Антидепрессант

Горячие струи воды больно разбивались о напряжённые плечи юноши, стоящего под душем. Руками он облокачивался на кафель, жмуря глаза в облегчении после усердной тренировки. Мерный шум воды нарушали возгласы братьев, которые вновь обсуждали всякую ерунду. Понимая, что времени до отбоя осталось не так много, Пятый закрутил вентили и вышел из душа. Зайдя в раздевалку он тут же направился к своему шкафчику, беря оттуда дезодорант и параллельно суша волосы полотенцем. -Нет, ребят, вам реально надо попробовать целоваться с языком. Это просто нереально круто! — сказал Лютер, самодовольно смотря в небольшое зеркало на дверце шкафа. -О Боже, избавь меня от этого.-протянул Диего, смывая с лица остатки пены для бритья. -Ну да, тебе повезёт если вообще хоть одна девушка на земле позволит тебе подойти к ней.- съязвил Первый, надевая пижаму. Диего метнул на брата убийственный взгляд, но промолчал. Пятый никогда не участвовал в подобных беседах. Ему не особо было интересно выслушивать об отношениях Лютера и Эллисон. -Как по мне, так самое приятное- это укусы в порыве страсти.- вставил самый опытный Клаус.- Помню как-то один парень так сильно прикусил мне губу, что мне пришлось просить Ваню сделать мне компресс. Иначе отец бы точно заметил мои похождения после отбоя. -Да уж, Ваня и правда хороша в врачебном деле.- протянул Бен, обувая домашние тапочки.- Однажды она помогла мне с ожогом, когда я пытался приготовить всем завтрак. Помните, мама тогда была на перезарядке после командировки с отцом? -Я и не знал, что Седьмая бывает полезной.-хмыкнул Диего. Пятый устало упал на кровать, перетирая в голове события всего дня. Он всегда делал это перед сном, чтобы упорядочить мысли. У него были некоторые проблемы с засыпанием, поэтому каждое утро он начинал с кофе. Ибо сон в четыре часа отбирал у него возможность высыпаться. И вот перевернувшись с боку на бок в очередной раз, юноша сел на кровати, свесив ноги на пол. Спина затекла и жутко ныла, принося не самые лучшие ощущения, словно его переехал трактор. Решив сходить за разогревающей мазью, Пятый направился в лазарет. Да уж, в последнее время он зачастил туда. Не теряя времени, и конечно же, использовав силу, юноша очутился в знакомом помещении. На его удивление горел свет. Обернувшись, парень чуть не вздрогнул от неожиданности, увидев Ваню. Девушка как раз ставила баночку с пилюлями на место, когда от синей вспышки испугалась и уронила пару склянок на пол. К счастью, ничего не разбилось. -Ох, Пятый, ты напугал меня. Ваня опустилась на колени и собрала медикаменты, поставив их на место.- М, что-то случилось? У тебя что-то болит? Пятый все это время стоявший напротив, поднял взгляд на сестру. -Не думаю, что это что-то серьёзное.- признавать собственную слабость было смертельно для эго юноши. Однако мышцы болели нещадно.-У меня болит спина из-за недосыпа и из-за того, что я верчусь в постели. Сам не ожидая от себя такой откровенности, произнёс Пятый. -О, я могу тебе помочь! Я умею делать лечебный массаж, он точно тебе поможет! — засияла Ваня от мысли о том, что может быть полезна кому-то. Брюнет лишь покачал головой. -Думаю, я справлюсь сам, без чьей-либо помощи. Он уже хотел уходить, оставив мысли о мази, как его локтя коснулась чужая ладошка. От неожиданности прикосновение вызвало мурашки. -Пятый, пожалуйста, я очень хочу помочь! — сказала Ваня приглушённым голосом, заглядывая брату в глаза. Парень задумался, взвешивая своё решение. Он не хотел чтобы кто-то видел его в уязвимом состоянии. С другой стороны, только Ваня может справиться с его недугом. Не говоря ни слова, Пятый телепортировал их в его комнату. Девушка охнула и присела на ковёр, отходя от перемещения. Это всегда вызывало ощущение тошноты. Пока она приходила в себя, Пятый лёг на кровать животом, заложив руки под подушку, предварительно сняв футболку и аккуратно повесив ее на спинку стула. -Ну и долго мне ждать? — осведомился юноша, прекрасно осознавая непростое состояние сестры. Ему хотелось, чтобы Ваня побыстрее закончила с этим и он уснул хотя бы на пару часов. -Да-да, прости.- пролепетала сестра, подходя к кровати. Пятый приоткрыл глаза и отметил, что на девушке была пижама серого цвета: футболка и шортики. Ничего необычного. Немного помешкав, Ваня села на поясницу брата, расставив ноги по бокам и согнув их в коленях. -Эм… Тебе не тяжело? — спросила девушка, неуверенно устраиваясь удобнее. Девушка не весила более сорока пяти килограмм. Юноше как-то на тренировке пришлось тащить Лютера на спине. Очередное задание от папаши, чтобы сплотить команду. Пятый неделю не мог поднимать тяжести. Оставив вопрос без ответа, парень лишь тяжело вздохнул из-за чего Ваня немного приподнялась вместе с ним. Пятый думал о завтрашнем дне, как вдруг его мысли снесло жаркой волной облегчения. Ощущение маленьких прохладных пальчиков к спине тут же завладели сознанием. Мягкие, но в то же время сильные (насколько это возможно для Вани) движения приносили такое удовольствие, что Пятый зажмурился от переизбытка чувств. Боль утихала, принося новые чувства. Прислушиваясь к себе, юноша яснее ощутил бёдра сестры, крепко обхватывающие его бока. Отчего-то у него в голове пронёсся инцидент месячной давности, когда они сидели в лазарете. От ног Вани исходило тепло, которого хотелось получить больше. Прохладные пальчики же массажировали зону шеи. Легкая щекотка настигла Пятого и по телу вновь растеклись мурашки. Да такие сильные, что юноша едва заметно задрожал. Ваня испугано отняла руки от тела брата. -Я сделала тебе больно, да? Девушка приподнялась на ногах, чтобы дать Пятому повернуть к ней голову. -Нет. Внезапно брюнет повернулся и лёг на спину, от чего девушка пошатнулась на коленях и чтобы избежать падения, выставила руки вперёд. Однако тут же уперлась ими в грудь брата. Тихо ойкнув и слегка покраснев Ваня начала приподниматься, чтобы слезть, как почувствовала чужие руки на бёдрах, которые с нажимом усадили ее обратно. Девушка непонимающе посмотрела на Пятого. Тот выглядел чрезвычайно расслабленно. Глаза были чуть прикрыты, а рот слегка приоткрыт. Тёмные волосы растрепались, что придавало брату уж совсем непривычный облик. Ей внезапно захотелось провести ладонью по его челке и пригладить растрёпанные пряди. Что-то щёлкнуло в голове юноши и он вспомнил слова Лютера, которым не придавал значения. Под кожей бурлила кровь, голова стала ватной. Взгляд приковался к Ване. Ее красные щеки и напуганные оленьи глаза цвета темного шоколада вновь что-то пошатнули в нем. Невольно захотелось прижаться к девушке ещё ближе, чтобы она ощутила все то, что он чувствовал рядом с ней. Пятый резко сел, удерживая тело сестры на себе. От этого движения их бедра слегка потерлись друг об друга. Невольно девушка выдохнула тихий полустон, которого сама же испугалась и тут же прикрыла рот ладошкой, опуская взгляд вниз. Туда где тела соприкасались особенно близко. Ее шортики задрались настолько, что стали походить скорее на трусики. Ваня была настолько смущена, что не заметила переменившийся взгляд брата, которой смотрел на неё не отрываясь. Брюнет остановил взгляд на чуть пухлых розовых губах, что были частично скрыты пальчиками. Желание прикусить их вцепилось в парня горячими клешнями. Тонкая хрупкая шея и выглядывающие ключицы. Ворот футболки был растянут, из-за чего получилось выцепить гораздо больше кожи взглядом. Даже под мешковатой одеждой проглядывалась тонкая талия. Тут же захотелось проверить свои предположения и не успев обдумать свои действия, ладони Пятого с нажимом поднялись с бёдер на рёбра и медленно поползли обратно. Ваня инстинктивно прогнулась в пояснице, пытаясь то ли отстраниться, то ли прижаться ближе. Взгляд она до сих пор прятала, теперь уже смотря в сторону полуприкрытыми веками. Захотелось поцеловать ее. Очень сильно захотелось. Отрывать руки от женских бёдер не хотелось, однако что-то подсказывало Пятому, что если он не направит сестру, то она не поймёт его. Если учитывать то, что сам юноша уже мало что соображал, то Ваня, вероятно, вообще не понимала что происходит. Он аккуратно взял ладонями скулы сестры, чем тут же привлёк ее внимание. Взгляды встретились. У него перехватило дыхание. Он мог поклясться, что видел в ее расширенных зрачках себя. Медленно, чтобы не спугнуть, парень наклонился к лицу девушки. Ее дыхание щекотало его щеки. От Вани пахло мёдом с молоком. Это почти заставило его улыбнуться. Было страшно и интересно. Неужели целоваться это настолько приятно? Из груди девушки снова вышел тихий стон, а ее бёдра сжались. Наверное, именно это заставило его действовать. Губы резко прикоснулись к девичьим губам. Не совсем понимая, что делать дальше и сходя с ума от внутреннего жара, двое подростков прикрыли глаза. Вспоминая слова Лютера, которые, как ему всегда казалось, он пропускал мимо ушей, юноша приоткрыл рот и поцеловал нижнюю губу Вани. Вдруг, глубоко вздохнув, девушка отзеркалила его движение. Это вызвало неимоверное желание повторять это вновь и вновь. Поцелуй был долгим и настолько приятным, что Пятому казалось, что ее губы действительно на вкус напоминают мёд. Он чувствовал эту приторную сладость у себя во рту. Он сходит с ума окончательно, когда ее ладошки ложатся ему на разгоряченные плечи и сжимают их. Горячие волны вновь расплываются по телу, устремляясь к низу живота. Член налился кровью и слегка дёрнулся в свободных пижамных штанах. Наверное, это все и сломало. Ваня, почувствовав стояк брата, испуганно прервала поцелуй. Тут же подскочила и на негнущихся ногах выбежала из комнаты, оставив свои тапочки. Пятый разочарованно плюхнулся на кровать, пытаясь успокоить дыхание. Руки расположились на животе, где ещё мгновение назад сидела она. Посылая по его телу ненормальные импульсы, сводящиеся с ума. Утром Ваня проснётся в своей постели и обнаружит тапочки на привычном месте, даже не вспомнив о том, что прошлой ночью в страхе они были оставлены в комнате брата.