A Beautiful Monster

Когда Танджиро вернулся в крепость демонов, его встретила нижняя луна Энму. Танджиро и Энму мало общались, когда впервые встретились, но когда они были вместе в крепости, то познакомились друг с другом. Если у Энму возникнет какая-либо проблема, он обращается за советом к высшей луне, на что высшая луна отвечала так же, как и другим демонам. — Ах, Танджио-сама, Музан-сама искал вас последние несколько дней, теперь он ужасно беспокоится, — воскликнул Энму несколько грустным насмешливым тоном, скорее всего, насмехаясь над огорченным лордом-демоном. — Энму-сан, я отсутствовал несколько дней. Могу я спросить, где он сейчас? — В данный момент он отдыхает в спальне — Танджиро кивнул, отправляя нижнюю луну заниматься своими делами. Когда верхняя луна вошла в спальню, его встретил мирно спящий повелитель демонов, он выглядел так, как будто только что лег в постель. Чтобы не разбудить лорда, Танджиро попытался тихо подойти к кровати, что ему и удалось. Теперь он сидел на кровати рядом со спящим демоном, спиной к изголовью, а руки нежно гладили полуночные волосы демона. Повелитель демонов приблизился к источнику тепла, когда сердце Танджиро затрепетало. Он должен был признать, что где-то в сердце у него была слабость к повелителю демонов, он знал, что должен ненавидеть человека перед собой, но не мог заставить себя сделать это. — Музан-сан, я вернулся… — сказал он шепотом. Лорд шевельнулся во сне, что означало, что его разбудили. Рука повелителя демонов обвилась вокруг талии верхней луны, притягивая его ближе. Его красные глаза смотрели на Танджиро с какой-то вспышкой. — Могилы? — Раздался беспокойный голос, поразивший луну и получивший в ответ быстрый кивок. — Хм, ты провел несколько дней в деревне? Ты же знаешь, как сильно эта деревня презирает демонов, верно? Ты видел это воочию — Музан говорил намеками. Он был прав. Танджиро узнал об этом, когда его родной город отомстил ему. — Да, я знаю, — сказал он в ответ голосом, полным грустных эмоций. Деревня всегда будет его домом, несмотря ни на что, но трудно вернуться в место, которое он когда-то знал. Семейные могилы и ненависть людей, ему больно думать о них. — Ты ел глицинию? Танджиро был застигнут врасплох, он забыл, как говорить — Да, ел, — ответил он приглушенным тоном. Он чувствовал гнев старшего демона, по его спине пробежала дрожь. — Танджиро, может, ты и один из моих лучших демонов, но твоя жизнь все еще в моих руках. Так что подчиняйся правилам, которые я установил — Танджиро замер, он ненавидел, когда лорд злился, это никогда не было чем-то хорошим. В последний раз, когда он разозлился на него, он швырнул его в шкаф, ему не разрешалось выходить в течение нескольких дней, иногда от недели до месяца, если господин был в плохом настроении. Никаких полноценных приемов пищи, только одна миска дайкона. Музан, по крайней мере, позволял ему мыться всякий раз, когда приходит время принимать ванну. Его пугало, когда лорд создавал чулан в комнате всякий раз, когда он сходил с ума. Галлюцинации, приветствовавшие его в шкафу, пугали его. Танджиро застыл в страхе неуверенности. — Я… прости, я больше так не буду, — он изо всех сил пытается выдохнуть. Его тревожит легкое сжатие по бокам, он не собирался отпускать его в следующий раз. — Кокушибо молчал о твоём уходе. Он знал, что будет наказан за это, но ничего не сказал. Я еще не назначил ему наказания, поэтому я позволю тебе выбрать, хочешь ли ты, чтобы он получил это наказание, или ты хочешь сделать это вместо него, — его голос грохочет в ушах Танджиро. Он понимал, что их наказания будут разными, поскольку у кокушибо с самого начала их никогда не было. Кокушибо ждет ужасное наказание, так как это было его первое наказание, но Танджиро не хотел, чтобы он знал, что это вина не кокушибо, а его. — Я… я сделаю это вместо него…- Голос Танджиро дрожит, давая Музану ощущение превосходства. — Ну, тогда — Музан встал с кровати, потянув Танджиро за собой. На бледном лице Танджиро был явный страх, он знал, что с ним произойдет, но все еще боялся. Комната изменилась, теперь в ней был небольшой, но вместительный шкаф. Он выглядит довольно старым, с его когда-то гладкой поверхности откололась краска. Его тело застыло от ужаса, он не мог дышать, он больше не хотел этого. Но… Он позволил этому случиться, когда его грубо втащили в шкаф, когда двери закрылись, и все, что он увидел, было кромешной тьмой. Его руки быстро направились к голове, когда он попытался плотно закрыть уши и зажмурил глаза. — Начинай — Танджиро больше не было там, но теперь он был в заснеженной горе своего старого дома. Он вернулся туда, где все началось, в дом своего детства. Он знает, что должно произойти. Он знает, что его заставят увидеть резню своей семьи, поскольку он не в состоянии помочь. Их крики о помощи эхом отдавались в его ушах, его имя выкрикивал один из его младших братьев и сестер, когда они умоляли своего старшего брата спасти их. Он знал, что его заставят услышать голоса в своей голове, повторяющие одно и то же снова и снова: «это была твоя вина, что они умерли» или «ты мог бы помочь им, но ты был слишком напуган и эгоистичен» — Танджиро уже знал это. Это заставляет его увидеть, как его семья презирает его за то, что он не помог и стал единым целым с их убийцей. Он ненавидел то, как оно использовало их голоса, чтобы мысленно пытать его. Это продолжается и продолжается, создавая сценарии, которые будут продолжаться до тех пор, пока его не выпустят. В шкафу его тело дрожит от страха. Его когда-то спокойные глаза были полны слез, когда он рыдал всю ночь напролет. Его тело вздрогнуло от громкого стука в одну из дверей. — Танджиро-сама…? — голос спросил с другой стороны. — К-коку… ш-шибо…? — Танджиро всхлипывает, его голос ломается, слезы все еще текут по его лицу, когда он свернулся в клубок. — Да, Танджиро-сама, я здесь, не волнуйтесь… — его голос успокоил Танджиро. — Мне жаль — — Ты будешь т-там, когда я выйду…? — Да, конечно, буду, — Кокушибо прислонился спиной у стены около шкафа, стараясь держаться подальше от его дверей. Танджиро знал, что другой демон сдержит свое обещание, что он и сделал, это вселило в него надежду, когда на лице появилась легкая грустная улыбка, когда тьма снова поглотила его. — Я всегда буду ждать тебя… -