Каори

Шли годы: спокойные и размеренные. Богатые урожаи, благодатные дожди на юге, постройка храма и фонтана в центре столицы. И, разумеется, свадьба старшего принца, ставшая одним из самых роскошных праздников в истории Эхмарра. Акробаты, экзотические звери, танцовщики с огнём и пир на несколько сотен человек — принц желал, чтобы об этом событии говорили все. И народ говорил, восхищался, однако потом, вспоминая беспечное время, люди поняли: то было затишье перед бурей.

***

Эйв вошёл в покои, погружённый в свои мысли. Каори ждала его, стоя у окна. Она уже разложила еду и приборы для трапезы, однако не спешила уходить, несмотря на поздний час. За время работы во дворце Каори ничуть не изменилась: всё такой же скромный наряд, волосы убраны в аккуратную прическу и ни одного украшения. Разумеется, Эйв вознаграждал её за верную службу, одаривая не только золотом и серебром, но и самоцветами, и дорогими тканями. Каори же лишь каждый раз спрашивала: «Могу ли я распоряжаться вашими дарами по своему усмотрению, господин?» И он соглашался, и никогда не видел своих подарков на ней. — Тучи сгущаются, — сказала она с неясной интонацией, прервав его раздумья. Эйв не был уверен, что она имела в виду погоду, хотя осень и правда выдалась на удивление дождливой для Асфада. Каори повернулась и проводила Эйва испытывающим взглядом, пока тот усаживался за стол. На ужин была говядина под сливочным соусом и острый рис, от которого исходил приятный аромат карри. — Составишь мне компанию? — спросил Эйв. За это время он выяснил, что его служанка неравнодушна к вкусной еде и политическим беседам. — Только налью вам вина, — тихо ответила Каори и вскоре наполнила бокал бордовой жидкостью. — Ты тоже можешь пить вино. — Вы же знаете, господин, я предпочитаю трезвость рассудка. — А я выпью, — невесело произнёс Эйв. Крепкое полусладкое вино с нотками граната. Возможно, хоть оно облегчит множество мыслей в его голове. И Эйв сделал ещё глоток. Волна неги пробежала по телу. — Хочешь знать, что было на совете? — спросил он с лёгкой усмешкой. Каори не ответила, лишь прищурилась, глядя Эйву в глаза. — Тревожные известия от шпионов на Востоке. Племя Дуруг захватило несколько наших городов и деревень, военный советник полагает, что их главная цель — столица. — Дуруг, — задумчиво повторила Каори. — Насколько мне известно — это самое крупное племя дикого востока. — Так и есть. К тому же у них новый вождь. Дуруг верят, что он — мессия. Они замолчали. За окном послышался шелест дождя. Каждый размышлял о тревожных вестях. Ужин успел остыть, а вино кончиться, прежде чем Каори нарушила мрачную тишину: — Ходят слухи, что госпожа Рания ждёт ребёнка. — Тогда мне стоит поздравить Отто, — ухмыльнулся Эйв. — Извините, господин, но король чересчур явно благоволит кронпринцу Отто. К тому же отец госпожи Рании, помимо бездонной казны, обладает и собственным войском, и, если первенцем будет мальчик, то их положение только укрепится, — быстро прошептала Каори. — Я осведомлён, Каори. Однако большинство знати на моей стороне, они уже заметили, что мой братец — самодовольный болван, который только и умеет, что махать мечом. Каори осталась серьёзной, не оценив шутку. Свечи догорали, отчего на её лицо легла тень, и разобрать эмоции стало ещё сложнее. Эйв давно усвоил: она редко проявляла чувства. Взгляд узких чёрных глаз всегда оставался холоден и цепок, а тон голоса ровен и сдержан. Даже в жестах Каори была скупа и двигалась так, будто старалась занимать как можно меньше места. Лишь изредка Эйву удавалось увидеть лёгкую улыбку — означавшую, что ему удалось её рассмешить, и он тут же невольно улыбался в ответ, — или слегка нахмуренные брови, когда Каори размышляла о чём-то важном, вот как и сейчас. — Этого мало, — всё так же тихо продолжила она. — У тебя есть предложение? — Эйв вопросительно выгнул бровь. — Осмелюсь посоветовать: вам стоит склонить на свою сторону ещё одну силу — народ. Жертвовать на благотворительность, раздавать еду беднякам, посещать приюты и госпитали. Эйв замешкался с ответом, невольно бросив взгляд на свое отражение в зеркале. В позолоченной ростовой раме, как на картине, он увидел темноволосого юношу в узорчатых шелках, на пальцах поблескивали перстни, у пояса красовался кинжал в серебряных ножнах. — Ты права. Я хотел бы этого, но не ради власти. Каори склонила голову: — Что может быть лучше власти?

***

Приближалась зима, ветра усиливались. Небо над Асфадом затянула плотная пелена облаков, погрузив город в унылые серые цвета. Казалось, напряжение чувствовали все его жители. Простые ремесленники говорили о мрачных знамениях, вассалы шептались о скорой битве, а из зала Королевского Совета слышались споры и крики. За овальным столом собрались все советники Эхмарра. Единственное окно было завешено тяжёлыми бархатными шторами, однако даже в полутьме было заметно, как побагровело лицо короля. — Единственное, что я пока вижу: вы не в состоянии разбить сборище дикарей, — разгневанно произнёс он, явно устав слушать бессмысленные фразы, которые лорды читали со своих бумаг. — Из захваченного Марга пришли сведения, что их чуть не сотня тысяч, — неуверенно начал военный советник. — Может, ещё расскажете те самые сказки, что они ездят на рогатых конях? — с улыбкой спросил принц Отто, развалившись в мягком кресле. С самого рождения Отто все отмечали его невероятную схожесть с королём. Те же вечно насмешливые серые глаза, самоуверенная и хитрая улыбка, волосы цвета воронова крыла. Правда, в отличие от отца, кронпринц презирал столичные обычаи и носил короткую стрижку, как солдат. Увы, за последние месяцы король сильно изменился: иссиня-черные пряди обильно тронула седина, лицо осунулось, а глаза помутнели, став цвета воды после шторма. — Это могут быть не сказки, — сказал Эйв, глядя на брата в упор. Ему нравилось, когда во взгляде потухала спесь. — Я добыл записи одного восточного путешественника, сделанные несколько десятков лет назад. Он выложил ветхие бумаги в центр стола, и все тут же заинтересованно склонились над ними. Все, кроме короля. — Вы смеетесь над нами, принц? На каком языке они сделаны? — Вероятно на языке племени этого путешественника, — язвительно ответил Эйв. — Однако вы можете прочитать тут слово «эндемик» и даже увидеть зарисовку крупного ездового животного с бараньими рогами, из чего можно сделать некоторые выводы, подвластные и пятилетнему ребёнку. — Беглецы из Марга тоже говорят о странных лошадях, — заикнулся один из советников, но стушевался под взором Отто. В зале вновь разгорелся спор, лорды выхватывали записи друг у друга и вглядывались так упорно, что чуть не тыкались носом в бумагу. — Хорошо, Эйв, — прервал шум король. — Ты отлично поработал. Известно что-то об особенностях этих тварей? Эйв попытался скрыть глупую улыбку, ему хотелось ответить: «Это было одобрение?» Но он сказал: — Если вы о лошадях, то нет, а вот о Дуруг я кое-что узнал. Они страдают от жажды и голода, их земли умирают. На протяжении всей своей истории Эхмарр отказывался вести с ними торговлю… — Дикарям нельзя доверять! — вмешался некий раскрасневшийся лорд. — И теперь они ищут новый дом, а их вождь сулит им золотые горы и процветание. — Как скоро их ждать у ворот Асфада? — обратился король к военному советнику. Тот со скрипом отодвинул кресло, степенно поднялся, огладил бороду и принялся за монотонный доклад. Однако Эйв подметил, что пару раз его голос предательски дрогнул. Под конец совета в зале висел невыносимый липкий запах пота и масел для тела. Первым в двери вышел король, и за ним сразу образовалась очередь из важных тучных лордов. Каждый стремился пролезть впереди другого, чтобы выйти как можно скорее. Они пихали друг друга, как рыба в сети. Эйв улыбнулся, глядя на это зрелище, как вдруг кто-то наклонился слишком близко: — Чему радуешься, братец? Папочка похвалил тебя в первый раз в жизни? — прошептал Отто прямо ему на ухо, обжигая дыханием. — Радуюсь, что у тебя будет возможность оказаться в гуще кровавой битвы, — ответил Эйв и, заметив, что проход свободен, поспешил удалиться. Возле зала совета его поджидал один из личных слуг. Эйв отвёл его в сторону. — Извините, господин, я не вовремя? — спросил тот, испуганно глядя, как принц Эйв яростно сжал зубы, провожая кого-то взглядом. — Мне сказали у вас есть поручение… — Да, — ответил Эйв отстранённо. — В подконтрольных мне приютах распорядись топить печи и подавать тёплое питьё и еду. — Будет сделано, господин. — Ты договорился с портным? — Конечно. Он ожидает вас в своей мастерской рядом с Девичьим Крылом. Эйв кивнул и поспешил в другой конец замка. Было свежо и безлюдно: осенью жители дворца предпочитали сидеть в своих покоях. Эйв всё ещё ощущал жар после сборища лордов, поэтому жадно вдохнул чистый холодный воздух. Вскоре он свернул в Цветной Переход, так называлась крытая галерея, связывавшая мужскую половину дворца и Девичье Крыло — место, где жили госпожи, фрейлины, евнухи, служанки и дети. И, как выяснилось, портной. Название «Цветной» он получил благодаря обилию витражей, украшавших каждое окно в нём. Эйв замедлил шаг — в детстве он любил рассматривать витражи: русалка с изумрудным хвостом, бегущий верблюд, крупная красная рыба, человек в серой накидке… Позже мать пояснила, что это — Тень. Древние народы, основавшие Эхмарр, верили, что Тени были посланы на землю, чтобы прислуживать Смерти, выбирать её жертв. Капля дождя скатилась по нарисованной щеке, словно слеза. Неожиданно из конца галереи послышались женские голоса. — Я хочу знать имя той, с кем он был! Неужели никто не видел, кого он позвал?! — страдальчески кричала незнакомка. — Госпожа, прошу вас, не ходите к нему, не надо… — Он мой муж, как ты не понимаешь, пустоголовая! У меня есть достоинство в отличие от тебя, служанки! Госпожа метнулась в Цветной Переход резко и быстро, точно хищная птица, и тут же застыла, выйдя из тени. Эйв обвёл её мимолётным взором: фиолетовое платье, расшитое бисером, растрепанные каштановые волосы, опухшие глаза, руки бережно поддерживают округлый живот. Вслед за ней показалась и служанка, напомнившая Эйву испуганную косулю: девушка дрожала от холода в легком белом платье и глядела на Эйва большими блестящими глазами. — Госпожа Рания, — почтительно поздоровался Эйв. — Принц, — ответила женщина в фиолетовом с натянутой улыбкой. Её служанка поспешно отвела взгляд и поклонилась. — Как ваше самочувствие? — Замечательно, правда, малыш очень беспокойный, постоянно толкается, — Рания погладила живот с нескрываемым обожанием. — Лекари говорят, будет мальчик, — с гордостью поведала она заговорщицким тоном, будто открыла Эйву страшную тайну. — Чудесно, — выдавил Эйв. — Прошу меня извинить, я спешу к портному. На лице служанки отразилось явное разочарование, а Рания лишь кивнула и пошла дальше, будто оскорбившись недостаточным вниманием к своему положению. Наконец Эйв добрался до нужной комнаты. Дверь была открыта и он вошёл. Кабинет оказался совсем крохотным, почти всё пространство было заставлено разномастными шкафами и тумбами, где хранились ткани, иголки, нитки, эскизы. Посреди всего этого стоял широкий стол, за которым сидел скрюченный старик. — Принц? Я вас уже заждался. Есть какой-то особый заказ? И Эйв описал ему свою задумку.

***

Эйв верил, что ум требует таких же тренировок, как игра на арфе или владение мечом. Так он оправдывал то, что стал всё больше вечеров проводить в библиотеке за посланиями, докладами и книгами, сидя в полутьме и вдыхая аромат воска и пергамента. Однако идиллия Эйва рушилась, когда он слышал, как хлопает дверь или как кто-то шагает, и когда он понимал, что то был лишь сквозняк или слуга пришёл заменить свечи. После очередного подобного случая Эйв долго смотрел в пустоту, отвлечённый от дел. Его разум упорно занимала одна и та же головоломка: Каори. Может она проводила с ним время не ради удовольствия? Соглашалась лишь потому, что не могла отказать своему господину? Или он был её способом выведать дворцовые тайны? Эйв имел связь с разными девушками: служанками, фрейлинами, гостьями замка. Однако их всех от Каори отличало одно — они сами искали внимания принца. Их речи были сладкими и непринуждёнными, взгляды томными и призывными, а ласковые улыбки не сходили с губ. Эйв проводил с ними ночь, дарил подарки и все оставались довольны. Больше они не виделись. Эйв вновь погрузился в свои мысли во время анализа партии в рэй-но настолько, что перестал ощущать, где он и зачем, как вдруг раздался до боли знакомый голос: — Господин, — Каори поклонилась и замерла. Эйв окинул её стеклянным взглядом, будто спросонья. — Здравствуй, — коротко сказал он спустя некоторое время. Эйв постарался изобразить спокойствие. — Будут какие-то указания? — она всегда спрашивала это, встретив его в библиотеке. — Нет, ты свободна, — каждый раз отвечал Эйв. Тогда Каори присела на софу поодаль и погрузилась в чтение. Эйв вернулся к рэй-но. Этой игре он научился очень давно и любил просиживать за ней часами, продумывая ходы и тактику, забывая о тревогах и времени. Однако в этот момент он никак не мог сосредоточиться, голова словно опустела. Не выдержав, он посмотрел в сторону, где расположилась Каори, и к удивлению столкнулся с ней взглядами. Каори ничуть не смутилась и медленно вернулась к чтению. Прошла пара минут, прежде чем она заговорила: — Господин, могу я задать вам вопрос? — Эйв кивнул. — Чем вы заняты? Он непроизвольно улыбнулся. Похоже, головоломка была близка к разгадке. — Присаживайся. Каори послушалась и поспешно заняла стул с другой стороны небольшого столика, на котором были нарисованы клетки и номера. Некоторые из этих клеток были заняты приплюснутыми округлыми фигурками из камня. — Это игра, она называется рэй-но: синее и зелёное, — Эйв указал рукой на фигурки соответствующих цветов. Некоторые отличались оттенком. — Почему здесь именно синий и зелёный цвета? — спросила Каори. Она уже принялась внимательно изучать причудливые камни. — Синий символизирует флот, зелёный — сухопутных воинов. Это игра и для детей, и для взрослых. Помогает тренироваться в военной стратегии. — Это интересно. — Я расскажу правила. Каори согласилась и Эйв заметил, как что-то промелькнуло в её взгляде, а губы расплылись в улыбке. Каори была счастлива. От осознания этого сердце Эйва сжалось.