Черная лента.

—  Жизнь дерьмо…         Жан сидел, пораженно осунувшись, на самой вершине двускатной крыши. В голове с очередным хлопком лопнул еще один пузырёк мнимой надежды на спасение.          «Полное дерьмище...»         Холодная рука потянулась к голове, обхватывая ладонью короткие волосы, чуть вспотевшие из-за стресса. Со стороны он выглядел как идеальный пример пессимизма и беспросветного отчаяния. Все давно сообразили – подмоги не будет, а газа осталось настолько мало, что и представить страшно.          Мысли превращались в один запутанный комок безнадежности, и хоть перед глазами иногда пролетала белая нить безумной идеи — рвануть напролом — Жан прекрасно осознавал, что ему и другим до смерти страшно сделать этот единственный рискованный шаг. Хотя, если так посудить, то и оставаться тут на крыше — тоже не лучшая идея.          Конни нервно переминался рядом, глухо шурша сапогами, и что-то постоянно бубнил, и бубнил, и бубнил... Честно говоря, будто над душой стоял — немного раздражало. Он о чем-то опять спросил, а Жан слышал лишь стук своего сердца. Вот почему именно сегодня? Завтра бы он был уже в столице и не застрял бы в этой жопе. По-че-му?   —  Жан, ты меня слы?..         Грохот: кто-то рухнул с неба. Тело прокатилось по пологой крыше, гремела разбитая черепица, и вдруг резко остановилось: клинок вонзился в скат.         Жан непонимающе воззрился на этот подарок судьбы, механически вставая с насиженного места. Никто не решался подойти ближе:  так и замерли столбами на месте, открыв рты.          «Теперь трупы будут падать вместо дождя?»         Конни, сузив глаза, пригляделся, а потом охнул и дернулся вниз. Тело с хрипом зашевелилось, замотало грязными рыжими космами.          «Живая?» — не поверил Жан.         Конни уже на коленках проскользил к обессиленно поднимающейся девушке, протягивая руки.    —  Вы целы? Что случилось?          Что за глупые вопросы? Ясно как день что. Жан нервно дернул бровью и, медленно пережевывая произошедшее, направился к ним, стараясь не упасть и соскользнуть, как на детской горке, вниз ногами с проклятой крыши.   —  Н-нога, —  захрипела она, мотнув головой в сторону кровавой штанины. — Голова.       Рейла Келлер с выдохом откинулась на спину.         Рэй щурилась от слишком яркого солнца, морщила недовольно нос и тихо подвывала от тупой боли, от нещадного бессилия, превратившего её конечности в чистый свинец. Голова гудела как раскалённая, и все вопросы, которые потоком на неё полились, превратились в сплошной шум с обрывками еле уловимых слов на фоне.          «Оно всегда так палило? Или сегодня день пиздец какой особенный?»         Стоило закрыть глаза, как очередное воспоминание вспышкой вставало перед глазами и резко пропадало. Моргнула — крики умирающих, звон лезвий, титаньи морды в крови. Опять моргнула — последняя улыбка Геральта, рука Розы, труп капитана свисает с крыши, голова Питера, Яша, Мод, Ривер…         Замотала головой.          «Не думай».        Не выдержала слишком яркого света и через силу подняла руку, закрыв пыльным рукавом куртки глаза. Сразу стало лучше. Глубоко вдохнула и с глухим хрипом выдохнула, заставляя своё тело быстрее приходить в себя, а то разлеглась тут нелепой беспомощной тушей. Да ещё людей перепугала.   —  Вы слышите меня? — тревожно залепетал Конни, помогая подняться.         «Не думай».   —  Вы сильно ранены? — он осторожно поддерживал её за предплечье, страхуя другой ладонью между лопаток.         Рэй шаталась, схватившись за рыжие пакли, морщилась, делая неуверенные шаги, трясла пустыми кейсами на бедрах; в глаза бил слишком яркий свет, заставляя больную голову сжиматься изнутри в какой-то тупой комок.         «Не думай».   —  Нет, —  изможденно мотнула головой, скривившись. — Баллоны… пустые.         Конни глянул на датчик, который упрямо встал на нуле. То, что она долетела — чистое везение со всех сторон, как и то, что еще дышит и двигается. Он стоял с выпученными глазами, раскрыв рот, словно готовился закидать различными вопросами. Крепче ухватился за подрагивающую руку и только сейчас заметил глубокий порез в районе плеча.          А Рэй с благодарностью приняла помощь, однако шагать вверх по крыше, куда он настойчиво, но осторожно её тащил, не собиралась, упрямо встав где-то посередине. Подняла мученически голову и мутным взглядом обвела окрестности — всё плывет. В горле дерет от сухости. Рэй тяжело сглотнула и с удивлением вскинула брови, не поняв одного: почему они решили здесь на крыше устроить херовы посиделки?   —  Как вы выбрались… оттуда?          «Не думай».         Высокий парень с растрепанными каштановыми волосами пораженно буравил её взглядом и посерел, видимо представив что там творилось и сколько людей отправилось на тот свет. Рэйла исподлобья посмотрела на него и сразу приметила эмблему перекрещенных клинков, гордо пришитую на груди.         «Тоже… еще кадет, —  уныло хмыкнула, разглядывая раздробленную черепицу. – Ну и посвящение у них...»   —  Чудом...        Рэй тихо хмыкнула и осунулась, будто кто-то сверху придавил спину валуном и кости затрещали от такого давления.  — А вы, —  морщась, она подняла голову, чуть расправила спину и кивнула в сторону остальных собравшихся, —  решили перекур устроить?    —  Так газа почти нет. Нам на титанов пешком идти что ли?         «Не думай...»   — Понятно, —  с хрипом выдавила из себя и обернулась назад.       За спиной — разрушенные дома, бредущие через несколько улиц титаны и раскиданные повсюду трупы солдат и гражданских.          Рэй горестно опустила голову, сжала губы и напряглась так сильно , как только могла.          «Не… думай».         Тело заставляло, вынуждало повернуться в сторону пролома, но она не могла даже вдохнуть, стоило мысленно возвратиться туда. Замотала головой, а Конни удивленно вскинул брови. Что-то спросил, а она не услышала — тупо не смогла. Гудит, гудит, гудит…       Проклятый гул.   —  Мне, —  прохрипела и после короткой паузы продолжила, —  нужен газ.   —  Он всем нужен, —  вскинулся на нервах высокий парнишка, чуть задрав подбородок. — Но группа поддержки так и не пришла и вряд ли уже придёт. Скорее…  — Жан! — одернул его Конни.       Тот замолчал, и Рэйла подняла мутный взгляд — этот Жан, оказывается, отвернулся в сторону и продолжил, но уже тише. —  Титанов слишком много, и с таким количеством газа шансы почти на нуле.   —  Почему думаешь, что не придёт? Группа… поддержки?    —  Да эти твари оккупировали штаб!       Конни указал на видневшиеся башни штаба, на которых лазали голыми белками гиганты, тщетно стараясь протиснуться внутрь.  — Вы не видели?         Рэйла разинула в паническом ужасе рот. Она не обратила внимания пока обезумевши неслась на всех парах туда, и сейчас это несчастье с газом открылось не как «трагедия», а как какое-то «благословение». Закончись он чуть позже — шансы выжить резко бы сократились — от этой мысли она аж поморщилась. Теперь-то всё разложилось по полочкам, стала как день ясна причина задержек поддержки. Значит, эти бедолаги спрятались в штабе, испугавшись гигантов, а те всё равно их настигли. Рэйла трагично хмыкнула, подумав про тривиальные шутки судьбы, что витали в воздухе спертым ароматом крови, пыли и титаньих туш.          Плечи резко потяжелели, а спину свело — Рэй сгорбилась, глубоко выдохнув. Конни всё ещё стоял рядом, и этот Жан с посеревшим лицом смотрел куда-то в сторону, искоса поглядывая на неё, а его брови невольно поднимались вверх.   —  Мне, — она отпрянула от Конни, с мягкой решимостью убрав его руку со своей, обернулась назад, —  нужны баллоны. Я должна спуститься вниз...   —  Сдурели?! — оборвал Жан с пробивающейся паникой в голосе.        Она лишь удивленно глянула на него и пошла дальше к краю, а Конни так и стоял как пришибленный на месте, только моргал.  — Там всё кишит титанами! Жить надоело что ли?!   —  Если я останусь без… баллонов, —  Рэй спустила ноги с карниза и нагнулась вперед, держась грязными руками за края крыши, осмотрелась по сторонам, —  шансов выжить точно... не будет.        Рэйла прищурилась и вроде бы заметила на перекрестке два неприкаянных тела. Она обернулась к парням и, выждав паузу, продолжила.  — Поэтому мне нужна ваша помощь. Кто-нибудь, спустите меня вниз.         Молчат.         Глаза Рэйлы блестели немой мольбой. Жан нервно съежился, дернул плечом, отвернулся, поджав губы, и с коротким выдохом проговорил заплетающимся языком:   —  Это плохая, —  покачал головой, —  очень плохая идея...   —  Жан, — Конни дернулся с места и ловко проскользил по крыше к самому карнизу, —  тут без вариантов. Если твой план реален, то без газа у неё нет шансов.         «План?» — подняла голову, медленно смакуя в мыслях спасательное слово. Жан скривился.   —  У вас…        Рэй выдержала короткую паузу, словно разгоняла в голове мыслительные механизмы. Хотя, так оно и было, ведь думать, когда голову разрывают непрекращающиеся крики, гул и панически застывшие где-то на подкорке предсмертные лица друзей, откровенно говоря, просто невыносимо. —  … есть план?   —  Да какой план, —  отмахнулся Жан и тоже решил спуститься пониже к краю. — Только так… чисто гипотетически. Но Конни, будь он неладен, прав.   —  Я, кстати, Рэйла Келлер.         Рэйла протянула руку, но в ужасе заметила, что вся в крови — хотела отдернуть её назад, как случилось крепкое рукопожатие.   —  Жан Кирштайн.         Он присел на корточки рядом, а Рэй тут же указала на тела в полном обмундировании. Титанов не видно. Но между неоднородными домами могли попрятаться эти твари, как крысы, которых за высокими фасадами не углядишь. Жан чертыхнулся, закрыв глаза, и после глубокого вздоха пригладил нервно волосы.   — Значит, туда ты хочешь?   —  Да.   —  Ты что? — лицо Конни застыло в удивлении. — Тоже пойдешь что ли? Я бы и один справился.   —  Ой, да конечно! Тут на перекрестке, — указал пальцем, —  всех не углядишь, поэтому без меня вы тупо не справитесь.   —  Знаешь, я, может, и тупой, но чтобы смотреть и резать много ума не надо, тут уж я...       Жан вдруг недовольно цокнул, закатив глаза. Рэйла же только сидела, хлопая ресницами, и понимала, что  ничего не понимает.   —  Подождите, — протянула с легкой хрипотцой и перевела медленно взгляд с одного на другого, —  вы хотите со мной? Прям пойти? В-вы можете меня спустить прямо сюда, и все. Дальше я сама. Это...         Окровавленная рука Розы торчит под валуном, а красивый манжет, усеянный цветной вышивкой её матери, залит алой кровью...         «Не думай».   —  Это, —  замотала головой, прогоняя настырные воспоминания и подступавшую тошноту.         Опять.         Геральт в тоннеле, раздавленный частью плиты...         «Не думай!»   —  Это, блять, опасно!         Парни пораженно вылупились, а Рэйла очень странно задышала: прерывисто, заглатывая ртом как рыбка короткие пузыри воздуха. Часто заморгала, забегав взглядом по всему, что поблизости, а потом слишком резко взглянула на них.    —  Вы, —  голос Конни звучал очень осторожно, словно Рэйла хрустальная ваза, что от повышенного тона разлетится на мелкие осколки, —  в порядке?         Жан вскинул брови, сжал крепко рукояти УПМ: вся эта ситуация и очевидный тупик ему очень не нравились. Глянул на Конни. Сидит, дебил, натянутой струной, удивительно — еще недавно в панике орал, бегая по крыше, а сейчас схватился помочь этой Келлер, которая хрен пойми как смогла вообще выжить.   —  Наверное, вы и правда чудом выбрались оттуда. Думаю, много сил ушло… Нет, конечно, вы можете пойти одна, —  пальцы буквально впились мертвой хваткой в рукояти, —  но меня совесть заживо сожрет, если не помогу.   —  Да, —  закивал Конни, —  Вы же нашим командиром были еще пару часов назад.   —  Командир... — Рэй недовольно фыркнула под нос и строго продолжила, — нет, ребят. Мне больше жертвы не нужны.         Конни заерзал на месте. Рэйла подняла на него глаза и уверенно скомандовала:   —  Конни Спрингер, спусти-ка меня вниз.        Жану пришлось отступить: он что-то пробурчал себе под нос, оскалившись, и сам не заметил, как ослабил хватку на рукоятках. Конни быстро обхватил одной рукой Рэйлу, а она, как смогла, ухватилась в ответ. Пуск крюков, свист — вот подошва коснулась разбитой брусчатки —  работа гигантских ног и никак иначе.   —  Возвращайся наверх, — легонько, но ощутимо толкнула ладонями.   —  Но может?   —  Делай что говорю.         Конни онемел, маясь от выбора: пойти или послушаться? Облизнул нервно губы и, посчитав это приказом вышестоящего, взмыл обратно. Жан цепким взглядом наблюдал за бегущей, нервно поджимая губы.    —  Че делать будем?          Конни уже стоял рядом и переминался с ноги на ногу.   —  Как че? — обреченно пробормотал Жан. —  Пробежимся по крыше.         Под их армейскими сапогами гремела черепица: двигались параллельно друг другу, только она по земле, а они по краю крыши.        На пути попадались другие кадеты: кто-то распластался, уперев пустой взгляд в небо, кто-то скрючился, рыдая в коленки, а некоторые сбивались в группы и что-то обсуждали. Когда Конни и Жан пробежали мимо одной из таких, их взгляд зацепила  девушка с небрежно собранными в хвост каштановыми волосами.  —  А? Эй!          Удивленно окликнула их, но безуспешно. Что за дела? Махнув хвостом, она ринулась к ним, упорно зовя и даже замахала руками.   —  Вы куда? Жан! Конни!   — Саша, не мешайся!        Саша не унималась и быстро оказалась рядом с парнями, наконец-то заметив, что они бегут за кем-то внизу. Пытаясь заглушить гремящий шум приводов и окружающий грохот гигантов, пришлось проорать:   —  Кто это? Почему не на крыше?   —  У неё газа нет, —  крикнул Жан, не сбавляя темп. — Хочет снять с погибших!   —  Ужас какой!         Сердце испуганно екнуло в груди, как представила каково сейчас внизу совсем без газа. Появись тут титан — верная смерть, потому что на своих двоих убежать практически невозможно, а некоторые вообще сумасшедшие и бросаются на людей  как собаки. Саша с содроганием втянула воздух, оглядевшись по сторонам в поисках чудовищ — пока не видно. А какие они страхолюдные! Словами не передать...         Рэйла уже изрядно запыхалась, в боку начало колоть, а сердце клокотало так, что в ушах стучало. Брусчатка скользила под сапогами и вот-вот угрожала смачным падением избитому телу. Кровь из носа, но надо, иначе она точно погибнет и они зря… Рэйла яростно замотала головой, увеличивая скорость. Нет, жертва Мод не напрасна. Рэй обязана ей жизнью, поэтому сдохнуть от падения на задницу или от того, что закончился чертов газ — не вариант. Совсем.         Рэйла почти добежала и с последним рывком рухнула на колени. Быстрым, но цепким взглядом осмотрела баллоны у первого трупа. Пусто… Подползла ко второму, молясь, чтобы там хоть половина была или чуть меньше,  хоть что-то! Потянулась к баллону и дрожащими пальцами, которые толком и держать уже не могли, начала отчаянно, рьяно откручивать клапан, а он все не шёл. Не шёл!           Земля, которая и так дрожала от дальней поступи и рушащихся домов, заходила сильнее. Рэйла с ужасом застыла на месте, впившись глазами в приближающееся чудовище. Шло и пугающе скалилось. Огромные глубокие морщины избороздили вздутое лицо, их Рэйла видела особенно четко: зрение от паники обострилось. Она уже про баллон забыла, и про то, что клинки обломались. Все внутри перекрутило от болезненной беспомощности, подкатывающей к горлу.       Жан заметил титана раньше: резко остановился как вкопанный, а Конни, бежавший позади, носом врезался ему в спину. Недовольно пробурчал ругательства, отшатнулся назад, и, стоило поднять голову, его глаза распахнулись, а челюсть приоткрылась, выпустив вздох.   —  Э-эт-то же, —  залепетал не веря, —  т-титан там? Д-да?   —  Метров семь или восемь! — воскликнула Саша.         У Жана заходили жевалки, а пальцы давно легли на рукояти, крепко в них впившись. Он следил за плавно медлительными движениями гиганта и понимал, что до безумия его боится. Когда вот так смотришь на них, когда они совсем близко, то в горле как-то сразу становится сухо, а в груди что-то болезненно сжимается, будто не сердце вовсе, а кусок мягкого сыра.         Конни дернулся вперед, будто хотел кинуться в бой, но Жан, сам того не заметив, остановил его рукой. —  Еще не дошел. Она еще может успеть, если поторопится.       Но как только он перевел взгляд на Келлер, которая в истерике плескала руками и задирала голову к небу, словно скуля, стало понятно, что дело дрянь.  — Ч-что-то не так...   —  А она его вообще видит?! — вспыхнул Конни.   — Вон смотрит на него, но почему она так долго возится... — Саша высунулась из-за спины, — Кто это вообще? Я её впервые вижу.   —  Знала бы, если бы пришла вовремя, а не за мясом лазила в офицерские кладовые, —  бросил Конни.         Саша заметно приуныла на мгновение, недобро блеснув глазами, но тут же поджала губу и ухватилась за простую, но важную —  как ей казалось —  мысль:   —  Может… окрикнем? Ну, чтобы поторопилась?   —  Саша, а ты голова! — Конни немного нагнулся вперед, сложив ладони цилиндром у губ, и крикнул, —  Эй! Там титан!   —  Еп твою мать, знаю! — Рэйла отчаянно сражалась с раскруткой, но всё не шло.       Пришлось бросить и взяться за другой баллон, и вот он пошел куда лучше, хотя не без усилий. Сразу же вспомнив про лезвия, окинула взглядом кейс и, найдя два целых, мгновенно забрала их себе.         Руки дрожали. Волосы лезли в глаза, а тело словно превратилось в раскалённую плиту. Капли пота, вперемешку с кровью и грязью, дико щипали глаза, а грохот смерти всё приближался и приближался, и вот её от титана отделяет один дом. Всего. Один. Дом.   —  Давай же! Умоляю! Открутись, сраная ты хуйня!         Голос уже срывался на крик, и, наверное, её услышала Сина, Роза или Мария, а может вообще все трое, но клапан поддался.         Вдруг грохот остановился, как только достиг своего максимума. Плохой знак, очень-очень плохой знак. Рэйла замерла с дрожащим сердцем, когда засовывала баллон во внутрь креплений, и слишком медленно повернула голову. Огромная гора нависла над ней, как когда-то делали мальчишки в её детстве, которые уж очень любили отбивать заработанные деньги. Только это не мальчишка, а гигант-людоед.         Рэйла слышала, как её дыхание затрепетало, чувстовала, как в глазах застыла пелена мокрого отчаяния. Бледная, перемазанная в крови, на темно-серой брусчатке, она держала в окаменевших пальцах баллон и пялилась, пялилась, пялилась…         Глаза гиганта блеснули, рот чуть приоткрылся, и он с шумом нагнулся, но вдруг слух прорезал свист, и Рэйла резко отрезвела. В срочном порядке вставила до конца баллон, плотно закрепила и пустила газу, взлетев вверх, а гарпуны нещадно вонзились в каменную стену, позволив отлететь спиной назад. В этот же момент гигант рухнул мордой вниз аккурат на ее место.          Рэйла приземлилась на самый край и назло поскользнулась: ноги улетели вниз с крыши. Глаза в страхе распахнулись, и она даже вскрикнула, но чьи-то крепкие пальцы, ухватившие за воротник куртки, с силой дернули её назад.   —  Держу-держу! Не падайте! — громко прощебетала темноволосая девчонка и отпустила ворот только тогда, когда Рэйла встала, едва лепеча благодарности.   —  Эй? Жива? — Жан, весь взъерошенный, приземлился чуть поодаль и сразу направился к ним.         Сложив лезвия в кейсы, на негнущихся ногах он подошел поближе и перевел дух. Кровь титана уже почти испарилась, чуть обжигая паром щеки и неприятно щекоча нос. Жан невольно поморщился.         Задрожали губы, а пальцы Рэй полезли в волосы, жестко сжимая их на затылке.  — Ты меня… ты меня спас, Жан. Спасибо и, —  она повернулась к остальным, —  вам тоже спасибо!    —  Пустяки, —  хмыкнула девушка, кротко улыбнувшись. — В-вы целы же, да?          Они потихоньку пошли к центру, где собрались все спасенные и в то же время обречённые. Тревожные перешептывания висели в воздухе, слегка его портя своим грузом.   —  Ну чутка поседела, а так нормально, —  усмехнулась и протянула ладонь. —   Рэйла Келлер.   —  Саша Браус.         «Саша Браус? Так вот какая ты», — Рэйла сразу вспомнила имя в списке кадетов, который давали — уж очень тогда позабавила история с опозданием.   —  Как живот, Саша? Прошел?         Браус непонимающе захлопала ресницами, неотрывно смотря на расслабленно идущую рядом Келлер, а Конни — эдакий засранец, —  кулаком подавил смешок, случайно бросив в воздух «ага, живот, конечно». Жан статно следовал за ними, закатывая многозначительно глаза, и тоже что-то агрессивно буркнул себе под нос.    —  Живот? — Саша непонимающе воззрилась на Келлер, а та прыснула.   —  Так и знала, что брехня всё это! —  смахивая потрясение, поддела Рэйла. — Твоя подружка Мина сказала...         Сбоку послышался громкий всхлип с мучительным стоном, а потом зашуршала черепица. Все обернулись. У стенки, сжавшись в комок, сидел мальчик с растрепанными золотистыми волосами: ноги поджаты, пальцы схватились за голову, а в  глазах застыл первобытный ужас, зубы сильно сжаты почти до скрипа.    —  А-армин? — выдавил Конни.         Рядом с Армином сидел другой парень — темненький, высокий, с россыпью веснушек на розовых щеках. Он поддерживал этого Армина за плечо, желая хоть так облегчить его душевные страдания и помочь справиться со свалившемся кошмаром.   —  М-м-мина, —  прохрипел Армин, шмыгая носом от подступающих слез.       Головой он бессильно уткнулся в поджатые колени, спина заходила ходуном. Парень, который был с ним, горестно выдохнул, прикрыв глаза, а потом многозначительно посмотрел на мрачного Жана. Этот взгляд, который Рэйла успела перехватить, говорил громче всяких слов. —  Армин, что Мина? Что случилось? Эй!   —  Конни, —  замотал головой парень с веснушками, прося остановиться.   —  Марко, а сколько… еще? Знаешь? — голос Жана осип, а этот самый Марко лишь вздохнул, отводя взгляд.   —  Придумал что-то? — спросил Марко.   —  Говно идея. Честно, почти суицид.   —  Но и тут оставаться нельзя, Жан. Ты же умеешь думать в критических ситуациях. Твои идеи могут спасти кому-то жизнь.   —  Но и отнять...   —  Что за идея? — влезла Саша.   —  Нам нужен лидер, —  встрял Конни, чьё терпение уже подходило к концу. — Чтобы повести до штаба, а там уже с титанами замахаться.   —  Сначала надо запасы пополнить, дурачьё. С кулаками на них не полезешь же.   —  Ну так я не Эрен, чтобы махаться без ничего, да, лошадиная морда? — ехидно усмехнулся Конни, чуть разряжая обстановку. Хотя...         Опять всхлип и вой, и Армин, сильнее задрожав, спрятал голову в коленях.          Рэйла сморщилась. Самое поганое во всем этом то, что теперь, когда они увидели и прочувствовали весь этот ужас на своих плечах, шанса передумать, быстро собрав манатки и послав всё куда подальше, не представится. Просто нельзя: пятилетний долг службы тяжким ярмом свалился на плечи наивных ребят. Конечно, десятке лучших очень повезло и после всего, если выживут,  будут наслаждаться бездельем за третьей стеной у ног Его Величества.   —  Давайте отойдем и обсудим с другими, — кивнул Жан, мрачнея с каждой секундой.        Рэйла плелась, лениво перебирая ногами, от усталости и морального истощения её плечи безвольно повисли. Усмешка приклеилась к губам, отчего казалось, что ей совершенно до балды. Что тут происходит? Как они будут выбираться из этой клоаки? Какая разница. Однако перед глазами вновь и вновь вставал тот кошмар, что успел с ней произойти за несчастные часы. Смерти, кровь, крики агонии, хруст костей, разорванные тела, камни, огромные ноги, жуткие улыбки на гигантских лицах, запах металла, пыли и вони пропитал воздух вокруг и она постоянно его чувствовала. Прикрыла глаза, размеренно задышав, чтобы банально успокоиться и не дать себе развалиться прямо на этом месте.         «НЕ ДУМАЙ».         Саша, подхватившая идею Жану с лидером, стала скакать вокруг каждого, дабы убедить в собственной надежности. Хотя какая там надежность? Так, чистое безвыходное везение...         Каждый, к кому Саша подходила с неловкой улыбкой, отворачивался, бурчал и вновь зарывался в мысли с головой. От каждого отказа сердце Саши сильнее сжималось от нарастающей тревоги, а на лбу появились капельки испарины. Взгляд зацепил Армина. Точно! Армин же всегда мог убедить, подобрать нужные слова, и если сейчас его хорошенько попросить, то он сможет всех вразумить? Саша глубоко вздохнула и двинулась к нему нетвердой походкой, нервно сжимая и разжимая кулаки.    —  А-арми, —  нагнулась к нему, уперев ладони в коленки и немного неловко залепетала, —  помогите мне убедить их...          Послышался свист: кто-то приземлился на крышу.    —  Ой, Микаса?! — взвизгнул женский голос.         Рэйла вздернула голову и увидела, как темноволосая девушка с обмотанным вокруг шеи красным шарфом буквально промчалась мимо, заставив удивленно обернуться. Жан встал столбом, впившись беспокойным взглядом в эту самую Микасу. Следил за каждым её жестом, затаив дыхание:   —  П-почему… почему она здесь?    —  Кто это?    —  Она лучшая на потоке и, вроде бы, должна быть в Арьергарде, да? — Конни тут как тут.   —  Арьергард? Значит, —  нахмурилась Рэйла, опуская голову, —  или к нам придёт подмога, или...         Микаса отшатнулась, всё еще продолжая кого-то отчаянно искать глазами и, вроде бы, нашла. Расправила плечи и окликнула Армина, который еще больше побледнел и попытался слиться всем телом со стеной, а Микаса уже понеслась к нему на всех парах. Все затихли. Она присела на одно колено, и тихо, с беспокойно ласковым выражением лица заговорила, а Рэйле осталось только наблюдать. Вдруг их взгляды встретились —  Рэй наяву заметила как под плач товарища в чужих глазах будто что-то потухло. Микаса медленно, словно деревянная, выпрямилась, а Армин, захлебываясь слезами, ухватился за ее рукав. Рэйла встревожилась, слегка привстала, и теперь уже все повернулись к безутешному Армину:   —  В команде стажеров № 34... В нашей команде... —  громко и мокро прорыдал он, сильно шмыгая носом. — Томас Вагнер...         «Знакомое имя...», —  где же она его слышала? Да ведь недавно только… наверное, из того же списка?    —  Нак Тиз, —  голос Армина становился выше и громче с каждым следующим именем, —   Милиус Зельмски, Мина Каролина...   —  Мина! — громко выдохнула и так и осталась стоять с открытым ртом. — Точно, Мина и Томас, и ...   —  Эрен Йегер, —  выделил Армин. — Эти пятеро… Геройски погибли, исполняя свой долг...