Покоряя глубины

На улице сегодня прекрасная погода. Прям как в сказках пишут: птички поют, солнышко сверкает, ветерок приятно ласкает кожу. День по-настоящему волшебный. Он отличался от других своей чарующей атмосферой, словно кто-то наложил заклинание. Всюду растут прекрасные цветы, запах которых разносится по всей округе, завораживая своим ароматом. Одурманивая. Дети весело играют на чистом поле, не замечая настоящей угрозы. Они ведь ещё совсем юные, и их сознание далеко от понимания происходящего. Пока малыши весело играют и изучают этот суровый мир, взрослые выстраивают великие планы на собственное существование. Как интересно… Не правда ли? Малышка подбежала к Инку и крепко обняла. На её лице сияла улыбка, а в глазах пылал тот самый чарующий огонёк. Художник всегда любил его, он приносил весьма позитивные эмоции. Словно поддержка, только с молчаливым подтекстом. Никаких слов. Никаких лишних движений. Лишь он, огромное поле и крепкие объятия. — Он снова меня обижает, Инк. — Подняв голову, произнесла малышка. — Такими темпами все волосы мне выдергает! — Гено, возможно он просто придурок. Ну… Или пытается добиться твоего внимания. Ты же знаешь, Рипер очень часто хулиганит. Вся сила в твоих руках. Девочка запротестовала. Она была из тех, кто не в силах принимать важные решения. Но зато она вполне могла дать сдачи, что в принципе и произошло. Мальчик получил весьма увесистый подзатыльник, который запомнит ещё на долгое время. Инк же тихонько смеялся, параллельно наблюдая за своими друзьями. На лице читалась искрення улыбка. Дрим где-то рядом развлекал малышей новыми играми, которые сам придумал. Картонные карточки с нарисованными персонажами весьма привлекали детский взор, а правила игры были достаточно просты для понимания. Помимо простых развлечений они также помогали изучать грамматику и лицезреть новых животных. Совмещать притяное с полезным, так скажем. Инк наслаждался погодой, рисуя при этом очередной пейзаж на своём холсте. Когда картина была почти закончена и он стал собирать вещи, небо заволокло тучами. Весьма неприятно. Да и в этом не было ничего странного ибо так происходит постоянно. Искать в погодных условиях какой-то скрытый смысл, тем более маленькому парню, которому всё это чуждо. Хотя на самом деле нотки страха в его голове появились. Это нормально, но не когда вокруг тебя одни лишь трупы. Художник огляделся, и когда-то мирная и спокойная поляна превратилась в большую могилу. Мальчик стоял в середине поля, держа в руках хрупкий холст. Начался дождь. Оставшаяся кровь стекала по земле и тут же впитывалась. В воздухе стоял настолько неприятный запах, что мальчишку начало тошнить. Он не понимал в какой момент всё настолько изменилось. Инк уже не ребёнок, но на его руках море крови, вся одежда в темно-красных пятнах и ливень уже не сможет убрать этого. Вместе с потоками воды уходили и слезы. Горячие неостановимые слезы. На душе было так больно, так невыносимо, что стоять на ногах уже не было сил. Он склонился как можно ближе к земле, его белоснежные когда-то волосы теперь полностью смешались с грязью, проливным дождём и кровью. Вокруг царил хаос. Инк проснулся на рассвете. Такие страшные сны ему давно не снились. В душе затаился страх. Неужели из-за него столько погибших и невинных людей? Что он сделал? Что он сможет сделать? Никто не знал и вероятно не узнает. Его дыхание становилось тяжёлым и прерывистым, в голову пробралась паника. Накопившиеся эмоции не могли удержаться в крохотной душе и старались вырваться наружу. Он пытался подавлять потоки магии ибо была вероятность очередного уничтожения корабля. Как же было больно, словно всё тело парализовало, мышцы бились в агониях, а сам разум безостановочно производил картинки сна перед глазами. Все звуки разом исчезли. Тишина. И темнота. Он уже не слышал как кто-то постучал в дверь, а после та слетела с петель. Инк провалился в беспросветную дрёму сразу после того, как увидел перед собой капитана.

***

Прошло долгих несколько дней. Художник видел множество страшных картинок, не мог остановить их поток. Его заставляли вновь и вновь видеть самые страшные события, которых на самом деле не было в реальной жизни, но вот на страхи давили прилично. Он видел гибель своих друзей, своего близкого человека. Смерть вырывала Эррора из теплых объятий и кидала того в пропасть, пока сам Инк молча смотрел на все эти ужасы. Он был беззащитен. И так продолжалось до тех пор, пока в реальность его не вернул до боли знакомый голос, который не нервировал, но и приносил весьма противоречивые чувства. — Ту-ту-ту, мяска сегодня наверну. Доктор умеет приводить в чувство людей, это несомненно. — Мхм? Сколько я был в отрубе? — Поинтересовался художник. — Где-то дня три, может больше, — начал он обычным игривым голосом, — но знаешь, что мне правда интересно? — Его тон сменился на более серьёзный. Инк ещё никогда не слышал такого уникального тембра. Бассовый голос полноценно вывел его из анабиоза. — Найтмер снова взялся за старое. Я уже думал ты не очнёшься. — Причём тут он? — Ну, так его магия заставляет людей видеть кошмары. Он питается негативной энергией, в частности страхом и паникой. Обычно в таких случаях никто не выживает. Значит сейчас старпом либо умер, либо кто-то заставил его перестать так делать. Художника очень заинтересовала мысль карабельного доктора, хоть и на самом деле он об этом догадывался. Правда не до конца было ясно, зачем это всё? — Вот знаешь, — снова начал тот, — не одобряю я его методы. Хоть мы и одна команда, но вот так высасывать жизнь из других весьма неприятно. Лучше бы приступников так карал, нежели своих подчинённых. — Он делал так и с тобой? — Ага, было дело. Ограничивался обычными снами, пока я не преподал весьма знатный урок. А ты думаешь у него глаза просто так нет? Инк весьма был удивлён. Старпом сам по себе не хиляк, но способности Хоррора он так и не смог увидеть. Максимум только лечение, и то не всегда видел какими методами тот пользуется. Поэтому сравнивать два этих человека он не мог. Даже если врач так ему нахлобучил, значит он не так прост, как кажется на первый взгляд. Ведёт себя как придурок, но скрывает свою сущность и силу. Умно. — И как это произошло? — Забавно что ты спросил. Он случайно упал на мой топор. — Случайно?! — Инк крикнул так, что кажется пол корабля сейчас услышало его голос. — Тише, не теряй силы зря. В драке я отрубил ему пару щупалец, а после врезал обратной стороной топора в морду. Было столько кровищи, ты не представляешь. Зато воспоминания на всю жизнь! Весьма противоречиво. Художника всё ещё мутило. И слышать такие подробности битвы он был не готов. Зато узнал достаточно ценную информацию — орудием для битв у Хоррора был топор. Хотя… На самом деле это было очевидно, но Инк почему-то был уверен в том, что холодное оружие использовалось для разрубки мяса… Или тел. Был ли тот каннибалом? Тоже насущий вопрос, но спрашивать его художник побоялся. Мало ли что придёт в голову доктору. — Да, только вот он испортил мой топор, что тоже неприятно. Видал какие рубцы? Затачивать весьма долго и муторно. Избавив парнишку от лишних раздумий помог вовремя зашедший поворёнок. — Хавчик, вот, держи. — Спасибо, бро. Свежий? — Сомневаешься в моих кулинарных способностях? — Не, просто прикололся. И… Они заржали. Как старые добрые приятели. Инк удивился такому внезапному повороту событий. Он и не думал, что Хоррор и Даст общаются так тесно, хотя… Столько лет на корабле, можно было и догадаться. Художник заметил, что последнее время туго соображает, наверное сказывается стресс и внезапные наплывы агрессии со стороны Найтмера. Причину столь яркого и безудержного смеха он так и не понял, но вскоре эти двое успокоились. На ближайшую тумбочку упала тарелка с тушённым мясом, свежими овощами и средней порцией гречки. — Набирайся сил, салага. Скоро обед, а мне ещё весь экипаж кормить. Так что бывайте! Еда пахла очень вкусно. Инк в считанные минуты съел всё, что было на терелке. Хоррор же наслаждался пищей в более спокойном темпе. — Я могу идти? — Чуть погодя спросил художник. Энергии было достаточно, чтобы вновь встать с постели и всё-таки разузнать что сейчас творится на корабле. — Если чувствуешь что сможешь — да. И можно просьбу? Все считают меня сумасшедшим, так что не пытайся это как-то изменить. Инк спорить не стал, коротко кивнул, забрал с собой посуду и ушёл в сторону кухни. Пираты уже собрались на обед, так что в столовой народу было много. Единственное, что смущало в такой привычной обстановке — это наличие тишины. Привычные байки, старые рассказы о монстрах сменились на тихий шёпот, многие то и дело молчали. И это означало лишь одно — что-то ужасное случилось на все сто процентов. Быстро кинув грязную посуду на ближайший стол, он выбежал в коридор и поднялся на палубу. Старпома нигде не было.

***

— Туман прямо по курсу! — Крикнул человек, зависающий на мачте. Внезапно налетевший ветер заставил многих пиратов занервничать, ведь погода целый день стояла хорошая. Да, в море постоянно так бывает, но скорость с которой всё изменилось сегодня была сверх нормы. Половина команды нервничало, кто-то уже начал молится и просить у неба спасения. Инк всё это время был вместе с командой, поэтому шок был не меньше, чем у остальных. Стало темнее. Когда-то светлые облака превратились в огромный сгустки черной материи, которые плыли по небосводу и загораживали солнце. С минуты на минуту должен пойти сильный дождь, а нарастающий ветер с каждой пройденной секундой был настроен сломать мачты. Команда бегала по кароблю словно муравьи в своем доме. Каждый был занят работой и от качества её выполнения зависели жизни остальных. Капитан стоял у руля и командывал всеми, дабы выйти из этого непонятного шторма живыми. Никто и не заметил, как туман окутал всё ближайшее пространство, да настолько сильно, что на расстоянии вытянутой руки ничего не было видно. Корабль несло по течению куда-то вдаль, компасы сходили с ума, а вместе с ними и люди. Были слышны крики единственной девушки на корабле, которая вместе с остальной командой помогала в такой сложный час. Скорость усиливалась, ветер своими порывами стал разрушать деревянную основу корабля, ошмётки летели в океан, оставляя после изящной водной линии куски древесины. Никто не смог при таком порыве снять паруса, отчего становилось ещё сложнее, ведь за счёт них скорость росла быстрее. — СНИМИТЕ ЭТИ ЧЁРТОВЫ ТРЯПКИ, ИДИОТЫ! ИЛИ МЫ УМРЁМ! — В истерике кричал капитан, который ели удерживал штурвал от такой натуги. Он не видел ничего перед собой, но морские инстинкты помогали ему управлять. Только вот он не понимал куда их так несёт. Зная карту местности, он и предположить не мог, что их ждёт дальше. Без сомнений — это было проклятие. Или же чья-то сильная стихийная магия. Мысли ненароком наталкивали капитана вспоминать своего отца вновь и вновь, ведь тот один из немногих людей, которые могли её использовать. Эррору такой возможности не представилось. Магия души ему досталась от матери — красивые, но прочные синие нити, которые служили не только оружием, но и средством обездвиживания. От отца же капитану досталась иная способность… — Эррор, мачта сейчас сломается! — Крикнул Инк в беспроглядный туман. Именно он сейчас пытался опустить эти чёртовы паруса, но те никак не поддавались. Ему помогало ещё четверо человек, но тех под порывом сильного ветра унесло в сторону. По звукам было ясно, что они сейчас живы и где-то держатся вместе. Треск древесины вновь окутал палубу корабля — сорвалась мачта. Одна из трёх имеющихся на корабле. Вместе с собой она унесла жизни четырёх невинных пиратов, которых унесло далеко в открытый океан. Вероятно… Они погибли. Инк нервничал, он даже колдовать не мог, ибо кисть просто сдует таким порывом ветра. Да и Эррор предупреждал, чтобы никто больше не использовал магию. После отъезда из города — это было самым главным запретом, который нарушил Найтмер первым. Что произошло со старпомом Инку никто так и не сказал. Вероятно кормит рыб на глубине океана. Хотя… Такая закуска не пошла бы многим на пользу. Сильный удар привёл команду в ступор. Рифы. Из-за большой скорости многие так и не смогли понять, что произошло на самом деле. Их тела так и остались на огромных и острых пиках. Вокруг смрад, воздух наполнилс запахом крови. Движение остановилось. Инк очнулся один из первых. Он лежал на холодном песке, пока вокруг него была гора трупов. Снова. «Это сон. Это всего-навсего сон» — повторял он себе из раза в раз. Практически вся команда сейчас лежала на земле, а вокруг них оставались огромные кровяные лужи. Берег океана… Когда-то прекрасного и берюзового океана, сейчас был полностью уничтожен багряным окрасом. На фоне всего этого виднелся корабль, нос у которого был уничтожен. Лишь малая часть всё ещё оставалась жива. Значит и был шанс, что кто-то смог спастись. Инк поматал головой, пытаясь привести себя в чувство. Несмотря на дикий страх, он всё же смог встать и осмотреть своё тело на наличие ран. Открытых не было, отделался лишь синяками, мелкими порезами и гемотомой. Перелом запястья он не стал считать проблемой, хоть и сейчас это могло решить многое. Художник осмотрел карманы и вытащил маленькую кисть, которой тут же залечил сломанные кости. Боль ещё была, но двигать рукой он вполне мог. Паника наступила лишь тогда, когда из обломков послышались крики. Женский голос словно пронзил воздух и теперь отдавался в ушах словно в вакууме. Инк поспешил в сторону звука. — Нет, Рипер, не закрывай глаза, не нужно. Помощь скоро придёт… — Всячески утешала девушка своего возлюбленного, пока тот пытался отвести взгляд от любимой. Он не хотел чтобы та видела его смерть. Слишком глупо получилось, ведь его магия была пропитана темной энергией, что по сути не давало ему умереть. Только у людей всегда есть слабое место, и у него — это душа. Осколок древесины попал ему в грудь, от чего жизнь пирата сейчас была на грани. Гено была в отчаянии, она плакала без остановки, ведь не могла оставить его здесь, даже чтобы позвать кого-то на помощь. Она рыдала и всячески пыталась кричать, да только ком в горле никак не давал ей сделать это на полную мощность. Она надеялась, что кто-то к ним придёт. Инк подоспел вовремя. — Инк! Прошу, помоги ему, ты же можешь! — Охрипшим голосом начала Гено. — Скажи что его душа не задета, прошу тебя! — Слёзы из её глаз сейчас могли бы затопить целую страну, она очень переживала. Сложно терять любимого человека, когда только недавно его приобрел. Когда узнал, что такое настоящая любовь и поддержка, когда смог найти в себе силы, чтобы признаться в своих чувствах .И в такой момент в голове проносят разные мысли и воспоминания о былом. Как же больно… — Я-я я… — Инк заикался, его руки окутаны дрожью, а голос уже не слушается. Он снова видит смерть. Снова пытается кого-то спасти, а что если… Не получится? — ПОПРОБУЙ, СУКА! — Приказным тоном заявила девушка. Она тоже была в отчаянии. И как ни странно этот крик вернул художника в строй. Не до конца, конечно, ведь тот в любой момент может упасть в обморок от истощения или другого дерьма, которого в жизни у него навалом, но пока адреналин в крови всячески поддерживает состояние — надо действовать. Он опустил колени в пол, даже не замечая осколков от когда-то красивых белых тарелок. Они резали кожу, впиваясь глубоко внутрь и разрезая капилляры. Нужно как можно быстрее спасти жизнь человеку и было глубоко плевать на запрет о магии, о боли. Если Рипер умрет — Гено не переживёт такой потери. Она слишком ранимая, эмоциональная. Инк не хотел видеть её слёз. Да и вообще не хотел оказаться в такой ситуации. Он бы сам с удовольствием свернулся калачиком и начал плакать как маленькая девочка, но нет. Сейчас стояла цель поважнее, нежели приступы паники. Мелкая кисть снова взмыла в воздух, художник сосредоточился. Так как он может создавать предметы, то ему не сложно было просканировать тело пострадавшего. Магические потоки хорошо улавливались даже в предсмертном состоянии. Но… Душа как и магия у Инка были подвержены серьёзному насилию, от чего и работают они неправильно. Если сейчас он ошибётся или же не сможет залечить рану — то Рипер точно погибнет. Результаты диагностики были неутешительные — душа была задета. Незначительно, конечно, лишь маленькая часть, но даже этого хватит для того чтобы она раскололась. Темная энергия пострадавшего удивительным образом ещё поддерживала жизнь в человеке, но настолько её хватит было сказать сложно. — Я должен вытащить её. — Указал Инк на деревяшку. — Но тогда он истечёт кровь и потеряет много магических сил, что сейчас поддерживают его состояние. Моих сил не хватит, чтобы так быстро перекрыть рану, поэтому надо найти чистую тряпку. — Он тяжело вздохнул. — Я останусь здесь, постараюсь перекрыть артерии, а ты пойдешь на поиски. Она сорвалась с места и убежала в глубь корабля. Художник остался на разрушенной палубе один. Чтобы остановить потерю крови, он создал несколько пробкообразных предметов прямо в теле у Рипера. Это было рисковано, но у него получилось. Процесс схож с лечением, Инк примерно также залечил своё запястье. Но отличие было в том, что его магические потоки пропитаны краской, поэтому лечить себя — он вполне мог. Но чтобы лечить других — ему обязательно нужна была кисть. — И-инк? — Прошептал Рипер немного шипящим голосом. — Ты же понимаешь, что это бессмысленно. — Заткнись. Я не дам тебе умереть. — У тебя не хватит сил, чтобы восстановить мой магический поток… — Хватит! — Он понимал. Он всё понимал, но попытаться спасти был обязан. Слова Рипера очень больно въедались в душу. Потерять друга — потерять мир, которым ты живёшь. Гено прибежала вовремя. — У тебя получится, Инки. Я в это верю. — Девушка старалась улыбаться, и художник это заметил. Хоть её лицо и опухло от слёз, глаза были красными, но улыбка очень искренней. И он попытался. Как только деревяшка оказалась вне тела, Инк тут же стал рисовать своей кистью недостающие сосуды. Чужая кровь пачкала руки, одежду и всё вокруг. Гено смотрела на это и громко плакала. Она не могла отвести взгляд, нет, только не сейчас. Венозная артерия была восстановлена, крови стало меньше. Рипер уже был сложнее луны, но всё же пульс слабо прощупывался. Художник восстановил все сосуды в считанные минуты и кровь наконец-то остановилась. Теперь оставалось самое сложное — отдать свои магические силы, чтобы душа смогла восстановить потоки магии в чужом теле. Инк знал, что ему не хватит сил, но всё равно пытался. Он положил руки на грудину пострадавшего и стал отдавать свою магию. В ладонях чувствовалось тепло и лёгкое покалывание. — Инк, у него нет пульса! — Закричала вдруг девушка, срывая голос и вновь впадая в истерику. — Тихо! Он справится! — Дай я помогу, пожалуйста! — НЕТ. — Нельзя чтобы Гено отдавала свою магию. У неё всего один осколок души, сил намного меньше чем у остальных. И природа её магии была также нарушена, он не мог рисковать ещё одним человеком. Время шло на секунды. Если душа Рипера не сможет восстановить поток — всё пропало. — Эта сука заткнётся сегодня или нет. — На палубе появился ещё один человек. Инк его не знал так хорошо как остальных, но точно видел его в прошлом. Гено замолчала. — Киллер, я понимаю, что сейчас не самое лучшее время для любезностей, но не мог бы ты помочь мне. — На последних издыханиях сказал художник. Перед глазами уже всё плыло, но он не сдавался. Тот молча подошёл к телу, положил свои руки поверх рук Инка и стал передавать свою магию. По виду пирата сразу было ясно, что он тоже истощён. По его голове стекал ручеёк крови, а открытые части тела были в грязи. Где-то виднелись глубокие раны, но человек упорно не обращал на них внимание. — Не получается. — сказал Киллер. — На счёт три выпускаем всё, что у нас есть. Одним выстрелом, так скажем. — Хорошо… После отдачи, тьма вновь окутала разум и двоё упали на твёрдые доски.