Часть 13 дама ч1
20 февраля 2023 г., 08:50
Наказание длилось не больше недели или около того, и в конце наказания кокушибо был там, как обещал.
Кокушибо на протяжении всего наказания боялся, что его выгонят из комнаты за попытку остаться рядом с Танджиро, когда он принимал участие в его наказании, но, похоже, Музан позволил этому пройти на этот раз
Он взял мальчика на руки и сел подальше от шкафа. Кокушибо успокаивал его, позволял ему расслабиться и выровнять дыхание и сердцебиение.
— Танджиро-сама? Демон мягко вмешался, не желая пугать огорченного демона. Танджиро наклонился ближе к широкой груди, на которой он лежал, пытаясь изо всех сил укрыться от всего, что могло причинить ему боль.
Когда его слезы блестели на его плюшевых красных щеках, Кокушибо погладил его по макушке, позволяя длинным волосам течь сквозь его пальцы.
— Танджиро-сама?.. — снова спросил Кокушибо с тревогой в голосе. Глаза Кокушибо смягчились, когда он посмотрел на демона в своих руках.
Танджиро не хотел двигаться, чтобы посмотреть на другого демона, поэтому он позволил себе подать голос, когда сказал хриплым голосом:
— К-Кокушибо…
— Танджиро-сама, вы в порядке? Не хотите отдохнуть в своей комнате? — спросил демон голосом, пронизанным беспокойством и любовью, голосом, которым никто не ожидал, что тот заговорит.
— Да, пожалуйста…
— Ш-шибо, спасибо, что ты остался здесь, — ответил Танджиро, когда начал засыпать в объятиях 6-глазого демона.
Кокушибо улыбнулся спящему существу у него на руках, он пошел вперед и отнес демона в свою собственную комнату отдыха, подальше от шкафа.
Как только два демона оказались в комнате с красивыми и аккуратно сшитыми футонами, Кокушибо уложил спящего демона на плюшевый футон. Закутавшись в одеяло, он был готов уйти без слов, но что-то остановило его от дальнейшего движения, спящая фигура крепко сжала его рукав, как будто он собирался исчезнуть.
«Пожалуйста, не оставляй меня», — закричал когда-то спящий демон, как ребенок, зовущий свою мать. Шестиглазый демон позволил затащить себя на некогда пустое место, рядом с другим демоном. Когда руки были соединены друг с другом, Танджиро начал отдыхать, зная, что демон рядом с ним будет тут, когда он проснется.
Два демона нашли свой путь к крепкому сну, когда они лежали в объятиях друг друга, как молодожены. В комнате было тихо, слышалось только дыхание и мягкое бренчание бивы изнутри крепости.
— Почему он спит рядом с ним?! — Определенный голос радужноглазого демона прошептал не очень мягким тоном. Громкий демон получил подзатыльник от розововолосого демона.
— Тсс! Ты слишком громко себя ведешь! — Он закричал приглушенным голосом, яростно глядя на более высокую верхнюю луну. Получив в ответ высунутый язык, он был готов начать что-то такое, что вызвало бы громкий шум, разбудивший демонов.
— кхм
Два демона замерли, испугавшись того, кто мог издавать этот шум. Если бы голос принадлежал Музану, им пришлось бы кое-что объяснить. Оба демона медленно повернулись в ту сторону, откуда донесся голос.
Громкий вздох вырвался у обоих демонов, когда их захлестнуло облегчение. Голос принадлежал не Музану, а Даки - верхней луне 6.
— Что вы двое делаете перед комнатой Танджиро-сама? — Спросила она, уперев руки в бедра, с обвиняющим тоном в голосе. Ее глаза смотрели на двух мужчин с яростью.
— Вы оба выглядите как придурки — заявила она еще раз.
— Э-э, это была вина Доумы. Сейчас мы уйдем, пожалуйста, не говорите Музану-саме, — розоволосый демон поклонился в извинениях, прежде чем оттащить другого демона от двери. Даки направилась к открытой двери.
— Спите крепко, вы двое, — прошептала она себе под нос, закрывая раздвижную дверь как можно тише.
Два демона находясь в главной комнате, спорят друг с другом о сцене, которую только что видели.
— Как вы думаете, смогу ли я в следующий раз спать рядом с Танджиро-сама? — Спросил Доума, облокотившись на стол перед собой. Аказа только что посмотрел на него с выражением крайнего смятения на лице.
— Ты задаешь этот вопрос так, как будто никогда раньше не спал с ним на одном футоне — заявил Аказа, свирепо глядя на верхнюю луну. Доума воспрянул духом от волнения, что заставило Аказу ударить себя по лицу.