Каори

Ещё одна холодная бессонная ночь в серых каменных стенах. За окном яростно выл ветер, в камине потрескивали дрова. Эйв и раньше бывал на севере: отец считал, что сыновья должны учиться разбираться в государственных делах и, конечно, отправил младшего в самый отдалённый регион — Нелфорт, в то время как старший отправился в плодородные земли Марга. Однако теперь в Нелфорте наступила зима, которую в то время Эйв по счастливой случайности не застал. Рядом безмятежно спала девушка, обняв себя руками, чтобы согреться. Дочка то ли купца, то ли мелкопоместного барона, как бы то ни было Эйв уже давно не запоминал имена и фамилии. Коллекционировать такое казалось ему дурной чертой. Эйв повернулся к ней лицом, разглядывая. Белая кожа, тёмные волосы. В горле встал ком. При знакомстве он не придал внимания этим деталям, то был бессознательный выбор, который сейчас отозвался тихой скребущей болью. Несомненно, она была чем-то похожа на другую. Ту, чьё имя сопровождалось неприятным волнением, расплывающимся в груди, поэтому обычно Эйв его опускал. «Важны не слова, а молчание» — эту истину он усвоил давно и молчал о потаённом даже внутри себя. Эйв тяжело вздохнул. Возможно, стоило рассказать? И тогда он уснёт.

***

Её звали Каори. Королева-консорт привела её вместе с чередой других претенденток на денежное место, из которых собиралась сама выбрать подходящих. И она явно не ожидала увидеть сына в своих покоях вот так: без церемоний и протоколов. В тот день Эйв заглянул на женскую половину просто поговорить, но раз уж представилась возможность — он сделал выбор. Каори выделялась среди остальных. Высокая, стройная, белокожая, в закрытом сером платье на фоне смуглых жительниц столицы, напоминавших стайку попугаев пышными разноцветными нарядами. Эйв подошёл ближе, и тут она внезапно подняла взгляд. — Она недавно во дворце и, видно, ещё плохо знает правила, — чуть ли не прошипела королева-консорт. Каори отвернулась. Но Эйв запомнил внимательные чёрные глаза и высокие скулы. Он повелительно кивнул в её сторону. Мать не стала оспаривать решение принца при слугах. Говорят, хорошие слуги работают так, чтобы их было не видно и не слышно. И Каори явно старалась стать лучше всех. Когда он возвращался в покои, всё уже было тщательно убрано, а на столе ждал горячий ужин, словно это произошло по волшебству. Поэтому прошло несколько месяцев прежде, чем Эйв и Каори снова встретились. В тот день Эйв задержался на заседании Королевского Совета дольше обычного. Он вышел, когда палящее солнце Асфада уже заходило за горизонт, окрасив небо и дворцовый мрамор в лиловый цвет. С наступлением сумерек всё вокруг стихало, дневной шум и суета сменялись умиротворением южной ночи, когда зной спадал, уступая морской прохладе, а время будто замедлялось. Эйв, наконец, мог оторваться от бумаг и переговоров, посмотреть вокруг, вдохнуть цветочный аромат лета. Этот ласковый вечер он хотел посвятить собственным мыслям и планам. Но не успел Эйв перешагнуть порог спальни, как покой был сметён оглушительным грохотом — у его стола стояла Каори, а рядом, на полу, лежала открытая книга. — Ах, — она застыла, побледневшая, будто вот-вот задохнётся. Ещё пара секунд молчания, и вот её руки сжались в кулаки, а выражение лица необычайно быстро вновь стало непроницаемо-спокойным. Эйв наклонился и поднял книгу, не говоря ни слова. Кожаная обложка с росписью, позолота на тиснении. «История Эхмарра, I–III век», — он читал её по утрам и остановился явно на полсотни страниц раньше. Догадка пришла не сразу. — Ты читала? Она молчала, опустив взгляд. Невозмутимо, словно и не слышала вопроса. — Ты умеешь читать? — уточнил он. — Да, господин. Я готова понести любое наказание за свой проступок, — ответила она ровным тоном, не выражающим ни единой эмоции. Но Эйв её уже не слушал. Он быстро прошёл по просторной комнате туда-обратно, а затем проговорил: — Присядь, — и указал на софу у окна. Каори выполнила просьбу. — Где ты научилась читать? — Эйв опустился на кровать напротив. — Я служила у одного господина, к его сыну приходил учитель, которого я попросила давать уроки и мне. — И он тебе помог? — снова опущенный взгляд. В неверии Эйв уточнил: — Служанка платила за уроки чтения? На этот раз ответа не требовалось. Он опять принялся бродить по покоям, погружённый в рой своих мыслей. Солнце село за горизонт, небо перекрасилось в тёмно-синий, засияли первые звёзды и бледно-серебристый месяц. Вдали виднелись вычерченные тенью силуэты городских улиц и плоских крыш многочисленных невысоких домов, где жили купцы и ремесленники. — Я зажгу свечи, господин? — спросила Каори, намереваясь встать. — Нет! — приказал Эйв резче, чем сам того ожидал: — Сиди, я сам. И принц Эйв принялся зажигать множество свечей одну за другой, погружая покои в тёплый оранжевый свет. Тем временем Каори сидела и смотрела, как этот свет отражается от хрустальных ваз, золота мебели, разглядывала диковинный узор на огромном ковре и, конечно, стол, на котором хранились письма, книги и карты. Эйв оторвал её от размышлений. — А что ты успела прочесть? У твоего прежнего господина было много книг? И Каори начала свой рассказ, а Эйв лишь изредка задавал вопросы. Такой интерес в столичном обществе считался неприличным, но Эйву было уже всё равно. Каори заметила, как в его карих глазах блестят огоньки свечей. Они говорили до глубокой ночи, пока свечи не погасли, и, прежде чем отпустить Каори, Эйв разрешил ей посещать библиотеку и на следующий день отдал соответствующий приказ её служителю. Тот мастерски скрыл удивление и недоверие. С тех пор они изредка виделись там. Они сидели в тишине среди высоких стеллажей, каждый увлечённый своей книгой или обсуждали прочитанное (Эйв, казалось, мог говорить о литературе часами), сидя на шёлковом диване. Оставалось только гадать, насколько упорно и быстро приходилось работать Каори, чтобы выкроить хотя бы немного свободного времени. Когда Каори переворачивала страницу, Эйв заметил, как изуродованы её руки: фарфоровая кожа была покрыта многочисленными кровавыми мозолями. Раньше он не задумывался, трудна ли работа слуг. Казалось, они лишь разносят подносы с едой и слухи. Библиотека не пользовалась любовью обитателей замка. Возможно, их пугало помещение без окон, где целый день горели факелы, и терялся счёт времени. Или лабиринты высоких книжных шкафов из красного дерева, упиравшихся в потолок. А некоторые говорили, что застилать мраморный пол коврами — безвкусица. Но Эйв любил это место. Однажды он спросил Каори: — Ты не считаешь, что здесь слишком мрачно? — Оно, безусловно, тёмное, — отвечала Каори, — но мне нравится, что оно не похоже на город и остальные части дворца. Все дома в Асфаде облицованы светлым ракушечником да песчаником, под ногами и то песок, город был бы одноцветным, если бы не торговцы специями. — Эйв усмехнулся. — Во дворце всё то же самое — янтарное, золотисто-бежевое, светлое. Мне нравится сад, с его разнообразием цветов и зелени, однако слугам запрещено там гулять. Остаётся библиотека. — Зал совета тоже достаточно тёмный. — Я бы хотела увидеть, — тихо ответила Каори. И с тех пор их разговоры пошли дальше чтения.