this is us

— чимин, детка, ты в порядке? доносится голос чонгука из-за закрытой двери ванной комнаты. несмотря на включенную воду в душе, его все равно хорошо слышно, и чимин сразу представляет, как возлюбленный прижимается к дереву, ожидая ответа. — д-да, все хорошо, что такое? чимин искренне надеется, что шум душевой прикрывает дрожь его голоса. собраться с мыслями тяжело, выходить на контакт и разговаривать — ещё тяжелее. — просто переживаю. пак печально улыбается, отмечая, что в очередной раз чонгук знает, чувствует, когда чимин находится на краю. у него словно датчик мигает каждый раз, стоит чимину хотя бы взглянуть на пропасть в своей голове, которая абсолютно бесповоротно может затянуть в лапы своего темного кокона. — я в порядке. — точно? помнишь, я всегда здесь, если тебе нужно поговорить. — конечно. чимин кивает сам себе, записывая только что сказанную фразу себе на подкорку в очередной раз. он всегда может придти к чону в любой момент, он это знает. но вдруг чимина не спасти от обрыва? — чонг… имя вырывается само собой, и чимин прикладывает ладонь к своим губам. чонгуку правда нужны его идиотские проблемы? — гуки? конечно нужны, глупенький. — я.. ты— можешь зайти? пожалуйста? голос чимина дрожит, накопившиеся слёзы текут по щекам, смешиваясь с остывшей водой. пак чувствует себя таким жалким, таким маленьким и неумелым в этом мире. будто ещё чуть-чуть и чимин разрушиться по кусочкам, раскрошится и растворится пылью. — малыш? чон заходил в комнату и его взгляд сразу цепляется за возлюбленного, жмущегося к стене, стоящего под холодным напором и трущего красные из-за слез и подступающей истерики. — я здесь, милый, тише. чонгуку все равно на промокшую в миг одежду, он сразу же заключает чимина в объятия, прижимая к себе как можно сильнее. — сделаем воду тёплой, хорошо? ты весь продрог. шепчет он, выкручивая кран. от контрастности температур комната заполняется паром. как долго чимин вообще простоял под ледяной водой? — ты похож на котёнка сейчас. в голосе чонгука чувствуется тепло, и чимин видит эту, полностью пропитанную добротой и нежностью улыбку, когда поднимает голову и смотрит на партнера. чонгук смотрит на него так, будто чимин — единственное, что существует в целом мире. и это бьет по паку. он снова утыкается в чужую горячую кожу на шее, пытаясь найти укрытие от самого себя. разве такой как он заслужил, чтобы на него смотрели так? — прости, прости, прости, я веду себя как истеричка. повторяет без остановки чимин. — все в порядке, я здесь, я рядом. рука чонгука незамысловато поглаживает чимина по голове, успокаивая. сейчас все что ему нужно, это собрать чимина по частям. они проводят в маленькой кабинке душевой бесчестное количество времени. просто стоят, жмутся друг к другу, передавая свою энергию. — можно? в руках чонгука появляется бутылёк шампуня. он ловит одобряющей кивок возлюбленного и выдавливает гель. комната наполняется запахом вишни. — мне нравится этот бесплатный массаж. тихо посмеивается чимин. ещё немного и он начнёт мурчать от удовольствия, того, как нежно чонгук массирует его голову, не забывая оставлять легкие поцелуи по всему его лицу. — для тебя все что угодно, чимин.