Green frog

Чан заканчивает лайв стандартно — большие и тёплые объятия, слова поддержки и мягкая улыбка в выключаемую камеру. Выдыхает и откидывается на диване, прикрывая глаза. Сегодняшняя встреча со стей прошла на десять из пяти: огромный зал, яркие выступления и милые взаимодействия мемберов, которые тут же разошлись постами и репостами по всевозможным социальным сетям и мессенджерам. Второй тур продолжается после перерыва. Их ожидают очередные перелёты, новые и старые сцены, долгожданные встречи и море ответной энергии от поклонников. Живот скручивает предвкушением от ожидания концертов. И не только. На бёдра усаживаются, а в волосы запутываются маленькие пальчики, и родной глубокий голос произносит над самым ухом: — Наигрался? Чан хмыкает, не открывая глаз. — О чем ты? Подбородок прикусывают острыми зубками, заставляя шумно выдохнуть через нос. Руки находят тонкую талию и слегка стискивают её, пересаживая поближе. — Не прикидывайся, — Феликс проводит кончиком языка по месту укуса. — Ты весь день меня изводил, зная, что у нас будет совсем немного времени до перелёта. Сейчас позвал находясь в одном халате. Прижимался ко мне. И не только, — рука младшего выпутывается из волос и скользит по крепкой груди, прямо в вырез халата. Ликс отодвигает ткань, увеличивая площадь для ласк, и прижимается губами к крепкой шее. Почти мурлычет, слыша, как дыхание лидера тяжелеет. — На сцене зажимал, прекрасно понимая, как на меня действуют твои объятия со спины. — Я должен был помешать вам выиграть, — Чан облизывает пересохшие губы, стараясь не выдать себя. — Все средства хороши. — Ой ли, — фыркает младший. — Только ли желание выиграть тобой руководило? — Конечно, — врёт Чан, начиная плавиться от ласк Ликса. Младший знает все точки давления и умело ими пользуется, заставляя возбуждение, что скапливается внизу живота, усиливаться. Воздух в комнате словно густеет от витающего в нем возбуждения и дышать становится сложнее. — Врунишка, — произносит Ли низким голосом и делает волну бёдрами, прижимаясь к стояку лидера. Покрывает маленькими поцелуйчиками подбородок Криса и повторяет движение, добиваясь первого приглушенного стона, сорвавшегося с любимых губ. Отстраняется, задумываясь. — Ну раз мне это только показалось, то, наверное, я пойду к себе. Мне всё еще нужно принять душ. Глаза Криса моментально распахиваются, а хватка на талии усиливается. Лидер встречается с лукавым взглядом младшего, понимая, что его провоцируют. И хотя Чан осознает это, всё равно провоцируется — подается бёдрами наверх, прижимая Феликса крепче, вынуждая теперь уже младшего прикусить губу, подавляя стон. Ликсу хочется активных действий не меньше, но эта игра распаляет. Хотя куда уж больше — они оба, как оголённый нерв, голодные друг до друга и соскучившиеся — в последнее время расписание не совпадало. — Ты можешь принять его у меня, — ладонь Криса скользит по спине Феликса, мягко надавливая на неё. Младший поддается с готовностью, сокращая расстояние между их лицами до пары сантиметров, и прижимается к крепкой груди. Ли чувствует горячее дыхание Чана на своих губах, и с трудом маскирует предвкушающую улыбку под самодовольную ухмылку. — Ты же сказал, что не пустишь меня в ванную, — короткие ноготки впиваются в мякоть груди Чана, и младший замечает, как дергается его кадык. — Как быстро передумал… — Какой смысл был отпускать тебя в ванную сразу, если ты потом вновь запачкаешься? — ухмылка Чана становится острой, а ладони сползают с тонкой талии на ягодицы младшего. Пальцы впиваются в мякоть полушарий, и Крис резко дёргает Ликса, заставляя приподняться над ним. Оставляет влажный поцелуй между ключиц и ведёт языком по выступающему кадыку, прикусывая нежную кожу. Младший упирается в спинку дивана ладонями и смотрит сверху-вниз помутневшим взглядом. Видит обжигающий напротив, и издает тихий хнык. Он любит дразнить Криса, но, когда это делает сам лидер, игра ощущается во стократ острее. — А ты точно запачкаешься, я же знаю… Феликс понимает намёк и не может больше сдерживаться — припадает к пухлым губам старшего, сразу же утягивая в глубокий поцелуй. И сдается моментально — Крис перехватывает первенство, продолжая мять задницу Ли, и тот хнычет, раздражаясь, от давления ткани на собственный член. Лидер улавливает недовольство мгновенно, расстегивая пуговицу и молнию на чужих джинсах. Ныряет под ткань нижнего белья Феликса, мягко обхватывая его стояк. Но младший разрывает поцелуй, сползая с колен и в считанные мгновения избавляется от штанов с трусами, возвращаясь в прежнее положение. — Так лучше, — хрипло выдыхает танцор, а Чан усмехается, возобновляя поцелуй. — Разумеется. Ладони старшего возвращаются на чужие ягодицы, разводят их в разные стороны, а указательный палец скользит по ложбинке, натыкаясь на знакомую липкость. Чан хмыкает. — И когда только успел… — Пока ты сокрушался от бургера с ананасами, — судорожно шепчет Ликс прикрывая глаза, когда чувствует, как все тот же палец надавливает на сжимающееся колечко мышц и проникает внутрь. Феликса хочется поддразнить, заставить скулить и нуждаться в активных действиях, но Крис и сам на взводе. Уже крайне необходимо почувствовать тесноту и жар, исходящий от эластичных стеночек внутри младшего. Чана кроет от нетерпения, но он всё равно старается тщательней подготовить младшего — танцор растянул себя недостаточно, но два пальца лидера принимает спокойно. Крис сосредотачивается на растяжке, пока Феликс развязывает халат и начинает нетерпеливо покрывать его грудь укусами-поцелуями. С губ младшего то и дело срываются сладкие стоны, когда Чан целенаправленно начинает массировать простату. Ликс впивается пальцами в обивку и жмурится до цветных точек перед глазами, почти выпрямляясь, что играет на руку лидеру — и пальцы входят глубже, и животик, всё еще прикрытый футболкой, оказывается на уровне лица. А еще в зоне доступа и аккуратный член, с розовой головкой, что блестит от выделяющегося предсемени. Чан проводит языком по стояку, чувствуя, как сжимается Ликс, и заглатывает сколько удается. Сдавливает губами напряженную плоть и оглаживает языком. Стимулирует простату, вынуждая бёдра младшего двигаться самостоятельно, и буквально трахать его в рот, не контролируя глубину проникновения. Ликс мечется, ему плохо-хорошо, но время поджимает. Количество пальцев увеличено до четырёх и Феликс вцепляется пальцами в волосы старшего, оттягивая от своего возбуждения. Опускает взгляд вниз и видит самую красивую картину — губы старшего припухли, подбородок в слюне, а глаза слезятся. И светятся таким желанием, что можно спустить сразу же. Младший находит в себе сил усмехнуться. — И это я-то запачкаюсь? — Ли аккуратно стирает слюну с подбородка старшего. Чан вызывающе улыбается в ответ. — Мы только начали. Младший хмыкает и прижимается к губам старшего, отталкивая его руки от своей задницы. Чан сразу же возвращает их на талию, чтобы контролировать проникновение, потому что Ли заводит руку за спину и обхватывает чужой ствол, направляя его в себя. Едва головка погружается внутрь, с губ срывается томный вздох. Крис не может оторвать взгляда от лица младшего — прикрытые глаза, прикушенная губа и заломленные брови — что расслабляется с каждым сантиметром плоти, пока он опускается. Считывает каждую эмоцию и синхронно выдыхает, как только Ли опирается руками на колени позади него, полностью вобрав в себя чужой член. Проводит большими пальцами по животику, давая время привыкнуть и стонет громко, едва младший начинает двигаться. Феликс лениво приподнимает бёдра, совсем немного приподнимаясь на стволе Чана и опускаясь обратно до конца. Ощущение наполненности такое правильное и нужное, что сложно передать словами. Однако при такой пассивности им не кончить, а этого очень хочется. Ликс отталкивается от колен, возвращая свои руки на плечи старшего, и тянется с поцелуем. Его губы встречают — младший целует нежно, медленно и тягуче, насколько хватает собственной выдержки, которая, впрочем, летит к чертям едва Крис делает первый толчок своими бёдрами наверх, задевая внутри комочек нервов. Всхлип глушится в поцелуе, но превращается в полноценный стон, когда Чан повторяет свои действия. Старший немного сползает вниз, дополнительно упираясь пятками в пол и напрягает мышцы бёдер, создавая более жесткую поверхность. Контролирует угол проникновения, придерживая младшего за талию, когда Ликс начинает набирать темп. Сцеловывает стоны и вскрики, которые раздаются все громче, едва они находят нужную позицию, и это может привлечь лишнее внимание от соседей. Крис погружает в распахнутый ротик два пальца, и Феликс тут же принимается их обсасывать, играется с ними языком и плотно сжимает губы, чуть покусывая мягкие подушечки. Громкость стонов ненамного, но снижается. Когда Чан чувствует, что до собственного оргазма остается чуть-чуть, он вытаскивает пальцы из чужого ротика и подцепляет низ футболки, поднося его к губам младшего. Феликс не понимает задумки, но не переспрашивает — послушно прикусывая ткань, и нервно выдыхает через нос, когда пальцы старшего, смоченные в его слюне, опускаются на головку члена младшего. Крис размазывает слюну по стояку и принимается надрачивать Феликсу, подстраиваясь под движения танцора, и это приносит плоды — хватает буквально минуты и Ликса выгибает на его коленях в оргазме. Семя бьёт с таким напором, что долетает до груди Чана, пачкая его. Хотя старшего это волнует меньше всего — его ствол сдавливается Ликсом и он кончает глубоко внутрь младшего, прижимая его к себе. В комнате жарко, душно и совершенно не хватает воздуха, пока они пытаются отдышаться. Феликсу нравиться быть укутанным в заботливые объятия старшего, но вот подсыхающая сперма на их животах сейчас портит всю картину. Да и семя Чана из себя надо вымыть. Будь они дома он конечно бы воспользовался пробкой, но… Но сейчас приключения с досмотром в аэропорту им не нужны. Крис запускает ладонь в волосы Феликса, ласково массируя кожу головы, и оставляет на макушке мягкий поцелуй. — Ну, а теперь я достаточно запачкался для душа? — мурлычет Феликс, подставляясь под ласковые касания. — Помоешь меня? Чан фыркает. — С удовольствием.