Питомец

Мою жизнь с духом драконом изменил один случай, из-за простуды и температуры мне стало труднее поддерживать контакт с духом. До этого я уже много раз заглядывала внутрь тела дракона, когда тот становился прозрачным. Это даже красиво по своему, в прозрачном теле иногда можно видеть каждый сосуд. У дракона три сердца и три разных системы кровообращения. И сосуды трёх цветов образуют завораживающие узоры. Другие органы тоже выглядят не только странно, но и красиво. Назначение не всех из них даже можно понять. Но пятикамерный желудок вполне узнаваем, как и заменяющий кишечник орган за желудком. Обычно, содержимое этих органов становится полностью невидимым раньше, чем станут прозрачными сами эти органы. Лишь изредка получается увидеть какие-то комки, сгустки или слои слизи. Да и кроме красивых рисунков разных сосудов и нервов там рассматривать не очень интересно. Ведь в целом там всё работает как и у жителей Земли. А что едят духи мне не очень интересно. И так ясно, что дракон питается мясом. Но в этот раз желудке дракона оказалась чёткая тень, похожая на человека. А присмотревшись получше и настроившись точнее, мне удалось рассмотреть как в одной из камер желудка бьётся живой человек. Деталей не рассмотреть, желудок слишком мутный, когда видно и тень. Но человек там жив. Он стоит на коленях и колотит руками по стене, раскачиваясь внутри тела дракона. Он до груди погружён в жидкость, а размеры и форма камеры вынуждают его упираться головой в свод. Ужас едва не нарушил моё сосредоточение, мне с трудом удалось удержать контакт. Дракон ничего не заметил, моё наблюдение продолжилось. В какой-то момент стал различим отпечаток прижатого к слизистой стенке лица. Человек кричит, и по губам я понимаю, что он обращается именно ко мне. Этот несчастный видит меня, и он просит о помощи. Но я ничего не могу сделать, только смотреть. Шок от увиденного нарушает контакт, и у меня больше нет сил снова всматриваться в брюхо дракона. Это слишком ужасно, хотя деталей и не было видно. Я спешно покидаю зал и запираюсь в своей квартирке в жилом строении. Меня бьёт озноб, к горлу подкатывает ком. Слишком ярко представляется образ того бедолаги и всего того, что с ним происходит прямо сейчас. Дракон мог пугать меня своей пастью, но это намного хуже. Такой смерти не заслуживает никто. Что ещё хуже, сделать ничего нельзя, тот бедолага такой же дух для меня, как и сам дракон. От избытка чувств я валюсь на свою кровать и вырубаюсь. И словно мне мало виденного, мне сразу снится кошмар. Я перед мордой моего дракона, и это совсем не контакт. Дракон полностью материален, он смотрит на меня как на добычу. И не успеваю я даже шагнуть, как пасть хищника закрывается вокруг меня. Зверь даже не пробует меня на вкус, он моментально глотает. И не успев ничего сообразить я оказываюсь в желудке, в той же позе, что и та жертва дракона. Только та тень не была моей, не то телосложение и рост. Внутри дракона не совсем темно, его плоть прозрачная, если не считать сложного переплетения сосудов повсюду. Сквозь эту паутину виден мир снаружи, но детали скрыты. Я лишь знаю, что там кто-то есть, вижу силуэт. Желудок наполнен зловонной жирной слизью мне до груди, и это если я встаю на колени, прижимаюсь грудью к обжигающе горячей плоти и задираю голову назад. Это очень неудобная поза. Но если я опускаюсь, то жижа заливает мне рот при каждом движении. А движений хватает, одно дыхание дракона вызывает волны внутри. В спину упирается изгиб стенки желудка, и пульсирующие волнистые складки словно лижут кожу. Мне безумно страшно, я кричу, зову на помощь и бью кулаками упругую плоть. Но дракон не обращает внимания на это, снаружи тоже никто не спешит мне помочь. Но там кто-то точно есть, лапа дракона бережно придерживает кого-то. А ведь совсем недавно моё место было снаружи, а кто-то был внутри. Паника нарастает, я всё отчаяннее толкаю стенку желудка и пытаюсь нащупать выход. Сквозь прозрачную плоть хорошо видны и соседние камеры, и другие органы дракона. Я вижу и путь к выходу, но попасть туда никак не получается. Силы тают, я опускаюсь в желудочный сок по шею и вырубаюсь от жары и зловония… О приснившемся кошмаре напоминает лишь мокрая от пота простыня и лежащее на полу одеяло. Простуда больше не чувствуется, да и настроение получше. И приведя себя в порядок я возвращаюсь к своей работе. Дракон на своём месте, но мне трудно на нём сосредоточиться. Взгляд так и тянет к его животу. Я невольно вглядываюсь внутрь в поисках того, что осталось от увиденного вчера человека там. Сначала я боюсь увидеть череп и кости, но их нет. С тревогой я начинаю рассматривать уже желудки, и в одной из камер я наконец вижу какую то тень. Рассмотреть невозможно, но воображение подсказывает мне, что там тот самый человек. Он лежит в тесном мешке из плоти, свернувшись в клубок и закрыв лицо руками. И мне прекрасно видно, насколько толстые мускулы окружают эту камеру, и как они стискивают бедолагу. Не хочется оказаться на его месте. Или это она? Слишком тяжело это увидеть. Дракон замечает, что я сегодня плохо стараюсь и отвлекаюсь. Он смотрит мне в глаза, и я не могу не рассказать о причине своей тревоги. Тут и простуда, и увиденное внутри дракона, и кошмарный сон. Как обычно, его реакцию трудно угадать. Вот и сейчас он показал, как он меня ест. И на этот раз он сделал это особенно подробно, с удовольствием облизав всё моё тело липким упругим языком для начала. Он заставил меня чуть ли не каждой частью тела ощутить каждую пупырышку и складочку на его языке, каждую поверхность и каждый изгиб в пасти. Но теперь, кроме отвращения и беспомощности перед ним получилось немного понять и ощущения самого дракона. Как и он для меня, для него моё тело это нечто неземное и неописуемо приятное. Чуждое, но идеальное и совершенное. И это сокровище нестерпимо хочется спрятать от всех в самом надёжном месте. Общение с духами происходит не словами, а намного более объёмными образами. И в ответ на всё моё отвращение и страх от сообщения дракона он передаёт мне мои же ощущения из своей пасти. Но это не совсем мои ощущения и мысли. В пасти я наслаждаюсь прикосновениями и восхищаюсь силой дракона. Даже его несвежее горячее дыхание вызывает восторг. Кажется, дракон просто не понимает, что именно не так. А я не могу настолько подробно всё представить, чтобы показать ему. Мне нужно сосредоточиться, чтобы всё же дать дракону ответ. Его гибкие усы с кисточками оборачиваются вокруг меня и ложатся на руки. Маленькие гладкие чешуйки ласкают кожу, а мягкая шерсть и вовсе едва не вызывает экстаз. Приятными ощущениями от этого дракон компенсирует тяжесть своего взгляда. Это он понимает. Он хорошо чувствует, когда я передаю ему свои настоящие ощущения. Но когда ощущения и действия надо вспомнить или придумать, начинаются проблемы. По крайней мере дракон понял, что меня так напугало. Вот только он совсем не сожалеет о том, что делает кому то очень больно. Дракон пробует снова, показывая как он меня облизывает и наслаждается вкусом. И как приятно это для того, кто находится в его пасти. На этот раз я отвечаю, как мне неприятно при этом всём. Отчасти это срабатывает. Мне удаётся передать, что в пасти дракона ужасно пахнет, там слишком жарко и шумно. А от постоянного движения кружится голова и начинает тошнить. Язык дракона слишком тяжёлый и сильный, слюна противная на вкус и попросту отвратительная. А хуже всего беспомощность и страх перед дальнейшим. Вот только я не могу не принять передаваемое драконом. С его точки зрения в пасти очень хорошо для меня. И там действительно хватает приятного и красивого. Да что там, его пасть восхитительная, даже если там ужасно находиться. Вблизи драконьи клыки поразительно красивые. Они не просто белые и гладкие. В них видны сложные узоры и структуры, их форма просто идеальна. Остальная пасть ничуть не хуже. Прозрачность тела дракона и его частей постоянно меняется, и это позволяет увидеть намного больше. Работа мышц в языке вовсе завораживает, и если забыть про слюни, к языку очень приятно прижиматься. Я не только показываю дракону, как мне будет противно в показанной им сцене, но и невольно дорисовываю к ней приятные детали. Драконцу это нравится, и я пытаюсь объяснить ему, что для меня есть разница между реальными ощущениями и приукрашенными фантазиями. И не только для меня, но и для любого. И тот проглоченный человек не только будет наслаждаться всем, но он будет и ужасно страдать. Я тоже, если эта сцена продолжится так, как хочет дракон. Увы, я не могу показать ему сцену, где я отбиваюсь от его языка и пытаюсь выбраться из пасти. Я даже не могу сказать, насколько мне приятнее смотреть на дракона снаружи, чем изнутри. Для этого нужно завершить эту сцену и по настоящему оказаться снаружи. Дракон словно подыгрывает мне. В нарисованном им образе я с огромными усилиями выбираюсь из зловонной горячей пасти и устраиваюсь на морде дракона, в охвате его замечательных усов. Свежий чистый воздух, ясный свет, открытое пространство и никакой болтанки в потоках слюны, никакого ужаса и беспомощности. Наоборот, доверие и радость от общества дракона. Даже после недавнего испытания. Эта картинка меня радует очень сильно. Дракон продолжает, и теперь я смотрю на всё это снаружи. Изнутри пасти любоваться зубами, языком и другими частями духа не всегда удобно, особенно когда дракон меня двигает и катает по пасти. Всё двигается, слюна заливает глаза, постоянно меняется и освещение, и прозрачность самого дракона. А вот снаружи всё совсем по другому. Когда дракон показывает себя, это совсем не похоже на то, как его вижу я. Он одновременно и прозрачный, и непрозрачный, и со всеми промежуточными вариантами сразу. И это намного красивее, чем с моим ограниченным зрением. Но при этом я едва могу рассмотреть себя внутри пасти. Не, движения и позу можно различить во всех деталях. Не получается себя узнать. Всё какое-то неопределённое. Но даже так, всё это выглядит уж очень красиво. Даже покрывающие кожу густые слюни выглядят по особенному уместно и правильно. Меня пугает то, что я принимаю эту ситуацию. Согласие со съедением находящегося в пасти человека это не правильно, ведь там я. Но это слишком красиво, не важно, я там наслаждаюсь всем или пытаюсь спастись. Если дракон видит всё именно так, то у меня нет шансов по настоящему понять его. Сцена продолжается. И когда одним версиям меня удаётся выбраться из пасти дракона и попасть в ласковые объятия его ловких усов, другие остаются внутри. Снаружи пасти всё становится определённым и чётким, я сижу на носу своего друга, глажу усы и оттираю с тела слюни. Хотя, неопределённость остаётся, я не могу рассмотреть лицо, пол или цвет волос сидящего. А вот внутри пасти пол человека вполне конкретный в каждый отдельный момент. И от вида игр дракона с живым лакомством я невольно краснею. Дракон своим языком старается сделать как можно приятнее обнажённому человеку, чтобы сделать приятно или отвлечь от борьбы за жизнь. Со стороны наблюдать за этим волнительно и приятно. А вот находиться там… И красиво, и противно, и страшно, и очень приятно. И так по очереди во всех возможных сочетаниях. Для дракона всё сразу, по очереди для меня. Я там стараюсь остаться в пасти и пытаюсь выбраться. Но варианты со спасением уже просмотрены, дракон лишь продолжает изучать вкус и играть перед самым ужасным. В моём ночном кошмаре он проглотил меня быстро. А сейчас он растягивает это и позволяет мне прочувствовать каждую из возможностей. Массивный язык снова и снова прижимает меня к верху пасти, каждый раз сдвигая меня глубже. А я то обнимаю и глажу этот язык, то барахтаюсь в безнадёжной борьбе, захлёбываюсь в слюнях и задыхаюсь под весом огромных мышц. А когда меня снова накрывает безмерным восхищением, я даже лижу поверхность драконьего языка и трусь об неё всем телом в экстазе. Изнутри пасти вглядываться в язык или окружающие меня части дракона довольно красиво. А вот снаружи красота всего этого ещё больше. Это не правильно, но я хочу чтобы дракон проглотил. И боюсь этого. Неожиданно контакт почти полностью разрывается, дракон отводит взгляд и освобождает меня от наваждения. Меня трясёт от пережитых чувств, а дракон сидит так, словно ничего особенного не случилось. Вот только я по прежнему вижу кого-то в желудке дракона. Кто-то там ждёт помощи от меня и очень страдает. И я пытаюсь попросить дракона пощадить проглоченного человека, которого я вижу. Но дракон даже не понимает, о чём я пытаюсь попросить. На сегодня общение с духом заканчивается, дракон разрывает контакт, и мне приходится заняться делами реального мира. Вот только показанное драконом никак не выходит из головы, часть меня желает продолжения, даже если итог хорошо известен. В конце концов, я ничем не рискую. Всё это лишь созданные драконом образы. Он по своему рассказывает что-то, а я этот рассказ могу не услышать а пережить. Образ жертвы в пасти прекрасного дракона слишком красив, даже если мне жаль жертву. Да и после показанного купания в противных драконьих слюнях, беспомощности и смертельного ужаса от неминуемого съедения настоящий мир кажется особенно красивым и ярким.