Toujours Pur

Люциус раздраженно упал в кресло. Разговор с директором просто выбил его из колеи. Это же надо быть настолько старым маразматиком, чтобы нести такую чушь. Он вообще не понимал, почему его до сих пор держат на посте директора. Малфой считал, что если у Дамблдора еще при его учебе начала ехать крыша, то что говорить про сейчас? Ему было страшно за будущее детей. К моменту, когда Регулус и Октант пойдут в школу, этот старик совсем сойдет с ума. — Люциус? — в зал вошла Нарцисса. Она как всегда чудесно выглядела, в этот раз собрав свои волосы в легкую косу, — Здравствуй. — Добрый вечер, — Малфой поднялся, приобнимая бывшую жену за талию и целуя подставленную щеку. — Как все прошло? — Нарцисса присела на диванчик, напротив Люциуса. Домовик тут же появился перед бывшей хозяйкой, приветствуя и спрашивая ее пожелания. По Нарциссе было видно, что она сама устала, а учебный год только начался. Потому то, что она попросила вина не слишком его удивило. — Я ничего тебе не могу сказать хорошего, — сокрушенно признался мужчина. — Все как обычно. Директор строит белого и пушистого. — А совет попечителей? Люциус, тяжело вздохнув, уронил голову на спинку кресла. У Дамблдора было слишком большое влияние. Люди до сих пор заглядывали ему в рот. И этого Малфой не понимал. Они отказывались видеть косяки человека, оправдывая его за то, что когда-то спас Магический Мир. Что же такого должен сделать Альбус, чтобы люди наконец открыли глаза: у старика маразм. И это ужасно пугало. — Совет попечителей ничего толкового не говорит. Они считают, что это было недоразумение… — Недоразумение то, что Гарри и наш сын чуть не погибли?! — Нарцисса раздраженно всплеснула руками как раз в тот момент, когда появился домовик, задевая уже разлитые бокалы. — О, Мерлин… — Тинки, убери это, — Люциус даже был рад, что эта небольшая заминка случилась, иначе ему бы сейчас пришлось останавливать Нарциссу. Эта безумная женщина разобрала бы Министерство магии по кирпичикам. — Нарцисса успокойся, Северус и Сириус тоже так не оставят… Нам повезло, что Вальбурга не знает… — А может ей стоило бы узнать?! — перебила Нарцисса. Она раздраженно схватила новый бокал вина, осушая его разом. — Прости, я не должна на тебя кричать. Просто я вся на нервах последние три дня. Если бы не наше желание с Кассандрой прогуляться… Кто бы спас наших мальчиков? Как там вообще Гарри? Ему досталось больше всех. Ты говорил с ним? — Нет, к тому моменту, как я пришел, он уже ускакал в гостиную Гриффиндора праздновать победу, — Люциус чуть ухмыльнулся, — Северус с ним разговаривал сразу после инцидента. Он сказал, что когда шок прошел, Гарри был вполне нормальным. Да и по его игре было видно, что все в порядке. Хотя только время покажет. А насчет Драко ты знаешь. — Да, я забрала его сразу. Дамблдор даже не упирался, еще бы он только попробовал… — Когда он вернется в Хогвартс? — Люциус тоже волновался за сына и от того, что произошедшее травмировало Драко до заиканий, ему было не по себе. — Через неделю. Съездим к Белле в Париж, покажемся там врачам… Но знаешь, мне кажется, в данный момент Драко травмирует то, что он теперь заика. Он боится, что его будут задирать, — Нарцисса устало посмотрела на бывшего мужа. Люциус ее понимал. Вроде бы все хорошо, и самые непростые этапы их жизни пережиты, а все равно тяжело. Не можешь расслабиться и просто наслаждаться. Словно груз все равно давит. И давит с такой силой, что кажется, прямо сейчас раздавит тебя. — Я думаю, что все наладится. По крайней мере, я хочу на это надеяться, — Люциус потянулся вперед, положив руку Блэк на плечо, чуть сжимая.— Приведи завтра ко мне Драко, хочу побыть с ним до того, как вы уедете в Париж.

***

— ЛевиОса, а не ЛевиосА, — бурчал Рон, передразнивая голос Гермионы, делая его невозможно противным. Гарри частично понимал возмущение друга. Грейнджер была порой крайне раздражающей. С одной стороны, Поттер ей завидовал. Девочка была очень умной, а еще у нее было упорство и усидчивость. У Гарри не было последнего, а ум и упорство были заточены на совершенно другие вещи. Но помимо того, что Гермиона была очень умной, так она еще считала, что должна поучать остальных. Ее советы не походили на помощь — скорее на то, что она хочет показать, что Рон и Гарри дураки. Но в отличие от чересчур обидчивого Уизли, Поттер понимал, что девочка делала это не со зла. Он просто не был так хорошо знаком с настоящими противными задирами, а Гарри был: он уже много лет жил с Драко в одном доме. И у Рона не было бабули Вальбурги, к слову. Сириус до сих пор сходит от нее с ума и говорит, что она их будет поучать до конца жизни. Кажется, в их семье только Ремус справляется с ее натиском. — Это же надо так, — не унимался Рон, продолжая злиться на их общую подругу, — она просто невыносима! И так постоянно, Гарри, постоянно! Уизли даже остановился, чтобы заглянуть в глаза друга, как бы ища поддержки и делая его слова еще более драматичными. Гарри кивнул, не зная, что ему еще сказать. — Я рад, что ты понимаешь… Такая… занудливая, — Рон чуть нахмурился, словно придумывая, как посильнее выразить эмоции, которые его одолевали, — не удивительно, что с ней никто не общается. Вообще чудо, что мы так долго держи… Уизли не успел закончить, прямо между ними, больно расталкивая локтями пронеслась Гермиона. Она явно все слышала. — Ты идиот, Рон Уизли, — бросила она. Мальчики остановились, в растерянности смотря друг на друга. По покрасневшему лицу Рона можно было понять, что ему стыдно. — Ты и правда идиот, — не выдержал Гарри, — Гермиона, подожди! Гарри не был согласен с Уизли и считал, что он не должен был этого говорить, тем более за глаза. А раз уж их поймали, то это еще хуже. И несмотря на то, что все эти слова были сказаны не им, Гарри чувствовал себя виноватым. Он должен был сразу остановить Рона, но решил дать ему высказаться...тем более, с некоторыми вещами и он был согласен. Поттер нагнал Гермиону уже на крыльце. — Гермиона, ну, не убегай от меня, — запыхавшимся голосом просил Гарри. — Иди к Мерлиновой бабушке, Поттер,— Гермона обернулась, а на ее глазах были слезы. Гарри вообще никогда не видел женских слез. Хотя нет, Панси плакала. Но тогда она тут же хваталась за палку, больно колошматя ею мальчиков. В такие моменты плакали все, так что уже никто не обращал внимание на слезы подруги. А тут совершенно другое. Поттер очнулся и схватил Гермиону за рукав мантии, не давая ей уйти. — Гермиона, ну прости, прости, прости Рона! Глаза девушки расширились от удивления, а потом злобно сузились и она стала остервенело выдирать свой рукав. — Рона?! — Ну да, он же наговорил такую ерунду, — Гарри не понимал, что за возмущения. — А ты значит не при чем?! — Лицо девочки аж покраснело от натуги. Гарри казалось, что ему сейчас прилетит книжкой по голове с такой силой, что все заклинания за первый курс просто в печатаются в корку его мозга. — Ну я же… — Гарри растерялся еще сильнее, выпуская рукав девочки. Гермиона, почувствовав свободу, развернулась и пошла прочь по коридору. Поттер тут же нагнал девочку, но брать за руку не решался, потому что Грейнджер бросила на него такой злобный взгляд, что он сразу понял — ему прилетит. — Отстань, Поттер, ты же согласен с Роном, что я зануда, которая… — Да подожди, — Гарри обогнал девочку, вставая перед ней, мешая ей пройти дальше. Теперь мальчик понимал. Его подруга слышала и видела слишком много, чтобы он мог спокойно отвертеться. На самом деле, проблему он видел только в этом. — Прости. — Кого? Рона? — Гермиона скрестила руки на груди, перед этим положив учебник в сумку. — Нет, меня, — Гарри, признаться, было тяжело говорить о своих ошибках, — я… Я просто тоже разозлился на тебя, вот и подтвердил слова Рона. Я правда так не считаю, и Рон тоже. — Разозлился на что? На то, что вы неучи? И что я хочу, чтобы вы были не посредственными магами? — Гермиона нахмурилась. — Да, хорошо? — Гарри покачал головой, — Просто... Я не люблю считать себя дураком, а ты меня таким выставляешь. — Ну уж извините… — начала было девочка. — Гермиона, не надо, — попросил Поттер, чувствуя, что потом девочку понесет похуже Уизли.— Мне просто жаль, ладно? Я не хотел тебя обидеть. И мне хорошо с тобой. Потому что ты интересная, да и кто-то же должен быть очень умным в нашей компании? Гарри неловко улыбнулся девочке, не зная, что еще сказать. Это единственное, что он мог из себя выдавить. Гермиона сокрушенно вздохнула и неожиданно еле заметно улыбнулась. — Ладно уж, — покачала головой она. — Идем, Ремус прислал мне в честь победы море сладостей и пирожных, нам нужно их попробовать, — Гарри повел девочку в сторону гостиной. — Гарри, я не думаю, что нам нужно портить аппетит перед ужином, — поучительно начала Грейнджер. — Я думаю, что сегодня можно. Они провели в гостиной Гриффиндора весь день. Гарри даже успел сделать домашнее задание на ближайшие два дня. Когда Гермиона это предложила, Поттер был готов взвыть. Все таки все эти внеклассные работы были для него скукой смертной. Но, на удивление, все прошло хорошо. Они вместе обсуждали ЭССЕ, помогали в тех моментах, когда кто-то не понимал (в основном это был Гарри), ели сладости и смеялись, периодически отвлекаясь на всякую ерунду. К тому моменту, когда настал ужин и праздник в честь Хэллоуина, они решили не пойти в зал, развалившись на диване и разглядывая журнал со звездами квидича. Гермиона честно пыталась вникнуть, и Гарри это ценил. Но он понимал, что это не ее. Но их идиллия была разрушена. Где-то через пол часа в гостиную ворвались взволнованные студенты. Рон, завидев друзей, пробрался к ним через толпу. — Троль, вы представляете! — воскликнул мальчик. — Что, Рон? — Гарри показалось, что он ослышался. — В подземелье троль! — повторил Уизли.— Старостам приказали нас отвести в башни. — Но как он оказался в Хогвартсе? — Гермиона нахмурилась, почесав нос. — Ума не приложу, — ответил Рон, и Гарри подумал, что этот мальчик явно редко его прикладывает, — а вы что, так и сидели весь день тут… Ау! Гарри ударил Рона кулаком по плечу, глазами намекая, что ему, дуралею, стоило бы извиниться перед Гермионой. — Это… Гермиона, — Уизли аж покраснел, напоминая вишню, — прости. Я просто дурак. — Это уж точно, — проворчала девочка, отворачиваясь от друга. — Ну прости-прости, — взмолился мальчик, — я больше не буду так о тебе говорить! Даже думать не буду! Честно-честно! Мир? — Мир.