Чмоки в щёки

— Семенюк, ты в своем уме вообще? — кричит мужчина, пытаясь привести в порядок парнишку — Да, я в своем уме, — расплывается в пьяной улыбке подросток. — То есть, ты считаешь нормой просить своего учителя переспать с тобой? — Вы не понимаете, мне нужна пятерка по вашему предмету, а то меня отец убьёт, — пытается донести Вова. — Так, слушай, не собираюсь я с тобой спать. Готовься к урокам, а не бухай по подворотням! Иди домой да проспись, потом поговорим. Семенюк вздыхает и садится на ближайшую лавочку, а после принимает положение лёжа, подложив руки под голову. — Семенюк, ты чего? — Мне нельзя домой, меня отец убьёт, посплю здесь. — Семенюк, не говори ерунды! На улице холодно! — но подростку было совершенно плевать, — Ладно пошли! — вздыхает он и хватает того за руку, таща за собой. Куда они направляются Вова не понимал, да и было ему плевать. Он хотел уже просто упасть где-нибудь, да уснуть на несколько часиков. Дорога была недолгой, но тяжёлой, для Алексея уж точно, тащить пьяного подростка оказалось не так уж легко. Путь был коротким, но шли они дольше, чем если бы Вова был полностью трезвым.

***

Проснулся Семенюк от головной боли и долго ворочался в кровати, укрываясь одеялом с головой, пытаясь сбежать от надоедливого солнца. Открыв глаза наконец он оглянулся и замер. Не сразу понял, где находится. Воспоминания смутно всплывали в голове. То, как он пару раз упал, пока добирался сюда. И не один, а с учителем истории! Это было самым страшным в этой ситуации. В голове даже проскочила мысль о том, что мужчина всё-таки согласился на предложение Вовы, но решив, что он бы точно запомнил, эту мысль Семенюк отпустил. И вот сейчас Вова находится в квартире учителя. И ладно, если просто бы в гости зашёл чаю попить, но он, черт возьми, в его кровати! Тут он уже и вспомнил, как предлагал учителю переспать за пятёрку. Теперь было невыносимо стыдно за это и Семенюк мысленно ругал себя всеми отборными матами, какие только знал. Интересно, как теперь отсюда уйти, и как теперь уладить эту ситуацию? Мысли Вовы перебила открывшаяся в комнату дверь. — Семенюк, давай поднимай свой зад, мы сейчас в школу опоздаем! Вова ошарашенно глянул на него, но молча встал с кровати, направляясь на выход вместе с мужчиной. Всю дорогу к школе они молчали, хотя стоило бы извиниться. Но как это сделать Вова не понимал. — Блять, — выругался парень, посмотрев в расписание, — История... Поднявшись на второй этаж он долго не решался зайти в кабинет истории и топтался у двери, нервно перебирая пальцы рук. Все равно ведь придется это сделать, когда прозвенит звонок. Или не придется, если просто незаметно уйти. С этой чудной мыслью Семенюк поднялся на этаж выше и решил спрятаться в туалете. Здесь обычно почти никогда нет людей. Отличный план. Вова запрыгнул на подоконник, достав из кармана сигареты, закурив, без стеснения стряхивая пепел прямо в окошко. Все шло очень даже хорошо, пока дверь в туалет не открылась. Вова не придал этому огромного значения, ну мало ли кому приспичило сходить в туалет во время урока, поэтому он даже от окошка не отвернулся. — Семенюк! — крикнул сзади Алексей Александрович, заставив мальчика вздрогнуть и выронить сигарету в окно. — Ой, здрасьте, Алексей Александрович, что вы тут делаете? — он полностью развернулся к учителю. — Да так, просто гулял во время урока. Прямо как ты, — он присел на подоконник рядом с мальчиком и скрестил руки на груди. — Простите, — он виновато опустил глаза, — И за то, что прогуливаю ваш урок и за то... Ну вы понимаете, наверное. — За что? — улыбнулся мужчина, глянув на мальчишку. — Ну не придуривайтесь, вы все поняли. Простите за то, что предложил вам переспать за оценку. Я был очень пьяным. И спасибо, что разрешили у вас переночевать. — Да ладно, прощаю, но уроки мои больше не прогуливай. Ты же говорил, что тебе нужна пятерка? — Ну да, — Ну так вот, уроки посещай хотя бы больше одного раза в месяц и делай домашку, на четверку может и наскребешь. — Постараюсь. — Честно говоря, я и сам не хочу идти на урок, но придется. Алексей спрыгивает с подоконника, хватая младшего за руку и направляется в кабинет. Ну вот и обрушился великолепный план Семенюка. Но зато он смог извиниться и теперь чувствует себя менее тупо, чем раньше. Впервые он так спокойно говорил с учителем, как будто с другом. День теперь шел не так тяжело. Очень даже неплохо, если забыть тот факт, что придя домой Вову ждут руганья отца, которые он даже слушать не будет, но будет очень обидно. День прошел даже, на удивление, быстро, и Владимир отправился домой получать пиздов от любимого папочки. Во избежание этого он, попав в квартиру, быстро заскочил в свою комнату, запирая дверь на замок, мгновенно падая на кровать. Вдруг стук в дверь. — Чё надо? — кричит мальчик, приподняв голову с кровати — Вова, открывай! — кричит в ответ отец и долбит дверь руками. — А что, если не открою? — дразнится мальчик и спрыгивает с кровати, подходя ближе к двери. — Вова, где ты был? Почему ночевал не дома, опять напился и уснул на улице? — Почему снова? Когда такое было? — он сложил руки на груди и нахмурил брови. — Вова, я не хочу с тобой постоянно ругаться — Ну так не ругайся, лично я тебя не заставляю! — кричит он и снова садится на кровать, схватив телефон, делая вид, будто ему совершенно плевать на очередную ссору и будто его сердце ещё не разорвалось от обиды и злобы на собственного отца... — Вова, ты меня вынуждаешь ругаться! Мальчик ничего не отвечает и лишь старается не заплакать и отвлечься. Спустя время и отцу надоедает эта тишина и он уходит, оставив сына. Наконец он не может держаться и пускает первую слезу, а после и целый водопад слез. Тишина давит на мальчика, поэтому он включает на фоне какую-то музыку. Она немного успокаивает, даёт забыть о слезах, хоть и на время. Навечно ведь слезы не остановишь. Во избежание ещё большей ссоры Семенюк быстро сматывается с дома прихватив с собой только телефон и немного денег, и направляется к компании друзей. Друзья то всегда помогут и поддержат в трудный момент, ну или на крайний случай будут готовы запивать алкоголем твои проблемы всю ночь. У Алексея вечер тоже не менее «веселый». Пол дня уже проверяет какие-то тесты по истории, которые сам же и придумал, потому что было лень вести урок. Очередная работа на двойку радости явно не приносила, поэтому он уже надеялся на то, что сейчас к нему в квартиру вломятся какие-нибудь воры или бандиты и пристрелят. Иначе он сам это сделает, если проверит ещё хоть одну такую работу. Вдруг в квартире раздался звонок в дверь. Неужели его странное желание сбудется? Поднявшись со стула, испытав невыносимую боль во всем теле из-за долгого нахождения в одной позе, он направился к двери. — Семенюк? — удивлённо произнес мужчина, оглядев пьяного мальчишку. — Здрасьте, — он ярко улбался, держась за дверь. — Что ты тут делаешь? И как вообще нашел мой адрес? — Пришел к вам в гости. Ну вы сами меня сюда приводили, вот и дошел как-то. — Семенюк, ты реально с ума сошел. — Может быть, — он снова расплывается в этой глупой улыбке и глядит в глаза напротив. — Ладно, заходи, не выгонять же тебя в таком состоянии на улицу. Он отошёл от двери, впуская внутрь незванного гостя. Далее они прошли на кухню, где Алексей проверял тетради, на которые было уже как-то плевать. Сделав чай, Губанов поставил кружку перед мальчиком и сам сел напротив. — Ну, рассказывай, — говорит мужчина и внимательно смотрит на мальчишку. — Что вам рассказать? — он снова улыбается и подпирает голову рукой. — Например, почему ты пьяный сидишь дома у учителя истории, — он тоже улыбается и ждёт интересного веселого рассказа. Но ответ оказывается не очень весел. — Отец опять разорался и я ушел к друзьям. — И в итоге пришел ко мне? — улыбка теперь спала с его лица. — Ну, а к кому же ещё? — А у друзей почему не остался? — Да ну их, они меня не пустят ночевать! — он сложил руки на столе, опуская подбородок на них, хмуря брови. — А почему ты решил что я тебя пущу ночевать? — Вы меня выгоняете? — он посмотрел на мужчину, поджав губы. — Конечно не выгоню, куда ты пойдешь то? — мужчина вздыхает, понимая, что выставить мальчика за дверь он не в силах. — Спасибо, — он снова заулыбался и прикрыл глаза, засыпая за столом. Дотащив мальчишку до спальни, Губанов уложил его на свою кровать, укрыв одеялом, и продолжил скучную и долгую проверку тетрадей. Работа была закончена уже поздно ночью. Ужасно хотелось спать, но кровать была занята Вовой, и дабы не смущать мальчишку, Алексей снова лег на диване в гостиной. Неудобно, но что остаётся делать.

***

Утро на новом (хотя уже не совсем новом) месте было странным. Непривычно просыпаться здесь, но это лучше, чем проснуться из-за очередных криков отца и спешить как можно скорее сбежать в школу. Здесь же наоборот Алексей будит мальчика безо всяких криков, кормит вкусным завтраком. Даже уходить отсюда не хочется. Но всё-таки приходится. Да и домой надо идти, хоть и очень не хочется слушать очередные крики отца, да и вообще атмосфера дома совсем не домашняя, ведь дом — место, где чувствуешь себя хорошо и комфортно, а там все совсем иначе. Даже квартира историка казалась роднее дома. — Ладно, до встречи, увидимся же ещё сегодня? — говорит Семенюк и улыбается. — Конечно увидимся, у тебя история седьмым уроком Они расходятся, но Вове как-то даже невесело стало, узнав о семи уроках. Да кому тут вообще станет весело? Единственным плюсом было то, что он подольше посидит в школе, а значит не скоро попадет домой. В школе было как-то скучно. Даже скучнее, чем обычно, хотя казалось бы, куда ещё хуже. Чтобы не умереть со скуки Вова отправился к кабинету истории. — Здравствуйте, снова, — он улыбнулся, прошел в пустой класс и сел на край учительского стола. — Семенюк, у тебя сейчас не история, — спокойно ответил учитель, не отрываясь от очередной работы. — Да я знаю, у меня математика, но я туда не хочу. Можно у вас посидеть? — Так, слезь со стола. Развалился тут как дома. — Ну так посидеть то у вас можно? — он спрыгивает со стола и садится за первую парту. — Да сиди сколько хочешь, хоть целый день, но потом сам будешь получать от директора за прогулы. Он глянул на мальчика, который был рад так, будто выиграл в лотерее миллион, и сам заулыбался, но всё-таки продолжил работу. Вова сидел и молча разглядывал какие-то книжки и бумажки на столе учителя. И тут было скучно, но немножечко лучше, потому что здесь нет ужасных учителей, которых так ненавидел Семенюк и старался не контактировать с ними. С Алексеем Александровичем же Вова чувствовал себя спокойно, можно даже сказать, как с другом. — А что вы сейчас делаете? — вдруг решил прервать тишину Семенюк. — Я работаю, знаешь, надеюсь, что это такое? — посмеялся Алексей. — Конечно знаю. Может поболтаем, мне скучно, — пытался развлечь себя Вова. — Конечно, Семенюк, — он отложил ручку и бумажки и посмотрел на мальчишку, — Можем поболать о том, что у тебя за эту четверть двойка по истории выйдет, если за ум не возьмёшься. — Лучше бы дальше молчали, — фыркнул мальчик, сложив руки, — Может лучше ты учиться начнёшь? Ты хоть что-нибудь выучил за эту четверть по моему предмету? — Нуу... Я знаю когда было крещение Руси, этого достаточно? — мальчик улыбнулся, заставив Алексея засмеяться. — Нет, Семенюк, этого очень мало для десятиклассника. — Да чего вы меня вечно по фамилии зовёте? У меня имя если что есть, — не понравилось ему или он попытался уйти от темы оценок, так и не ясно. — Хорошо, Вова, если тебе так будет легче. — Спасибо, — он снова заулыбался. Слишком уж часто он сменяет эмоции с грусти на улыбку по поводу и без. — От темы учебы тебе все равно не уйти, давай-ка учись, пожалуйста. Алексей снова продолжил заниматься скучной нудной работой. Но, что поделать, ему всё-таки платят за это. Семенюк же продолжил сидеть и умирать от скуки. После бесконечного листания ленты Инстаграмма веселее не стало, поэтому Вова стал ходить по кабинету, разглядывая все, что только мог найти интересным. Сделав пару кружков по кабинету Вове стало снова скучно и он сел обратно, тяжело вздыхая. — Раз тебе так скучно, может историей займёмся? Ты говорил вроде, тебе нужна пятерка, — Когда я такое говорил? — А ты совсем забыл? В ту ночь, когда ты у меня остался в первый раз. — А, ну да, вы об этом опять. Да не нужна мне пятерка такая, я уже не хочу спать с вами. — Очень жаль, — не подумав сказал Губанов, шокировав ученика, — Ну, в смысле, жаль, что не хочешь пятерку. Но подтянуть историю же надо. Как бы не хотелось этого Вове, Леша заставил его читать учебник и делать какие-то трудные задания, которые мальчик все никак не мог понять, перечитывая текст уже, кажется, в сотый раз. — Семенюк, если тебе никуда и не надо, то у меня сейчас урок. Можешь, конечно, и остаться, но тогда уйди в конец класса, пожалуйста. Конечно уходить на уроки Вове точно не хотелось, поэтому он собрал свои вещи и ушел в конец класса, садясь к окошку. Весь урок он то глядел в окно, разглядывая проходящих мимо людей, то любовался Алексеем, который что-то объяснял ребятам из восьмого класса. До заданий он как-то и не дошёл. Наконец прозвенел звонок, заставив Семенюка очнуться, отвести взгляд от учителя и вспомнить, что задание до сих пор на начальной стадии. — Вова, ну и что ты сидишь? Задание само себя не сделает. — Извините, я все сделаю, обещаю. — Давай так, до истории успеешь ответить на все вопросы — поставлю пятерку. Алексей улыбнулся и ушел обратно к своему столу. Это несомненно воодушевило мальчишку и он пытался максимально сконцентрироваться на тексте и вопросах, и что-то даже начало получаться. Он победно улыбался, когда находил ответ на сложный вопрос. Алексей, глядя на него, только умилялся и радовался тому, что смог заставить хоть немного учиться даже такого бездарного ученика как Вова. До звонка с урока две минуты, а Вова все мучается с этим чертовым последним вопросом — самым сложным. Нервно глядя на часы в кабинете около двери он пытался найти ответ на этот глупый вопрос в тексте, но ничего не выходило. А ведь кроме этого текста он ничего и не читал по истории, ну откуда ему знать ответ? Вдруг прозвенел звонок. Условия получения пятерки он не успел выполнить. — Да блин! — крикнул Семенюк на весь класс. — Что такое? — Я не успел найти ответ на последний вопрос. Значит, не видать мне пятёрки? — он положил листочек с ответами на стол учителя и сел снова за первую парту. Пару минут Алексей разглядывал корявый почерк Вовы, пока тот ждал и волновался. Наконец он принял решение об оценке: — Молодец! Пять, — он улыбнулся и отложил листочек. — В каком смысле пять? Я же не нашел ответ на последний вопрос. Даже текст перечитал куча раз, но нет... — В тексте и не было ответа на него. — Эй, вы меня обманули? — Просто хотелось помучать тебя за твои прогулы. Я тебя не обманывал, пятерку я тебе все равно поставлю, молодец. — Спасибо, — тихо отвечает мальчишка и улыбается смущённо. Настроение снова поднялось. Ещё один урок и можно идти домой. Вот это уже не очень. Нужно было срочно что-то придумать, чтобы не идти домой. На улице спать не очень хотелось. Скоро ноябрь, а значит и зима недалеко. Слишком холодно. Друзья к себе не пустят переночевать, он уверен. Родители у них тоже так себе. А с теми, у кого родители может и пустят, Вова ещё не настолько хорошо общается, чтобы проситься переночевать. Хотя, с Губановым он тоже не был другом, но ночевал уже два раза. Прошел последний урок и пора бы домой, но что-то не очень хотелось. — Семенюк, ты чего тут стоишь, все уже домой ушли? — спросил Алексей, столкнувшись с учеником на крыльце школы. — Да так, просто. Немного посижу и пойду, — он пытался придумать хоть какую-то отмазку, ведь домой идти он, конечно, не собирался. — Куда пойдешь, домой или опять спать на лавочке? — он подходит ближе и, не услышав ответа, берет руку мальчишки и ведёт его за собой. — Куда мы идём? — говорит Вова, плетясь позади мужчины, глядя куда-то вниз. — А ты уже забыл дорогу? — усмехается он, — Вроде уже приходил сюда, и не один раз. Наконец до Семенюка доходит, куда они идут. Вокруг мелькают знакомые места, так что сомнений не остаётся.