Насилие души

***

От неизвестного номера: «Привет, Феликс. Это Хенджин. Мы тут подумываем ещё раз собрать небольшую тусовку. Проводить будем третьего числа на квартире у Джисона. Йеджи и Лиа уже согласились. А ты как? Придёшь?» Я откинулся на подушку, и скрип пружин прозвучал громко в тишине. Хенджин. Сам решил пригласить меня... Неужели я ему хоть чем-то запомнился, понравился? Хотя нет, это бред какой-то. В конце концов, не всем же быть бисексуалами, как я. Скорее всего, девчонки отказались идти без меня, вот он и написал. Прагматично. Но даже если это так, черт возьми, все равно дико приятно — видеть свое имя в его сообщении. Я ведь и думать не смел о том, что смогу его ещё раз увидеть так скоро, так что стоит довольствоваться тем, что есть. Пальцы сами потянулись к клавиатуре. Я перечитал его текст раз пять, прежде чем ответить. От Феликса: «Да, я приду. А кто ещё будет присутствовать помимо вас с Джисоном и меня с девочками?» Ответ пришел почти мгновенно, будто он ждал. От Хенджина: «Будем только мы впятером. Встречаемся в шесть, не опаздывай :)» Смайлик. Обычный смайлик, но от него в груди стало тепло и неспокойно. После этой короткой переписки я еще долго ворочался, уставившись в потолок. В голове прокручивались сцены предстоящей тусовки, как трейлер к фильму. Может, в такой маленькой компании, без лишних глаз, на этот раз получится поговорить с ним по-нормальному, узнать его поближе. Хотя бы как друга.

***

Утро встретило меня неласково: за окном висела серая мгла, шел снег, а виски гудели от сбитого режима. Решив долго не валяться в кровати, я побрёл на кухню. Родители куда-то уехали, оставив на столе записку. Соорудив себе на завтрак пару бутербродов с колбасой, я переместился в зал, укутался в плед и включил свой заезженный до дыр любимый сериал для фона. Но первый же укус был прерван настойчивой вибрацией телефона. Сестра. – Привет, Феликс! – проверещал из динамика слишком громкий и бодрый для этого часа голос Рэйчел. – Я тут подумываю сходить в парк, с горок покататься. Не хочешь составить мне компанию? – А ты не слишком стара для таких детских развлечений? – проворчал я, отодвигая тарелку и потягивая остывающий кофе с карамельным сиропом. – К тому же, почему бы тебе не сходить вместе с муженьком? Он бы тебя на руках с горки скатил. – Это я старая?! – вспыхнула она. – Мне всего двадцать четыре, если ты не забыл, а в душе вообще всегда шестнадцать! А он не может, он на работе. Ну так что, спасёшь сестрёнку от тоски и одиночества? Я вздохнул, глядя на унылый пейзаж за окном. Мысль о выходе из дома вызывала отторжение, но мысль о последующих часах угрызений совести и ее вечных упрёках была еще страшнее. – Ладно, ладно, будь по-твоему. Ты же мне всю плешь проешь, если я откажусь. Через час жду тебя у колеса обозрения.

***

Несмотря на то, что изначально я не горел желанием тащиться на промозглый холод, все прошло… на удивление здорово. Воздух был колючим и свежим, снег хрустел под ногами, а Рэйчел, как и в детстве, заражала всех вокруг азартом. Мы дурачились, кидались снежками, пока не замерзли пальцы, и десятки раз с визгом летели с ледяной горки на нашей импортизированной ледянке — куске картона, который едва нас держал. Смех разрывал грудь, и на время я забыл о всех тревогах, снова почувствовав себя тем самым беспечным пацаном. После прогулки мы отправились ко мне, отогреваться сладким чаем с имбирным печеньем под наш любимый фильм «Один дома». Но где-то к середине мое внимание уплыло от экрана. Я уставился в кружку, где медленно тонула долька лимона, снова и снова возвращаясь мыслями к вечеру, к Хенджину, к его смайлику, к тому, что надеть и как не сказать ничего глупого. Почувствовав на себе пристальный, изучающий взгляд, я встрепенулся. Рэйчел сверлила меня глазами, отложив печенье. – Слушай, Феликс, – начала она, мягче обычного. – У тебя всё в порядке? А то ты какой-то отстранённый весь вечер. Задумчивый. На тебя не похоже. Она потянулась и потрепала меня по взъерошенным волосам, как в детстве. В ее глазах читалась искренняя забота, и в этом теплом, безопасном пространстве, под звуки знакомого фильма, защита дала трещину. Поразмыслив пару минут, я решился. Она старше, у нее есть опыт. Может, хоть как-то поможет разобраться в этом хаосе, пусть даже не зная всей правды. – Если не учитывать один небольшой, но навязчивый факт, – выдохнул я, глядя в пар от чая, – то у меня всё отлично. Просто я, кажется, влюбился. В человека, с которым знаком меньше суток. Вот и все. Её глаза округлились от живейшего интереса. – Ого! Девушка, значит? – Она подалась вперед. – Должно быть, та ещё красотка, раз так быстро сразила. И что планируешь делать? – Если честно, понятия не имею, – признался я, бессмысленно размешивая сахар на дне. – Все очень… запутанно. – Да что тут может быть запутанного! – махнула она рукой. – Подойди, скажи пару приятных слов, улыбнись своей солнечной улыбкой, включи обаяние! На всех девчонках это работает. Ты же у нас милашка, у тебя все обязательно получится! Я горько усмехнулся про себя, глядя на ее воодушевленное лицо. – Ну да, – тихо ответил я, отводя взгляд к экрану, где Маколей Калкин строил свои ловушки. – Получится… обязательно. Жаль только, что объект моих дурацких чувств — парень по имени Хенджин, и ему, с большой вероятностью, глубоко наплевать на всё моё «обаяние». Но Рэйчел об этом знать не обязательно.