Пройдя сквозь боль

Хотя Ретт по-прежнему обожал свою единственную дочь, после их примирения Скарлетт всё же стала замечать, что он старается быть с Бонни несколько строже, чем раньше. Ретт начал говорить твёрдое "нет" капризам дочери, если ее желания могли представлять хоть малейшую опасность для неё. Скарлетт радовало это обстоятельство, так как она начала очень опасаться, что вседозволенность превратит Бонни со временем в маленького неуправляемого монстрика... Сама Скарлетт всё-же получила достаточно строгое воспитание в рамках традиций Старого Юга и считала, что избалованность может только навредить её детям .. . Уэйд и Элла были материально обеспечены всём необходимым, имели достаточное количество игрушек и книг; Скарлетт, хоть и не была нежной матерью, всё же сделала всё возможное для того, чтобы её дети ни в чем мне нуждались. Но она не баловала старших детей сверх в сякой меры и не хотела, чтобы Ретт делал это с Бонни... Убеждить его в чём-то было почти невозможно, так что Скарлетт была очень рада тому, что муж сам принял решение быть построже с дочерью. Пока у Ретта и Скарлетт были разные спальни, Бонни спала в комнате отца.Но после их со Скарлетт примирения и перепланировки дома каждый из детей получил отдельную спальню, и Бонни стала спать одна - правда, при зажжёнными ночнике, что теперь никому не мешало - в своей комнате, находившейся рядом со спальней родителей. Эта комната считалась детской и была рассчитана также ещё на одного-двух будущих детей. Ретт, конечно, проводил с Бонни довольно много времени, но делал это так, чтобы Уэйд и Элла не чувствовали себя обделегнымм его вниманием. Он также стал позволять Скарлетт брать Бонни на прогулки вместе с Эллой, предоставляя Уэйду возможность побыть в своей компании, что было крайне важно для мальчика, не знавшего родного отца... Ретт всегда был внимательным к Уэйду и Элле, но потеря неродившегося ребёнка заставляла его быть внимательным к ним вдвойне. Глядя на отношение мужа к её детям, Скарлетт тоже делала попытки сблизиться с ними - особенно с Уэйдом, который был дорог ей, поскольку она боролась за его жизнь в голодное время в Таре, порою отдавая сыну последний кусок хлеба и чашку молока, чтобы поддержать жизнь в его тогда худеньком маленьком теле Сейчас Уэйлу было почти десять лет. Он вытянулся и окреп физически, так как хорошо питался. Под влиянием Ретта мальчик занимался спортом и много времени проводил на свежем воздухе. Кроме того, как и всё его родственники по линии Гамильтоном, Уэйд много читал и стремился хорошо учиться в школе. Внешне он был похож на своего отца - довольно высокий для своих лет, с вьющимися каштановыми волосами и добрыми карими глазами. Но было в нём, как к своей радости поняла Скарлетт, и несгибаемое упрямство О'Хара - это очень обрадовало её, так как она не хотела, чтобы её сын был мягким и безхребетным человеком, подобным Эшли Уилксу. Элла становилась довольно миловидной, унаследовав очертания фигуры и цвет глаз Скарлетт, которая надеялась, что со временем угловатые отцовские черты лица, унаследованные дочерью от Фрэнка Кеннеди, хоть немного смягчатся. Элла была спокойной и доброй девочкой, Радой любому проявлению внимания к своей скромной персоне и не доставлявшей матери много хлопот. А вот Бонни Батлер - в отличае от брата и сестры - была просто вихрь и огонь. Унаследовав упрямство матери и самолюбие отца, она уже в раннем детстве показала силу своего характера, упрямо пытаясь получить то, в чем родители ей отказывали из каких-то там непонятных ей соображений... Но родители - к её удивлению - проявляли твёрдость. Особенно удивлялась Бонни тому, что отец перестал потакать её капризам, хотя и очень постепенно. Но девочка упорно не сдавалась, продолжая стоять на своем, чем заслужила восхищение родителей. Скарлетт дочка напоминала Джеральда О'Хара, а Ретт прямо говорил, что Бонни - вылитая Скарлетт, только с голубыми глазами. - И может быть даже, моя дорогая, она в чём-то даст тебе фору, когда подрастёт, - замечал он. Скарлетт только улыбалась в ответ, зная, что даже она не в силах спустить Бонни с того пьедестала, на который любящий отец поставил дочь в своём сердце... Скарлетт вышла из кабинета доктора Мида взволнованной и до слез счастливой - она ждала ребёнка! Ей все-таки удалось забеременнить после того ужасного случая! Со слезами радости на глазах она мысленно разговаривала со своим будущим малышом, пока ехала домой в своей карете. "Маленький мой, " - думала она, - " Я так рада, что ты решил вернуться... Теперь мы с твоим папой будем очень ждать тебя и беречь". Она сообщила Ретту о новой беременности вечером - перед тем, как они собрались ложиться спать. Услышав новость от жены, Ретт опустился перед ней на колени и поцеловал её живот, по которому ничего ещё не было заметно. - Я буду беречь вас с малышом, как зеницу ока... Две зеницы, любовь моя! - сказал он, - и не позволю больше ничему плохому помешать нашему сыну благополучно родиться... Ты ведь хочешь сына? - Да, - радостно кивнула Скарлетт, - похожего на тебя... Чтобы в старости смотреть на него и вспоминать, каким ты был, когда мы полюбили друг друга... Беременность Скарлетт протекала в целом неплохо, но всё же она испытывала некоторый дискомфорт, из-за чего ей пришлось провести в постели первые три месяца. Но потом всё наладилось, и она вполне благополучно выносила сына. Мальчик действительно был похож на Ретта цветом волос и чертами лица, но Скарлетт с удивлением поняла, что цвет глаз сын унаследовал от неё... Наследник Реттв Батлера получил имя Джеральд Роберт - в честь отца Скарлетт и деда Ретта - того самого, который был пиратом. Скарлетт наконец-то смогла сделать то, о чем так давно мечтала! Она кормила Джерри грудью, наслаждаясь этим процессом, которому раньше придавала лишь физиологическое значение. - Какой же дурой я была раньше, не понимая, как это прекрасно! - говорила она Ретту. Он лишь улыбался в ответ, разделяя её восторг - ведь дело было не только в проснувшейся в Скарлетт материнском инстинкте, но и в том, что на этот раз она не сомневалась - она любит отца своего сына!