Одно тело на двоих

Открыв глаза, я долго рассматривал стены, каждую полку, каждый узор на них. Всё это было так непривычно, знакомо, но в то же время мне было приятно видеть это всё после стольких лет вдали от этого родного места, что не хотелось закрывать глаза. Я боялся, я не хотел думать, что это может быть иллюзия, созданная моим воображением. Мне было страшно верить в это. Я боялся, что моя машина не выполнила свои задачи… Не осознавая, я начал плакать, и солёные слёзы скатывались по моим щекам на подушку. — Кишо… — Голос прозвучал слишком неожиданно для меня, и я невольно вздрогнул, быстро открыв глаза, чтобы посмотреть на говорившего. Увидев отца, сидевшего на краю кровати и смотрящего на меня, медленно поглаживая мой бок, я снова спрятал лицо в подушку, чтобы он не увидел моих слёз. — Кишо, как ты себя чувствуешь? — Не обратив внимания на слёзы ребёнка, мужчина пододвинулся ближе, осторожно касаясь моей щеки. — Кишо? — Я… Со мной всё хорошо. — На мои слова отец лишь слегка нахмурился, прикусив нижнюю губу, а руки предательски дрогнули. — Это хорошо, — спустя несколько секунд молчания выдал он, проводя рукой по моим волосам и то и дело накручивая их на пальцы. — Кишо, может, пойдём позавтракаем? — Привставая с кровати, Томоё взъерошил мои чёрные волосы. — Тебе нужно набираться сил. — А? А сколько времени? — Вытерев снова накопившиеся слёзы, я поднял голову, чтобы посмотреть на родителя, который разминал затёкшие конечности. — Около восьми часов, — не отрываясь от разминки, невзначай проговорил мужчина и взглянул на часы. — Значит, папа скоро уедет на работу? — Поникшим тоном поинтересовался я, поднявшись на кровати и прижимая подушку к груди. На это отец лишь издал смешок, и на его лице появилась широкая улыбка. — Не угадал. Я уже ездил на работу и получил «отпуск». — Да тебя правда так просто отпустили? — Чуть не подскочив с кровати, я едва не закричал, но, поздно спохватившись, прикрыл рот рукой, глядя на отца, который откровенно улыбался и изо всех сил старался не рассмеяться. — А куда они денутся, если у меня на руках оригинальная справка с подписями и печатями? — Пойдем завтракать? Не успев ответить как-то на вопрос, как мой живот дал о себе знать, и я немного покраснел, хотя и сделал вид, что это не я. — Нет, это просто со сна, — смущённо прикрыв живот рукой, я отвернулся, чувствуя, как на лице проступает лёгкий румянец. — А что у нас есть? — Спустя несколько секунд, кашлянув в кулак, я всё же повернулся обратно. — Ну, посмотрим. Мама нам напекла блинчики, пожарила стейк, мы с ней налепили котлет, даже замариновали шашлык — к вечеру я его пожарю. Так что выбирай, что хочешь сейчас покушать, — начал перечислять он, загибая пальцы и поднимая голову, будто всё это было написано на стене. Я невольно тоже посмотрел туда. После этого отец замолчал на мгновение — было видно, что он вспоминал. — А, и ещё — в холодильнике лежат глазированные сырки и твой любимый тортик. — Мясо хочу. Стейк и сырки… — Я тебя услышал, — улыбнувшись, он подошёл ко мне, протягивая руки. — Тебе помочь дойти до кухни или мне тебя понести, как в детстве, котёнок? — А ты меня осилишь поднять? — с недоверием переспросил я, хотя знал, что отец и сейчас в неплохой форме. — Я же твою мать поднимаю, а она, знаешь ли, уже не пёрышко… Только ей не говори, что я так сказал. — Я сам пойду, — представив эту картину в голове, как папа убегает от мамы, я не смог сдержать смешок. — Ну как знаешь, — помогая подняться, отец всё же держал меня за плечо, а другой рукой — за руку. — Папа, я же не такой беспомощный… Всё же дойдя до кухни, я почти сразу отлип от отца и залез в холодильник, доставая свою прелесть, а отец поставил разогревать стейк. Поставив всё на стол, я дождался, когда отец тоже сядет, чтобы приступить к трапезе. Успев лишь пожелать друг другу приятного аппетита, как в дверь кто-то постучал. — Ешь спокойно, я сейчас, — отец поднялся с тяжелым вздохом из-за стола и направился в прихожую. Через секунду послышались приглушённые голоса. — Здравствуйте, Анахара-сан. Простите, что так рано… Можно узнать, как себя чувствует Кишо? Он доехал, он дома? — голос за дверью звучал немного взволнованно, напуганно, и что-то было в его голосе еще. — Да, всё хорошо, — спокойно ответил отец. — Он только что проснулся, завтракает. Проходи, Нируми, только будь с ним немного помягче. Вслед за его словами в комнату заглянул парень лет шестнадцати-семнадцати, его глаза были немного ссужены, и в них плясали маленькие огоньки. — Привет, Кишо. Рад тебя видеть, — произнёс он тихо, наклоняя голову, немного улыбаясь. — Папочка Сейши же пришел не убивать меня, правда же? — Я все же из инстинкта самосохранения спрятался за спину отца, который вошел вслед за Сейши, а тот лишь закатил глаза. — Не волнуйся, Кишо, — Сейши подошёл ближе, сложив руки на груди. — Всё хорошо. Я посмотрел на него и только кивнул, всё ещё прячась. — Моя собака дома, — добавил он, словно угадав мою мысль. — Ты экстрасенс, Сейши-кун. — Усмехнувшись, я все же вышел из-за спины отца и протянул ему руку для рукопожатия, на что Сейши без промедления пожал ее.