Любовь на грани безумства

Приехав в Хогвартс, девушка открыла глаза и начала осматривать местность. Слёзы начали медленно скатываться по её щекам. То детство, что было счастливым здесь, как-то резко оборвалось, и началась та проклятая война. Всё события, хотелось бы или нет, заканчивались воспоминаниями о войне. Взяв чемодан и уменьшив его палочкой до такого размера, чтобы уместился в руку, Гермиона медленно, не спеша, поплелась к замку, невольно свернув на тропинку через Хогсмид. Ноги сами туда вели, а мысли витали в облаках, пока она вспоминала тот злосчастный день и тот Непреложный обет, на который она не думая согласилась. И что теперь? Она так хотела исчезнуть из этого мира, а теперь ещё ей нужно сдержать слово и врать своим друзьям. Хотя девушка и так им много врёт, это уже вошло в привычку, так что трудно понять где правда, а где ложь. Гермиона тяжело вдохнула воздух, который наполнялся запахом сладостей и сливочного пива. Голова закружилась от запаха сладкой карамели, что заполняла лёгкие этим терпким вкусом, заставляя тело чувствовать ломку аж до хруста костей. Немного постояв возле бара мадам Розмерты, потоптавшись возле входа, Гермиона решила войти и пропустить бокальчик — другой. Найдя место в углу возле окна, что сразу бросилось в глаза Гермионе, та быстро заняла местечко, не забыв при этом сделать заказ официанту. «У меня ещё есть часик — второй, чтобы посидеть здесь и не идти туда, где все то и дело будут жалеть и сочувствовать мне, а я так этого не хочу» — откинувшись на спинку стула, Гермиона сделала глоток горького напитка, что обжигал её горло и расслаблял тело. Время прошло так быстро, что Гермионе не хотелось уходить. Но нужно было идти и показывать счастливую маску Героини Войны. Только зайдя за поворот, девушка учуяла неладное, кто-то следит за ней, шаг стал очень быстрым, и сердце билось так сильно, что готово было вылететь из груди. Ещё секунду, и она начала бежать минуя повороты; дыхание сбилось так, что дышать вовсе было трудно, и выпитый алкоголь дал о себе знать. Ещё чуть-чуть и всё, бежать она не сможет, и тогда она приняла решение, что нужно оборонятся, а то все силы покинут её в самый трудный момент, увидев поворот, девушка забежала туда, и как она подозревала — это был тупик, но у неё было пару секунд, чтобы перевести дыхание. Это было маленькой радостью в этот момент. — О, девочка умеет бегать, — мужской голос был на столько противен, но в тоже время так знаком, что шестерёнки в голове Гермионы начали быстро соображать. — Чего пробубнил? — со злостью сказала девушка. — Ах, ты — сука, грязнокровка, — последние слова даже не говорил, а рычал, не мужчина, а серый волк с чёрными глазами, который был под два метра ростом. — Вот чёрт, почему здесь, — подумала Гермиона и коснувшись лапами земли, где уже стояла с яркой золотой гривой львица. Бой был тяжёлый, каждый соперник оставлял следи когтей на коже другого, будто это решит все проблемы и закончиться должной смертью одного из двух. Гермиона каждый раз уворачивались от клыков волка, и вот невооружённым глазом она видит, что он странно себя ведёт. Видит его преображение в человека. Не теряя и секунд, она проделывает тоже самое и не давая этому ублюдку ухватить волшебную палочку с земли, невербально кидая заклятие, то, что ненавидит больше всего, смотря на руку, вспоминая шрам, а в голове громко кричит «Круцио». И вот этот момент, когда гримаса боли читается на лице из-за проклятия, улыбка на лице девушки сжимает губы в трубочку и Гермиона наклоняется над телом парня. — Скажешь почему преследовал меня? Тогда и отпущу тебя, — ядовито выплюнула Грейнджер не переставая сверлить взглядом тело, что корчилось от спазмов. — Скажу, только отпусти… — еле выговорил парень. — Всё скажу. — Хорошо, — как только заклинания закончило своё действие, Грейнджер уперлась о стену и почувствовала, как боль в ноге дала о себе знать, и та зашипела, взглянула на кровь, что просочилась уже сквозь ткань. — Это всё из-за обета с старшим Малфоем. Этот трус решил тебя заставить разгребать его дерьмо — выплюнул кровь, что наполняла полость рта. — Как хорошо, что тот белобрысый старик мёртв, никогда не понимал, почему его боялись, — закончил свою тираду мужчина, ухмыляясь и смотря на девушку. — Что? Умер? — сердце пропустив удар. — Как он умер? — Ты ведь знаешь, не будь глупой! И помни, за ним будет слежка, попробуй только помочь, — и он аппарировал прочь. — Мерлин, как я хочу сдохнуть… Гермиона собрала все свои силы в кулак и, подобрав чемодан, побрела к замку, где все, наверное, ждут её.

***

— И вот как только я хотела избежать проблем, то тут же влезла в это дерьмо. И так, подытожить… Я — несанкционированный анимаг, что использовала Непростительное, чёрт бы тебя побрал, мистер Малфой! — и вот она стоит перед дверью в зал и натягивает улыбку на лицо. Все её друзья и знакомые стояли в центре зала. Профессор Макгонагалл, Гарри с беременной Джинни и Рон, такие близкие и такие далёкие, и в другом конце мелькала платиновая макушка и несколько брюнетов. Грейнджер хмыкнула, увидев причину своих нынешних проблем и неспокойной жизни — Драко Люциус Малфой. Тяжело вдохнув, начала двигаться к друзьям, что так яро махали руками в знак приветствия с ужасом в глазах и ждали объяснений от подруги. Но не успела она дойти даже до середины зала, как на плечо сел знакомый черный филин и начал ухать, указывая на письмо с красной печатью, привязанное к чёрной лапке. Этот гул крыльев и звука птицы, обратил внимание всех окружающих, а особенно пепельно-серые глаза Малфоя. «Чёрт, ну почему судьба так неблагосклонна ко мне» — девушка выругалась себе под нос и смотря на рваную рану на ноге, с которой на пол капали капли крови, что запачкали пол багровыми пятнами. И дрожа протянула руку к филину, отвязывая с лапки письмо. Гермиона томно вздыхает и медленно открывает письмо. Запах чернил так резко ударил в ноздри, что глаза цвета карамели начали чёрнеть от злости или от бессилия, хотя первый вариант был ближе к правде. Почувствовала, что плечо сбросило груз в виде птицы, которая улетела прочь. Читая письмо хотелось убежать, спрятаться, исчезнуть и не видеть всех этих глаз, что смотрели на девушку, так будто раздевая её и так раненную душу. " Мисс Грейнджер,

Я знаю, что не приятна вам наша компания, но исходя из нынешней ситуации, нам придётся видеться ведь теперь у ваших руках судьба моего единственного луча солнца, моего дорогого сына — моего Драко. Знаю что ваши отношения желали б лучшего, но я не могу пообещать что он смириться с этим, но лучше ему об этом не знать.

Думаю вы согласишься на встречу, то дайте мне знать, буду ждать ваш ответ.

С уважением,

Нарцисса Малфой»

Посмотрев на зал и чувствуя лёгкими тяжёлый воздух, что только накалялся между всеми людьми. Ответ, будет положительный, даже если она против, но сил у неё не было и отказывать права не имела, ведь это право у неё отняли. И тут не выдержав напряжения и накала страстей, тишину разбавил звук ботинков с драконьей кожи. Драко Малфой мчался на скорости, которая была позволена аристократу. Даже Гарри, которого мучило любопытство не делал шаг, ведь знал, что подруга должна рассказать им сама без их напора. Но как только Гермиона увидела движение парня в свою сторону, тут же взяла палочку и сожгла письмо. — Нет! Чокнутая дура, что ты наделала?! — парень, что был уже на расстоянии десяти шагов от ней и даже не успев перевести дыхание, он начал трясти её, не обращая внимания на её лицо, что излучало боль. — Ты кто такой? Чтобы требовать от меня объяснений? Отвали от меня, дебил, — как только тирада её слов была окончена, и выхватив его руки и отбросила его на метр от себя, подняв палочку в его направлении. — Не прикасайся ко мне, понял?! — Тогда почему мой фамильный филин сел на твоё плечо, так ещё и письмо принёс! — начал кричать Малфой, а глаза чернели от гнева. — Что тебя связывает с моей семьёй? Ты грязнокровка! — и как только слово вылетело из его уст, он сразу пожалел о сказанном и плечи сами опустились искажая боль. — Да кому ты нужен, белобрысая крыса, и даже если и были дела, то тебе знать не обязательно. И девушка быстро, как могла, развернулась к выходу из зала и хотела пойти в лазарет. Сразу же её друзья побежали к ней, чтобы помочь ей идти, и разделить её боль на всех. Но видимо судьба штука сложная, не даёт спуску. И как только Гермиона хотела побыть наедине со своими мыслями, двери в зал открылись и напротив группы друзей, стояло три мракоборца, и одного из них узнали все, ведь это был Чарли Уизли, такой радостный молодой человек, но сейчас в его глазах читалось тревога и печаль. Выйдя на шаг вперёд и промолвил несколько слов, что подкосило ноги девушке. — Мисс Грейнджер, вы должны пройти с нами, так как вы являетесь единственным свидетелем по делу смерти Люциуса Малфоя, и по законодательству Министерства Магии, мы вынуждены изъять ваши воспоминания за тот день и просмотреть вашу палочку на использование Непростительных заклятий. И всё сразу притихли, смотря то на мракоборцев, то на Гермиону, то на Малфоя младшего. Тот снося всё и всех на своём пути с палочкой подошёл компании людей и направил её на Грейнджер. — А теперь говори, что здесь происходит или иначе я тебя заставлю. Внутри в девушке начался полный ураган, что сносил всё на своём пути. Как рассказать, о Непреложном обете или то как она невольно стала свидетелем смерти Люциуса, радовало одно: в тот день ни одно Непростительное не вылетело из её палочки, хотя и руки чесались это сделать, но шестое чувство подсказывало, что этого делать не стоит и хоть где-то можно вздохнуть спокойно. Но нужно скрыть от всех её навыки анимага, а то будет ей не сладко. И одним плюсом из встреч с Малфоем старшим было то, что он начал учить её окклюменции, конечно исходя только из своих личных интересов, хренов слизеринец, всегда ищет выгоду в любом деле. Но в ту же секунду резко потух свет и комната начала наполняться дымкой. — Что здесь происходит? — ехидно раздался чей-то голос в этой дымке — Неужели министерских крыс, не учили не лезть не своё дело? Ах, вы ублюдки?! — и эту тишину нарушил крик кого-то из мракоборцев, что дало знать о ранении. — Блин, ну что теперь делать, где тот хорёк, — глазами начинает искать девушка. — Ты что совсем охерела? Хорёк, слова подбирай, — услышав ругательства, парень дёрнул её за руку. — О, слава Мерлину, хоть искать тебя не надо, Гарри я скоро вернусь, — крепче сжав руку Малфоя, Гермиона тихо подобралась к выходу, надеясь сбежать. — Куда ты меня тащишь, ты что не знаешь, что должна мне всё объяснить и. — Заткнись, Малфой, и слушай. Сейчас тебе лучше помолчать, если хочешь жить. И ещё не капризничай, как трёхлетний ребёнок. — Но. — О, господи, заткнись., — закатила глаза девушка и тихо возле стены, шмыгнув из зала, и таща за собой недовольного парня. Быстро найдя двери, что вели в аудиторию, закрыв двери и осмотрев нет ли никого здесь, немного вздохнув, и думая хоть минуту сможет передохнуть спокойно. — Можешь помочь мне? — сказала Гермиона смотря на парня, чьи глаза бросали молнии, и бушевал ураган. — Чего? Сама Мисс Идеальность, помочь себе не может, — и вот взгляд упал на её рану и понял, что сморозил глупость. — Ты не можешь, хоть минуту не разбрасывать свой яд? — хмыкнув, сказала Грейнджер как только выдалась свободная минута, чтобы перевести дыхание. Ткань, пропитанная кровью, тут же была разорвана и палочка направлена на рану, чертя руны, и вот рана уже затянута, боль немного прошла. — Знаешь заклинания исцеление? — Представь себе, — ответ просто вылетел из рта девушки, искажая улыбку. Стук палочки по стенам, напоминал стук пальцев сумасшедшего по металлу ножа, от чего дрожь по коже. — Умеешь, ты закрывать мне… Не дав договорить, девушка подошла так близко, что чувствовала его дыхание на коже, и закрыла ему рот рукой. — Тише, или нас найдут, — тихо прошептала она со страхом в глазах. Эти огоньки страха, не скрылись от парня и он с украдкой наблюдал за ней и чувство, того, что скрывают её глаза является сильной болью, такой силы, что ломают кости внутри её хрупкого тела. Послышался голос, и в тот момент двери открылись пуская в комнату ещё одного гостя. — Аяй, маленькую девочку не научили смотреть врагам в глаз, а только убегать, не хорошо это, не хорошо. Толкнув парня за спину, что тот несомненно фыркнул таким положением, в котором находился. Он стоял за спиной девушки , да ещё какой — Гермионы Грейнджер. — Чего вам надо мистер Нотт, — ответила девушка, рыча на него, — думаешь я не узнала тебя, хоть сто раз измени внешность, или имидж, я узнаю тебя сукин ты сын! — Оо, наконец-то узнала, а помнишь что произошло больше трёх лет назад? — глаза Нотта старшего сверкали так, что языки пламени сжирали её полностью, — или мне наполнить. — Не смей, или я сама тебя убью! — немедля девушка стала в оборонную позицию, но единственное, что она смогла сделать — это отодвинуть Малфоя ближе к противоположному углу, чтобы хоть как-то защитить его из-за обета. Чтобы остаться в живых ей придётся раскрыть некоторые секреты перед этим аристократом, чтобы утолить его любопытство. Форма её тела, преобразилась и вот она чувствует, что устойчиво стоит на четырёх лапах, с золотой гривой и насыщенными глазами, цвета горькой карамели. Глаза Драко изумленно смотрели на неё, в виде львицы и на Нотта, что был уже черным волком, о котором не слышал давно, ещё со времен школы, на 6 курсе. Он не знал, что тот тоже пошёл по пути отца и стал Пожирателем Смерти, и ничего не мог поделать вспоминая те времена. Когда его дом, был наполнен теми чудовищами, что убивали всех кто хоть как-то высказывал своё недовольство и был против власти Воландеморта. Его мать, что была нежной лилией в саду, чахла на глазах и умерла как женщина, хоть одна сущность говорила ей жить и это была её роль матери, которая жила ради своего сына и так жаждала его спасти и спрятать от Пожирателей. Но, к сожалению, Драко стал на этот шаг, чтобы спасти свою мат даже после проваленого задания убить Дамблдора, он всячески пытался её спасать, даже если каждый вечер его тело корчилось от очередного Круцио. Эта боль его уничтожала, морально убивала и делала ничтожным , и ещё слабее чего вовсе не хотелось. Наблюдая за той картиной, его интересовало где она научилась и стала анимагом, и разве об этом знают всё? Это странно. Его мысли прервал бой, что так резко начался и резко кончился. — Помни ты должна скрыть всё, или смерть настигнет и его, а о последствии ты сама знаешь, — показав на Драко и аппарировал прочь. Тяжело вдохнув Гермиона, посмотрела на парня и пошла к двери. Девушка хотела пойти к друзьям, но его голос её остановил, но не заставил обернуться: — О чём он говорил? Что он имел ввиду? — Ничего он не имел, и ответа у меня для тебя нет, по крайней мере сегодня. Девушка ушла прочь, оставив парня биться об стенку, не зная что всё-таки здесь происходит. Его глаза наткнулись на маленький клочок бумаги. — Что же в нём, — взяв листок в руки, парень начал читать, — как такое возможно? Письмо, что лежало в углу не было незаметным, а наоборот оно так и бросалось в глаза ища своего читателя, что вскроёт его тайну и откроет этот ящик Пандоры. И вот Малфой заметил его, сердцем чувствуя, что это письмо не должно было быть здесь, но его как бы нарочно выбросили для него. — Что это, — открыв письмо, лицо застыло в ужасной гримасе, ведь кошмар, что преследовал всё это время во сне. Он так надеялся, что всё это дурной сон, связанный с отцом, как бы сильно он его ненавидел за своё поломанное детство и юность. Парень хотел, чтобы тот был жив и отвечал за свои ошибки, а не он должен платить за поступки отца и морально умирать, как Драко Люциус Малфой. Хотя умереть он и физически хотел, только единственным лучиком и последней надеждой, чтобы жить в этом мерзком мире была его мать Нарцисса. Она была маленькой радостью в его хмурой жизни, такой мрачной как тьма. Вся его жизнь это тьма, что поглощает его душу с каждой секундой всё сильнее, забирая желания жить. Всю ту боль, что принёс ему Воландеморт и война, сильно опечатались в его памяти и с каждой ночью в кошмарах приходила и напоминала парню, что смысла в такой жизни нет, это разве что существование. Читая письмо, он смотрел на буквы и тот почерк, который он узнал бы из тысячи, узнал бы из миллиона почерков, ведь это был почерк его отца, и текст письма, заставлял бровь парня, подниматься от того ужаса, что Люциус Малфой предлагал девчонке. Да ещё какой ценой: «Уважаемая мисс Грейнджер, Я рад, что Вы ответили на моё письмо с просьбой о сыне. Вы ведь знаете, что война закончилась и мой сын, что так облажался со своим заданием по поводу Дамблдора. Он много там страдал и теперь его репутация страдает ещё сильнее, но так нельзя он же из славного рода чистокровных волшебников. И место его в высшем обществе. И так как Вы являетесь Героиней Войны и Ваше слово и действие имеет значение в нашем магическом мире. Я очень прошу Вас помочь моему сыну и моей семье по максимуму, тогда я раскрою всю правду о том дне, что Вы упомянули в Вашем письме. И думаю, что Непреложный обет Вы дадите мне, если Ваш ответ будет положительным, и это будет правильным решением в данной ситуации. Я просто так не буду вам помогать, но если Вы согласитесь на мои условия, то с моей стороны узнаете всё, что знаю я. Думаю Вы осознаете, что это такое, и как оно действует, и ещё один момент: не думаю, что нужно напоминать чем он выльётся Вам, в случае провала. Жду ваш ответ, положительный ответ. Люциус Малфой.» Сжав письмо, которое хотелось уничтожить и стереть с памяти то, что он узнал с помощью этой бумаги. Да как он мог, Драко ведь не вещь, чтобы бросить под ноги кому-то. Да ещё кому — этой девушке — Гермионе Грейнджер. Его желание найти её, вытрясти с неё всю правду, согласилась ли она, если да, то она сумасшедшая и конченная дура. Его отец последняя сволочь, как он мог предложить ей Непреложный, что ему так хотелось убежать от своей участи? Ублюдок. И что же она могла попросить у моего отца, какие дела их связывают, что-то странно это всё. Драко быстро сорвался на бег и побежал за той девушкой с каштановой гривой на голове. — Стой, стой Грейнджер, ты дала обет моему отцу? — парень, остановил девушку и прижал к стенке, что та даже пошевелиться не может. — Чего? — глаза начали бегать, а в мыслях начали, как в муравейнике копошится вопросы «откуда? кто? как узнал?». Но нужно сохранять спокойствие и не показывать этому обеспокоенному парню, то что он прав. — Что за бред ты несёшь?! Отстань от меня! — Тогда что это? Или тоже скажешь, что это бред?! — показал ей письмо перед глазами, и наступила такая гробовая тишина, что мурашки пошли по коже. Глаза Гермионы бегали от письма к лицу Драко и наоборот. Откуда у него это письмо, она ведь уничтожает всё сразу после прочтения, невозможно. И тут в памяти всплыл момент, где она бежала с Малфоем старшим от бывших Пожирателей, что так и мечтали убить их обоих: предателя и грязнокровку. В голове начали всплывать моменты боя, во время, которого она потеряла это письмо, хотя в тот день она ещё не дала ответ, она только могла согласиться, хоть и условия были ужасны от слова совсем. Но чтобы узнать, что случилось тогда, как нашли её родителей, ведь она сделала всё, чтобы их спасти, девушка была согласна на обет, зная, если ничего не сделает, то умрёт. Но это её не пугало ведь последние три года она так бросалась с крайности в крайность играя в игру со смертью, но, к её сожалению, она имела вверх над той чёрной тьмой, что обволакивала её частички души. И тут, Гермиона поняла, что упавшее письмо из её кармана, лежит в руках у Малфоя, и за это ей нужно благодарить Нотта младшего. — Что нечего сказать? А у меня вот много вопросов и ты на них ответишь, и это в твоих интересах, — прорычал парень, не выдержав её бегающих глаз со стороны в сторону. Направив палочку Драко с брезгливостью смотрел на Грейнджер и ухмылялся своим действиям, ему срочно нужна была правда, которую Гермиона так четно скрывает. Как только кончик деревяшки пытался коснуться яремной вены на шее, двери открылись, и палочку пришлось спрятать ведь к ним мчался парень, глаза которого метали молнии в Драко Малфоя.