Спасение утопающих дело рук Коннора

Квартира Хэнка оказалась захламлена еще с порога. Вошедший Коннор едва не превратился в андроида-уборщика, как только чуть не полетел, споткнувшись о вытолканную пару обуви на скудном грязном коврике. Далее его ожидал еще более интересный адвент-календарь: куртка, обляпанная чем-то кофта, брюки и, самое страшное, что тем не менее все равно не смутило привыкшего к подобному андроида, белье. Все это было разбросано в изложенном порядке, представляя из себя «путь из крошек» до распахнутой двери спальни. Коннор мог еще рассчитывать на тот вариант, что лейтенант попросту устал и, засыпая на ходу от тяжкого исполнения службы полный день, проследовал в опочивальню, сразу избавляя себя от предметов одежды. Но тогда вставал вопрос о ненадобности белья на спящем теле. Впрочем, Хэнк, видимо, научившись у преступников, разбросал ложные улики. В спальне его не было. При этом во всей квартире было так тихо, что андроид даже прикинул, насколько возможен был прыжок из окна разочаровавшегося в жизни Андерсена. Голого разочаровавшегося в жизни Андерсена. Поняв, что возможность таковая слишком низка, а Хэнк все же не настолько бесстыден, чтобы увековечить в прессе не только смятый череп и трагическую записку на тему своей личности, но и свою наготу и пару строчек на тему нездоровой явно психики и странных склонностей, Коннор пришел к легкому выводу: мужчина в ванной. Может, хранит полотенце в шкафу в спальне или заходил за каким-нибудь скрабом. Но и ванна была пуста. Андроид остановился в некотором «раздумье», стараясь догадаться, что Хэнк может делать в кухне и причем здесь дорожка из вонючих шмоток. Конечно, он мог действительно прыгнуть из окна, или спрятаться в шкафу, или даже удрать по лестнице раньше, чем на нее вступил Коннор, но мотив подобным полупреступным действиям было сложно. На кухне было темно в отличие от других комнат, и андроид, скорее для удобства мужчины, зажег на нем свет. Оглядевшись и анализируя мебель и — опять двадцать пять — целый стеллаж из пустых и еще полных бутылок пива на столешнице, он обнаружил лейтенанта в не самой подобающей позе. Тот сидел под столом, причем видно его было даже от кухонной двери, поджав под себя ноги и мертвой хваткой вцепившись в темную бутылку. К счастью и удивлению, он был полностью одет, даже в теплую куртку. Улики были ложными с самого начала. — Пошел к черту, жестяной бидон, — нетрезвым голосом взвыл он из-под стола, пытаясь принять более-менее подходящую этому воплю негодования позу. Тем не менее, он оставался под столом и даже отполз подальше от приблизившихся ног Коннора, чтобы точно не выцарапали. — Лейтенант Андерсен, ваше поведение наталкивает меня на мысль о необходимости вашего прибывания в лечебнице для алко… — Я сказал: «Катись на своих медных боках, да задом подкручивай»! Или у тебя там фильтры-датчики посбивало? На утиль! Последняя фраза началась максимально победно, со странным в его позе чувством собственного достоинства, но заглохла после мощного удара затылком. Андроид никак не отреагировал на выпад, аккуратно, чтобы не повредить стоявшие на столе грязные кружки и тарелки, приподнял его за край, позволяя Хэнку выбраться живым и относительно невредимым. Конечно, удар по темечку произведен был, но, видно, по неосторожности и осечке, кои вообще редко бывают у андроидов. — Ты меня во как достал. — Палец прошелся по лбу, видимо, изображая уровень недовольства. — Я уже ни то что время провести не могу, мне прятаться приходится. Выслушав жалобные стоны, Коннор ничуть не смилостивился. Бутылка, почему-то отлетев сама по себе к стенке, разбилась об нее, и остатки жидкости плеснули по полу. В глазах андроида читалась полная невинность, а вместе с ней и уверенное желание сделать то же самое и со всем батальоном на столешнице. — Что ж ты делаешь, придурок полупустой! Удар пришелся прямо на приглаженные волосы, и кулак лейтенанта ожидаемо, но, видимо, для всех, кроме него, врезался в крепкий корпус андроида, причинив боль только самому мужчине. Тот даже не пошатнулся, но ощутимо толкнул лейтенанта на стул. — Лейтенант Андерсен, я вынужден буду отчитаться за ваше насилие и прибавить, что из-за ваших пристрастий к алкоголю дело движется куда медленнее, чем могло. Спокойный тембр нечеловеческого голоса, казалось, вывел Хэнка из себя больше, чем содержание им произнесенного, и он совершил попытку вновь подняться и перейти в активное наступление, но что-то помимо здравого смысла не дало ему преодолеть некий барьер в воздухе, и он плюхнулся на место, скрипнув многострадальной мебелью. — Бряцай что в винты твои взбредится, — зло огрызнулся он, почувствовав нападок бессилия и слабости, — вообще фигачь все, что в зад шилом ткнется. Коннор склонил голову в знак некой приличествовавшей благодарности и медленно, пока лейтенант с максимальным недовольством смотрел в стену, продвинулся в сторону столешницы. Совершил он это практически бесшумно, но внимание к себе все же привлек, видимо, сказался трудовой стаж на подходящей работе мужчины. Тот глянул на андроида с одной из бутылок в одной руке и грязным мусорным пакетом в другой, но вновь не сумел кинуться на помощь погибающему негожей смертию алкоголю. Смирившись уже с полным проигрышем, он отчаянно махнул рукой, что-то при этом жалобно провыв, явно оскорбительное не только для Коннора, но и для всего его рода-племени алюминиевого. Впрочем, это не только не сбило спесь с совершающего хулиганский поступок, но даже как-то подогрело. В конце концов, он привык воспринимать матерные оскорбительные фразы лейтенанта за неподходяще выраженное «добро». Мешок со звоном битого стекла упал на пол, причинив Хэнку почти физическую боль, скользнувшую тенью по его бледновато-желтоватому в тот момент лицу, и в него полетел алкоголь уже с приличной высоты. Андроид явно оценил, что перекладывать всю баталию раздельно очень и очень нецелесообразно и выбрал рациональность спокойности соседей. Жидкость плескала во все стороны, но попадала при этом только в мешок — аналитика расстояния все же помогла. Завершив жестокую экзекуцию по отношению к коллеге, Коннор, будто ничего и не бывало, достал из полы фирменной куртки доклад о ситуации по их делу и выложил его на стол перед оцепеневшим лейтенантом. Ясно было, что сегодня оно не сдвинется с места, но у андроида хотя бы появлялся шанс увидеть назавтра Хэнка. Впрочем, неизвестно, насколько он бы покорежил при этой встрече красивую, натуральную и очень дорогую обшивку Коннора. С чувством более чем выполненного долга андроид, отталкивая от себя разбросанные по всей квартире вещи, с трудом и боем покинул обиталище лейтенанта, оставив того сидеть в расстроенных чувствах и без единой надежды в этот вечер их подкрепить.