментов Хилл даже не замечает, как из дверей дальней квартиры выходит один из жителей.              — Молодой человек, что вы тут так скребетесь?       Каспер поворачивается слишком резко, а Форд наоборот застывает у двери и только переводит взгляд на женщину в коридоре.       Подслеповатая старушка с огромными очками, которые удивительным образом увеличивают ее и без того большие карие глаза, стоит возле своей открытой двери в розовом халате и с такого же цвета повязкой на седых волосах. Внезапно, к удивлению обоих заставших в вороватых позах парней, женщина восхищенно хлопает в ладоши:              — У вас пиренейская горная собака?       Хилл переводит взгляд на Криса в стороне и, в два шага подходя к нему, с натянутой улыбкой отвечает:             — Она самая, мэм.       Крис хочет что-то возразить, но вместо этого только послушно подставляет голову ближе к чужой руке, когда Хилл наклоняется потрепать «своего питомца» по голове.       Старушка в детском восторге снова хлопает в ладоши.             — Просто огромный! Не боитесь, что укусит?             — Он послушный, — уже более естественно улыбается Каспер и, прекращая перебирать светлые пряди волос Форда, протягивает ему руку, — Крос, морду.       Старушка в ожидании чуда замирает в коридоре, а Хилл встречается с парнем взглядами. Крис все понимает без слов. В последний раз посмотрев на руку перед собой, блондин отстраняется от замка и под аплодисменты старушки опускает голову на чужую ладонь. Каспер, хитро прищурившись и наблюдая за этим сверху, сжимает пальцы на щеках криминалиста, удерживая, и наклоняется, оставляя короткий поцелуй на лбу.       Старушка в стороне в очередной раз хлопает в ладоши, видимо, таким образом выражая любые свои положительные эмоции.             — Браво! Но вам все же лучше уйти. У нас не любят, когда собаки скребутся в коридорах.       Каспер снова натянуто улыбается и, отпуская Форда, отвечает:             — Мы уже уходим.       Бабушка исчезает за дверью в свою квартиру. Форд, щелкая открывшимся замком, улыбается, желая прокомментировать слух старушки, но Каспер успевает закрыть ему рот ладонью и прошептать:              — Она еще может вернуться. Просто молчи и стой у двери на случай, если Мерфи уже проснулся и решил сбежать.       Крис хочет возразить, но Хилл продолжает держать руку у чужого рта, пока не чувствует мягкий поцелуй на ладони — обещание блондина вести себя спокойно.       Каспер исчезает в сумеречно-темных с утра комнатах открытой квартиры, когда Форд поднимается с корточек. Проходит минута, пять, десять, но брюнет все не появляется, а Крис автоматически начинает предполагать все самое худшее. Что если в одной из этих комнатах действительно спит Мерфи? Да ладно Мерфи, а если просто парень Хейз?       Форд не сомневался — Каспер сможет выкрутиться в любом случае, но просто вдруг у парня Хейз действительно есть оружие?       Крис вспоминает, что обещал молчать и стоять, но делает шаг через порог, заходя в темную квартиру и закрывая за собой дверь.       В квартире оказывается по-прежнему тихо, а без света из коридора еще и совершенно неуютно.              — Ты мне что обещал?       Форд отпускает ручку двери, резко поворачиваясь лицом к Хиллу. Брюнет стоит в какой-то комнате и напоминает Крису тень или специальную иллюзию, как в ужастиках. Но когда Каспер тихо хмыкает и снова уходит вглубь комнаты, то блондин успокаивается.       Из той же комнаты, буквально через несколько секунд, раздается приказ:             — Осмотри комнаты как криминалист. Если найдешь что-нибудь интересное, то зови.       С момента последних слов Каспера проходит примерно час. За это время парни успевают осмотреть все комнаты в квартире, перерыть все шкафы, мусорки и тумбочки.       Касперу результаты обыска не нравятся, потому что они успевают убедиться — в квартире нет ни только самого Грэя, его следов или вещей, которые хоть как-нибудь указывали на присутствие в квартире Хейз Мерфи-младшего или любого другого парня, но и вообще следов других людей.       И только Крис находит перекись водорода рядом с тряпкой в ванной, а не в аптечке и, насторожившись, сообщает это Хиллу.       Каспер внимательно разглядывает наполовину пустой пузырек с жидкостью, крутя его в руках, и задумчиво уточняет:             — Перекись ведь хорошо уничтожает следы крови? Причем так, что их потом не могут найти криминалисты.       Крис подтверждающе кивает, забирая пальцами в тканевых перчатках пузырек и возвращая его на место.             — Это еще не доказательство. Даниэль могла порезаться и просто дезинфицировать руку в ванной, чтобы не заляпать кровью квартиру.              — А могла дезинфицировать рану не себе, а кому-нибудь, — не соглашается брюнет, — Крови Грэя в доме Эттвуд было достаточно, а в больницу никто не обращался, я проверял. Значит, Мерфи либо сам справлялся с раной, либо ему помогли.       Они выходят из ванной, и только Крис все же решает задать вопрос:              — Ты сам веришь в свою версию?       Звучит грубо, но Каспер знает, что это просто вопрос. Брюнет останавливается и молчит, но, видимо, не находя слов для ответа, продолжает идти вперед.              — Нам нужно уходить, — одновременно озвучивают парни.       Температура Каспера по-немногу и очень медленно начинает проходить — Форд видит это по брюнету и, опасаясь, что Хейз может вернуться домой за вещами, решает вывести полицейского из квартиры.       Когда парни уходят, квартира остается в прежнем виде, а Крис закрывает за ними дверь точно также, как и открывал.       Все та же лестница, этажи, одна машина на двоих, но в этот раз на водительском сидении уже пришедший в себя Каспер. Форд с удовольствием замечает — с ним рядом снова аналитик, и в шутку кидает водителю:             — Мне полагается какая-нибудь награда за соучастие и риск своей жизнью?       Шутка, брошенная на подъезде к дому Каспера, остается проигнорированной, и оставшуюся дорогу они едут молча.       Каспер паркует машину в безлюдном уголке, а Форд понимает — специально. Они сидят в закрытой машине несколько минут, прежде чем брюнет поворачивается к подозрительно смирному Крису и почти сразу же замечает, как чужой кончик языка аккуратно проходится по губам, а парень с разноцветными глазами напротив хитро щурится. Каспер, все еще удерживая одну руку на руле, на выходку приблизившегося Криса только едва заметно приоткрывает рот. Форд чувствует чужой сосредоточенный взгляд, расслабленные жесты и принимает это за разрешение углубить поцелуй, но уже через несколько секунд морщится, приоткрывая рот с укушенным кончиком языка. Едва заметная капелька крови, стекая с языка, падает на растягивающиеся в улыбке губы Форда. Теперь Каспер точно снова в порядке.       Хилл только тихо хмыкает на довольное выражение лица Форда и собирается выходить из машины, уже успевая даже закрыть для этого дверь. Раз дали больничный на день, значит нужно его потратить. Но чужая хватка на руке задерживает планы, которые Каспер все равно не поменяет ради Криса, не позволяя встать с сидения. Брюнет остается и чувствует осторожные поцелуи в темные волосы, шею и раздающийся возле уха ласковый шепот:              — Раз у тебя сегодня больничный, то, может быть, я мог бы подняться к тебе в квартиру? Дождемся вместе вечера и поднимемся на крышу дома. Будем стоять и смотреть сверху на проезжающие внизу по заснеженным улицам машины, горящие вдалеке здания или на едва заметные из-за света в городе звезды на небе. Ну или просто целоваться, стоя на крыше в звездную ночь.       Каспер слушает спонтанную речь так внимательно, что в душе Форда зараждается слабая надежда — «Уговорил». Но вместо ответа после паузы Хилл просто забирает свою руку из ослабившейся хватки и выходит из машины Криса, молча закрывая за собой дверь.       Ответ оказывается очевиден и криминалист задумчиво пересаживается на водительское сидение, как вдруг замечает наклонившегося к окну все еще серьезного брюнета. Его волосы забавным образом спадают на бок, а синие глаза сверкают привычным блеском, успокаивая Форда — в чужом взгляде исчезает любой намек на плохое самочувствие Каспера.             — Если тебя вдруг потянуло на романтику, то не пиши и не звони мне. Днем, — замечая настороженность, нарочно позже добавляет Каспер, — Чтобы я мог выспаться. Приедешь вечером, а там посмотрим.       И Хилл уходит, поднимаясь по лестнице к своему подъезду и заметив в ответ довольную улыбку криминалиста.