Все идет по плану (но это не тот план)

Бруно сжался на своем стуле, стараясь стать как можно незаметнее. Было страшно. Бедная Джульетта едва сдерживала слезы, обняв себя за плечи. На кухне собрались все Мадригалы и Гектор, как главный свидетель и единственный пострадавший, который мог доказать произошедшее. Пепа, скрестив руки на груди, откинулась на стуле. Серое облако над ее головой отдаленно грохотало, что явно указывало на то, что ее Дар в полном порядке. Бруно знал, что его Дар тоже, он примчался на кухню, несколько минут назад увидев, к чему приведет спор мамы и Джульетты. - Что ты имеешь в виду под тем, что твой дар не работает, Джульетта? Девушка подтолкнула тарелку с лепешками к Гектору, не доверяя своему голосу. Мужчина вздохнул, взяв одну. - Мы с близнецами бродили около леса, трава была влажная, и я поскользнулся, - он закинул ногу на ногу, поморщившись от движения. Его брюки были достаточно коротки, чтобы продемонстрировать опухшую лодыжку, - думаю, это просто растяжение, но… Гектор показательно откусил лепешку, быстро прожевал и проглотил. Ничего не изменилось. - Это уже вторая, первую в меня затолкал запаниковавший Оскар, - Гектор фыркнул, но на лицах вокруг не было ни следа улыбки. - Я не знаю, в чем дело, мама… - Джульетта сжалась еще сильнее, губы девушки дрожали. - Чудо не может просто исчезнуть, - Альма указующе повела рукой в сторону Пепы, которая нахмурилась еще сильнее. По ногам подул холодный ветер, - твои сестра и брат в гармонии со своими Дарами. Бруно подавил отрицательное восклицание, а Пепа на секунду оскалилась, будто хотела что-то сказать, но Альма продолжила. - Что ты сделала? - Мама?.. – Джульетта прижала руки к груди, с ужасом глядя на мать. - Что ты сделала, чтобы Чудо отвернулось от тебя? - Мама! – рявкнула Пепа, вскакивая на ноги. Хлынул дождь. Касита застучала плитками в негодовании, добавляя хаоса в какофонию звуков, - не смей говорить так с Джульеттой! - Успокойся, Пепа! Ты вызовешь ураган! - И я сделаю это, если ты еще раз скажешь такую глупость! - Пепита Мадригал! Бруно вжался в стул, изо всех сил подавляя желание спрятаться под капюшон. Он скользил взглядом по людям в комнате, не задерживаясь ни на ком. Ему нужно было что-то сделать. Сейчас, прямо сейчас. Сбывающееся видение о том, как Джульетта становится покорной куклой после этого спора, в котором их мать полностью подавит ее, закололо по коже. Это происходит. - Сеньора, возможно, стоит выслушать идеи самой Джульетты? Может быть, что-то случилось в горо… - Не вам вмешиваться в дела нашей семьи, сеньор Ривера! – Альма ткнула пальцем в сторону Гектора, - вы должны быть благодарны за кров и за Дары. Если бы не Бруно, вы были бы… - Мама! – закричал Бруно, заставив вздрогнуть всех. Кухня замерла, даже ветер Пепы стих, только холодный злой дождь медленно капал им на головы, да гром рокотал где-то под потолком. - Мама, нам правда нужно выслушать Джульетту. Я-я догадываюсь, в чем причина, но мне нужны подтверждения. Бруно трясся так сильно, что не понимал, почему до сих пор стоит на ногах, но его голос был удивительно тверд. Он мог стерпеть оскорбления в свою сторону, мог выслушивать обвинения, но он не даст своих сестер в обиду. Даже если обидчик – их родная мать. В конце концов, даже чужой им Гектор попытался защитить его бедную сестру. Почему он не мог? - Ты знаешь, Брунито? – голос Альмы смягчился. Она облегченно выпрямилась, уверенная, что они смогут сохранить чудо. - Догадываюсь, - тихо поправил он, сцепляя руки перед грудью и заламывая пальцы. Пепа отошла в сторону, глубоко дыша и пытаясь успокоиться, чтобы дождь лился хотя бы только на нее, сверкая яростным взглядом в сторону матери, когда Бруно обошел стол с другой стороны, чтобы подойти к Джульетте. - Джули, - он взял ее дрожащие руки своими, такими же нетвердыми. Он потянул ее к стулу и помог сесть, - расскажи, как ты себя чувствуешь. - Бруно, какое это отношение… - Мама! Дай ему поговорить с ней! Она боится! Боится тебя! – рявкнула Пепа, не в силах сдержать злорадной ухмылки от вздрогнувшей матери. Альма словно вынырнула из-под толщи воды, наконец-то заметив, как жалко выглядела ее старшая дочь. Горькая мысль, что сейчас они с Бруно похожи больше, чем когда-либо, причинила ей боль. - Джули, - Бруно изо всех сил игнорировал ругань за спиной, - п-пожалуйста, расскажи. И словно открылась плотина. Джульетта рассказала о том, как она устала, прерываясь на рыдания, не пытаясь утереть слезы, как ей страшно, что из-за глупых мелочей она может не успеть помочь тогда, когда действительно будет нужна, какой она была сегодня испуганной и обиженной из-за пьяного горожанина, и как она была зла, когда ей снова пришлось встать за плиту из-за Гектора, как она устала, устала, устала. После громкой и прерывающейся исповеди наступила тишина. Бруно и Пепа сжали тройняшку в объятиях, и она тихо вымученно плакала Пепе в плечо, не обращая внимания на теперь грустный дождь. - Сеньора, - Гектор снова подал голос, печально глядя на тройню. Альма перевела стеклянный взгляд на него, не торопясь снова прерывать, - ваши niños устали. На их плечах лежит весь город. Пепа должна быть постоянной радугой или солнцем, по щелчку пальцев включая дождь, Джульетта несет ответственность за здоровье жителей, которые давно забыли, что такое слова благодарности, а Бруно… Гектор покачал головой. Альма молча смотрела на него, и он не знал, поняла ли она хоть слово из его речи. - Мы чужие здесь, tienes razón. Но именно поэтому мы видим все чуть иначе. - Мама, - подал голос Бруно, не торопясь отпускать сестру, - Дар Джульетты не будет работать, если она будет так выматываться. - Джули, давай отведем тебя в спальню? – Пепа мягко потянула сестру, чтобы помочь ей встать, - тебе нужно переодеться, я полностью тебя промочила. - Простите, простите… Мама, я… Прости… - Оставь это, Джульетта, - Альма подняла руку, тяжело сглотнув, - отдыхай. Я поговорю с горожанами о том, чтобы они не смели злоупотреблять твоей помощью. И ей было больно от того, что Джульетта уставилась на нее неверящим взглядом. Она нашла в себе силы мягко улыбнуться дочери, на что та отвела взгляд. - Эм, Касита? – постучал по столу Гектор, оставшись наедине с Альмой, и женщина вздрогнула, забыв о нем из-за мыслей в голове. Плитки пола перед ним вопросительно перевернулись, - позови Имельду? Боюсь, я сам не дойду до спальни… - Я отведу вас. Гектор, искренне удивленный, поднялся, опираясь на ладонь Альмы, и неловко обнял женщину за плечи. Возможно, истерика Джульетты была необходима этой семье. ---- - Джульетты сегодня не будет на площади. Альма прервала возмущенный рокот небольшой толпы, в тревоге собравшейся у Каситы, когда следующим днем Джульетта не появилась на обычном месте. - Ваше злоупотребление добротой моей дочери сделало ее больной, и ей необходим отдых. Я не собираюсь заставлять моего ребенка готовить, когда она не в состоянии стоять ровно, - Альма выпрямилась еще сильнее. - Но как же нам быть? – воскликнул мужчина с фингалом под глазом, - мы рассчитывали на нее! - В городе есть врач. Несколько дней он будет в силах справиться с вашими царапинами и синяками, в крайнем случае Джульетта готова предоставить посильную помощь. Она не знала, будет ли ее дочь действительно в состоянии что-то приготовить – точнее, будет ли это обладать лечебными свойствами. Она надеялась на это. Люди снова заговорили, перебивая друг друга. - Вы сами виноваты в этом, amistad, - Альма воззрилась на Гектора суровым взглядом, но его, привыкшего к тяжелому характеру Имельды, это не проняло. Он прислонился к стене Каситы, одна нога без обуви, обернута бинтами. Мужчина пожал плечами, - вчера какой-то пьяный estúpido напугал бедного ребенка и причинил ей боль. Она в ужасе. Толпа затихла, затем зашумела громче. Альма замерла, боясь реакции горожан. Она не хотела об этом говорить. Она не хотела раскола в городе. - Кто обидел нашу Джульетту? - Мы покажем, как расстраивать Мадригалов! - Бедняжка! Альма смотрела на людей, искренне возмущенных тем, что кто-то обидел ее дочь. - Мы выясним, кто это! - Он извинится перед ней! - Думаю, отныне Джульетта будет вести черный список, - Альма поправила шаль на плечах, делая вид, что все шло так, как она и предполагала. Толпа согласилась с ней и двинулась обратно в город. Она некоторое время смотрела им вслед, затем обернулась к Гектору, которого поддерживала Имельда. - Сеньор… Я думаю, Джульетта будет не против снова попробовать вылечить вас. - Оставьте, я в полном порядке, я ломал кости много раз. Это всего лишь растяжение. Имельда улыбнулась мужу, щелкая его по лбу. Двери Каситы открылись, пропуская Ривера обратно в дом. Отсюда Альма смогла увидеть Джульетту, сидящую на полу с Коко на коленях. Близнецы разлеглись рядом, Пепа с книгой устроилась на диване. Бруно, стоящий перед ними, театрально взмахнул руками, вещая что-то крайне увлекательное. Касита затрепетала, когда Альма приблизилась к ним, но никто, кроме нее, не заметил, как плитка, переворачиваясь, направляет ее взгляд по стене наверх, к свече. Свече, которая ярко полыхнула и осталась такой же яркой, словно довольная происходящим. Альма прикрыла глаза. Наверное, ее детям действительно нужно немного отдыха.