this is us

— луна все ещё красивая, чонгук? у чимина внутри пустое ничего. там поле жженой травы, со сгнившими цветами в некоторых местах. он сам — марионетка в руках кукловода. прискорбно выходит, даже немного иронично, ведь колдун — само его сердце, что жизни не даёт, само себя убивает. он влюблён в того, кого любить больше нельзя. в того, кто больше не его. чимину нельзя его любить, но он да, при чем так сильно, что сил больше нет. чонгук все ещё пьёт кофе без сахара, крепкий, ровно три ложки, последняя с горкой. чимин знает точно. так же как и миллионы, нет, миллиарды других вещей: его запах рано утром, когда чон обнимал со спины во время завтрака; его тихий шёпот, когда приходя поздно домой, чон ласково укрывал одеялом; его блеск в глазах, стоит лишь похвалить его работу. чимин до сих пор знает чонгука всего и полностью. как жаль, что чимину знать чонгука всего и полностью больше нельзя. — не знаю, чимин. больно режет по сердцу, прожигая внутренности той пачкой шоколадных, что украдены у самого чонгука. — в моей жизни больше нет луны. паку больно так, что зубы сводит, ногти в ладони впиваются, оставляя ещё одни следы. «нельзя, не твой» крутится перед глазами, и чимин крепко жмурится. вот бы последний вдох прямо сейчас и навсегда, лишь бы запах чонгука остался в памяти. — но я надеюсь, что солнце снова будет со мной. вдох. выдох.

«— ты всегда будешь моим солнцем, чиминни. что бы ни случилось, я всегда буду ждать пока ты воссияешь».

кажется, на выжженном поле виднеется зелёный росток.