Апофеоз боли

Утро в Российской империи начинается не с чашечки кофе, а с удара табакеркой по голове. Ах, да, что это я? Это же был апоплексический удар… Ну, как говорят наши чудесные дворяне. А факт остается фактом: Павел I мертв. - Что за шум, оте… Выстрел. Пуля мгновенно достигла своей цели, попав прямо в сердце парня, что ворвался в комнату своего отца. Тяжелое тело этого двухметрового царевича с грохотом упало на пол. Лужа крови все больше растекалась по белому мрамору. Находящиеся в спальне заговорщики всполошились. - Твою ж..! Этого не было в наших планах, кретин! – крикнул Николай Зубов. - Спокойно… У нас не было выбора. Он застал нас прямо за делом. И ни за что бы не простил. – ответил тому Никита Панин и развел руками. – К тому же… Я бы не хотел видеть его наследником престола. Он слишком… похож на своего отца. - Это не отменяет того, что нам теперь как-то придется объяснить его потерю! – все восклицал Зубов, ходя по комнате кругами и зарываясь руками в свои волосы. Вперед вышла Жеребцова Ольга, размахивая веером перед своим напудренным лицом: - Судари, как вы себе видите смену политического курса, если мы позволим стать монархом тому, кто идет за Павлом по пятам? Я думаю… это было неизбежно. Закопаем его подальше в лесу. Напишем якобы от его руки письмо об отъезде. Выиграем время. - Ох… Владимир... Я не хотел… - Николай З. сел перед мертвым телом наследника и опустил ему ладонью веки. – Покойся с миром, дитя… Федор Уваров закатил глаза и оттащил Николая, хватая того за шиворот. - Простите, но Вы сейчас весь в крови вымажетесь. Возьмите себя в руки. Сбито дыша, Зубов взглянул на свои дрожащие ладони. - В эти руки? Я уже перепачкан в крови… Юный царевич не заслуживал этого… - Заслуживал или не заслуживал, но дело сделано…! Теперь нам нужно выполнить то, что сказала Ольга. – заключил Федор и поднял Николая, поправляя его воротник и хлопая того по плечу. – Поздно думать о другом. Все согласно кивнули. На минуту воцарилась полнейшая тишина. Первой вышла из помещения Ольга, перешагнув через Павла I, а за ней остальные. - Какая ирония. И отец, и сын. В один день, в один час. Вот куда ведет путь, лежащий через подавление дворянства. – Самодовольно хмыкнув, ответила та. – Сумасшедшему тирану соответствующая жалкая смерть. Затем в комнату вошли стражники, чтоб убрать лишний труп. Панин убедился, что все чисто, и спокойно вышел последним. Тело императора обнаружила служанка, которая несла ему еду. Взвизгнув, женщина уронила серебряный поднос – он неприятно лязгнул по плитке. На шум сбежались другие, а среди тех Александр и Флавий Павловичи. Старший из них, Александр, представлял из себя светловолосого мужчину приятной наружности, среднего роста. Флавий же был значительно выше, блондин с ярко-синими глазами, мягкими чертами лица и крепким телом. Они вместе собирались заняться фехтованием, но сегодня братья так и не смогут этого сделать. Все мысли Флавия занимал вопрос: как рассказать все их сестре, Стефании? Этот ребенок, очень привязанный к своему отцу, явно будет сильно потрясен, и неизвестно, оправится ли. Но вечно скрывать этот факт не получится. Она узнает либо от родного человека, либо, когда прислуга станет наряжать ее в черное платье. К концу дня об этом знал весь дворец. Флавий не мог найти Владимира, чтоб сообщить ему о трагедии, случившейся с отцом. Он бегал из комнаты в комнату, но старшего брата нигде не было. Наконец, ему передали письмо. В нем говорилось, что Владимир Павлович отъехал по государственным делам в Москву. Парень вопросительно выгнул бровь, искренне удивившись полученному. - Это бред какой-то. Он даже не сказал ничего. Что за срочный отъезд? Он же еще не император, чтоб таким деловым быть. И почерк… странный. Будто просто похожий, но не ему принадлежащий. Ну же, скажи уже что-нибудь. Александр! – возмутился Флавий, пихая брата в плечо. Тот безжизненными глазами посмотрел на него и тут же снова отвернулся к окну. - Я не знаю… не знаю… Он просто отъехал… Ты сейчас на взводе, я понимаю, надумываешь всякое. Но постарайся… успокоиться, пока не сделал какую-то глупость. Златовласый юноша злобно шикнул на него, быстрыми шагами пошел прочь из дворца и сел на скамью в саду. Александр все так же стоял, поджав подрагивающие губы, будто вот-вот мог сорваться на истерику. Он наблюдал за братом, который сейчас пребывал в ужаснейшем настроении. Его сейчас лучше не трогать. Мужчина вздохнул и ушел в свою спальню, где просто упал лицом в подушку и так долго-долго лежал. Он хотел притвориться для всего мира мертвым. На секунду промелькнула мысль не просто притвориться. Чувствовал себя мерзко, словно вляпался в какую-то смердящую субстанцию непонятного происхождения. На следующий день вся империя была в трауре. Шла массовая подготовка к похоронам Павла Романова. А пока… в библиотеке собрались несколько представителей дворянства и Александр Романов. - Александр Павлович, готовы ли вы взять на себя весь груз ответственности за страну? – задал вопрос Николай Зубов. Царевич нехотя ответил: - Да, Николай Александрович. Мне ведь просто придется. - Я понимаю, Вас не готовили к престолу. Поэтому я буду рад выступить, как Ваш советник. И обучить всему, Ваше Величество. Дверь тихо скрипнула. Беседующие синхронно обернулись на звук и увидели перед собой Флавия. Тот стоял с широко распахнутыми глазами. Он будто с огромным усилием разомкнул свои уста и сказал: - Вы… О чем вы? Почему вы называете его «Ваше Величество»? Что вы имеете ввиду…? У нас же есть Владимир… Владимир наследник престола. Что за вздор вы несете? Александр замер и даже не знал, что на это ответить. - Флавий… - Нет. Ты очень странный. Вы все очень странно себя ведете. Вы знаете что-то, чего не знаю я?! Отвечайте немедля. – юноша сделал шаг вперед и раздраженно нахмурился. Николай Александрович покачал головой и приподнял уголки сухих губ. - Вы все не так поняли, цесаревич. Я по ошибочной привычке назвал его так, ведь он очень напоминает мне вашего отца. Я имел в виду, что ему надо бы включиться в дела государственной важности, чтоб помогать своему старшему брату. Юноша расслабил мышцы лица и отвел взгляд в сторону. Сделал вид, что поверил, но в голове крутилось навязчивое «ОНИ ЛГУТ». - Я… понял. Прошу меня простить за мою несдержанность. Это поведение недостойного человека. Сами понимаете, сейчас все не свои. Он натянул дежурную улыбку и быстро вышел, не прощаясь. Зубов облегченно выдохнул. - Было опрометчиво, обсуждать это здесь. Давайте больше не будем рисковать. – сказала Ольга, рассматривая перстни на своих длинных пальцах. Вскоре библиотека опустела, все торопливо разошлись. Зубов и Александр вошли в тронный зал, беседуя на отвлеченные темы, и тут же застыли в жутком испуге. По телу их пробежали мерзкие мурашки, а дыхание сперло. Перед ними в добром здравии сидел на троне тот, кого убили прошлой ночью по случайности. Он был необычайно бледен, но… жив. - Доброе утро, брат. – промолвил Владимир.