Путь целителя

Я лежу за кустом в лесу раскинув руки, одной держу лямку рюкзака, капли дождя падают мне на лицо. Мне хоть с этим повезло, он не кислотный. Больно, конечно, когда приземлился от взрыва, фигово себя чувствуешь. Ещё бы вспомнить с чего это я сунулся в лес, шёл себе спокойно по полю, а тут решил свернуть в лес, точно контролер заставил, но нет я свободно двигаюсь. Вот руку поднял перед лицом держу, рассматриваю, будто не видел ни разу в жизни. Встать не могу, тело жутко болит. И вдруг слышу голоса, совсем рядом. Заставил себя повернуться на живот, размытым взглядом вижу, что идут два сталкера: Пятерка и Валет, я их узнал, как-то видел их еще когда они в зону первый раз пошли, а сейчас шастают себе. — Ребят, — тихим, хриплым голосом зову я, Валет обернулся и посмотрел в мою сторону, — ребят, помогите, прошу. Валет кинулся ко мне, за ним пошел Пятерка, беря автомат в руки. — Нифига, Пятёр, смотри, — Валет присел на корточки смотря мне в глаза, — ты ж этот, как тебя там… ну один из магов. — Да-да, я, — хриплым голосом бормочу я, — Сокол я. — Ну, а что делать? Поможем, — влез в разговор Пятерка, — давай поступим так, я его несу, а ты впереди иди, до нас дотащим. Валь, ещё рюкзак прихвати его. До куда? Я не решился спросить, да и честно не охото. Какая глупость, целитель, который должен помогать, сейчас сам себе помочь не может. Я один из не многих сталкеров-целителей, в народе «маги» мы ходим в зону с такой же целью как и другие, но мы обязаны помогать другим. Не многие знают, что некоторые травы зоны имеют чуть ли не волшебные свойства. Почему я стал целителем? С детсва любил помогать людям, врачом стать хотел, даже отучился на медика, но не сошлось, вот и попёрся в зону, а потом с целителем познакомился, я его считаю своим отцом в зоне, земля ему пухом. Всех целителей называют птицами, с начала повелось, вот так и меня Соколом прозвали. И сейчас меня тащат, а я ели как ноги передвигаю. Шли недолго. Уже дошли до бывшего гаражного кооператива. Валет открыл дверь одного из них. Меня положили на матрас, я запрокинул голову чуть выше, чувствую как руки сначала снимают куртку, а потом щупают тело. — Ничего не сломано, — вывел вердик Валет, — значит, только внутри чёт полетело. От его слов захотелось рассмеяться, медик фигов, «внутри чёт полетело», говорят он бывший механик или водила, не смогу вспомнить, вот походу и меня за машину принимает. — Ты ещё на сотрясение проверь, — закуривая говорит Петерка. Хочу сказать, что гарантия сотрясения у меня точно есть, но не могу, слишком тяжело, да и Валет это понял после быстрого теста. Плюсом меня еще накрыл шум в ушах. — И что теперь делать? — выдыхая вместе с дымом говорит Петерка. — Я по твоему врач? — рыкнул на него Валет, но потом выдохнул, — лежал со мной в больнице один человек когда-то с сотрясением, так он сказал, что неделю сидел в себя приходил. Сокол, я правильно говорю? Я тихонько кивнул. По осущению вторую степень схватил, да и просто слабость давила. Значит дня так два точно отлежусь. — Сходили блин за хабаром, — туша окурок проговорил Петерка. — Пятер, хватит, — серьёзным тоном сказал Валет, но потом обратился ко мне, — слушай, у тебя нет никакой этой вашей чудо травы от таких случаев? Я подумал, есть одно сочетание, но не хочу жизнью рисковать, это дело тонкое, ошибешься на грамм — пиши пропало. — Рисково вам давать, — еле как выдавил я. В глазах до сих пор плыло, и я сам не заметил как отрубился, через час наверное. Проснулся я, как мне сказали, через два дня. Слабость ушла, только легкая головная боль, ничего, сейчас намешаю трав и все нормально будет. — Скажи, Сокол, как ты очутился в таком состоянии? — спросил Петерка. — Не помню зачем я в лес пошел, а потом взрыв, а дальше лежу и на небо смотрю дождь хлещет, короч сами помните, — честно ответил я, попутно открывая рюкзак. Достав контейнер я посмотрел на него — поход теперь есть догадка зачем я в лес сунулся, этот «чёрный волос» ток там и растет, только зачем мне он? Вроде в запасе было… «Чёрный волос» так же породила зона, и только там и растет, его так назвали из-за стебля, который растёт тонкой верёвкой, обвивая дерево. Так я уже намешал как выразился Пятера «волшебную фигню», осталось только нагреть. Ребята газовую плиту мне предоставили. — А что там? — задумчиво помешивая спросил Валет. — Корень «радиоактивной крапивы», да и листья «радости пса», названия так себе, но какие им дали, — сказал я, смотря как жидкость с травами потихоньку закипает. — Валь, а ты как я вижу в целителей подался? — с усмешкой проговорил Петерка. — Да пошел ты, — незамедлительно послышался ответ. Когда жидкость закипела я убрал свой ковшик в котором варю всё это дело и перелил в кружку. Пока убирал все вещи обратно в рюкзак, оно подостыло, я взял кружку и выпил залпом. Кисло-сладкий привкус остался на языке, я сел на стул попутно ища в кармане записную книжку. Там красовалась надпись «три дня до…», так прикинув я дописал «8 часов до». — До чего? — нагло пялясь пробубнил Пятер. — До дня «подарка зоны», — сказал я, — в этот день всегда происходит необъяснимое, и лучше валить от сюда, либо прятаться куда подальше. — А поподробнее, — Пятера напрягся смотря мне в лицо. — Раз в пять лет происходит, — я открыл последние записи с того дня, — на моей памяти это будет третий раз, накрывает все как-будто дымом, кто вдохнёт без защиты начинает творить всякое, помню один своих товарищей зарезал, а потом и сам застрелился, ещё помню, как человек двадцать кинулись к болоту, без всего, там и потонули толпой. А мутанты нападают с двойной силой. Сколько не изучали целители — всё без толку, ток ясно одно: человека спасает маска или на подобе этого. Ворон — отец мой зоны, пол жизни потратил в попытке понять как помочь людям, да ток и оставил мне надпись 《"черный волос» и корень «психа», варить》, проблема ток одна эта смесь работает как яд. После моего разсказа они замолчали, оба смотрели в куда-то сквозь стены. — Из зоны мы не успеем выйти, — через какое-то время сказал Валет, — далеко слишком, до ближайшего выхода день, а может два. — Значит тут сидим, — комнадирским голосом сказал Пятёрка. С ориентированием во времени у меня нет проблем, и каждый раз я делал всё новые и новые пометки, как осталось пол часа я решил обезопаситься. Травы положил по карманам на штанах, сам пришивал, пистолет в кобуру, спицу на ремешок в левую руку, и всё. Целители не любят дальный бой, мы готовы сражаться близко, быстро смешав взрывную смесь и кинуть, либо на крайний случай выстрелить. — Маску наденьте, и не снимайте часов так шесть, а то и больше, из гаража не выходите, — проверив наличие трав говорю я — и кстати, если приспичит в туалет, ведро поставте. В гараже есть самодельное окно, видно, как дым отпускаеться на землю. Я вздохнул и задёрнул штору, чтобы не было видно кто в гараже. Сев и оперевшись на стену, я закрыл глаза и начал говорить: — Зона мать, да спаси твоих детей и отцов, будь добра и разреши пережить этот день, подари удачу и счастье в этот момент, отдам я тебе часть хлеба, да воды питьевой. Пусть и были мы к тебе жестоки, прости нас, твоих детей, мы тебя любим и чтим. Да спаси нас, мать Зона. Да будет так, аминь. — Ты там кого вызываешь? — усмехнулся Валет. — Зоне молюсь, — выдыхаю я. Они затихли. — А откуда молитва? — спустя время сказал Валя. — От Грача — отца целителей, — я снова взял книжку, смотря на надпись от Грача и вслух её озвучил, — «дети мои зоны, запомните молитву и передавайте другим, пусть они знают её как «отче наш» в обычном мире, Ваш отец-оснаватель Грач» — Я так и не пойму, — Пятера замолчал и потом сказал, — зачем вы называваете их «отцами» или «сыновьями»? — От отца-целителей Грача пошло, — сказал я, — называл он своих учеников «дети мои», да и они «отцом» его называли, и так пошли дальше, кто учит тот «отец», мой отец это Ворон, его отцом был Тетерев и так далее, а я пока не нашел учеников. Наткнулся на надпись от Ворона: 《Ребенок мой, Сокол, ты не обычный, ты все сумеешь, только будь там, где ты сможешь помочь двум, навести меня, со всей любовью Ворон.》 Целители умные, пишут загадками, если посмотреть наш штаб, где сейчас точно все целители, кроме меня, то там все стены исписаны фразами. Там и мои есть. Вспомнил надпись Грача 《Пусть каждый вошедший вспомнит зачем он в зону пришёл. Пусть каждый выходящий забудет свою прошлую жизнь. Г.》зачем вспонил, не знаю. — А сколько вообще целителей? — тишину прирвал Пятера. — Живых пятьнадцать, из отцов десять, — мой голос звучал спокойно, хотя я знаю, что в штабе меня собрались хоронить. И снова тишина. И резкий удар в двери, ещё и ещё. — Не открываем, — снова закрыв глаза сказал я, и тут я услышал щелчок, как можно тише шепнул — На пол, быстро. Я сам лег на живот, смотрю как Пятерка упал сразу же, а Валет затупил, но после услышаного выстрела тоже лег. — Валь, люк, — зашипел Пятера Валет и сам догадался, уже открыл и полез внутрь. Мы с Пятерой перегляделись и поползи к люку. — Что за хрень твориться? — отдышавшись спросил Пятера. — Цель зоны в этот день, убить всех кто рядом, а как это происходит ее не волнует, если они не найдут людей рядом, то только себя подстрелят. — моё спокойствие их напрягло, — могу успокоительное сварганить, надо? Они отказались. Ну и мне меньше делать. Помещение так называемая «ямка» как у всех типичных гарожей для картошки, закруточек и так далее. Ток это переделано под второе помещенение чтобы пережить выброс: консервы, вода, да и две кровати. Время длится долго, очень, оно тянется и сложно осозновать, что так нужно просидеть ещё несколько часов. Я увлекся писаниной про всю обстановку, попутно рисуя каракули или обводя буквы — А как, допустим ваши «отцы» отцов называют? — решил наладить разговор Валет. — Или братом, или товарищем это от ситуации зависит, — я посмотрел на них, обо стоят в напряжении, — я так понял ваш первый раз в такой ситуации? Они закивали, тихонько посмеявшись, но я понял, что ребятам не до смеха. — Понимаете, с каждым годом в зоне вы привыкаете ко всему, и это инонда смешно наблюдать за новичками. Вот сами вспомните как пугались каждой ветки в первый раз. А теперь идёте, смело шагая в место куда гайка упала. Так и я регирую на всю ситуацию, да у меня тоже паника, но хотя б я осознаю, что это не смертельно пока. Стало плохо, я снял маску, закурил, с каждым выдохом мне становиться тяжелей. Так, Сокол, успокойся, вдох, выдох, вдох. Это значит одно, что-то случиться. — А почему ты Сокол? — сново начал разговор Пятёрка. Я их понимал, впервые открыто говорят с целителем, а может и даже с какой-то организации. — Дает отец, — надев маску проговорил я, — зависит от твоих качеств, или какая птица в голову прийдет. Сокол олицитворяет сильное желание, свободу и победу, вот поэтому меня так назвали. — У вас так сложно, — вздохнул Пятера, — меня прозвали из-за партока на руке в виде пятёрки. — Я колол, — отозвался Валет, — Меня по этой же причины. Наверху послышался выстрел, и слышно как гараж складываеться и падает. — И что делать будем? — Пятера присел на корточки. — Сидеть пока, — не знаю как я до сих пор держу спокойстивие. — Валь, ты чего? — Чёрт, Мих, спокойно, — Подбежав к Валету, и схватив того за плечи тороторит Пятера — Мы что-то придумаем, ты ток спокойно. Валет сел, поджал ноги к груди и сунул руки в волосы. Я быстро подскочил, достал ковшик и налил воды, кидая туда мелиссу и «прыжок», все же пригодились. Вода закипела, я вылил всё содержимое в стакан и сунул его Валету. — Он замкнутых пространств боится, так-то спокойно реагирует, а тут неожиданно и он испугался, — начал объяснять Пятера. — Щас спать ляжет, это нормально, — складывая в контейнер меллису сказал я, — про всю ситуацию, если гараж сложился как я предпологаю мы выберемся, а если нет, то придёться выкручиваться как-то. Валет так и уснул комочком, Пятера уснул на стуле, а я не сплю, не хочу, пишу наблюдения, обвожу что-то нужное, рука как-то сама вывела надпись «они станут хорошими целителями, откроют новый путь, а он станет отцом всего пути». У нас есть поверие, что все мысли записанные в тетрадь не твои, они чьи-то других, кто оберегает тебя, кто может видеть будущие, кто уже мертв. Грач, Ворон, Тетерев, Ястреб, Голубь… все писали не свои мысли, а мысли других, но они писали загадками, что бы люди просто-так не поняли в чем суть, они знали, что надо подождать, пока человек сам это поймет, пока сам не позволит писать за него в тетрадь, на стены, да куда угодно. Я это понял, поздно понял. Понял все, надпись про яд который должен помочь, про молитву, про послание, про вход и выход. Я понял уже слишком поздно, когда я на грани смерти, от голода, а может от дыма который прорвался и теперь тут. Последнее, что я сообразил сделать это насыпать «черного волоса» и «психа» и варю, пока вода не испарилась, получилось что-то похожее на мазь. Дым от неё отошёл как в куполе, я не решился взять её руками, мало-ли, взял через пакет и намазал щедро по люку и дым пропал. — Хоть что-то, — выдыхаю я и сажусь писать, о том, что только что делал. Я сам не заметил как уснул, у меня проблема всегда одна, это сон, если я усну, то могу уснуть на сутки, а то и на три. Мой организм просто не смог смириться с тем, что я днями не сплю. Разбудил меня Валет, сначала легка, а потом сильно тормаша меня. — Эй, проснись, — только услышал я, — Там кто-то бормочет. Я услышал знакомый голос, с похороной речью. Походу меня нашли — Мы тут! Эй! — что есть мочи заорал я, — Соловей! Я Сокол! Я жив! Я слышу как они начали разгребать остатки гаража. Я попытался открыть люк, промежуток есть. — Вы меня слышите? — выглянув из люка спросил я. — Да, — послышалось сверху. — Я «фееверк» устрою! — крикнул я. Они ушли, я это услышал. Через секунду я уже насыпал смесь и поджог, еще секунда и я нырнул обратно, остатки гаража вспыхнули и подлетели в воздух. Я вылез, за мной Валет и Пятера. — Как вы узнали где я? — пожимая Соловью руку спросил я. — Отец твой привёл, — сказал Соловей, глава целителей. И правда, рядом сидел чёрный Ворон. Я подошёл к нему, достал хлеб и тихонько положил его. — Спасибо, отец, спас меня и товарищей. — Мы пошли, в другое место, — сказал Пятера, накидывая автомат на плечо — до встречи, Сокол.