Наедине с BTS.

Они стояли так бесконечно долго, ощущая близость друг друга очень остро. Они находились в одном месте и дышали одним воздухом - это этого было достаточно, чтобы сердце стучало спокойно и уверенно. Намджун не отказал себе в удовольствии и сжал ее ладонь чуть сильнее. Он бы хотел взять ее руку и прижать к своей груди, но боялся напугать ее. Он почувствовал как встрепенулись ее пальцы в его ладони, от чего-то захотелось улыбаться. Все вокруг затихло, они словно остались одни на всей планете или в какой-то своей вселенной где кроме них никого не было. Он скользил глазами по ее лицу, прикасаясь хотя бы так. Она открыла глаза и с густых влажных ресниц соскользнула еще одна слеза. Рука Намджуна дрогнула на встречу ей, но застыла так и не поднявшись к ее лицу. В груди стало тяжело. Почему он так хочет быть ближе, но не может преодолеть расстояние между ними? Потому что не знает хочет ли она этого. Он будет делать только то, чего хочет она. Чего бы ему это не стоило. Он улыбнулся, прогоняя из сердца темноту и заглянул ей в глаза, в которых отражался он сам. - Привет, - сказал он. - Привет, - одними губами повторила она. Наверно они могли бы простоять так еще несколько часов, а может и дней, но к ним стали приближаться их сопровождающие: к верхней ступеньке подъехала тележка, которую вел невысокий темноволосый мужчина, по чертам лица которого Намджун легко узнал своего соотечественника, и женщина средних лет, а на две ступеньки ниже остановились менеджер и переводчик Намджуна. Молодые люди познакомили свое окружение друг с другом и было решено, что Намджун отправится в ее дом с ее семьей, а переводчик и менеджер поедут в гостиницу. Намджун вместе с ней, ее отцом и мамой спустился на лифте на парковку, подхватил многочисленные пакеты и помог загрузить их в машину. Потом вместе с ней разместился на заднем сиденье и они отправились к ней домой. *** В этом городе не было высоких домов. Намджун не видел ни одного дома выше двух этажей. Дом, в котором жила она тоже был двухэтажный, кирпичный и желтый и, пожалуй, ни чем не примечательный, хотя в Корее таких домов Намджун не встречал. У ее семьи оказалась большая квартира. Она занимала весь второй этаж, хотя дверей в коридоре было не так и много. Намджун был поражен уютом этой квартиры. Большинство мебели и отделки стен, что он видел была деревянная и, к удивлению Намджуна, ручной работы. Он поделился своим наблюдением и заметил как выпрямилась спина ее отца. - Все это сделал папа сам. У него золотые руки, - сказала она по-корейски обращаясь к своему отцу. Мужчина обернулся и, смущенно улыбаясь, поклонился. Тут выяснилось, что Намджун не ошибся, и ее отец действительно на четверть кореец. Его дедушка в молодости приехал в Россию обзавелся здесь семьей и остался. Ее папа не мог говорить по-корейски, но многое понимал. Намджун был удивлен тем, что в ее чертах лица не проскальзывало ничего восточного, но решил, что спрашивать об этом было бы не вежливо, поэтому промолчал. После того как все пакеты оказались на кухне его усадили за огромный круглый деревянный стол такой искусной работы, что Намджун не мог этого не заметить. Он знал, что в Корее такие столы продаются за десятки тысяч долларов, а сейчас он сидел за одним из лучших столов, которые видел и принимал из рук той, к которой проделал такой длинный путь, тарелку горячего борща. Когда тарелка оказалась стоять напротив него, он вскинул на нее глаза, окунаясь в такие же жаркие воспоминания как и еда перед ним. Он увидел что для нее это совпадение тоже не осталось незамеченным и успел увидеть легкую улыбку, скользнувшую по ее губам. Ее мама и папа тоже расселись за столом и она поставила перед ними кружки чая и угощения. Только Намджуна кормили ужином, даже не спрашивая хочет ли он этого или нет, но он и не отказывался, ведь поужинать ему так и не удалось. Намджун заметил, что за столом остался только один свободный стул, напротив которого она тоже поставила кружку чая и ровно в этот момент, откуда то из коридора послышался стук и медленные шаги. На пороге большой светлой кухни остановилась пожилая женщина с палочкой в руках, взирая на Намджуна с таким же изумлением как и Намджун на нее. *** По рукам Намджуна пробежали мурашки, потому что перед ним стояла его девушка... но на пятьдесят лет старше. Те же густые, но выбеленные сединой волосы, собранные высоко на затылке, те же умные глаза, заволоченные старческой дымкой, тот же высокий лоб, но испещренный глубокими морщинами, тот же, но чуть менее четкий овал лица, почти тот же рост, чуть сгорбленный в спине из-за необходимости опираться на полочку. Намджун смотрел и не верил, что возможно такое поразительное сходство через поколения. Рот бабушки, так же как у него самого, был удивленно сложен во что-то напоминающее "о-о-о-о". Намджун только сейчас понял, что с его стороны было невежливо так пялится на женщину такого преклонного возраста, и вскочил, едва не уронив стул, он низко поклонился, приветствуя женщину. Но женщина была не менее удивлена и не менее немногословна. Намджун услышал как тихо засмеялась девушка и так же тихо ей вторили ее родители, а потом, на почти литературном английском языке, девушка сказала: - Бабушка, позволь тебе представить Ким Намджуна, моего друга из Южной Кореи. Он лидер небезызвестной тебе группы, - в голосе девушки явно слышался добрый смех. Кажется ее очень смешила реакция ее гостя и бабушки друг на друга, она то с самого начала знала что так будет. - Приятно познакомиться, - сказал Намджун, автоматически переходя на английский и снова низко поклонился, почти попадая челкой в тарелку супа. - И мне, - протянула пожилая женщина, разглядывая Намджуна не менее внимательно. - Я не слышала ничего о том, что ты собираешься в Россию, даже репортажей из аэропорта не было. Как тебе удалось уехать из Кореи и не засветиться? Намджун был так удивлен вопросу, что не нашелся что ответить. - Бабушка - АРМИ, она очень внимательно следит за вашим творчеством, - улыбаясь сказала девушка, явно получая удовольствие от ситуации. - А-а-а, - протянул Намджун, - это частная поездка, поэтому она нигде не афишировалась. - Такое возможно? - усомнилась бабушка. - Ну ладно. Какими судьбами к нам? Этот вопрос еще сильнее смутил Намджуна. Конечно у него была цель, но он почему то думал, что обсудят они ее с девушкой с глазу на глаз. Ему не было стыдно или тревожно, но эта поездка имеет для него такое огромное значение, что ему не хотелось посвящать в детали слишком многих, словно это могло обесценить ее. - Бабушка, зачем так много вопросов? Это невежливо. Намджун даже еще не поужинал, давай дадим ему возможность освоится, - вклинилась девушка, спасая Намджуна от допроса. - Хорошо, - нехотя сказала пожилая женщина и села на стул на против Намджуна. - В жизни ты такой же красивый как на видео. Как же мне хочется тебя сфотографировать и выложить в своем и*н*с*та*грамме, - мечтательно вздохнула женщина. Все, что говорила эта женщина почти шокировало Намджуна и он подавился первой ложкой супа, которую только что донес до рта. - Ты же знаешь, бабушка, что это невозможно, - словно ребенку объясняла ей внучка. - Разве Арми не должны заботиться о том, чтобы бантаны могли спокойно проводить свое свободное время? - Конечно, - безнадежно выдохнула бабушка, - но на альбомах ты мне автографы все равно оставишь, хорошо? - Да, конечно, - подтвердил Намджун, сдаваясь под напором возрастной Арми. *** Наконец у Намджуна появилась возможность поесть. Борщ оказался даже вкуснее чем он помнил, все таки жаль что тогда, на свидании, у него не было возможности оценить его по достоинству. Вся ее семья сидела за столом, наслаждаясь чаем и ведя легкую беседу, в которую включали и Намджуна, при этом давая ему возможность как следует поужинать. Как-то так получилось, что беседа за столом велась одновременно на трех языках: русском, корейском и английском. Если вопросы задавала она, ее мама или бабушка, то они говорили на английском и Намджун отвечал на английском, а потом на корейском, чтобы и ее папа понял его слова, после того как она переводила вопрос на русский. Ее отец спрашивал на русском, но она переводила вопрос для Намджуна на корейский, Намджун тоже отвечал на корейском, а она просила отца перевести его ответ на русский для всех остальных и, при необходимости, поправляла его. Из-за этого разговор значительно затягивался, хотя они и не успели обсудить ничего важного, но время стремительно приближалось к полуночи. Ее родители должны были рано вставать и, попрощавшись с Намджуном, ушли спать. - Я хотела бы остаться сидеть тут до утра, но вы ведь так и не решитесь поговорить о важном пока я рядом, поэтому я тоже пойду спать, - сказала бабушка, до крайности смутив молодых людей, и тяжело опираясь на палку, ушла следом за ее родителями. *** Какое то время они просто сидели молча, изредка поднимая друг на друга глаза. Было легко разговаривать когда вокруг было много людей, но сейчас, все действительно важные вопросы застряли в горле и никак не решались быть озвученными. - Я знала что ты приедешь сегодня, - наконец тихо сказала она, не поднимая глаза от своих рук. Намджун вскинул глаза. - Как это возможно? - Примерно месяц назад мне приснился сон, как мы с тобой сидим за этим столом и разговариваем, - она посмотрела на него и улыбнулась. - Почти как сегодня, но в моем сне мы разговаривали по-русски. - Примерно месяц назад было принято окончательно решение с датой нашей поездки. Мне тогда тоже много снов стало сниться, но ты ведь ничего этого не знала. - Не знала. С тех пор меня не отпускало ощущение... - она задумалась, подбирая подходящее слово, - нет, не ощущение. Меня не отпускало волнение. Я просыпалась с ним утром и засыпала вечером. Волнение смешанное с предчувствием что что-то должно произойти. Что-то хорошее, - она инстинктивно прижала руки к груди, неосознанно давая понять где сильнее всего чувствовала волнение. - С каждым днем оно становилось все сильнее, а сегодня утром стало просто невыносимым. Я весь день не находила себе место, ничем не могла заниматься, только готовка меня немного успокоила, но как только я доварила суп, то волнение стало таким огромным, что я поняла, что не могу находиться дома. Ее взгляд задумчиво скользил по столу, очерчивая древесный узор, но на последних словах она подняла глаза на Намджуна и наткнулась на его пристальный взгляд. - Знаешь, обычно я не езжу с родителями за продуктами, - сказала она и ее слова пробежали по коже молодого мужчины мурашками. - Да и они обычно не ездят в этот магазин, но сегодня все пошло не по плану. Намджун втянул щеки. Понимание того, что в их судьбы вмешался Случай наполнило его сердце благодарностью и тревогой. Случай - слишком непредсказуем, чтобы доверять ему свою судьбу. - Значит нам повезло, что все сложилось именно так, иначе мы бы могли сегодня не встретиться. - А возможно и никогда. Они понимали это оба слишком хорошо. - Сколько у нас есть времени? - Завтра в обед я должен уехать обратно, чтобы успеть на самолет из Москвы в Сеул. Она улыбнулась. - Я буду благодарна за каждую минуту. *** Намджун крутил в руках кружку, рассматривал ее и удивлялся тому, как она успела стать еще красивее. - Твой отец кореец, но в тебе нет ничего от него, - высказал он свое наблюдение. - Даже странно, обычно все равно есть национальные черты. - Это было бы странно, ведь папа - второй муж мамы, а мой родной отец был русским, - по ее губам скользнула грустная улыбка. - Расскажи о нем, - попросил Намджун, желая узнать о ней все возможное. - Папа погиб в автоктастрофе. Мы долго жили втроем: я, мама и бабушка, а потом бабушка настояла, чтобы мама снова вышла замуж и не оставляла меня сиротой. Она сама нашла маме мужа и также настояла чтобы позже у меня появился брат. Ему сейчас тринадцать и он на соревнованиях. Завтра утром родители поедут за ним. Такой простой и короткий рассказ вызвал еще больше вопросов и мужчина спросил: - Расскажи подробнее о своей семье. Она глубоко вздохнула и начала свой рассказ. *** - Когда мы рассказываем о нашей семье, то обычно начинаем с дедушки, вернее его семьи. Они жили в Санкт-Петербурге и мой прадед служил у Императора. Тебе вряд ли это известно, но в начале прошлого века в России произошла революция и новая власть сослала родителей дедушки сюда. Дедушка родился уже тут, но его родители сами занимались его образованием, научив тому, что знали. Как ты успел заметить, это место очень далеко от столицы, а раньше добраться сюда было еще сложнее, поэтому школы тут не было и дедушка собрал своих ровесников и его мама занималась с ними языками и географией, а папа арифметикой и историей. Дедушка был очень умным, он читал все книги, что попадали к нему в руки и после смерти родителей сам занялся преподаванием, а потом и стал директором школы, которую сам и построил. Когда началась война он ушел на фронт. Моя бабушка в войну осталась сиротой и вместе с сиротским домом их эвакуировали сюда из Ленинграда. Она была почти взрослая и на ровне с воспитателем заботилась о 30 голодных, напуганных детях. Когда вернулся с войны мой дед, то они почти сразу поженились, хотя у них была большая разница в возрасте. Через несколько лет у них родился мой папа. После смерти дедушки, бабушка стала директором школы и директором сиротского дома, в котором жила моя мама. Ей было всего 16, а папе 18 когда он привел ее к себе домой в качестве жены. Они прожили вместе совсем мало, прежде чем появилась я, а папы не стало. Я очень долго думала, что мама бабушкина дочь. Они никогда не ругались и мы жили очень хорошо, пока бабушка не решила выдать маму замуж второй раз. Наверно это странно звучит. Я даже не знаю чего ей это стоило, ведь она тяжело переживала потерю сына, но бабушка мудро решила, что женщина в двадцать с небольшим лет не может оставаться вдовой. Она долго искала, но выбрала самого достойного. С тем периодом связано много семейных шуток, когда мама не хотела, а бабушка постоянно сталкивала их с папой. В итоге мама сама влюбилась в него и сдалась. И для меня он стал настоящим родным папой, который читал мне перед сном, пока мама с бабушкой проверяли тетрадки учеников, чинил игрушки и учил кататься на велосипеде. А потом появился и брат. *** Она улыбнулась, заканчивая свой рассказ о семье, которую очевидно очень любила и в груди Намджуна тоже растекалась любовь к этим людям, которые на протяжении долгих лет заботились о ней. Но спросил он о другом: - Ты тоже преподаёшь в школе? - Иногда, - она рассмеялась увидев его удивление, - я заменяю учителей, когда это нужно, но не виду уроки регулярно. - Какие предметы ты ведешь? - Все, - удивление на его лице стало еще больше, - школьная программа не такая сложная, чтобы не разобраться на уровне школьника. Кроме того я тут единственный репетитор, поэтому должна помогать поступать детям в институт, вне зависимости от специальности. Глаза Намджуна стали огромными. - Такое возможно? - Может и нет, но все кто занимался со мной - поступили. В его глазах самым неприкрытым образом плескалось восхищение. Она засмеялась его реакции. Ей вдруг стало так хорошо и спокойно, словно она только сейчас поняла кто перед ней. Захотелось сесть ближе и обнять его. Убедится, что все это по правде, что это не сон. - Ведь все это по-настоящему, ты тут? - спросила она по-русски. - Я ни слова не понял, - сказал Намджун, явив свои ямочки на щеках. - Просто хотела убедится, что ты - не сон, - в глазах внезапно защипало и чтобы это скрыть она встряхнула головой. - Как насчет того, чтобы прогуляться? Намджун взглянул в окно, где была непроглядная ночь. - С удовольствием! *** Она переоделась в джинсы и надела теплую куртку, они вышли из квартиры, спустились вниз и подошли к какой-то хозяйственной постройке. Она быстро распахнула дверь и вошла в темноту, передавая Намджуну два велосипеда, один за одним. Пока Намджун поднимал кресло на одном, подстраивая его высоту под себя, он заговорил: - Твоя бабушка - удивительная. - Правда? Мы очень похожи. - Не заметил, - на его щеках снова появились ямочки и она опустила глаза, чтобы успокоить внезапно взволновавшееся сердце. - Ты не очень внимателен. - Какого это знать как ты будешь выглядеть в старости? Она пожала плечами и, улыбнувшись, спросила: - А какого это, не знать как ты будешь выглядеть в старости? Он засмеялся, а она продолжила: - Мне все нравится. Бабушка прекрасна, а если я еще смогу сохранить такое же здравомыслие, то это будет великолепно. - Согласен, но я хотел спросить о другом. Как давно она Арми? - Еще до вашего дебюта. Она следит за вашей группой с первых дней. Я стала учить корейский в благодарность к своему второму папе, но когда мой язык стал более менее приличным бабушка стала просить меня переводить ваши песни, шоу и интервью. Так я стала интересоваться вашим творчеством. Именно она познакомила меня с вами, хотя я не сразу полюбила вас. Я так много стала о вас знать, что в какой-то момент поняла, что я тоже Арми. Они стояли держась за рули своих велосипедов и глядя друг другу прямо в глаза. Тусклый свет у ее подъезда не мог в полной мере осветить их лица, но это было и не нужно. Они видели все, что должны были, отражая чувства друг друга звездами по радужке глаз. *** - Эй, - кто-то окликнул ее и оба вздрогнули, словно внезапно очнулись от сна. Они оглянулись и увидели троих парней, медленной походкой местных королей, приближающихся к ним. - Не волнуйся. Это мой бывший одноклассник, - успела она прошептать ему, пока парни подходили. Намджун заметил, что все трое почти ровесники ему, но вели себя развязно словно подростки. Парень впереди что-то спросил у нее и она спокойно ответила. Тогда парень перевел взгляд на Намджуна и осмотрел его с ног до головы. Он узнал на Намджуне только брендированные кроссовки и спортивную куртку и высокомерно сплюнул в сторону. Его шмотки были не хуже, хотя и с опечатками в названиях. - Из-за границы приехал, - просил парень на ужасном английском. - Откуда ты? - Я из Кореи, - сказал Намджун, мысленно прикидывая настроение парней. - О, у нас тут много корейцев, - парень протянул руку и назвал свое имя. Намджун пожал ладонь парня и представился. - Хорошо что ты знаешь английский, а то обычно корейцы совсем не говорят на нем. - У парня был жуткий акцент, он путал все что только можно: времена и спряжения, и Намджун больше догадывался о чем парень говорит, нежели понимал его. - Нас всех английскому учила ее бабушка, - парень кивнул на девушку рядом, - ох, она и строгая, но мы все благодарны ей, - парни за его спиной одновременно закивали, - она вывела нас в люди. Теперь мы нормально работаем, зарабатываем, детей своих кормим. Парень снова осмотрел Намджуна и, будто впервые заметив велосипед, на котором он сидит, спросил: - Кататься едите? Намджун кивнул. - Будьте поосторожнее. Береги ее, - кивнул он на девушку рядом, - мы за своих невест и в***ать можем. И все трое, так же вразвалочку, направились прочь. Намджун перевел на нее удивленный взгляд, не слишком уверенный, что все правильно понял из разговора парня, но увидел только, что она прижала руку ко рту, чтобы сдержать неуместный смех, который уже собрался влагой в уголках ее глаз. Прикусив подрагивающую от смеха губу, она включила фонарик на велосипеде Намджуна, потом на своем и махнула ему рукой, предлагая следовать за ней. *** Намджун не впервые катался на велосипеде, в том числе ночью, но ехать на велосипеде, ночью, когда под колесами очень условная дорога, а фонарь на руле - это совсем не фонари вдоль трассы каждые 10 метров, - удовольствие ни с чем не сравнимое. Но когда они заехали в лес, Намджун понял, что эту поездку он запомнит надолго. Он видел как она сдерживает скорость, чтобы он не отстал. Для нее эта дорога была привычной, но мужчине приходилось применять много усилий, чтобы не потерять руль подскакивая на корнях деревьев и уворачиваясь от веток. Они ехали долго, дорога из накатанной автомобильной дороги постепенно превратилась в тропу, которая тоже стерлась и они двигались по внутреннему компасу девушки. Намджун был так сосредоточен на дороге, что едва заметил как воздух вокруг стал насыщенно-хвойным, с нотками воды. - Приехали, - сказала она, нажимая на тормоза и Намджун едва успел вырулить, чтобы не наехать на нее. - Теперь я понимаю, почему ты так сорвалась в Сеуле на набережной, - сказал Намджун, с трудом спускаясь с велосипеда, у него было чувство, что они несколько часов ехали, так сильно были напряжены его мышцы. - На самом деле, в 10 километрах здесь есть велодорожка возле районного центра, но она всего 400 метров, поэтому я только однажды там каталась. - Я не удивлен. Проехать 10 километров, чтобы прокатиться 400 метров, не самое толковое занятие. Кто же там катается? - Не забывай, что потом нужно еще проехать 10 километров назад. В основном так катаются те, кто еще не умеет кататься. Они оба засмеялись. Она приложила велосипед к дереву и скользнула куда-то за ветви. Намджун сделал тоже самое. - Пойдем, я кое-что тебе покажу, - услышал он ее голос. Она шла быстро и Намджун едва за ней успевал, в итоге он просто схватил ее за ладонь, чтобы не потерять. Она взглянула на их руки, улыбнулась и сжала его руку сильнее. - Кто были эти парни? - спросил Намджун пока они шли. - Один мой одноклассник, остальные его друзья, на пару лет старше, кажется. - Что он хотел сказать мне? Она засмеялась, вспоминая пафосный монолог бывшего одноклассника. - Он хотел показать тебе, что тут главный. В таких маленьких городах как наш, люди и нравы попроще. У нас редко бывают какие-то серьёзные происшествия, но показать место заезжим гостям - святой долг, - она снова тихо засмеялась. - А-а-а, - понимающе протянул Намджун, - почему он сначала сказал про своих детей, а потом что ты - его невеста? - О да, это самое забавное. Вообще в моем возрасте тут невозможно найти незамужнюю девушку. Обычно молодые люди женятся сразу после школы, и почти сразу у них появляются дети. У моего одноклассника их трое, скоро будет четвертый, хотя его жена младше нас на два года. Мужчины обычно работают вахтой, надолго уезжают и приезжают на время к семье. Но для местных это нормально и даже почетно. Они действительно заботятся о своих детях и семьях. А я никак не вписываюсь в общепринятые мерки, поэтому надо мной взяли вроде как шефство, чтобы я не расстраивалась наверно, - она тихо рассмеялась. - Почему же ты не вышла как все замуж после школы? Из-за родителей? - И да, и нет. Наша семья очень отличается от всех. Мы все немного странные для местных. Все здесь знают историю нашей семьи, поэтому относятся к нам с уважением, но и с заботой, словно мы не совсем приспособлены к жизни здесь и нуждаемся в опеке. Так было с самого начала, когда мои прадедушка и прабабушка приехали сюда, практически ничего не имея, местные жители дали им все, приютили и обогрели. Бабушка рассказывала, что во время войны местные жители делились с сиротами всем, поддерживали детей как могли, а мама говорила, что к сиротам тут никогда плохо не относились, да и мне есть за что благодарить этих людей. Наша семья всегда стараться отплатить добром за добро и щедро давала то, что имела: знания и широту взглядов. - Поэтому вы не уезжаете отсюда? - Не знаю как будет потом, но бабушка говорит, что обязана остаться здесь до конца своей жизни, в благодарность этому месту и людям за дедушку и всех нас. Ну, а мы не можем оставить ее, мы ведь семья. На этих словах она отвела ветку и перед Намджуном открылся необыкновенный вид на разлив реки, густой лес на том берегу и огромную ярко-желтую луну. Они стояли и вдыхали воздух первозданной природы вперемешку с истинной свободой. Хвойный запах смешанный с воздухом широкой и мощной реки у них под ногами проникал в каждую клеточку, наполняя силой и покоем. Хотелось вдыхать как можно глубже, хотелось пить этот воздух, он ударял в голову и пьянил невероятным чувством причастности ко всему прекрасному, что они оба видели сейчас. Счастье наполняло их от понимания того что они часть всего этого. Все вокруг приобрело особое значение. Огромная, яркая и невероятно близкая луна заливала все вокруг желтоватым светом, подсвечивая каждую иголочку на дереве, каждое движение на поверхности воды и мерцание звезд золотом. Все на что хватало взгляда было бесценно и прекрасно. - Любить это место не сложно - выдохнул мужчина. Она почувствовала облегчение. Ей было важно чтобы Намджун понял почему она так любит этот город и все что его окружает. Он ощутил ее восторг от того что она знала и любила с детства и она была счастлива, что может поделится этим с ним. *** Они еще долго были на берегу. Она показала ему место где провела много времени, впитывая красоту это мира. - Я запомню это место, - он замолчал, а потом быстро поправился, - эту ночь на всю жизнь. Она почувствовала как ее обдало жаром, словно его слова были про нее. Он прочистил горло и чуть более хрипловатым голосом спросил: - Здесь необыкновенно, но есть и другие красивые места. Разве ты не хотела бы увидеть и их тоже? Он стоял спиной к луне и его лицо было в тени, но она видела огоньки в его глазах. Он был так близко, но она знала, что даже если бы попыталась коснуться его, то не смогла бы. Он на другом краю реальности. Где-то, куда ей пока нельзя. - Расскажи мне о своих снах перед тем как ты приехал сюда. Намджун удивился, но сказал: - Ничего особенного. Просто я волновался, смогу ли найти тебя, захочешь ли ты общаться со мной, а возможно ты давно замужем и я опоздал. Обычно это были непонятные хаотичные сны, после которых я просыпался разбитым. - Я говорила уже тебе про свой сон. Намджун кивнул. - В нашей семье не редкость видеть сны, которые сбываются. Например, моей бабушке когда она еще была девочкой снился маленький мальчик, который приносил ей курочку, сажал ей на колени и исчезал. Бабушка рассказывала, что сначала она очень хотела прогнать эту курицу, но потом она стала гладить ее и курочка снесла яичко. Она только потом поняла, что мальчик - это мой папа, курочка мама, а яичко - я. Она вздохнула, Намджун не перебивал. Он не понимал, что она хочет сказать, но терпеливо ждал. - Мне тоже очень давно несколько раз снился один сон, но по-разному. Мне снился лист, просто листок какого-то растения, на котором лежит капля росы. Солнце припекает эту каплю, она почти испаряется, но потом к ней скатывается еще одна и солнце им вместе уже не страшно. Но иногда вторая капля соскальзывает дальше и тогда первая капля исчезает на солнце, умирает. Она смотрит в его умные, все понимающие глаза и спрашивает: - Разве я могу уехать и позволить ей умереть? Намджун чувствует как сердце бьется громко и редко, почти сотрясая все тело. Он наверно должен что-то ответить, но не может найти в себе сил. Очевидно, что две капли росы - это ее бабушка и она, и если она покинет бабушку, то той больше не станет. Он должен понять это, но мозг отказывается понимать. Сны - это всего лишь игры нашего разума, который отражает наши страхи. Верить им глупо. Или нет? Она видит все его мысли в глазах. Видит как в них плещется обида, негодование, недоверие, отрицание и тоска, стирая все золотые всполохи. У него есть право не верить ей. Она тоже не хотела бы верить в это. - Я никогда не уезжала из дома на долго и всегда знала что вернусь. Только однажды я почувствовала, что хочу остаться в другом месте, что не хочу возвращаться, хочу просто быть счастливой, не обращая внимание не на что. Это длилось одно мгновение. Тогда на радужном мосту Банпо с тобой, мне захотелось навсегда остаться там, забыв обо всем. Ровно в то мгновение, бабушка споткнулась на ровном месте и упала. С тех пор она ходит с палочкой. Она замолчала. Намджун тоже молчал. Он закрыл глаза, смиряясь с тем что услышал. Выбора у них нет. Но самое страшное, что и не было.