Решение всех проблем

«С того момента, как я проснулась, меня не покидала мысль — сегодня что-то пойдёт не так.»       С самого детства, в привычку у Ноэлль вошло быть «ранней пташкой». Даже летом, когда рассвет мог начаться посреди ночи, стоило первым лучам солнца проникнуть в её комнату — она тут же вставала с кровати, спеша успеть закончить все дела утром. Что уж говорить об учебных днях — зачастую, в класс она приходила ещё до того, как начинало светать. И, пускай многие бы сочли это странным, Ноэлль нравился такой ритм жизни. Она всегда чувствовала себя принцессой из детской сказки, когда ранним утром, сидя в пустом кабинете и раскладывая на парте учебники и карандаши, ей доводилось наблюдать, как солнечный свет, проливаясь через незашторенные окна, снимал с мебели, стен и пола тонкую пелену тьмы. Тихо, спокойно и волшебно.       Но почему-то, сегодня грань между ночью и утром казалась размытой. Темнота неохотно покидала кабинет и, Ноэлль была в этом совершенно уверенна, некоторые сгустки лишь прятались по углам, отказываясь поддаваться свету. Это явно было плохим знаком. «Мне всегда казалось это довольно глупым — придавать всему какое-то особое, таинственное значение. Но я никогда не могла от этого удержаться. Впрочем, лучше бы в этот раз я прислушалась к своим чувствам.»       Со временем, в класс начали прибывать ученики. На каждом, кто входил в кабинет, Ноэлль на пару секунд задерживала взгляд — ей, она это прекрасно понимала, просто хотелось увидеть на их лицах обыденный спектр эмоций. От беззаботной радости до сонливости — простые чувства, знакомые каждому школьнику. Но, к несчастью, у всех её одноклассников на лицах застыло тоже выражение, что было и у неё, и показывало оно лишь уныние и печаль, кои, кажется, настигли каждого жителя города этим утром. В конце-концов, мало кто из местных мог бы спокойно радоваться жизни после пропажи Криса и Сьюзи.       «Крис и Сьюзи?» — словно эхо последней мысли, два имени повторялись в голове Ноэлль тихо и едва различимо. — «Младший брат Азриэля и та самая Сьюзи, было бы правильнее сказать.» — С грустью ответила своим же мыслям девочка, припоминая то, какую формулировку использовали окружающие. «Они все… ну, переживали, я понимаю это. Кто бы на их месте не переживал? Бесследная пропажа детей, в таком маленьком городе. И, конечно, в этом как-то была замешана Сьюзи — а это было ответом на все вопросы для каждого, как бы мне это не нравилось.»       Кто-то прошёл рядом с Ноэлль, усевшись за соседнюю парту, и с излишним количеством громких звуков начал выкладывать учебники на стол, составляя их в, конечно же, аккуратную стопку. Даже если бы глаза не успели мельком увидеть голубое пернатое пятно, девочка бы точно узнала кто это, было слишком очевидно — Бёрдли. Так что, не отрываясь от книги, которую она читала скорее с целью отвлечься, нежели вникнуть в содержание, Ноэлль вежливо помахала рукой, надеясь, что этого будет достаточно. Но, как это бывает в общении с Бёрдли, любая надежда была напрасна. — О, дорогая Ноэлль, знала бы ты, как я рад видеть тебя в добром здравии этим утром. — Девочке всё же пришлось прекратить невнимательное чтение и посмотреть на своего одноклассника. Тот, в своей обычной манере, поправлял очки, словно бы хвастаясь тем, как свет отражается от идеально чистых линз. — Я предполагал, что сегодня ты предпочтёшь остаться дома, но даже мой аналитический склад ума порой даёт сбой. «Тогда, как это бывало с каждым, кто общался с Бёрдли, я была… нет, даже не раздражена, но слегка разочарована. Мне казалось, что он снова строит из себя гения, и не то чтобы меня это когда-то злило, вовсе нет! Но сегодня утром это казалось для меня издевательством. Мне не нравилась тоска на лицах окружающих, но ещё больше — её отсутствие на лице Бёрдли. Разве он не понимал, что все чувствуют? Не испытывал тоже самое? Жаль, что только сейчас я понимаю — он тоже переживал. Очень.» — Спасибо… за беспокойство, Бёрдли. — Неуверенно ответила Ноэлль. — Я тоже рада, что ты пришёл. Мы ведь сегодня продолжим работу над нашим проектом, помнишь? Было бы плохо если бы ты оставил меня одну с этой работой, ведь так? — Стоило собраться с силами, и на лицо удалось вернуть обычную приветливую улыбку. Так было правильней. — Ах точно, конечно я не позабыл об этом! — На секунду взгляд парня устремился в пустоту, и Ноэлль была уверена, что за это мгновение её одноклассник успел насладиться экраном «Конца игры» у себя в голове. — Сегодня. В библиотеке. После уроков. Ты, я, и наш проект, хах. — И, убедив себя в надёжности своей памяти, Бёрдли вернулся к своей более естественной манере речи. — Я всегда очень внимателен ко всему, что касается «планов» и «организации работы»! Будь уверенна, я даже прослежу за часами, чтобы мы сумели приступит к разработке нашего проекта ровно в назначенное время. И за тобой прослежу. — Слова текли рекой из клюва, — Чтобы ты не забыла. — ко всеобщему сожалению.       На этот раз такого количества общения Бёрдли вполне хватило, так что он вернулся к своим делам — в частности, к важному и вдумчивому чтению случайно открытой страницы учебника. Ноэлль же, прежде чем вернуться к своей книге, глянула на часы. До начала урока оставалось совсем немного. «Ещё чуть-чуть и Крис со Сьюзи опоздают.» — промелькнуло в голове. Совсем не хотелось признавать, что они могу просто не прийти, как это было и вчера — когда их отправили за мелом. «Они так и не пришли. Не знаю, на что я надеялась в тот момент. На чудо? На то что это окажется очередной ужасной и совсем не смешной шуткой Криса? Что-то ещё? Не припоминаю. С другой стороны, чётко помню, что не надеялась на то, что это просто сон. Нет. Даже будь то сном или кошмаром, я была совершенно уверена, что это реально. Но была ли моя уверенность оправданной?»       Звонок распугал все мысли. На секунду появилось чувство того, что надо спешить, куда-то торопится, пробираясь через толпу таких же суетящихся монстров. Но, стоило громкому звону затихнуть, разум успокоился, а все мысли вернулись на положенные места.       Топот множества ног, лап и чего бы то ни было ещё, зазвучал тут же. Ученики, что до сего момента с целью или без ходили по кабинету, начали рассаживаться, занимая свои парты. В прочем, даже когда все уселись и окончательно подготовились к уроку, гул голосов не прекратился — в конце-концов, Альфис ещё не пришла, а значит никто не мешал детям продолжить свои дискуссии и обмен сплетнями. Учительница всегда опаздывала, пускай и на совсем немного. Ноэлль была уверенна — прямо сейчас Альфис изо всех сил торопится на урок, в руках плотно сжимая важные рабочие бумаги, а в зубах, по каким-то причинам, тост. И действительно, не прошло и пяти минут, как она вошла в кабинет, с бумагами, но всё же без куска хлеба во рту. Встав у доски и пару раз кашлянув особым, призывающим к молчанию кашлем, Альфис как и всегда начала урок с приветствия. — Д-доброе утро, Класс! — Ученики неоднородным хором поприветствовали учительницу в ответ. — Надеюсь, вы все готовы к очередному чудесному и н-не напряжному учебному дню. «Я знала, что она заметила это — не могла не заметить. Два места в кабинете, что до сих пор пустовали, ожидая недостающих учеников. Уверенна, что она как и я всё ждала, когда Крис ко всеобщему удивлению войдёт в кабинет, а за ним, спустя несколько минут, придёт и Сьюзи. Так ведь было вчера. Так наверняка должно было быть сегодня. Мы обе хотели в это верить» — Итак, Класс, надеюсь все помнят, на чём мы остановились вчера. Сегодня мы продолжим эту тему! — Альфис старалась говорить с энтузиазмом. — За этот урок мы должны будем прочитать параграф…       Вскоре после этих слов всё будто бы погрузилось в туман. Последнее, что изволило сохраниться в памяти — это Бёрдли, встающий на стул, чтобы зачитать параграф с особой гордостью. Дальше всё казалось каким-то размытым и блеклым, и даже звуки были едва различимы — их сменил тихий гул, заполнивший голову. Ноэлль честно не знала — уснула ли она, или у неё просто разболелась голова. Тем не менее, когда она пришла в себя, а взгляд прояснился, она уже находилась в самом конце урока, пропустив всё его начало и всю середину. И момент для её, предположительно, пробуждения оказался ужасно неудачным. — Подводя итоги, Класс, — Голос учительницы звучал уверенно, как и всегда, когда она сама загоралась интересом к теме урока, забывая про всё на свете. — мы могли бы составить схему, для наглядности. Секунду, давайте я нарисую на доске, как она должна будет выглядеть! — Альфис потянулась за нужным ей предметом, но, не найдя такового, не задумываясь, повернулась к классу и сказала, — Ой, а не мог бы кто-нибудь из вас сходить за… — о чём тут же и пожалела. — м-мелом…       Ученики притихли. Все они помнят, кто вчера ходил за мелом, и у каждого из них было своё, совершенно не оптимистичное предположение о том, что произошло после этого. Альфис, также поняв какую неприятную тему случайно затронула, опустила взгляд в пол. Смотря на это, по какой-то совершенно непонятной причине, Ноэлль захотелось встать, захотелось предложить себя для столь опасного дела, как поход за мелом. Но, всё же подавив в себе тихий голос, подталкивающий к такому развитию событий, и собравшись с силами, девочка практически прошептала себе под нос, не сумев сказать это достаточно громко, чтобы её кто-то услышал: «Мы все понимаем, что вы случайно. Мы все тоже хотели бы хоть на секунду забыть о том, что нас тревожит. Отвлечься». Тем не менее, пускай Альфис и не услышала эту попытку её поддержать, она сумела поступить, как говорят некоторые, по-взрослому, рискнув взять ситуацию под контроль. — Ох, я понимаю, что вы все напуганы. В нашем городе, ну… — Она на секунду замялась. — Никогда не случалось ничего подобного. Н-но, могу вас заверить, в больших городах не так уж и редко пропадают люди и монстры и, к-конечно же, их всегда находят! И у нас будет так же, верно, Класс? — В ответ последовали лишь вялые кивки. — Просто, на всякий случай, будьте осторожней, хорошо? Вместе мы сила, верно я говорю?! — Слышалась слабая попытка наполнить слова уверенностью и оптимизмом. — Так что, ну, лучше не ходите по одиночке, держите телефоны п-при себе и будьте начеку.       За мелом никто так и не сходил. Оно и к лучшему, думалось Ноэлль. Ведь, пускай и было совершенно точно очевидно, что сам процесс похода за ним не нёс никакой опасности, на душе было неспокойно от одной только мысли о том, чтобы выйти в коридор, по которому до этого дня каждый ученик ходил десятки раз, и направиться в кладовку. Что-то в этом всём явно было не так. «Разве мог бы кто-то поверить, что простой поход за мелом, сам по себе, мог повлечь за собой пропажу двух учащихся? Конечно же нет. Это наверняка было что-то криминальное, и наверняка в этом была виновата Сьюзи. С ужасом я даже замечала в окружающих, как некоторые практически «хоронили» Криса, считая, что злая девчонка-хулиганка наконец-то показала свою сущность и совершила что-то, за что её будет ждать наказание похуже исключения из школы. Как же противно осознавать всю иронию таких суждений. »       Остаток учебного дня прошёл в той же гнетущей атмосфере. Иногда, совсем ненадолго, кому-то да удавалось приподнять настроение одноклассников глупой выходкой или на удивление удачной шуткой, но две пустые парты, стоявшие посреди кабинета, вскоре возвращали всё в упадок.       Звонок с последнего на сегодня урока. Как и всегда, каким бы ожидаемым он ни был, его звук оказался неожиданностью, заставившей всех содрогнуться от бьющего по ушам шума. Тем не менее, стоило ему прекратиться, все ученики начали спешить домой. Словно бы самое начало дня проигрывалось в обратном порядке — монстры собирали вещи, не прекращая болтовню, а затем выходили из кабинета, помахав Альфис рукой. Ноэлль же наоборот, не особо торопилась. Выходила она последней — даже позже, чем Бёрдли, всегда задерживающийся, чтобы обсудить с учительницей то, насколько же всё-таки хорошо он понял тему. Сегодня не хотелось спешить. Ничего не хотелось.       Тем не менее, понимая, что на вечность оставаться за партой нельзя, Ноэлль всё же покинула кабинет, решив как можно скорее идти в библиотеку — туда уже наверняка пришёл непревзойдённый и очень умный партнёр по проекту, забывший, что он собирался проконтролировать её. Но, что-то её останавливало. Вернее, что-то её манило, просто не в ту сторону, куда она собиралась. И Ноэлль прекрасно понимала, куда рвётся её сердце. В кладовку с мелом. «Ты же знаешь, тебе там делать нечего» — попыталась убедить себя девочка, но ноги уже вели её туда, куда умом она совершенно не хотела. — В-вот видишь, дверь как дверь. — Сказала она едва слышно, самой себе, стоило ей подойти к кладовке. — Можешь уходить.       Этого хватило, и, чувствуя липкую тревогу, покрывшую тело, Ноэлль попятилась назад. Каждый шаг давался с трудом — зато, чем дальше она отходила, тем быстрее начинала идти. По чуть-чуть она отдалялась от жуткой комнаты, и чем ближе она подходила к выходу, тем спокойнее становилось. В какой-то момент девочка даже смогла собраться с силами, чтобы разорвать зрительный контакт с дверью, отвернуться и поспешить на улицу. Но, напоследок всё же обернувшись, Ноэлль едва заметно дрогнула. «В тот момент я увидела, как вход в кладовку, дверь и практически вся стена в которой она находилась, начали покрываться чёрной, вязкой смолой.»