В нежной пелене

Когда Олег возвращается, он видит Серёжу из своих фантазий — волшебный зыбкий образ. Сначала не ясно: он встречает на вокзале — конечно, изменился, стал более взрослым, более заострённым. А дома в Серёже обнаруживается текучая мягкость. Он так отзывается на прикосновения — как будто он наэлектризован, как будто он голодал — что Олег понимает, что его трогали, его много трогали. Понимает с ясностью, потому что знает Серёжу слишком хорошо, он ничего про него не забыл. Это как ездить на велосипеде — он упирается одной рукой в кровать, а пальцы другой Серёжа берёт в рот. В Серёже мерцающий фейерверк, припрятанная дерзкая уверенность, обольстительность, которая раскрылась как экзотический цветок, — Олег помнит бутон, который сводил его с ума, а тут его сметает волной аромата и радужным сиянием, как под кислотой. Олегу всё понятно ещё до того, как Серёжа уходит по своим делам и возвращается наполненным этой мягкостью, расслабленностью, разнеженностью — и крышесносящей притягательностью. Сначала Олегу хочется закрыть глаза и не замечать никаких знаков, никаких оставленных следов — только наощупь впитывать эту искрящуюся похоть Серёжи — направленную только на него. Только лишь? Может, он ошибается — Серёжа всё время немного не здесь, немного в себе. Они, в основном, молчат — после такой разлуки, после такого вместе перед разлукой непонятно, о чём говорить, им непонятно ещё, как вообще теперь говорить. Но трогать они начинают сразу — ледяные ладони ложатся на лопатки Олега на вокзале, а тем же вечером эти, всё такие же холодные, ладони снова на его спине уже в квартире, где Олег вжимает Серёжу в матрас. Но Серёжа не кажется в кого-то влюблённым. Точнее, Серёжа — разбивая ему сердце — кажется всё так же влюблённым в него. С маленьким пламенем внутри он смотрит Олегу в глаза, и Олег не понимает, что ему теперь делать. Он начинает обращать внимание: Серёжа приходит домой со спутанными волосами, от кожи пахнет чем-то сладким, губы красные, он уставший или оживлённый, коленки… стёртые коленки, синяк на бедре — Олег начинает видеть ритм. Разговор нависает над Олегом грозовой тучей, но он решает, что ему хорошо в этом месте — туча спускается туманом и накрывает их вдвоём. В тумане Олег чувствует внезапный порыв и впивается в только что пришедшего домой Серёжу. Он вылизывает его натёртый, опухший анус, залезает языком внутрь — он расслаблен, раскрыт, язык не встречает сопротивления. Олег почти кончает, прижатый его задницей, почти задыхаясь под ней. Чуть позже он выстреливает спермой Серёже в рот и замечает, какие у него потрескавшиеся сегодня губы. Серёжа в изнеможении падает рядом с Олегом, и тот притягивает, прижимает его к себе. Наконец спрашивает: — Сколько? Серёжа немного молчит, поворачивает голову к Олегу, уточняет: — Сегодня или всего?