Злодей и Ублюдок - Идеальная Пара

Помещение пахло сыростью и железом. Убийца сидел на коленях, стеклянный кнут обвивал его, как холодная паутина. Любое движение отзывалось тихим звоном. Фан Ли смотрел прямо, не мигая. — Ты шёл за ними долго. Ждал момента. Но не ударил. Почему? Убийца чуть наклонил голову, губы тронула насмешка, но взгляд оставался ясным. — Потому что стало интересно. — Что именно? — Они не такие, как остальные. Дети должны плакать, убегать, умолять. Эти — нет. Уставшие, на пределе… и при этом ведут себя так, будто играют. Фан Ли не шелохнулся. — Ты решил пощадить их? — Нет, — убийца качнул головой. — Я решил смотреть. Хотел понять, что сломалось. Почему они не действуют по правилам. На миг в его голосе мелькнуло настоящее увлечение — словно речь шла о редкой головоломке, а не о детях. Фан Ли слегка приподнял бровь. — И что понял? Убийца усмехнулся, но глаза у него были острые, настороженные. — Что с ними что-то не так. Они… неправильные. Будто пустые изнутри. Или наоборот — слишком полные. Кнут тихо звякнул, и убийца замолчал, осознав, что сказал больше, чем хотел. Фан Ли опустил взгляд, будто делал пометку про себя. — Любопытство сильнее твоей жажды крови. Это редкость. Но это не делает тебя умнее. Фан Ли молчал долго, глядя так, будто видел не человека, а интересный, но не слишком сложный механизм. — Кто послал? — спросил он наконец. Убийца усмехнулся, криво, с вызовом. — Я молчу. Стеклянный кнут чуть дрогнул, его прозрачные полосы звякнули тонким колокольчиком. В комнате сразу стало тише. — Кто послал? — повторил Фан Ли, даже не меняя интонации. Тишина затянулась. Убийца закусил губу, но глаза его мелькнули — то ли злость, то ли усталость. И вдруг он хрипло рассмеялся. — Забавно. Я думал, ты уже всё понял. — Я хочу услышать это от тебя. — Наложница, — выплюнул он. — Твоя. Та, что вечно строит из себя безобидную. Ей не понравилось, что ты слишком часто смотришь на двух щенков. От первой женушки, и на бастарда, которому даже места за столом нет. Раньше ты детей в упор не замечал, даже её собственного. А теперь… теперь, видите ли, ты проявил интерес. Фан Ли не дрогнул. Лишь чуть прищурился, будто уловил странный оттенок в чужих словах. — И она решила убрать мальчишек? — Она решила, что её сын должен быть единственным, на кого упадёт твой взгляд, — убийца ухмыльнулся, но улыбка вышла горькой. — Женщины редко платят столько за дело, которое можно решить одним шёпотом. Кнут снова звякнул, заставив его оборвать фразу. Фан Ли кивнул — спокойно, сухо. Будто услышал именно то, чего и ждал.

***

Фан Ли ещё какое-то время допрашивал наёмника, после чего отправился говорить с той женщиной. Он не боялся оставлять его здесь — был уверен, что печати и перевязанный стеклянным кнутом не дадут тому сдвинуться с места. Убийца остался один, ворочая в голове произошедшее. Любопытство и высокомерие его сгубили — надо было прикончить этих двоих ещё тогда, на крыше, а не играться… Но надо отдать должное: для шестнадцатилетнего юноши и двухлетнего ребёнка они здорово водили его за нос. Было даже немного весело. Их бы таланты — да в нужное русло: в гильдии для них нашлось бы место, где научили бы тактике и сбору информации; могли бы стать идеальными наёмниками или ворами. А вместо этого их таланты гниют здесь, в богатом доме, среди интриг и праздных лиц, где любую смекалку давят в зародыше. Он сидел, облокотившись на холодный камень, когда вдруг уловил лёгкое шуршание. Не сквозняк, не крыса — слишком размеренно, слишком осторожно. Убийца вскинул голову. На потолке, в тени балки, мелькнули две фигуры. Большая и маленькая. Он прищурился, и уголок губ сам собой дёрнулся. Фан Чжэн и Фан Юань. Непонятно как они сюда пробрались — у дверей стояла стража, которая ни за что бы не пустила мальчишек. Но он уже видел достаточно, чтобы догадаться: стены, запоры и вооружённые люди — не помеха тем, кто с детства привык выбираться из окон и лазить по чердакам. Похоже, братья облазали это поместье вдоль и поперёк, как дворовые коты. Сбежали от целителей. Пришли посмотреть на своего убийцу. Он тихо усмехнулся — и сам не понял, то ли с раздражением, то ли с чем-то похожим на симпатию. Убийца застыл, глядя на подвешенных к потолку тишиной силуэтов. Они медленно спустились по балке, не шумя — точь-в-точь тени, которые он сам умел выставлять на свет. Они почти бесшумно спустились на каменный пол и осторожно направились к нему. Он уже готовился к шутке — к тому, что они устроят над ним издёвку, встанут в кружок и будут спрашивать, каково умирать. Но они не хохотали и не кривлялись. Серьёзно, почти официально, оба приблизились и остановились на расстоянии вытянутой руки. — Ты… как тебя там, — пробормотал Юань, и в слове не было ни страха, ни наглости, только любопытство. — Скажи честно: как мы бежали? Дашь оценку? Убийца дернул бровью: оценку побегу? Он уже видел всякое — от жалких попыток до хладнокровных побегов — но такое поведение сбивало с толку. — Вы хотите — чтобы я похвалил вас за то, как вы водили меня за нос? — Нет, — так же ровно ответил Чжэн. — Скажи, что мы сделали правильно, что нет. Это было бы полезно. Убийца рассмеялся — тихо, неожиданно. Смех был без злобы; скорее — удивлённый интерес. Он глядел на них как на странный эксперимент. — Ладно, — пробормотал он, — слушайте профессионала. Первое: не уходите в глухую бездну. Если вы собираетесь спасаться — идите в ближайший город. Там можно затеряться, нанять кого-то, сменить одежду. В лесу вы — открытая книга: следы, запахи, звери и такие, как я. Юань фыркнул: — В город? Это слишком предсказуемо. Они сразу же поймут где искать, даже следы проверять не нужно. Там же нас могут узнать. — Предсказуемо, — кивнул убийца. — Поэтому многие профессионалы этому плану не следуют. Но поверьте: если вы успеете добраться до города раньше, чем вас найдут, у вас есть шанс. Нанять телохранителя, выжить, зализать раны… Это лучше, чем прятаться в болоте до тех пор, пока тебе не отрежут голову. Чжэн задумчиво посмотрел в темноту. — А если нас ждут в городе? — тихо спросил он. — Что если там тоже не безопасно? — Тогда придумывайте планы похитрее, — сказал убийца. — Но сначала — до города. Там у вас будет выбор и фора. Здесь — у вас только бегство и надежда на удачу. И, кстати, вам повезло, что за вами никто из хищников не пришёл. В полях и лесах есть те, кто разберётся с вами быстрее, чем я. Юань на миг помолчал, потом дернул уголком губ и кивнул. Фан Чжен молчал, но видно было, что ловил каждое слово. — Хорошо, — сказал Юань. — Значит, цель — город. А если там всё плохо — вернёмся и устроим немножко проблем. Убийца фыркнул, но голос его стал мягче: — Тогда хотя бы не делайте самых очевидных глупостей. Учитесь маскировать лицо, не носите вещи, по которым вас узнают, не говорите лишнего в тавернах. И терпите. Терпение — тоже оружие. На миг в комнате повисла неловкая гармония. Что-то в их упорстве и причудливой наглости цепляло; и сам он не заметил, как начал учить их тому, что обычно не рассказывают «клиентам» и «мишеням». Чжэн и Юань слушали, как студенты, впитывая каждое слово. В глазах убийцы мигнуло что-то похожее на одобрение — холодное и редкое. Он не собирался жалеть их; он просто делился собственным ремеслом. Когда разговор крутился вокруг практик и хитростей, первоначальная идея насчёт издёвки улетучилась — и на какую-то минуту все трое оказались на одной стороне: у каждого своя история, но у всех трёх — умение выживать.