Все наши беды - от нас самих

***

      Меня накачали наркотой. Как я это поняла? Только проснувшись под утро мне в голову пришло, что галлюцинации в виде розовых овечек и обезболивание мягонько так намекали это. Да и чем всегда не брезговали люди? Как не знаете ответа? Желанием накачать ближнего своего, чем же еще!       Ну вроде ночной трип прошел без прецедентов. Руки-ноги-голова на месте, не отваливаются. Решила осмотреть комнату более внимательно, ведь вчера ничего не поняла. А то сбегать как-то надо.       Комната довольно большая, да и мебель в ней не маленькая. Кстати, в комнате стало посветлее чем вчера, видимо просто не увидела окно из-за темноты на улице. Я уже даже и не надеялась на то, что в такой глуши будут фонари за окном. На оконной раме висели какие-то травки, да и если так посмотреть, они были развешаны почти по всем углам. И над добротным деревянным столом, и на шкафу. Несколько лежало и на тумбочке со вчерашними склянками. Подписаны бутыльки не были. Ну и правильно, выпьет какой-нибудь одаренный нашатырь, так сам дурак!       В общем, ощущения довольно странные. Ну хоть пойду, что ли, на улицу выгляну, оценю, так сказатьс' масштаб проблем. Откинула тяжелое пуховое одеяло, и попыталась спуститься на пол. Ноги спускаться не хотели. То есть они до него даже не доставали. Опять уставилась на ноги, напряглась. Ближе к полу они не стали. Похлопала себя по щекам. Соображаю все еще с задержками. Закрыла глаза и сосчитала до десяти. Со скрипом, значит эту бурду вчерашнюю большее не употребляем. Еще проблем мне с мозгом не хватало, и это после аварии!       Опять задумалась. Если была авария, должны быть переломы, да хоть ушибы и синяки! Осмотрела цыплячьи ножки и ручки. Из криминального — только грязь под ногтями. Мда.       Спрыгнула с кровати и почапала босыми ногами по полу. Нет, ну мебель и впрямь великовата. Толкнула дверь, словно честно скомунизженную из сказки «Джек и бобовый стебель», у всем известного великана и вышла в коридор. Из следующей комнаты выглянуло лохматое существо неопределенного пола. После чего с громким криком «Мааа!» сбежало вниз по лестнице. За ним показалась еще одна точно такая же мордашка и повторила путь предшественника. Какой-то детеныш сурка получается. Постояла еще немного, ожидая и третьего, но по лестнице поднялась вчерашняя тетенька и подбежав, сгробастала в охапку и понесла в комнату.

***

      Я спокойна. Не кричу, не ору и не рву на себе волосы. Просто поедаю пустую похлебку и думаю о жизни. Теперь я ребенок, ну и что? За окном какое-то средневековье на все обозримые мною четыре дома. Зато похлебка вкусная.       Женщина, что видимо вообразила себя моей матерью, сидит в ногах и умиляется тому, как быстро еда пропадает из миски, все время щебеча «Доча то, доча это». Словно пытается отвлечь меня от чего-то. А вот из-за двери показались двое одинаковых с лица. Значит все-таки не глюк. Присмотрелась — узнала. Кого-то из них я видела на руках у мужика, что вчера безмолвно наблюдал за моим лечением.       Доела, и тетенька пристально уставилась на меня, будто я ей должна немедленно зайца из шляпы достать. Ну хоть сейчас она меня выслушает. Прочистила горло, стоически отпихнула ложку с подозрительной микстурой и спросила:       — А кто вы?       Женщина где стояла, там и села, а кровать жалобно заскрипела. Одинаковые же с лица с выражением ужаса что-то быстро затараторили на басурманском. От этого заболела голова. Ну не могу я так быстро обрабатывать беглую речь!       Мне, насколько я поняла, сказали оставаться в кровати и никуда не вставать. Пять минут — и в комнату бочком заходит скрюченный старичок. Одни знакомые лица!       Посмотрел меня, постукал по коленкам, проверил гланды, но все еще не понимал, что со мною. Хотя бы догадался спросить, а знаю ли я вообще, кто я такая?       Естественно ответом было неуверенное «нет». Как хорошо, что заторможенный мозг наконец отрыл инфу о перерожденцах и попаданцах, правильно, дети, образованное от слова Попа Космических Масштабов. Если уж я в теле ребенка, будем вести себя, прямо как ребенок после контузии. Ниче не знаю, но я вам не враг! Только кормить не забывайте и мы в расчете.       Старичок опять начал тараторить матери явную нецензурщину, а она послушно кивала на это все. После чего старичок-боровичок оставил еще одну склянку с трипо-микстурой и отправился восвояси.       Женщина подсела ко мне и начала вещать. Так и так, нашли вчера вечером мою бренную тушку около пруда, подружка матери (Чтобы ей до самой пасхи икалось), осмотрев меня, сказала, мол утонула девочка. Мать же ей не поверила и на уши подняла весь город, но лекарь был всего один. Да и тот старикашка-грибоед. Силами небесными меня откачали (Матушка моей тушки в это время повернулась к кресту в углу комнаты и перекрестилась. Как приятно знать, что некоторые вещи во все времена не меняются) а остальное я и так уже знаю.       Еще меня смутило то, что в рассказе постоянно проскакивало слово, по звучанию между «Дота'» и «Дора». Спросила, что это. Оказалось, мое имя. Встречайте меня — неповторимая Доротея Дирринг, для друзей просто Дора. А Дир — от слова олень по-ихнему. Еще один клан оленеводов, только чакрой не владеем, а мозги варят хуже, чем у паралитика Нара под бутиратом. Ну, имеем, что имеем.       Спросила сколько мне лет. Женщина смутилась, подумала и показала семь пальцев. Ога, значит счет не знаем, граждане-тунеядцы. А вот я его знаю, но по-ихнему сказать не могу. Придётся учить. Найти бы еще учителя.       Женщина подумала, подумала, да и позвала остальных жильцов дома. Сквозь проем просунулось двое детей. Надеюсь, хоть имена прояснят мне их пол.       Тетенька указала сначала на первого ребенка, сказала Леон и показала четыре пальца. Второго ребенка представила, как Руфуса и показала также четыре пальца. Ну, могла бы и не уточнять возраст у второго, братья мои на одно лицо и комплекцию, уж догадалась что они близнецы. Другое дело, что с патлами такими ходят, что путаешься в их гендерном определении.       Пацаны все еще робели передо мною, будто я им не родная вовсе. В общем, очень непонятные ребята, ни здрасте, ни досвидания. А вдруг и правда приемная? Хотя с неродной, наверное, так не носились бы. Ощутила зудение на краю сознания от желания узнать, что же все-таки за тело мне досталось.       На своем современном спросила, можно ли помыться, мать с опаской посмотрела на меня, но не отказала. Указала головой в сторону лестницы, мол, пошли.       Вышли во двор. Интересное начало. Около дома стояла большая бочка с водой. Женщина зачерпнула воды плошкой и протянула мне. Захотелось помыться — мойся! А я так надеялась принять ванную…       Из отражения на меня глядели серые глаза, уже без привычной примеси теплого голубого цвета. Их можно было описать одним словом — сталь. Белокурая грива, которой я так гордилась, осталась в прошлом. Ну что же, приветик, мои новые черные жесткие волосы. И как с ними только управиться, они же все торчком! Сейчас эта тушка больше похожа на нескладного воробушка, ей богу. Единственное, что меня несказанно обрадовало — родинка под правым глазом, всегда хотела быть похожа на француженку, было что-то романтичное в этом образе… Однако даже с этой отметиной на леди я совсем не тяну. Просто обычный крестьянский ребенок с перепачканным в грязи лицом, каких миллионы. Подумала, что довольно сильно похожу на маму прямым носом и цветом гривы. А вот цвет волос близнецов показался более светлым чем мои, еще и с примесью теплых коричневых ноток, видимо в папку пошли. И вот тут вылезла одна странность — мой оттенок кожи был более светлым чем у остальных членов семьи. Не знаю, с чем это связанно, скорее всего с тем, что дети не пашут на полях. Теория, имеющая место быть. Но тогда в нее не вписываются подкопченные братья. Видно бывшая владелица этого тела не любила выходить на улицу и вела затворнический образ жизни.       Про себя отметила маленькую деталь, которой изначально не предала внимания — наверху в комнате на столе лежала стопка книг. Возможно прошлая владелица тела все время проводила в чтении. Вот только это все книги просто ничто для двадцать первого века, но вот в том времени, где я сейчас нахожусь, это довольно дорогая покупка. Если это моя комната, и моя литература, то живем мы не так уж бедно, а с этим работать можно.       Зачерпнула в ладошки воды, протерла лицо. Сразу стало легче. А тетка все смотрит и смотрит. Видимо боится, что утону. Решила протереть еще руки и ноги, а то пыльная корочка на них уже начинает чесаться, не говоря уже о моей коже под ней.       Женщина поняла-таки, чего я хочу, и достала корыто. Ну, нечто похожее на него и ушла в дом. Минуту спустя принесла двух вырывающихся оболтусов и наказала стоять смирно, погрозив кулаком. Только не говорите мне, что у нас такие семейные купания нормальны?       Это было довольно неприятно. Близнецы все время норовили выскочить или обрызгать меня. Хорошо, что удалось вымыть волосы, в них, как оказалось, было не меньше килограмма грязи. Интересное свойство конечно, но им я пользоваться не буду. После купаний выдали чистую одежду и завели в дом, прямо к накрытому столу. Красота!

***

      Следующие несколько дней проходили по одному шаблону — встал, поел, посидел во дворе и повтыкал на улицу. Повторить действия произвольно на протяжении всего дня. Да даже пацанов за калитку пускали, я же, как только хотела выйти со двора, так сразу набрасывалась мать и оттаскивала домой. Ну утонула, что, мне теперь дома сидеть безвылазно? Волков бояться — в лес не ходить.       На третий день подошла к матери с этой переведенной поговоркой и оставила ее в раздумьях до самого ужина. К этому времени даже отец пришел. Кстати, мужчина весьма молчаливый и закрытый, чем меня чуточку пугал, но братьям на это было все равно. За ужином они без проблем могли залезть к нему на шею или уместиться прямо около руки, мешая поедать хлеб насущный.       Упорство в переводах народной мудрости дало свои плоды. Уже на следующий день мне дали разрешение погулять. Конечно только на дороге перед домом, но все же, уже прогресс. Вышла за ворота и устремилась вверх по улице. Посмотрела на дома, что видела из комнаты, увидела несколько прохожих. Даже подошла женщина помятого вида и спрашивала что-то о матери. Пришлось покивать с умным видом, попрощаться и немного пробежаться. С удовлетворением остановилась и отдышалась. Легкие больше не болели, что несказанно порадовало и удивило. Довольно быстро же я с последствиями утопления справилась!       Обошла еще несколько домов и вышла на небольшую площадь. Около семи торговцев съестным, телеги с коняшками и остальные прелести средневековья. Особенно запах, прям бодрит. До резей в животе, если стоишь слишком близко.       Здесь же меня постигло еще одно откровение — люди то блин, маловаты! Невольно задумалась о том, что возможное искажение пропорций может быть очередным следствием травмы, но травм то нет! Ради интереса даже подошла к одной флиртующей парочке подростков. Парень был всего на голову выше меня, а с девушкой я почти сровнялась. В свои то семь лет. Так мы еще оказывается семья гигантов. Отличненько.       Погуляла еще немного и побежала обратно в дом. Есть хотелось неимоверно. Около калитки кстати, стояла та самая женщина, что остановила меня на улице. Видимо пришла разузнать, что как у нас. Издали закадычных подружек можно было принять за два бочонка, вот только второй был пониже матери где-то наполовину. Тогда понятно, почему маменьке было так легко кобылку в виде меня туда-сюда по дому таскать.       Подошла поближе, поздоровалась, спросила, что есть пожевать. Соседка явно удивилась, а вот родственница только сказала, что все на столе. И что все так странно реагируют на меня? Решила не мешаться и забежала в дом. Еда!!!

***

      За неделю или две начала первично ориентироваться в нашем селе, все благодаря прогулкам за покупками. Просто в один день мать взяла меня в оборот и пошла на базар. По пути спрашивала о различных строениях или о знакомых людях. Если я говорила, что чего-то не помню или не знаю, мать объясняла, что или кто это. Объясняла, как куда лучше пройти, знакомила с подружками-продавщицами. Они же глядя на меня только охали и так и норовили подсунуть яблоко или сладкую грушу. Я благодарно кивала и вгрызалась в халявный фрукт. Дают — бери, бьют — беги, как говорится.       Из-за такого радушия решила повременить в побегом, да и мой инглиш лангуаге оставляет желать лучшего. Понимала уже почти все, что говорят, но сама говорить решалась очень редко. Ну от меня этого и не требовали.       Так же часто приходилось оставаться с мальчиками дома, пока мать убегала по делам. К ним же и пристроила часть своих игрушек. Мне они без надобности, а мальчикам, как оказалось, довольно интересно играть в рыцарей, а спасение принцессы в виде задрипаной куклы стало их любимой игрой. Мне же только приходилось наблюдать, чтобы они ничего не опрокинули и себе кости не переломали.       В остальном же все было по-старому. Даже книги оказались не так полезны, как я считала. Часть из них были небольшими сборниками историй по типу христианской библии, и многие слова я не могла понять, как ни старалась. Но вот нумерация куплетов оказалась полезна. Хоть цифры худо-бедно научилась писать. А как так то, спросите Вы? Где это Вы, юная леди, бумагу и чернила нашли? На что я отвечу, что на песочке около дома писала, палочками. Да и опечаток никто не сможет заметить, все улики моей безграмотности уничтожаются за секунды.

***

      Мое обоснование о этой деревне длилось еще около месяца. По его прошествии меня уже пускали шататься по всей округе, конечно, с несколькими исключениями. Единственное, что только в самую жару не гуляла, а сидела дома и помогала минимально по дому — полы подмести, за братьями убрать и все такое. Мать и отец нарадоваться не могли — однажды глава семейства даже по голове погладил, чем вызвал мой ступор. Ну ничего, привыкнуть можно.       К нам частенько заходили разные кумушки, в надежде узнать парочку-другую новых сплетен. Но довольно часто после горячих новостей они начинали обсуждать мое состояние. Из подслушанных обрывков разговоров удалось понять, что тело досталось мне, как некоторые говорят, от девочки «блаженной», или же более понятным языком — сумасшедшей. Девочка эта никаких эмоций не показывала, инициативы ни в чем не проявляла, нормально говорить могла только пару слов, и в основном сидела дома, в комнате, играя с разными игрушками, что ей мастерили или покупали заботливые родители. Иногда ее даже выпускали погулять, но девочка то ли назло, то ли не специально, но довольно часто терялась в городе и могла забрести не пойми куда. Видимо и утонула бывшая владелица этого тела по своему незнанию.       Но женщины этому жуткому событию только радовались, да и мать полностью их поддерживала. Ведь никак, чудо самое настоящее произошло, доча нормальной стала, значит благословили ее, или нечто такое. Чуть ли в ранг святой не возвели. А у меня на душе от такой реакции стало противно. Я то знала, что это не девочка чудесным образом вылечилась, а просто другая душа перехватила контроль над ставшем никому ненужным телом.       С каждым новым днем узнавала все больше о городке, где мне довелось оказаться. Многие продавцы меня узнавали и делали скидки при покупках. Конечно, с мелочевки много не накопишь, но на пирожок с капустой деньги всегда находились.       Еще пока гуляла, заметила подозрительную группку детишек, что неизменно собиралась недалеко от базара и после дружной толпой пропадала до самого вечера. Решилась проследить за ними и подружиться, практика в общении мне не помешает. С утра пораньше мы пошли за свежими продуктами, и пока мать точила лясы с милой бабушкой, отпросилась погулять с друзьями.       Матушка удивленно похлопала ресницами, а я ей указала на уже собирающуюся группку детей. Она же только нахмурилась и дала мне по мягкому месту.       — Не водись с этими озорниками, они у дядюшки Гутферта все яблоки из сада потаскали. Еще наберешься чего плохого!       Спасибо за пояснение. Обязательно с ними налажу контакты. Самой охота соседских яблочек покушать, а здесь возможно и лезть никуда не надо будет, если конечно подружусь с ними.       С такими мыслями я вернулась домой.

***

      Уже на вечерней прогулке заметила одного пацана, что постоянно ошивался рядом с ребятами. Он целенаправленно двигался к выходу из городка, но не доходя пару кварталов, пошел по дворам по направлению к лесу. Я старалась не отставать, но и не слишком отсвечивать, ведь многочисленные матушкины подружки могли бы и заложить меня.       Через минут десять прогулочным шагом по лесу вышли на опушку. Да, я не боялась, что пацан меня обнаружит, так как этот ротозей что-то тихо мурлыкал себе под нос и ни на что не обращал внимания. На полянке обнаружилась и остальная часть группы. Обычные деревенские детишки, только с закосом под европейское средневековье. Некоторые развалились в теньке и отдыхали, а остальные стояли по колено в воде и ловили лягушек. Мальчик, что вывел меня к ним, сразу же кинулся со всеми в пруд, а я стояла в ожидании, думая, как бы мне начать разговор. Конечно они еще дети и постоянно делают ошибки в речи, но меня саму бесит коверкать слова. Ну, раз, два, три, мой выход!       Подошла к ребятам и доброжелательно спросила, что они делают. Развернулись, удивились. Даже испугались.       — Так что делаете? Или вам жалко ответить? — и рожу пожалостливее. Блесну, так сказать, женским шармом, авось мальчики и расчехлятся от ступора.       — Смотрите, а дура то нормальной стала! — крикнул самый высокий из них, гнусненько захихикав.       — А может еще раз поможем ей умыться? Вдруг красавицей окажется!       Крики подсосника поддержал нестройный ржач. Мне же стало жутко. Если раньше мне казалось, что бывшая владелица этой тушки утонула из-за случайности, то этот разговор все прояснил.       По спине пробежал табун мурашек, а дыхание участилось. Меня начали окружать. Если они нападут, придётся бежать. Сделала шаг назад и рванула по тропинке в сторону дома. А отсюда только до деревни еще о-го-го сколько бежать!       От большей части улюлюкающей толпы удалось довольно быстро оторваться, спасибо моим габаритам, но главарь (тот самый высокий хмырь) и парочка его дружков поменьше наступали на пятки, только сильнее подгоняя агрессивными выкриками. Ну не хочется мне второй раз умирать, как вы это не поймете то!       Мне не повезло. Рябой пацан, что бежал по правую руку все же догнал меня и повалил на землю. В пылу вылезания из-под его тушки, заехала придурку кулаком по башке, авось и заработает.       Двое других преследователей сначала растерялись, а после начали что-то кричать и попытались оттащить раненого друга. Я же брыкалась и махала руками, словно мельница. Если кого ударю — не мои проблемы!       Тактика бешеной макаки сработала, и эти идиоты даже немного отошли, давая мне время, чтобы упокоиться и подняться с земли. Не ожидали видимо такого от деревенской дурочки?       А видимо не ожидали. Избитый даже всхлипнул «Ты чего такой стала», а после разрыдался. Увидев это, большой босс пошел на меня. Что безмерно порадовало в новом теле — тяжелая рука и большие габариты. В росте я ему не уступала, можно сказать, что даже превосходила, а рыдания шустрого только сильнее раззадорили. Их главная ошибка была в том, что они забыли самое главное правило двора: если драка неизбежна — бей первым.       Рванула к нему практически из положения сидя, ведь заблаговременно сжала в кулачке немного песка, прикрываясь тем, будто наглаживаю ссадину на ноге. Пацан не ожидал подлянки и начал отплевываться от пыли, параллельно протирая глаза. Далее все просто — приблизилась и кулаком по наглой морде. Будет в следующий раз думать, как невинных девочек топить.       Второй подпевала, что пытался помочь самому шустрому, решил, что без него главарь проиграет и кинулся на меня с кулаками. Я атаки не ожидала, и мне прилетело в нос. Было до ужаса больно, даже слезы из глаз пошли. Пацан и сам не понял, что сделал, и тупо уставился на мои руки, перемазанные кровью. Может и здесь их учили, что девочек нельзя бить? Тогда зачем топили? Вопросы без ответов.       Боксер даже как-то стушевался под моим взглядом и начал мямлить извинения. Может он и не такой мудак, как остальные, но нос то он мне разбил!       Всхлипнув в последний раз, с грудным рыком побежала на него. А пацан то реально испугался, но у него не получилось сбежать. Повалила на землю и начала крутить крапивку на руке. Вот будет у меня знать!       Вдруг сзади кто-то схватился за растрепанные волосы и начал оттаскивать подальше от умоляющей пощадить жертвы. А, так это главарь! Вон как разорался, что его мама за шишку на голове заругает. Блин, а тащит он будь здоров, пришлось повиноваться.       Подтащил меня к себе и начал насмехаться прямо в лицо. «Как было бы здорово, если бы ты сдохла тогда». Сама не знаю, что на меня нашло, но после этого ярость застелила мне глаза. Очнулась только тогда, когда держала его за шкварник и материла на чем свет стоит. На родном русском языке. Я конечно знала, что иностранцам русский кажется немного грубым, но видимо я смогла сыграть на контрастах, чем вызвала у пацана истерику. Даже двое его подпевал уже сбежали в деревню. А я все не унималась, наслаждаясь его беспомощностью.       — Думаешь так безнаказанно убил меня? Если еще раз в мою сторону посмотришь, все зубы выбью. — И на родном языке — Понял?!       Еще чуть-чуть, и он грохнется в обморок. Потихоньку взяла себя в руки. Малолетний криминальный элемент в страхе пытался отползти и запинаясь просил прощения. Что мне это даст? Одну жизнь ты уже загубил.       — Еще один раз, и… — провела по горлу пальцем.       Он точно все понял, ведь испуганно сглотнул и побежал в деревню, чуть не сбив меня с ног на узенькой тропинке. Смотрела ему в спину еще минуты две и побрела домой.       По подбородку до сих пор стекали сопли с кровью, простите уж меня за неаппетитные подробности. Ладошки и сбитые коленки тоже начали чувствовать боль, что не добавляло оптимизма. В голове промелькнула мысль, что в таком виде лучше дома не показываться. Развернулась и побрела туда, где предположительно должен быть ручеек, что впадает в пруд. Через минут пять вышла к нему, случайно спугнув стайку птиц. Принялась оттирать кровь от одежды. Подол темного платья немного порвался, но это почти незаметно. А вот ладошки, которыми я так удачно затормозила при падении, находились в плачевном состоянии. Через «не хочу» оттерла забившуюся под кожу грязь, благо ледяной ручей надежно морозил болевые окончания. Протерла кровавое месиво на нижней половине лица, и пришла к выводу, что нос мне не сломали, силенок не хватило, но небольшая опухлость появилась. Так и просидела на камнях у ручейка до вечера, пытаясь привести нос в адекватное состояние, пока комары не стали навязчиво виться около открытых участков кожи. Пришлось экстренно сбегать домой — комары в лесах здесь лютые.       Шла домой с замиранием сердца. Я довольно сильно задержалась сегодня. Легенда почему это произошло, была до ужаса банальной — ребенок бегал-бегал и упал. А потом побоялся идти домой, ведь мама заругает за грязные вещи. Понадеюсь, что зрение у старшего поколения не очень хорошее.       Около калитки уже дежурила мать. Лицо недовольное, ведь договор был о том, что домой я прихожу до наступления темноты. Сейчас конечно не совсем темно, но кочки на дорогах уже тяжеловато различать.       Подойдя поближе, не дала сказать ей и слова. Лучшая защита — нападение!       — Мамочка, прости меня! — и больше слезности в голос добавить.       Как я и рассчитывала, женщина застыла и решила выслушать, за что решило ее чадо извиниться.       — Я-я смотрю, солнышко садится и по-побежала, а потом упала! И платье порвала…       Оскара! Хотя нет, слишком банально. В общем, мне поверили. Даже мать успокаивать начала, что платье можно легко заштопать. Ну и хорошо.       Нехорошо мне стало, когда уже лежа в кровати подумала о том, что я — одна, а детей в этом недо-ОПГ штук двенадцать. Ну уж десяток точно. Видимо накрылись мои самостоятельные прогулки медным тазом…