Дневник Элис

Я выскочила из дома как ошпаренная. Мне что-то кричали в след ,но я не слышала и продолжала быстрым шагом идти к дому. Да что вообще происходит? Страх наполнял меня все больше, из памяти никогда не исчезнет выражение лица старушки. Ее гадкая улыбка, её безумный взгляд. Словно это была не она, а кто-то другой. Вдруг, это та самая вторая личность. Демон переселяющийся из души в душу, от которой человек теряет над собой контроль и становится безумным. Безумным? Все в моей жизни становится безумным! Странно ,что я все еще этому удивляюсь! Дойдя до дома я надеялась быстро пройти в комнату и остаток вечера обдумать все ,что я только что увидела и услышала. Саша и Тишка гуляли на заднем дворе общаясь на разные темы. Как только я переступила порог калитки ,Тишка тут же взглянул в мою сторону ,прервал беседу и побежал ко мне, чтобы узнать хоть что-то о брате. В глазах был наивный блеск и надежда. — Ну ,что как Томас? С ним все хорошо, он скоро поправится? — спросил мальчик задыхаясь и пристально смотрел на меня ждав ответ. И как же все объяснить тебе, если для меня даже ,то что я узнала необъяснимо? Не могу же я рассказать все как есть?! Думай Элис, думай! — Томас чувствует себя хорошо, но к нему все ещё нельзя ,так как он все еще не здоров. Меня пустили с большим трудом. Думаю, что скоро мы сможем вместе к нему прийти. — ответила я. Мои слова сразу успокоили мальчика и он улыбнулся, услышав, что его брат скоро поправится. — Это все Октябрина! Если бы она разрешила нам к нему прийти… — на этих словах мальчик скрестил руки на груди и встал в обиженную позу. Широкие нахмуренные брови поджатые губы говорили о том, что Тишка крайне недоволен происходящим. — Томас бы давно уже выздоровел! — я немного захихикала села на корточки и посмотрела мальчику в глаза словно самый родной человек ,который всегда его защитит и поддержит. Тишка почувствовав мою грусть в глазах и пристально смотрел на меня ожидая хоть каких то слов. — Я тебе обещаю, что мы обязательно к нему придём в ближайшее время. Томас сам спрашивал про тебя и сказал, что очень по тебе скучает, но он не хочет ,чтобы ты видел его в таком состоянии и уж тем более заразился от него. — ответила я Тишка посмотрел на меня успокоился и кивнув ушёл обратно к Саше. Кажется поверил! Ну и хорошо. Я встав зашла в дом. На кухне за столом сидел отец и когда я зашла домой пристально смотрела на меня. Его выражение лица соединяло в себе злость и печаль. Пушистые брови были нахмурены, а на бледном лице не было улыбки. — Как Томас? — спросил отец томным голосом. Я посмотрела на него с скрытым удивлением. — Не знаю. — отрезала я тоже, что было абсолютной правдой. Я совершенно не знаю и не понимаю, что происходит. — Вроде хорошо. — Молодец умело Тишке врёшь. Правильно ,он пока не должен знать. Мне дедушка сказал ,что с ним сочувствую и удивляюсь. — ответил отец буравя меня взглядом. Стало не по себе. В тот день я не видела дедушку , но теперь когда слышу о нем меня постигают сомнения вопросы и удивление. Я не видела его уже очень много лет. С самого моего детства после страшного дня мне сказали что его нет. Мне гнусно врали смотря в глаза. После письма у меня была надежда и когда с Томасом случилась беда все мои мысли оправдались. Мысли о дедушке, о котором мне сказали, что его нет, оставались как странный след в истории моей жизни, запечатанный с моего детства, словно печать, которая разделяла меня на до и после таинственного события. Ложь, которую мне внушали, казалась все более отвратительной, закрывающей правду и силой мучительно толкающей моё сознание в пропасть неведомого. Письмо, которое воскрешало искру надежды в моем сердце, стало последним светилом во тьме важных событий в моей жизни, а беда, случившаяся с Томасом, показала, как все сходится и оправдывается в моем внутреннем мире. Раздавленные эмоции, стремящиеся найти выход, узорчатые мысли и воспоминания бились внутри меня, создавая симфонию тайн и загадок, о чем-то глубоком и неосознанном, готовом разрыться насквозь, подарив мне правду и освобождение от оков лжи и недосказанности. — Сашу не смогла так Тишку уберегу. — прошептала я. С того несчастного дня Саша как будто замкнулся в своём мире, словно вызывая слезы утраты и темноту неизведанных мыслей. Теперь он был как загадка, закрытая на замок от меня и самого себя. Я боялась нарушить эту хрупкую тишину, зная, что разговор сейчас может навсегда изменить его жизнь. После того, что он увидел, я почувствовала, что его мир уже не будет тем, чем был прежде. В нём возникла пустота, звеневших эхом утраты и молчания, окутанная пеленой таинственного прошлого. Даже его прежняя страсть к паранормальным явлениям угасла, словно затмённая ликующими тьмами неведомого. Теперь в его глазах мерцал только страх, глубокий и мучительный, затмевающий светлое восприятие мира и заполняющий сердце тревогой. — Я не говорила с ним об этом. Пока не время… — здесь я усмехнулась. Как же все странно и нелепо выглядит. — Странно я всегда думала что будет если он узнает. Будет наверное на седьмом небе от счастья. — Правда всегда тяжела и страшна… Верно? — сказал отец и впервые улыбнулся посмотрев на меня. Улыбка была очень яркая но несчастная. Похоже меня ждёт разговор куда серьёзнее. — Ты хочешь мне что-то рассказать? — не вытерпела я и получила удовлетворительный кивок. Жестом меня попросили сесть. Я на ватных дрожащих ногах подошла в столу и села напротив. К горлу подступал комок в голове было непонимание и страх того, что сейчас будет происходить. — Я тебя слушаю… Отец, сидящий за столом, казался поглощенным своими мыслями, словно плененным узором неведомых загадок. Его глаза скользили по комнате, словно искавшие укрытие от нависшей тени таинственных событий. На лице откладывалось выражение замешательства и неопределенности - широкие брови нахмуривались, губы сжимались в невидимую линию напряжения. Взгляд его, бесцельно блуждая, словно пытался проникнуть в недра собственных размышлений, найти ответы на вопросы, заплутанные в гуще прошлого и будущего. Каждая его движение было неспокойным, напоминая о том, как неопределенность и страх нависали над ним, как невидимые облака угрозы. В его мерцающих глазах отражалось внутреннее бурление, борьба мыслей. — Элис ты уже взрослая и надеюсь все поймёшь. Ты прочла письмо которое мы прятали от тебя… — начал он. К чему это? Снова тайны и загадки? Когда это уже закончится? Я напряжённо смотрела ждав продолжения, казалось что отца даже напугала такая моя настойчивость но я не могла ждать. — Я обещал что не буду рассказывать тебе это. Но так ка тебе уже многое известно пусть и этот секрет ты тоже знаешь. — я не знала что и думать и удивленно ждала когда все наконец-то прояснится. — Дело в том что ты не наша дочь. — сказал отец. Слова «Ты не наша дочь» отдались в моей голове, отражаясь в бесконечной пустоте моего разума. Неужели это возможно? Я ощущала, что мир вокруг меня начал медленно крушиться, уходить из-под ног, оставляя меня в темной и беспомощной бездне недоумения и отчаяния. Горькая реальность слов отца раскрывала передо мной абсурдность моего существования, вызывая бурю потрясений в моей душе. Мгновение замерло вечностью, когда я пыталась ухватиться за стрелы времени, чтобы понять, как такая жестокая истина могла оказаться правдой. Мои губы зашевелились, выдав только тихий шепот, словно последний вздох сломленной надежды. — Что? - произнесла я, словно вырывая эти слова из пучины моего внутреннего стресса, трепетом прорываясь сквозь горло, которое словно затвердело от волнующих эмоций. Каждое мое дыхание казалось мучительным напряжением, медленно окутывающим меня в свои сети. Моя рука дрогнула, словно стрела, выпущенная в мету неведомого, пытаясь ухватиться за утраченную опору в этом бурном море ощущений. Это был не голос, а лишь измученное мяуканье души, пытающейся вырваться на свободу из клетки бессилия. Я ощущала, что мир вокруг меня словно исказился, словно чужеродная реальность, где звуки тускнеют, оставляя лишь эхо моего внутреннего смятения. Мое сердце стучало словно барабан в битве с реальностью, пытаясь отразить этот беспорядок, эту неведомую смесь страха, боли и пустоты, которая словно гремела в моем грудном отделении. — Не спеши с выводами. Я обещал Филлис не говорить ,но… — продолжил отец мои глаза расширились от удивления я тут же поняла что происходит но не могла в это поверить. — Ты хочешь сказать, что Филлис… — спросила я среди пучины чувств, надеясь на то, что эта шутка растает как снежный ком в лучах истины. Однако положительный кивок отца стал как ударом молота, разбив на мелкие осколки все мои надежды на нормальность этой ситуации. Я резко встала держась за голову вески пульсировали я ходила туда сюда бегая взглядом по комнате. — Немыслимо! Так не бывает! — кричала я пытаясь вбить себе эти слова. Это невозможно! Не возможно, черт возьми! — Элис прошу успокойся! — грозно сказал отец. Что? Успокойся! Как я могу успокоиться?! — Вы врали мне столько лет! — кричала я резко повернувшись в его сторону. — Мы делали это для твоей безопасности! — отец отвечал, но его слова казались теперь пустыми и бессмысленными перед фоном моих испепеляющих эмоций — Безопасности!? День назад меня и брата чуть не убила ненормальная ,которая называла себя Викторией и пришла тебе мстить! Классная безопасность! Из-за нее Томас пострадал и сейчас еле живой — не выдержала я и выпалила в ярости. Отец просто смотрел. Я успокоившись усмехнулась. — Если это ложь во благо, то лучше бы вы мне сказали правду. — тихо прозвучал мой голос, словно послесловие векового молчания. Я повернула и ушла, оставив отца в молчании, мои шаги отзывались в пустых коридорах, словно эхо моего разгневанного сердца, которое теперь стало искать ответы в мире собственных размышлений. В доме долго находиться я не могла ,поэтому вышла на улицу ,на задний двор, чтобы поразмышлять над тем, что происходит сейчас и будет происходить дальше. Атмосфера нагнетала было невыносимо голова болела от всего увиденного и услышанного. Я медленно качалась на качелях смотря в одну точку волосы трепал легкий свежий ветерок, освежая мысли своей прохладой, ярко светило солнце и подставив руку под его лучи она сияла и переливалась мелкими крупинкам отражающие ,слово каждая крупинка это зеркало свет. Мне придётся учиться заново жить. Общаться с людьми ,ходить на учёбу ,заниматься любимым делом ,развиваться заново. За последние время я словно потеряла свою личность и в зеркале передо мной совсем другой человек. Словно тот кого я видела в Зазеркалье в первый день своего приезда вырвался на свободу. А может это вообще был знак? Я хотела начать новую жизнь, но меня она совершенно не устраивает. Я как будто стала ценить ,то что у меня было раньше ,то от чего я так старалась бежать. И зачем все это? Зачем я так упорно бежала? От чего? Моя жизнь была абсолютно спокойна, когда я не знала всего этого ,всего того что происходит сейчас. Я даже последних друзей растеряла! Как так?! Куда я качусь? Это все началось даже не сейчас. Я долгих 12 лет падала в бездну. Дедушка был прав. Брошь действительно помогла мне узнать всю правду, хоть и не до конца, но всё что я узнала сейчас мне вполне достаточно. Оказывается письмо это было не самое худшее что скрывает от меня Филлис и как мне теперь общаться с ней или по приезде все рассказать. От этих чёртовых ,навязчивых мыслей кружится голова и становится невероятно страшно. Ну жно срочно отвлечься. — Элис? — вырвал в реальность голос брата. Он стоял облокотившись спиной к берёзе ,которая росла слева от меня. Лицо брата было серьёзным как никогда я впервые увидела взрослые мужские черты на детском припухлом личике. Впалые скулы ,острый подбородок заставляли меня чувствовать что передо мной стоит уже почти взрослый парень. — Я знаю все про Томаса подслушал ваш разговор… Понимаю тебе сейчас нелегко и поэтому не буду расспрашивать про то что случилось. За это не переживай ,я буду все держать в тайне , а про Томаса Тишке тоже говорю как и ты ,что он заболел. — серьёзно немного смущаясь говорил мне брат. По щекам потекли слёзы. Слезы радости и гордости за брата ведь по этому поступку я могу сразу сказать что он ни смотря ни на что вырастет хорошим человеком который будет рядом всегда и поддержит тебя в любой трудный период. — Спасибо. Ты как после всего этого? — спросила я тихим голосом скрипящим сквозь слёзы. Парень усмехнулся. — Я напуган в замешательстве и требую объяснений. — ответил он. Я тут же сквозь улыбку заплакала еще сильнее. — После такого будет странно рассказывать как я провел каникулы! — с сарказмом продолжил Саша. Тут я не сдержала смеха боль слёзы внутри меня будто по щелчку остановились и я почувствовала невероятную лёгкость внутри. Удивительное чувство. — Элис, а она…? — не успел спросить Саша. — Мертва. — тут же ответила я и брат улыбнулся смотря на меня. — А что с Томасом? Мне очень стыдно перед ним что я себя так вёл и хочу пойти извиниться. — поинтересоваться парень смотрев на землю. — Даже не знаю как тебе объяснить… Он умер и от моей магии воскрес и сейчас он стал тем кем не был больше ста лет из-за чего он находится в тяжёлом состоянии. — отвечала я не скрывая нервного смеха. Впервые говорю это в слух. Полный бред если бы это не было реальным. — Я понимаю это звучит безумно! — оправдывалась я. — Я верю тебе! Ты мне никогда не врала, а если врала значит так было нужно. — ответил брат. — Обещай что ты больше не поступишь так со мной. — сказал брат и протянул руку с вытянутым мизинцем. Клятва на мизинчиках самая крепкая в мире. Я протянула также руку и наши пальцы скрепились в узел. — А еще ты мне покажешь те волшебные штуки! — добавил парень и я посмеявшись кивнула ему в знак согласия, но что то меня тяготило и я видела тоже самое у брата. Похоже он что-то знает и хочет мне сказать. Надо как-то спросить у него об этом. — Ты что-то хочешь мне рассказать? Не молчи, это что-то важное?! — спросила я и Саша тут же потускнел и опустил голову. Я с тревожным нетерпением ждала ответа. Ну не молчи же ты! — Тогда на поляне я видел тетю Беллу. Она стояла в лесу среди деревьев. Я позвал её она ничего не ответила и скрылась. — ответил парень. В груди все сжалось после этих слов. Что? Он видел в лесу на том самом месте… маму? Значит тогда это был не сон и не галлюцинации? Это было в реале… Но почему я тогда не почувствовала что кто-то еще следит за нами? Почему? Почему я так слепа? У меня был шанс через столько лет увидеть её… ну почему же!? Сердце стало бешено биться и мне стало трудно дышать с каждым вздохом мне переставало хватать воздуха. Я стала быстро водить глазами оглядываясь все вокруг но через холодную солёную пелену я уже ничего не видела. Пытаясь понять то что я только что услышала я резко встала и быстро пошла в сторону ворот. — Скажи отцу ,что я буду поздно. — лишь сказала я и ком в горле не дал мне больше вымолвить ни единого слова. Смешанные чувства испуга, надежды и смятения столкнулись внутри меня, создавая невиданную гулкую пустоту в душе. Я просто волочила ноги в сторону леса еле сдерживая слёзы. Бездумно идя по дороге которая остановилась лесной тропой. Было понятно куда идти но при этом я словно заблудилась. Заблудилась в лесу и своих ничтожных мыслях. Я шла просто вдыхая прохладный свежий воздух ушедшего тяжёлого дня. Увы как раньше это мне больше не помогает. С каждым шагом вглубь леса я погрузилась в пучину мыслей которая мощным водоворотом утягивала меня на дно ,с которого тяжело выбраться на поверхность и задышать полной грудью. Идя и жадно глотая воздух чтобы не упасть я оказалась в знакомом месте омрачённом последними событиями. Подойдя к остаткам пепла и упорно смотря села на колени перед ним. Какая жестокая шутка - месть. Месть, словно коварная паутина, запутывает в себе тебя, заставляя сомневаться в каждом шаге, каждом решении. Она словно тень, следующая за тобой повсюду, напоминая о невыполненных обещаниях, о недосказанных словах, о боли, которую нанесли тебе. Когда решаешь отомстить, кажется, будто это единственный путь к истинному, справедливости. Но по мере того, как начинаешь плести интриги мести, осознаешь, что становишься похожей на своего противника. Так легко потерять себя в этой череде обид и желаний наказания, забыв о том, что истинное исцеление не находится в мести, а в прощении. Месть, будучи столь соблазнительной, оставляет за собой горечь разочарования, пустоту внутри и ощущение того, что ты не смогла выбраться из этого зловещего круга. Как бы ты ни готовилась к мщению, как бы оправдывала его себе, в конечном итоге это лишь оскорбляет твою душу, оставляя ее связанной цепями гнева. Мстить - это как играть с огнем, рискуя обжечь не только других, но и саму себя. И в итоге понимаешь, что настоящая сила кроется не в жестокой шутке мести, а в способности отпустить обиду, примириться с прошлым и покинуть этот темный угол, где растет лишь горькое семя мщения. Да, месть - жестокая шутка, но уметь ей не повестись - истинное искусство. Искусство прощения - это не просто акт доброты или милосердия к другим, это спасение для себя самого. Тот, кто способен отпустить обиды и смириться с прошлым, освобождает себя от цепей злобы, отравляющей его собственную жизнь. Но для многих это становится невыполнимой задачей - они не могут преодолеть свои эмоции, принять прошлое и двинуться дальше. Такие люди, сгорая изнутри от ненависти и злобы, заключают себя в тюрьму собственных обид и неспособности прощения. Они не находят покоя, потому что их существование наполнено лишь жаждой возмездия, их жизнь не оставляет места для радости и благополучия. И, в конечном итоге, они умирают не успокоившись, не найдя мира и умиротворения даже в последние мгновения своего существования. Месть - чрезвычайно опасная шутка, которая может привести к гибели не только тех, кому мы мстим, но и к саморазрушению наших собственных душ. Для того чтобы найти путь к истинному спокойствию и освободиться от оков мщения, необходимо научиться прощать, отпускать обиды и отпускать в прошлое все те обиды, что удерживают нас в ненависти. Домой я вернулась поздно ночью мой путь сопровождался воем бродячих собак. Диких животных в лесу было мало и то там где была я они не ходили так как тут часто ходят местные. Посмотрев наверх на усыпанное словно блёстками звёзды темное ночное небо. Каждая звезда казалась так близкой, словно я могла протянуть руку и дотронуться до их мерцающих светил. Сидя на краю старого каменного колодца, я уставила взгляд в это безграничное пространство небес, пораженная их мощью и красотой. Кажется, что никогда прежде я не видела такого ясного и звездного неба, которое словно раскрывало передо мной свою магию и тайны. Вспоминала свою жизнь в городе, где каждую ночь небо было прикрыто пеленой световых завес и редко дарило возможность увидеть звезды. Здесь, в деревне, мир искусно переплетался с природой, и я осознавала, как многое упустила, находясь в оглушительном городском ритме. Звезды, о которых я забыла, снова вернулись в мою жизнь, напоминая о том, что величие вселенной простирается намного дальше, чем мы представляем. Когда я заходила в дом снова повернулась и в последний раз взглянула на небо. На моих глазах падала одна из звёзд и я прикрыв глаза стала быстро загадывать желание. Желаю чтобы все наконец-то закончилось! Чтобы все стало вновь хорошо и спокойно! С этими мыслями и впервые за долго время с улыбкой на лице и блеском в глазах, я зашла в дом мельком взглянула на дом соседки где в единственном окне увидела тусклый свет. Интересно , а что бы загадал Томас? На следующее утро все спустились завтра. Запах чая и кофе свис кипящего чайника на плите. Самое обыкновенное дачное утро, за окном дождь и сверкали молнии. Капли дождя нежно звенели на стеклянных старых окнах хаотично спускавшись вниз по поверхности стекла. В воздухе было напряжение все всё знали , но делали вид будто ничего не произошло. Лишь Тишка оставался в неведении и казалось ничего не понимал. За завтраком чтобы прервать напряжённое молчание мы обсуждали кто чем будет заниматься в этот дождливый день. Я собиралась немного привести в порядок комнату, а после остаток дня провести за прочтением книги и подготовке к экзаменам. За этими событиями я совершенно про них забыла. У меня был определённый план ,который оказался растоптан и выброшен непредсказуемостью жизни. По моему образу жизни лучше жить здесь и сейчас, ведь никогда не знаешь что может случиться в следующую минуту. Сдавать экзамен я буду по истории и литературе. С детства меня окружали восхитительные предметы — старинные книги, полные тайн и историй, словно укрытые покровом времени. На даче, в старом доме, где запах древнего могильника сплетался с ароматом старых страниц, я находила свою убежище и вдохновение. Среди множества книг с обложками, на которых расцветали живописные узоры, меня привлекали исторические тома. Я помню моменты из детства, когда, сидя на полу в углу тихой комнаты, перелистывая потрепанные страницы книги с красивой зелёной обложкой, я погружалась в мир далеких времен. Открывая страницы с изображениями полей боя времен войны с Наполеоном, я ощущала себя участницей этих исторических событий, слышала грохот стали и крик сражающихся. Но самое трепетное чувство пробуждали во мне портреты выдающихся личностей и исторические документы. Я смотрела на искренние глаза великих правителей, заглядывала в скрываемые тайны их душ и жизненного пути. Разглядывая древние письма, словно проникала в самое сердце прошлого, пытаясь понять, как жили и думали те, чьи имена запечатлены на листах старых документов. И в эти моменты полного погружения в исторические сокровища, я осознавала, что каждая книга — это ключ к неведомым мирам, а каждая страница — это врата во времени, открывающие передо мной множество возможностей узнать и понять мир. Сейчас, сидя на кровати в уютной тишине своей комнаты, я вновь погружаюсь в мир старинных страниц, изучая снова ту же книгу, которая согревала мой детский дух своей историей. Нет ничего прекраснее, чем ощущение, что ты снова встречаешься с давно утраченным другом, нежно переворачивая хрупкие кофейно-коричневые страницы, что звучат как прошлые шепоты в моих руках. За прочтением книги и подготовке провела несколько часов было одиноко и тоскливо. Отец был занят работой да и сейчас не время говорить по душам. Саша и Тишка сидели в комнате. В доме осталась только Джесси, но я пока не умею разговаривать с животными поэтому не остаётся выбора как сидеть в одиночестве. Может пойти навестить Томаса? Заодно прогуляюсь под дождём и немного развеюсь. Оделась я привычно для сегодняшнего дня. Черные широкие джинсы белый топ и теплый уютный серый свитер крупной небрежной вязки. На ноги простые чёрные кожаные ботинки. Выйдя из дома мое лицо освежали холодные капли ливня. Я шла по размытой дороге смешно прыгая хлюпая по лужам и шурша носком ботинка по мокрой траве. Холод пробирал до мурашек а волосы пропитались ароматом цветов и капель дождя. Деревянная калитка соседки была как всегда открыта , постучав в дверь мне открыла Рейвен. Или Лия? Даже не знаю как её теперь называть… — Привет, ты в гости? — спросила она я лишь кивнула головой. — Проходи скорей ,ты насквозь мокрая! Сейчас поставлю чай! — сказала девушка и я зашла в дом. Было видно что Рейвен была немного напугана и удивлена при виде меня. Странно с чем это связано. Мы прошли на кухню от вида которой по коже побежали мелкие мурашки. Только зайдя в дом я осознала насколько я замёрзла пока шла. Я села за стол облокотившись на спинку стула Рейвен готовила чай нервно искоса смотря на меня. Что происходит? — Рейвен? Ой то есть прости Лия… — начала я разговор. Девушка нахмурилась не смотрев даже в мою сторону. — Рейвен. Меня зовут Рейвен, Лия осталась в прошлом под колесами той машины и на душе пьяного водителя что меня сбил. — отрезала она и мне стала неловко. — Прости. Ты как после всего? — спросила я. Рейвен загрустила и задумалась. — Странно. Я будто в тумане жила а сейчас он рассеялся и я узнала слишком, слишком много всего. Даже то чего и не хотелось бы и знать даже. Я каждый раз вспоминаю твою истерику и слова про ложь, наконец-то начала понимать их смысл. И даже рассказать некому, все отвернулись будто это и не их проблемы, а Томасу жаловаться как-то не хочется. Я даже боюсь заходить к нему после того что случилось на поляне. Я тогда подумала: «Это моя смерть!». Я почти потеряла его если бы не ты и твой дедушка. — говорила девушка мешкая глазами. Хм ,прадедушка получается. Мы еще немного посидели. Рейвен все также испуганно смотрела на меня и дверь будто ожидая чего-то. Я начала уже что-то подозревать. Ну не может же она просто так себя вести. Что то не ладное и от меня снова пытаются что-то скрыть. — Слушай, а можно я к Томасу зайду. — спросила я и начала вставать со стула. Девушка тут же напугана подскочила — Нет! — крикнула она и тут мне стало не по себе. Рейвен явно что скрывает. Глаза были расширены от испуга, но она резко изменилась в лице в попытках отыграть непринуждённость. — В смысле лучше не стоит он отдыхает… — начала она с нервной трясущейся улыбкой. Я быстро встала со стула и уверенным шагом направилась в комнату где был Томас девушка побежала за мной пытаясь остановить. Я дошла и резко открыла дверь. Перед собой я видела привычную комнату парень все также лежал на кровати с лёгкой улыбкой изображённой на маске боли. Около кровати стоял стул на котором сидела хрупкая женщина очертания тела которой было очень знакомо. — Какие у тебя настойчивые гости! — сказал нежный голос из снов. Мама! Ноги тут же стали ватными и резкая боль в груди заставила меня не дышать. Боль за все те годы которая таилась в сердце. — Томас прости я пыталась! — сказала Рейвен позади меня на что Томас усмехнулся и с яркой улыбкой смотрел на меня. Невероятный шок сковал меня когда маленькая аккуратная фигура в элегантном черном трикотажном платье встала и плавно рассыпала локоны длинных переливающихся каштановых волос по плечам и спине. Бледная мертвядская кожа серые немного впалые скулы и распахнутые ярко золотистые глаза. Все такие давно забытые из детства черты. Алые губы немного шевелились в улыбке будто нежно и очень тихо что-то говоря. — Здравствуй Элис. — сказала она и я не выдержав слёз подбежала и резко обняла ее. Нежный запах её кожи и сладкого парфюма. Надеюсь никогда больше не забуду это ощущение. Я не стала сдерживаться слёзы, но освободив объятья я увидела что мама тоже плачет. — Спустя столько лет… — шептала я не сдерживая эмоций затем посмотрела на Томаса. Она улыбался смотря на нас. Спасибо за всё. — Может пройдем на кухню или в гостиную и там поговорим? — предложила девушка мы приглянулись. — Да но только когда все успокоятся. Да и Элис пришла навестить Томаса. — ответила мама и направилась к выходу из комнаты. — Буду ждать тебя в гостиной. — сказала она и вышла закрыв дверь. А вдруг это не правда и она вновь исчезнет? Я этого не переживу. Спустя столько лет я наконец то смогла вновь почувствовать прикосновения самого дорогого человека всего на миг который длился вечность. Когда я все же немного успокоилась я села на стул рядом с Томасом и взглянула на него. — Это ты устроил? — спросила я с усмешкой. Томас еще больше улыбнулся и увел голову в сторону. — Нет. — сказал он вдумчиво смотря на меня с улыбкой. Я вопросительно посмотрела будто спрашивая: «Что-то не так?». — Элис скажи, о чем ты сейчас думаешь? — с грустью спросил он и я еще больше удивилась. — Я привык ,что могу читать мысли любого, что сейчас это молчание в моей голове становится невыносимым. — Ты скоро привыкнешь. — ответила я положив руку поверх его. Парень сильно зажмурился от боли по его щекам потекла слеза. Я что-то сказала не так. Или может я чего-то не знаю? — Я виноват перед тобой! Прости меня. — хриплым голосом сказал Томас. Я поняла что он имеет ввиду и мне стало некомфортно. Не хотелось об этом говорить и даже думать не хотелось. Я опустила голову и не отвечала. Я все еще как будто бы была зла на ту подлость которую он совершил, но как будто бы не имела право злится и обижаться. Я запуталась в собственных чувствах. — Дай мне телефон на тумбочке! — разозлившись попросил он. — Не нужно. — испуганно ответила я пытаясь прекратить эту тему. — Дай мне телефон! — еще более громко и чеканя каждое слово сказал парень нахмурив брови. Я встала со стула взяла телефон с тумбочки и отдала Томасу. Он трясущимися руками что-то набирал на экране затем приложил телефон к уху. Он кому-то звонит? Зачем? Не успела я подумать что-то еще или спросить как на том конце взяли трубку. — Алло. — лишь сказал Томас. Я ничего не слышала ,но могла предположить, что ему отвечали. — Да я по делу! — ответил парень на вопрос. — Я хочу прервать спор! — продолжил Томас. Я сидела в шоке и не знала ,что и сказать. — Случилось то, что я её очень сильно люблю. — сказал Томас и бросил трубку швырнул телефон около себя на кровать и закрыл лицо руками глухо заныв и отвернувшись в сторону от меня. Я все также сидела в изумление и не знала ,что и делать или сказать. Нежно положила руку на тело Томаса. — Спасибо. — шёпотом сказала я. — Можно тебя кое о чем попросить? — спросил тихо Томас не поворачиваясь голову ко мне. — Да конечно. — Больше не приходи. — сказал парень. В груди все сжалось в горле появился ком. Что? Но почему? Я ничего ее понимаю что происходит. — Я не хочу чтобы ты видела меня таким… слабым. Мне с каждым днём становится все хуже. Не хочу что бы ты это видела. — пояснил Томас. Слезы против воли потекли по щёкам и нервно отрицательно покачал головой без возможности произнести хоть слово и не хотя мириться со сказанным мне только что. Я быстро встала пряча лицо руками пытаясь скрыть свои слёзы. Нервно ходила туда сюда по комнате пытаясь понять что происходит держась за голову. За что он так со мной?! За что?! Я не дам этому свершится так просто! — Ты думаешь мне от этого будет легче?! Ну уж нет! Я тебя вытащу чего мне бы это не стоило. — со злостью сказала я. Подойдя к кровати я резко сдернула одеяло и швырнула его в сторону на стул. Парень испугался и нечего не понимал. О был одет в домашнюю одежду серую футболку и чёрные спортивные штаны. — Ляг ровно и постарайся не шевелиться! Любыми силами ты будешь жить и ходить! Клянусь! — сказала я строго вытирая остатки слёз. Если у меня получилось вытащить магией из мира мёртвых то вылечить для меня не составит труда. Я сконцентрировала всю свою магическую энергию. Она тела кипятком по венам пронизывала каждую клетку моего тела распространяясь волнами ударов моего сердца. В кончиках пальцев я почувствовала покалывание. Ладони сверкали лучами света. Словно потоки ветра энергия устремилась освободится из моих рук словно из оков. Я направила потоки энергии в сторону Томаса. Лучи медленно проникали в его тело распределяясь по всему телу. Томас зажмурился от боли стиснув зубы и сжав руки в кулаки вжавшись в матрас. — Sana et restaura! Vis vitalis, redi! Corpore sano! — произносила я заклинание твёрдым отчеканенным голосом прикрыв глаза. Томас еще больше вжался всем телом в матрас и корчился от боли будто начиная безмолвно кричать, но я не обращала на это внимание и продолжала произносить заклинание. Через несколько секунд я сжала руки в кулаки и мучение Томаса прекратилось. Я медленно распахнула глаза словно была во сне лишь немного прищурилась от тусклого света. Томас также лежал но уже с изумлением. — Я чувствую! Я чувствую свои ноги! — сказал парень с искренним удивлением смотря на меня. Он медленно сел с сияющей улыбкой смотря куда-то. Я подала руку безмолвно предложив встать. Томас с опаской посмотрел затем аккуратно повернулся чтобы встать медленно сначала переставив одну ногу затем вторую которые коснулись деревянного пола. Это вызвало у парня как и у меня бурю эмоций затем Томас медленно начал вставать. Я поддерживала его руками пытаясь помочь все тело Томаса невероятно тряслось. Я встала спиной к выходу на вытянутых руках держа дрожащие ладони парня. Он посмотрел на меня с искренней улыбкой затем посмотрел на свои ноги и стал переставлять на маленькое расстояние. Шаг. Второй. Мы оба были вне себя от счастья и одновременно усмехнулись. Споткнувшись Томас не удержал равновесие и упал прям в мои объятия от неожиданности я резко отшатнулась пытаясь удержать нас двоих. Парень крепко обнял меня уткнувшись носом в шею. В этот момент казалось прошла вечность. Время замедлилось. Только мы одни в крохотной комнате стояли обнявшись поддерживая друг друга. Постояв еще немного Томас освободился из моих объятий и медленно направился в сторону выхода. Я продолжала его придерживать. — Хочешь сделать сюрприз? — тихо решилась спросить я. Томас покачал головой и мы вышли из комнаты направляясь на кухню где меня ждала мама и Рейвен. Когда мы появились на пороге Рейвен не смогла сдержать слёзы и удивления подбежала к парню и обняла. Мы с мамой смотрели друг на друга она сидела за столом и улыбалась говоря взглядом что гордится мной. — Элис! Спасибо тебе большое мне не описать словами насколько я тебе благодарна! — сказала девушка и обняла меня. Я была словно в тумане ничего не понимала и не чувствовала. Словно я снова оказалась в том странном сне с голограммами которые почему-то стали реальностью. Рассмеявшись за стол повисло нервное молчание. Каждый боялся что либо сказать. Только тогда я заметила кулон на шее у мамы. Предполагаю это был герб клана Носферату о котором я читала в письме. Центральный элемент герба - стилизованная летучая мышь, словно вырвавшаяся из ночного кошмара. Её крылья, расправленные во всю ширину подвески, создают впечатление готовности к стремительному полёту. Тонкие перепонки, пронизанные сетью извилистых прожилок, отбрасывают причудливые тени, искажая символы на щите. Тело летучей мыши неестественно вытянуто, подчеркивая её хищную грацию. Когти, подобные изогнутым бритвам, готовы впиться в плоть жертвы. Удлиненные клыки, острые как иглы, угрожающе блестят в полумраке. Глаза, горящие рубиновым огнём, пронзают смотрящего насквозь, проникая в самые потаённые уголки души. Геральдический щит, обрамляющий летучую мышь, носит на себе отпечаток времени и тёмной магии. Его края, словно изъеденные ржавчиной и тленом, неровно очерчены, создавая ощущение древности и упадка. Поверхность щита покрыта рельефными узорами, напоминающими готические арки и шпили, уводящие взгляд в бесконечную тьму. Липкая паутина, сотканная из серебра, оплетает щит, словно ловушка, готовая захватить любого, кто осмелится приблизиться. Она символизирует тайну, окружающую клан Носферату, и их хитрость, позволяющую им манипулировать событиями из тени. Капли крови, подобные рубиновым слезам, стекают по клыкам летучей мыши, оставляя на её морде зловещие разводы. Они напоминают о ненасытной жажде, которая движет Носферату, и о цене, которую приходится платить за их могущество. Вся композиция подвески пронизана духом тёмной романтики и готического ужаса. Она не просто символ клана, а воплощение их сущности - мрачной, опасной, но при этом невероятно притягательной. Подвеска висела на толстой серебряной цепи мягко лежа на изгибах тела, элегантно смотрясь на чёрном платье. — Ты так выросла… Я тебя представляла совершенно по-другому. — Мамин голос, прозвучавший после долгой паузы, был наполнен смесью удивления и тоски. Я нервно теребила край своей кофты, чувствуя себя неуютно под ее пристальным взглядом. — Прошло много лет с того дня… — Мой голос прозвучал жестче, чем я хотела. Слова вырвались прежде, чем я успела их обдумать, словно прорвав плотину, сдерживающую годы невысказанных эмоций. — Знаю, прости меня. — Мамины глаза заблестели, и она опустила взгляд. — Я обязательно все объясню, но не сейчас. — А когда? — спросила я, не в силах сдержать горечь в голосе. — Сколько еще мне придется ждать, чтобы узнать, почему ты бросила меня? — Пожалуйста, — взмолилась мама, — дай мне немного времени. Это не так просто… — Не так просто? — перебила я ее, чувствуя, как гнев снова поднимается во мне. — А тебе не кажется, что мне было "не так просто" все эти годы расти без матери? И сейчас когда вокруг меня случилось столько событий! — Я знаю, милая, знаю… — Мамин голос дрогнул, и я увидела, как по ее щеке скатилась слеза. — Я совершила ошибку, самую большую ошибку в своей жизни. Но поверь, я никогда не переставала любить тебя. — Любить? — Я усмехнулась, но в этой усмешке не было радости, только боль. — Любовь не бросает своих детей. — Я… я не могла поступить иначе, — прошептала мама, — но я расскажу тебе все, обещаю. Только дай мне немного времени. Я отвернулась, не в силах смотреть на ее лицо, искаженное болью. Молчание снова воцарилось между нами, тяжелое и напряженное. — Хорошо, — наконец сказала я, — я выслушаю тебя. Но это не значит, что я прощу. "Не сейчас," - эхом отозвались ее слова в моей голове. Снова "не сейчас". Сколько раз я слышала эту фразу за свою жизнь? Сколько раз надежда на правду, на объяснение, на хоть какую-то ясность разбивалась об эту стену из двух простых слов? Внутри меня бурлила смесь эмоций. Обида, гнев, разочарование, но также и любопытство, и, как ни странно, надежда. Несмотря на все эти годы молчания, на боль, которую она мне причинила, я все еще хотела ее узнать. Хотела понять, что заставило ее уйти, что привело ее обратно. Почему от меня скрывали столько лет эти страшные вещи которые удосужились только сейчас. Дедушка был прав. Брошь помогла мне все узнать, но увы узнала я все слишком поздно. От слабости я положила голову Томасу на плечо он приобнял меня крепко прижимая к себе. — Рада видеть тебя Томас! — сказала мама с улыбкой посмотрела ему в глаза словно самый родной человек. — Взаимно. — ответил парень. В воздухе было напряжении. Все странно сидели молчали искоса поглядывая друг на друга. — Другие знают что ты здесь? — спросила я тихо. Мама отрицательно покачала головой. — А давно ты здесь? — Ты меня уже видела.. — лишь ответила она и я улыбнулась. Точно как я могла забыть. — Может пойдём домой? Все будут рады тебя видеть! — предложила я взглянула на маму, надеясь на ее согласие, но она колебалась. — Я… я не знаю, — пробормотала она, избегая моего взгляда. Томас молчал, словно эта ситуация его совсем не касалась. Он казался отстраненным и замкнутым, словно прятал за маской безразличия какую-то тайну. — Саша сказал ,что видел тебя на поляне в лесу, где нас двоих чуть не убили. Я тебя видела лишь на концерте и после, когда бежала за тобой. — сказала я опустив глаза на стол, разглядывая его рельеф ,медленно проводя рукой по шершавой поверхности. Мама лишь улыбнулась. — Нам пора домой. — произнес Томас и все тут же засобирались. Рейвен радушно провожала нас когда мы стояли на террасе. Дождь, начавшийся как мелкий моросящий туман, быстро набрал силу, превратившись в настоящий ливень. Тяжелые капли с яростным грохотом обрушивались на крышу, словно тысячи крошечных барабанщиков, исполняющих дикую симфонию. Ветер, подобно неистовому дирижеру, разбрасывал водяные струи во все стороны, разбивая их на миллионы брызг, которые, подобно сверкающим осколкам, отражали тусклый свет уличных фонарей. Ночная улица превратилась в царство теней и полумрака. Лишь одинокие фонари, словно маяки в бушующем море, прорезали темноту своими желтыми лучами, выхватывая из мрака мокрую дорогу, по которой струились потоки воды, и голые ветви деревьев, сгибающиеся под порывами ветра. В воздухе висел запах сырости и свежести, смешанный с ароматом мокрой земли и листвы. Мы быстрым шагом шли домой. Холодный капли освежали лицо. Волосы и одежда стали мокрыми буквально за секунду после того как мы вышли из дома. Скрип калитки знаменовал наше приближение. И вот распахнулась дверь я вошла первая внутрь. — Мы дома! — объявила я, стараясь говорить как можно бодрее, но мой голос предательски дрогнул. Сердце колотилось в груди, словно пойманная птица, а ноги подкашивались от волнения. Саша, услышав нас, спустился по лестнице с улыбкой на лице, но она тут же исчезла, как только он увидел нас. Его глаза расширились от удивления, затем сменились испугом и недоумением. Он замер на несколько секунд, словно не веря своим глазам, а потом медленно, словно боясь спугнуть видение, спустился по оставшимся ступенькам. — Здравствуйте… — пробормотал он, запинаясь, и неловко улыбнулся. Его взгляд метался между мной и мамой, словно он пытался разгадать эту загадку. — Элис, мне… позвать…? — он не смог закончить фразу, продолжая молча смотреть на нас. Я кивнула, чувствуя, как напряжение нарастает с каждой секундой. Мы прошли на кухню и сели за стол, ожидая реакции отца. Через минуту он вошел, и на мгновение замер на пороге, увидев нас. Его глаза расширились, а на лице отразилось неверие, смешанное с растерянностью. Он молча смотрел на маму, словно пытаясь убедиться, что это не сон, что она действительно здесь, после стольких лет… — Белла… — прошептал отец, его голос дрожал от волнения. Он перевел взгляд с мамы на меня и Томаса, словно пытаясь осознать происходящее. Я нервно улыбалась, чувствуя, как внутри меня бушует ураган эмоций. Радость, волнение, страх, облегчение, — все смешалось в один неразрывный клубок. Я не пыталась анализировать эти чувства, просто позволяла им течь сквозь меня, принимая этот момент во всей его полноте. Потом у меня будет шанс все обдумать. Отец подошел к нам и сел за стол, его взгляд поочередно останавливался на каждом из нас. — Рад, что ты вернулся… — сказал он, обращаясь к Томасу. Парень лишь коротко кивнул в ответ. — Не без помощи вас и вашей дочери, — добавил он, — за что я вам благодарен. Мы перешли в гостиную и расположились на диване. Я прижалась к Томасу, положив голову ему на плечо. Усталость давала о себе знать, но я была слишком взволнована, чтобы уснуть. — Вы так похожи на нас… — произнес отец, наблюдая за нами. Мы с мамой переглянулись и неловко улыбнулись друг другу. Да, нам понадобится время, чтобы привыкнуть к этой новой реальности, к тому, что мы снова вместе. Впереди нас ждали долгие разговоры, много вопросов и ответов, но сейчас мы просто наслаждались моментом, чувствуя тепло и поддержку друг друга. После того как мы немного посидели с родителями, Томас и я решили, что им нужно побыть одним. Мы тихонько поднялись на второй этаж и направились к комнате Саши. Я осторожно приоткрыла дверь и заглянула внутрь. Саша и Тишка сидели на кровати, о чем-то оживленно беседуя. Заметив меня, Саша улыбнулся. — Что вы тут делаете? — спросила я, подходя ближе. Тишка повернулся ко мне с хитрым блеском в глазах. — Саша рассказывает страшилки… — прошептал он, и я не смогла сдержать смешок. — А у меня для вас сюрприз… — загадочно произнесла я и жестом подозвала Томаса, который стоял в дверях, сдерживая улыбку. Он подошел ко мне и весело сказал: — Всем привет! Можно с вами? Я знаю много страшилок! В этот момент Тишка вскочил с кровати и с криком радости бросился к Томасу. — Томас! — воскликнул он, обнимая брата. — Ты вернулся! — Да вернулся… — ответил Томас обнимая брата. Слезы подступали к его голубым глазам и с трудом держались. Вернулся , но уже совсем другой. Совсем… Ночь окутала дом тишиной. Лишь лунный свет, проникающий сквозь окно, освещал мою комнату, создавая причудливые тени на стенах. Мы сидели на кровати напротив зеркала, молча глядя друг на друга в отражение. Каждый из нас был погружен в свои мысли, пытаясь представить, что ждет нас в будущем. — Что теперь дальше? — нарушила тишину я, мой голос едва слышно. — Не знаю, — ответил Томас, — возможно, я теперь буду жить как обычный человек. По крайней мере, постараюсь. Исполнится двадцать пять, и тогда я буду думать, как жить дальше. В качестве человека или снова умереть. Его слова эхом отозвались в моей голове, вызывая волну тревоги и страха. — А как же мы? — мой голос дрогнул, и по щеке скатилась предательская слеза. — Мы? — Томас удивленно посмотрел на меня. — Ты меня простила? — Если бы не простила, ты бы тут не сидел, — ответила я и, утомленная эмоциями и усталостью, положила голову ему на плечо. Он обнял меня, и я, чувствуя его тепло и близость, постепенно провалилась в сон.