Прикроватные манеры и оружие

Вингдингс явно поторопился с переездом, но меньшего и не следовало ожидать. Грузчики появились у твоей двери на следующий день, и тебе, к сожалению, пришлось провести субботу, собирая вещи. Ты должна была провести это время за учёбой, но нет, пришлось немедленно переехать к этому ублюдку-садисту. В общем, потребовался всего один день, чтобы собраться и отправиться в Семейную резиденцию. У тебя едва хватило времени попрощаться с бедной миссис Аткинс, которая казалась такой расстроенной из-за твоего отъезда. Ты должна была признать, что тоже будешь скучать по ней. Несмотря на то, насколько она была любопытна, ты знала, что была в безопасности по соседству с ней, ведь, если что-то случится, она всегда тебя проведает. Что, к сожалению, нельзя сказать о своих новых соседях по комнате. Перенося всё внутрь, обнаружила, что это была та комната, в которую тебя поселил Вингдингс после того, как Папирус и Санс вырубили тебя, чтобы похитить. Она была такой же пышной, как и в прошлый раз, с тяжелым красным и золотым декором повсюду, вплоть до кровати королевских размеров с балдахином. Это была огромная комната, и честно говоря, она, вероятно, была больше твоей дрянной квартиры. Хотя это могло показаться плюсом, условия, которые были связаны с этой комнатой, таковыми не были. К сожалению, ни грузчики, ни кто-либо другой не помог распаковать все коробки, что раздражало тебя, к тому же означало, что потратишь большую часть своего воскресенья после беспокойного сна на распаковку. Это был просто кошмар, однако не хотелось бродить по коридорам в этом доме. Иногда ты могла слышать, как люди ходили за пределами комнаты, и каждый раз это пугало, когда ты задавалась вопросом, не зайдут ли они сюда, чтобы навредить. Каждый раз обходилось. Слава богу, не понадобилось выходить, так как кто-то, вероятно, Папирус, был достаточно любезен, чтобы тебе принесли хотя бы завтрак. Это было восхитительно и как раз то, что нужно, чтобы двигаться дальше, чтобы могла привести свою комнату в порядок. Это заняло почти весь день, но, в конце концов, ты всё распаковала, и к тому времени, когда ты закончила, появилось ощущение голода. Ты ничего не ела с завтрака, а на улице стемнело, что было серьёзной проблемой. В основном потому, что ты понятия не имела, где находилась кухня и разрешено ли тебе ею пользоваться. Хотя не понимала, почему не могла? Ты теперь тоже живешь здесь, да? Тем не менее, нервничала по этому поводу и из-за упомянутых нервов отправила сообщение об этом Папирусу, надеясь, что он ответит.

Папирус

(X-XXX-XXX-XXXX)

Ты: Мне можно пользоваться кухней, верно?

Он ответил намного быстрее, чем ожидала.

Папирус: ДА, ТЫ СЕЙЧАС ЖИВЁШЬ ЗДЕСЬ. В ЧАСТИ ДОМА, ГДЕ ТЫ НАХОДИШЬСЯ, МОЖЕШЬ СВОБОДНО ПЕРЕМЕЩАТЬСЯ. НЕ ЗАХОДИ В ДРУГУЮ ЧАСТЬ.

Ты: Почему?

Папирус: НАША ЧАСТЬ, ГДЕ ЖИВЁМ ДИНГС, Я, ТЫ И САНС. ЭТО ЖИЛАЯ ЧАСТЬ, НЕ РАБОЧАЯ. ПАРАДОКС ЖИВЕТ В ПОДВАЛЕ ПО ЕГО СОБСТВЕННОЙ ПРОСЬБЕ, НО КОГДА РУКК И АКЗИДЕНЗ ДОМА, ОНИ ТОЖЕ ЗДЕСЬ ЖИВУТ.

Ты: Где живут все остальные? Те, что бродят? Я продолжаю слышать людей за пределами моей комнаты.

На этот раз Папирусу потребовалась минута, чтобы ответить, и когда он написал, поняла, что это его позабавило.

Папирус: ЭТО НЕ ЧЛЕНЫ СЕМЬИ ХОДЯТ, МИСС. ЭТО, СКОРЕЕ ВСЕГО, ДИНГС.

Вы: Вингдингс?

Папирус: ЕГО СПАЛЬНЯ НАХОДИТСЯ ПРЯМО НАД ТВОЕЙ. САНС И Я ПО КОРИДОРУ ДАЛЬШЕ. АКЗИДЕНЗ И РУКК НАХОДЯТСЯ НА ДРУГОМ ЭТАЖЕ.

Серьезно, он выделил тебе комнату рядом со своей? Закатив глаза, ты ответила Папирусу.

Ты: Почему я рядом с ним? Я думала, мне доверяют?

Папирус: ДА, НО ПОСВЯЩЕННЫЕ ИНОГДА БЫВАЮТ ГЛУПЫ, И НЕ ВСЕ ИЗ НИХ ТАКИЕ НРАВСТВЕННЫЕ, КАК ДИНГС, САНС И Я. ОНИ МОГУТ СХВАТАТЬ ТЕБЯ, ОТПУСКАТЬ СЕКСИСТСКИЕ ИЛИ ОСКОРБИТЕЛЬНЫЕ ЗАМЕЧАНИЯ. ДИНГС ХОЧЕТ УБЕДИТЬСЯ, ЧТО ТЫ В БЕЗОПАСНОСТИ, ОСОБЕННО НОЧЬЮ, ХОТЯ БОЛЬШИНСТВО ПОСВЯЩЕННЫХ ЗДЕСЬ НЕ ЖИВЁТ. ОНИ ОСТАЮТСЯ В ДРУГИХ УБЕЖИЩАХ.

Приятно знать, что ты в безопасноси. По крайней мере, ты меньше нервничала, покидая свою комнату в поисках кухни.

Ты: Хорошо, я постараюсь это запомнить. Итак, где здесь кухня?

Папирус: ПЕРВЫЙ ЭТАЖ. ЕСЛИ ТЫ ОКАЖЕШЬСЯ В ШИКАРНОЙ ГОСТИНОЙ, ТЫ ЗАШЛА СЛИШКОМ ДАЛЕКО.

Эти указания не так хороши, как кажется Папирусу, но это всё, что есть. Отправив ему благодарственное сообщение, ты неуверенно направилась к двери своей спальни. Нервничая, открыла её и высунула голову, чтобы осмотреться. Не видя никого поблизости, ты неохотно вышла из своей великолепной новой спальни в не менее роскошный коридор. Закрыв свою дверь, твоя тень начала идти туда, где, по-твоему, находится лестница. Этот дом огромен, ты определенно заблудилась. Это отстой! К сожалению, стало только хуже, когда ты не смогла найти лестницу и в конечном итоге расхаживала здесь, совершенно не осознавая, где находилась. Им нужно повесить таблички или что-то в этом роде, по крайней мере, для тебя, потому что это смешно. Ты даже не уверена, что сможешь снова найти свою комнату. Это разочаровывает.  — Ты заблудилась? Вздрогнув, ты вскрикнула от удивления, прежде чем резко обернуться и обнаружить скелета, которого никогда раньше не видела. Он такой же высокий, как и остальные, но на самом деле он всего на дюйм или два выше Санса, а это значит, что он теряется на фоне Вингдингса или Папируса. У него ромбовидный череп с выступающими широкими скулами и самой фальшивой улыбкой, которую ты когда-либо видела, с рядами острых клыков. Его желтые огоньки в глазах мерцали над твоей фигурой, охватывая тебя целиком. Ты не знала, что именно, но что-то в этом парне заставило тебя нервничать. Из-за чего, ты нерешительно ответила — ...Вроде того? Он моргнул, засовывая руки в карманы. — Что ж, тогда удачи с этим. Подождите, это все? Он не собирался предлагать свою помощь? Окинув этого скелета критическим взглядом, ты повернулась, чтобы вернуться к поискам кухни, но только для того, чтобы убедиться, что этот скелет следует за тобой. Сначала думала, что, возможно, это совпадение, но после того, как ты целенаправленно петляла по коридорам, а он все еще был позади, это наглядно показало, что он преследовал тебя. Раздражённая, ты, наконец, решилась спросить.  — Ты следишь за мной? — С чего это? — Он ухмыльнулся. — Тебя это беспокоит? Что ж, я обязательно преклонюсь перед тобой. Нужно убедиться, что мы относимся к новому питомцу Босса с максимальным уважением. Но он не сказал, что это крыса. — Ты была ошеломлена его словами, особенно когда он продолжил. — Вы, люди, все одинаковые, носитесь со своими крошечными, бессмысленными, незначительными жизнями, совсем как грызуны. — Он подошёл ближе, теперь возвышаясь над тобой. — Вот кто ты такая, крыса. Грызун.  Этот парень тебе уже надоел. — Кто ты вообще такой? Его ухмылка стала шире. — Не знаю, нужно ли грызуну знать моё имя. — Как скажешь. — Огрызнулась, не желая продолжать это, и начала торопливо уходить. К сожалению, он продолжил преследовать тебя, но ты не уверена почему, и это выводит тебя из себя. Ты быстро достала свой телефон, чтобы отправить сообщение Папирусу, но в панике ты ошиблась. Нажала на совсем другой контакт.

Вингдингс

(X-XXX-XXX-XXXX)

Ты: Помоги, кто-то преследует меня. Он продолжает называть меня грызуном.

Ты даже не поняла, кому написала сообщение, пока он не ответил, и тогда ты почти была готова просто выпрыгнуть из ближайшего окна. Почему из всех контактов ты выбрала именно его? Ты бы предпочла Санса Вингдингсу, черт возьми! Застонав от неудачи, проверила сообщение и находила его странным, что заставило тебя остановиться, нахмурив брови в замешательстве. 

Вингдингс

(X-XXX-XXX-XXXX)

В.Д.: Перестань двигаться.

Что ж, хорошо, что ты послушалась, но зачем? Если ты сделаешь это, то… — Уже сдалась? Вот и он. Крысолов.  Сверля его взглядом, обратила на него внимание и обнаружила, что он гораздо ближе, чем ты думала, что заставило тебя подпрыгнуть. Он издал смешок, его явно позабивала твоя реакция.  — Обычно, когда крыса находится в лабиринте, она просто продолжает двигаться. Итак, что ты ищешь, крыса? Сыр? — Мое достоинство. — Ты невозмутимо ответила. — Думаю, в какой-то момент я отдала его Вингдингсу. Что бы ты ни сказала, это привлечет его внимание. Он перестал смеяться и сосредоточился прямо на тебе до такой степени, что прижал тебя к стене. — У тебя действительно есть кое-кто из начальства, кто думает, что тебе позволено называть Босса его полным именем. Нечто подобное не должно слетать с языка грызуна. — Он мне позволяет. — Ты свирепо посмотрела на него. — Это не моя вина, что тебе не разрешено, кем бы ты ни был, почему бы тебе не пойти погоревать об этом где-нибудь в другом месте, желательно там, где меня нет. Внезапно он выбросил руку вперёд, чтобы схватить тебя за запястье, и именно сейчас ты увидела татуировки в виде буквы на его пальцах. На самом деле они могли бы быть просто вырезанной на самой его кости, что было бы чрезвычайно болезненно, и когда он дёрнул тебя за руку, чтобы почти оторвать от земли, ты в конечном итоге увидела, что буквы все-таки были вырезаны. Смогла разобрать только две буквы «Р» и «У», но это всё, сейчас ты была обеспокоена тем, чтобы он не вывихнул тебе плечо. — Тебе нужно научиться уважать тех, кто лучше тебя, крыса. — Прорычал он. Ты, помедлив, ответила и тут же возненавидела себя за это. — Когда встречу таких, я вспомню об этом. Он больно ударил тебя запястьем о стену, а ты издала крик боли, после замолчала. Вы наделали шуму, и ты хотела надеяться, что кто-то находился поблизости и услышит это. Кто этот парень, почему он так сильно тебя ненавидел? Ты ничего не сделала! — У тебя острый язык, крыса. Интересно, как бы ты запела, отрезав я тебе язык? — Как насчет того, чтобы я вырезал твой, Рукк? Внезапно этот скелет отпустил тебя и отступил. Ты прижала к груди свое теперь уже ноющее запястье и посмотрела, как перед твоими глазами разворачивается шоу, поскольку узнала этот голос. Оглядываясь, испытала странное облегчение, увидев Вингдингса, стоящего там с еще одним скелетом, которого ты не знала, но этот парень - грёбаный гигант. Он даже крупнее и выше Папируса! Он как будто комбинация Папируса и Санса, чтобы создать суперсущество, он просто огромен. Кем бы он ни был, у него мощная квадратная челюсть с очень узкими скулами, но определенно не такими, как у Папируса и Крысолова. Но что тебя поразило, так это то, что, несмотря на шрамы на его лице, взгляд его глазниц был мягким. Голубые огоньки в его глазах нежны, и когда он посмотрел на тебя, в нем не было никакого презрения, просто любопытство.   — О, я всего лишь подшучивал над ней, босс! — Ответил Крысолов, засунув руки в карманы. — Мы просто развлекались. — У нас с тобой совершенно разное представления веселья. — Ты пробормотала себе под нос, но, конечно, Вингдингс услышал, как и остальные двое. Тебе нужно перестать забывать, что у них отличный слух.  — Не похоже, чтобы Молли было весело. — Вингдингс свирепо посмотрела на низкого скелета. — Зачем ты вообще был здесь, Рукк? Было ли это сделано для того, чтобы запугать ее, поскольку Акзиденз искал тебя больше часа? Тебе нужно работать, я плачу тебе не за то, чтобы ты дурачился. — Прорычал он. Крысолов, или, как ты теперь поняла, Рукк, вынул руку, чтобы потереть затылок, позволяя увидеть остальные буквы, вырезанные на его пальцах. Это буквально его имя. На каждом его пальце вырезано по одной букве «Р» «У» «К» «К». Ну, это совсем не мило. Кто вырезает свое собственное имя на пальцах? — Извините, Босс. — Рукк стал переминаться, засовывая руку обратно в карман. Вингдингс цокнул и вздохнул, прежде чем подать знак большому парню позади него. — У тебя есть задания. Акзиденз, забери его, пока я не вышел из себя. Здоровяк кивнул, хлопнул Вингдингса по плечу и начал приближаться к Рукку. Так это Акзиденз? Похоже, это означало, что уже познакомилась с двумя другими лейтенантами, обнаружив, что предпочтешь парня покрупнее. По крайней мере, так ты думала, прежде чем он остановился перед тобой, чтобы возвышаться, как бегемот. Ты упоминала, что он огромен? Он должен быть не менее девяти футов ростом и устрашающим, несмотря на доброту, выраженную на его лице. Ты прижалась спиной к стене, готовясь к дерьмовому повороту, когда… он только и сделал, что протянул руку? Моргая, ты смотрела на него, замечая, что он наклонился, чтобы поравняться с тобой. Осторожно взяла его за руку той, которая не болела. Он пожал ее и пробормотал низким и увереннвм голосом. — Акзиденз. — Молли. — Нервно ответила ему. Он моргнул и улыбнулся, затем отпустил твою руку.  Это все, что он делает. Он просто пожал твою руку, затем отпустил, чтобы буквально поднять Рукка, который всё это время ворчал, и перекинуть меньшего монстра через плечо, как мешок с картошкой. Ты наблюдала, как эти двое медленно удаляются, а Рукк все никак не унимался, пока они не завернули за угол и не скрылись из виду. Облегченно вздыхая, ты отошла от стены, все еще потирая больное запястье, на котором определенно останется синяк, и повернулась к Вингдингсу, который подошёл ближе, чем ты предполагала. Он протянул руку и взял твоё запястье, заставляя тебя зашипеть, свет его единственного глаза на мгновение упал на твое лицо, прежде чем снова сосредоточиться на твоей руке. — Ну, он ничего не сломал. — Какое же облегчение. — Ответила невозмутимо. Знала же, что жить здесь — плохая идея. — Вингдингс, это явная причина, по которой я не хотела здесь жить! Потому что что-то подобное должно было случиться! — Ты в порядке. — Он прищелкнул языком. — Рукк не стал бы тебя убивать. — Парень вырезал свое собственное имя на пальцах, Вингдингс. Я не так уверена в этом, он кажется немного... странным. — Парадокс странный, но ты, похоже, хорошо с ним ладишь. — Он обратил на это внимание, а его рука накрыла твое больное запястье. —И Рукк не вырезал свое имя на пальцах, Молли. Его имя подразумевает «Грач», ты, может быть, знаешь, почему я говорю об этой птице. — Слушала, как он говорил, пока ощущала исходящее от его рук и обволакивающее твоё запястье тепло. — Его настоящее имя Скала, но он предпочитает, когда его называют Рукк. Ты обнаружила, что запястье стало меньше болеть, чем дольше вы говорили. — Зачем ему использовать это прозвище, если оно связано с такими плохими воспоминаниями? — Мы не все бежим от своего прошлого, Молли. Рукк принимает свое прошлое и использует его, чтобы стать лучше. Он молод, но умен, его ход мыслей отличен от моего. Есть причина, по которой он стал лейтенантом. Ты подумала, что это справедливо. Если Рукк хочет использовать это прозвище, то это его выбор, а ты сказала, что это неправильно, но это не твоего ума дела. То, как именно Рукк справляется со своей травмой, — это его выбор, хотя тебе все равно не нравился этот тип. — Он мне все еще не нравится. Выразила свои мысли, слыша, как Вингдингс хихикнул.  — Иного я и не ожидал. Вот почему твоя спальня так далеко от его. — Очевидно, недостаточно далеко. — Вздохнула, чувствуя раздражение. Все, что связано с этим движением, раздражало. — Что ты вообще делаешь с моим запястьем? — Я пытаюсь ослабить боль, хотя, боюсь, я никудышный целитель. — Объяснился, наконец убирая руки. Ты покрутила запястье, все еще чувствуя лёгкую боль, но сейчас было намного лучше, чем раньше.   — Сейчас лучше, чем до этого. — Напела, бросая взгляд вперед, чтобы увидеть, как он выпрямился.  — Хорошо, а теперь: что ты делала, бродя по коридорам? Боже, ты же не хотела, чтобы он знал. Просто знала наперёд, что он будет несносен. — ...Я не хочу тебе говорить. — Ворча, скрестила руки на груди и отвела взгляд, в то время как Вингдингс скопировал движение рук.  — Да? Это довольно ребячий ответ. — Подметил он. — Этот дом невероятно большой, так что ты могла бы часами искать то, что нужно. Однако, если ты хочешь быть капризным ребенком, я оставлю тебя в покое. Он начал уходить, пока ты провожала его взглядом, ненавидя себя за то, что он прав. Раздражённая, ты жалобно воскликнула. — Подожди. —Вингдингс остановился и посмотрел на тебя, а ты чувствовала, как от смущения у тебя горели щеки. — ...Я пыталась найти кухню. — Ты негромко проговорила. А он пропел.  - Ну что, это было так трудно? Следуй за мной. Вингдингс снова куда-то направился, а ты снова играла с ним в догонялки. Ты немного ошеломлена тем, что он так легко решил помочь, но он действительно очень сильно хотел, чтобы ты жила здесь, так что, возможно, его странная потребность в контроле на данный момент была удовлетворена. Ты в этом сомневалась, но мечтать не вредно. Продолжая следовать за ним, начинала понимать, что на самом деле найти кухню было довольно легко. Путь туда довольно прост, и ты ненавидела себя за то, что не смогла найти её самостоятельно. Наверно, Рукк отвлёк тебя... или у тебя просто плохое чувство ориентира. Войдя в кухню, пережившую ремонт, смогла увидеть, что, как и все остальное в этом доме, она была огромная и выглядела дорого. У них все лучшее из лучших, и ты просто знала, что твой отчим Джио с огромнейшим удовольствием готовил бы на этой кухне. Он был бы на седьмом небе.  — Повар ушел домой на весь день, так что, боюсь, что вы сами с усами. — Объяснил Вингдингс. — В течение дня с восьми утра до шести вечера можешь позвонить на кухню со стационарного телефона в своей спальне. На звонок ответят. — Он указал на другой стационарный телефон, прикрепленный к стене. — Просто скажешь Такеру, чего бы ты хотела, и он приготовит, а затем попросит одну из горничных принести в твою спальню. — Я могу приготовить себе еду, Вингдингс. — Произнесла с недоверием. — Я не беспомощна, и я выросла с отцом, который умеет готовить как сумасшедший, так что я знаю, что делаю. — Думал, ты не знаешь своего отца. — Он обратил на это внимание. Ты кивнула. — Я не знаю своего биологического отца. Джованни — мой отчим, но, тем не менее, мой отец. — Объясняла, подходя к холодильнику. Открыв его, осмотрела содержимое, после начала вытаскивать контейнеры с ингредиентами. — Полагаю, вы скоро встретитесь с ним. — Закончила, пожимая плечами. — Да, кстати об этом. — Начал он, прислоняясь к стойке и скрестив руки на груди. Ты смотрела на него, задаваясь вопросом, что происходит, и надеясь, что он не собирался отказываться от своей части сделки. Ты здесь, ты переехала! Лучше бы он этого не делал! — С кем я должен поладить? О... это, наверное, хорошая тема для разговора. С облегчением начала готовить, объясняя ему. — Моя мама Джейн и мой отчим Джованни или Джио обязательно будут там, потому что это их дом. Потом мои сестры и их супруги. — Три твоих старших сестры, все они намного старше и успешнее тебя. — Почему люди продолжают так говорить? — Огрызнулась, прежде чем вздохнуть. — Да, мои старшие сестры. Пруденс или Прю. Она на шестнадцать лет старше меня, и вы уже встречались с ней. Она замужем за Ионой, моим шурином. У них двое сыновей, Клео и Луи, которым двенадцать и десять лет соответственно. Я не знаю, будут ли они там.— Честно призналась, пожав плечами, продолжая готовить, не глядя на Вингдингса.— Затем Агата или Эгги. Она на четырнадцать лет старше меня и замужем за Майей, моей невесткой. Майя — монстр элементаля воды, и да, прежде чем спросишь, Эгги — маг. У них с Майей есть дочь по имени Эстель. Ей восемь, и я снова не знаю, будет ли она там. — Интересно. — Он промычал, выглядя удивленным, но ты не поняла, почему это ему интересно. — А твоя последняя сестра? — Это Элспет или Элль, она на десять лет старше меня. Она замужем за Кендаллом, моим сводным братом. У них также есть двое детей, Луанна и Калла. Им обоеим восемь, как и Эстель. Они близнецы. — Элспет — офицер полиции? — Да. Она сержант. — Ты кивнула. — Я понял. — Он замолк на некоторое время и просто наблюдал, как ты готовишь. Поначалу ты думала, что он просто будет молчать, но, похоже, это только в твоих мечтах, так как он вздохнул и продолжил. — Я не мог не заметить, просматривая информацию, которую Парадокс нашёл о тебе, что вы с сёстрами не все носите одну и ту же девичью фамилию. — Это потому, что мама дала нам всем фамилии наших биологических отцов. Мы сводные сестры, за исключением Эгги и Элль, у них отец общий. Джио - биологический отец Прю, и мама родила ее, когда им с Джио было по шестнадцать. Кроме того. — Ты посмотрела на него. — У вас тоже разные фамилии, как у Санса и Папируса. — Сериф - фамилия нашей матери. —Разъяснял он. — Гастер - его фамилия. Я сохранил это для связей. Это было единственное, на что он был годен, и после того, как эти связи прекратились, я, к сожалению, застрял с этой фамилией. — После тяжко вздохнул. — Я полагаю, именно это и происходит, когда ты проживаешь 3000 лет. — Бедняга. — Пробормотала, пробуя еду, но слишком поздно осознала, что приготовила слишком много. Снова пожала плечами, стала искать какие-нибудь тарелки, пока, наконец, не посмотрела на Вингдингса. — Тарелки? Он ухмыльнулся и указал пальцем туда, где они находились. Кивнув, подошла, чтобы найти то, что тебе нужно, но взяла две тарелки вместо одной. Возвращаясь к плите, положила в обе тарелки приготовленный тобой жареный рис с овощами. Вингдингс наблюдал за тобой с любопытством, написанным на его лице, пока тебе не удалось найти столовые приборы и положить по ложке в каждую порцию. Взяв одну из них, подошла к нему и протянула. Хотя, в принципе ты бы не предлагала, но ты наготовила слишком много, и не было смысла позволять еде пропадать даром. Кроме того, сомневалась, что он сегодня вообще ужинал. Вингдингс взял у тебя порцию и бросил ещё один любопытный взгляд.  — Я приготовила слишком много. — Разъяснила ему, возвращаясь к еде. — Не придавай этому слишком большого значения и просто ешь. — Я понимаю. — Он слегка посмеялся, выглядя самодовольным. — Как мило с твоей стороны подумать обо мне. — О, не строй из себя такого высокомерного. — Стрельнула в ответ. — Ты здесь, только поэтому я предложила. Если бы это был Санс или Папирус, я бы тоже предложила им поесть, в тебе нет ничего особенного. — Если твердишь это себе, Молли, ради того, чтобы почувствовать себя лучше, тогда всё в порядке, но я думаю, мы оба прекрасно понимаем, что в твоих глазах я более чем особенный. — Особый случай изжоги? Это да. — Ответила невозмутимо. Он снова усмехнулся: — О, я обжигаю твое сердце, но сомневаюсь, что это вызвано кислотой в твоём желудке. — Ты и есть желчь. — Огрызнулась, зачерпнув ложкой рис и положив себе в рот. Вышло довольно вкусно, и ты этим довольна. Вингдингс, по крайней мере, не жаловался, даже когда тоже начал есть. Ты бы пнула его прямо в грёбаный копчик, если бы он начал привередничать, и это был бы последний раз, когда ты угощала его чем-нибудь, что приготовила сама. — Итак. — Снова начала, полагая, что можешь отойти от темы семьи, а также, борясь с желанием врезать ему, если он продолжит настаивать на том, что он тебе нравится. — Папирус сказал, что я могу бродить по этой половине дома?  — В какой-то степени. — Он кивнул, а его глаза загорелись, фокусируясь на тебе. — В твоих интересах держаться подальше от комнат Санса и Папируса, а так же не заявляться без приглашения в общую спальню Акзиденза и Рукка. Ты замерла на мгновение. — Общую? — Они в отношениях. — Сказал так, как будто это обычное дело, сосредоточившись на еде. — Ты допускаешь это? — Как я должен этому препятствовать? — Он спросил. — Хотя, я полагаю, лучше было бы спросить, почему я должен этому препятствовать? Если Акзиденз и Рукк находят утешение друг в друге, это их дело, не мое. У меня есть более важные дела, чем волноваться из-за того, что двое моих лейтенантов влюблены друг в друга. Это имело смысл, и ты должна признать, что он зрело смотрел на это. Ты кивнула ему. — Это справедливо, я думаю. — Пробубнела в ответ. — Кроме того, поскольку у меня нет желания находиться в их комнате, могу заверить, я и близко не подойду к ним… даже если бы я знала, где они находятся. — По-прежнему бормотала. — Заметила, что в разговоре ты не упомянул своей комнаты. — Если тебе что-нибудь понадобится, пока я буду там, можешь свободно входить. — Объяснял для тебя. — Не то чтобы я прятал там что-то секретное. Если есть что-то, что я не хочу, чтобы ты видела, то это находится в моем сейфе. — Хах, а то ты уже подумала, что он скажет что-нибудь неприличное в ответ. — Хотя, на твоём месте я бы постучал, прежде чем войти, если только не хочешь увидеть меня раздетым, но я бы не стал винить тебя, если бы ты это сделала. Ты закатила глаза. Каждый раз, когда ты думаешь, что показывает, что он не совсем высокомерный придурок, как он снова доказывает обратное. Он так уверен в себе.  — Немного самоуверенно, тебе не кажется? — Я знаю свои качества, Молли. Я не урод. Он не такой, но иногда приятно видеть немного скромности. — Я такого не говорила, но ты также должен взять на заметку, что скромность - это тоже сексуальное качество. — Значит, ты считаешь меня сексуальным. — Он ухмыльнулся, искажая твои слова. Теперь ты точно закончила, он невозможен. Вздохнув, ворча, снова сосредотачилась на еде. — Я даже не знаю, почему я вообще беспокоюсь. Вингдингс начал громко смеяться, заставляя тебя раздражённо цокать языком, но держала рот на замке и вместо этого просто продолжала есть. Он, к счастью, сделал то же самое, когда наконец закончиаает смеяться, позволяя кухне погрузиться в удивительную тишину. Это на самом деле оказывается мило. Дело в том, с Вингдингсом приятно находится рядом… когда его рот на замке. Ладно, возможно, это было немного резко, но иногда он просто бесит тебя. Продолжая есть, наслаждаясь тишиной, к вам в конце концов присоединился младший брат, пришедший искать своего старшего брата. Папирус вошёл в дверь, кивнул тебе и сразу после этого обратился к Вингдингсу. — ОТПРАВКА ЗАДЕРЖИВАЕТСЯ. Вингдингс внезапно рыкнул, а его лицо помрачнело. — Почему? — ВИДИМОСТЬ ПЛОХАЯ ИЗ-ЗА ПОГОДЫ. — Папирус ответил, звуча довольно сомнительно по поводу этого оправдания, и кажется, что Вингдингс подумал то же самое. — На какой планете? — Спросил, приподняв бровь. — Плохого прогноза погоды не было. Неужели они думают, что я идиот, который не знает о существовании прогноза погоды? — НЕ ЗНАЮ, Я ПРЕДОСТАВЛЯЮ НОВОСТИ. — Папирус скрестил руки. — ЕСЛИ СОБИРАЕШЬСЯ СРЫВАТЬ ЗЛОСТЬ, МОЖЕШЬ ПОГОВОРИТЬ С ТЕМИ, КТО ДОСТАВЛЯЕТ ГРУЗ. Вингдингс прищелкнул языком и вздохнул, прежде чем поставить миску с едой и провести по лицу рукой. — Отлично. Мне же нравится убирать беспорядок, что является последствием некомпетентности других. — ИЗВИНИ, ДИНГС. — Выражение лица Папируса переменилось сочувствием. — ХОЧЕШЬ, ЧТОБЫ Я СПУСТИЛСЯ В ДОКИ, ЧТОБЫ ПРОВЕРИТЬ, МОГУ ПОЛУЧИТЬ ИНФОРМАЦИЮ О ТОМ ЧТО ПРОИСХОДИТ? — Нет, тебе нужно немного поспать. Я справлюсь. — Он снова вздохнул, внезапно выглядя таким усталым, что ты замерла. Папирус тоже это заметил. — НЕ СОМНЕВАЮСЬ. ВСЁ НОРМАЛЬНО, Я ХОРОШО СЕБЯ ЧУВСТВУЮ. Я ПОЙДУ. — Папирус... - Начал Вингдингс с рычанием, но его оборвал Папирус, который, посмеиваясь, подошёл к нему.  Смягчаясь, наблюдала за тем, как Папирус прислонился своим лбом ко лбу своего старшего брата, как вы видели это в лазарете. Папс широко улыбнулся, и ты смогла увидеть, как раздраженное выражение лица Вингдингса становилось вялым как раз перед тем, как он улыбнулся.  — Хорошо. — Он пробормотал, протягивая руку, чтобы похлопать Папируса по плечу. — Проверь, но будь осторожен. Если ты получишь травму, я буду в ярости. — ПРИНЯТО К СВЕДЕНИЮ. — Папирус снова усмехнулся, отстраняясь, чтобы посмотреть на тебя. — РАД ВИДЕТЬ ВАС, МИСС. ПОХОЖЕ, ТЫ НАШЛА КУХНЮ. — Не раньше, чем Крысолов попытался напугать меня, но потом его унес Добрый Великан. Папирус моргнул и вопросительно посмотрел на Вингдингса. Он покачал головой и блаженно уточнил. — Рукк и Акзиденз. — О... ПОЧЕМУ РУКК «КРЫСОЛОВ»? — Потому что он был одержим идеей назвать меня крысой. — Ты пожала плечами. — Я подумала, что ему нравится грызуны. Поэтому и «крысолов». Папирус снова хихикнул. — СПРАВЕДЛИВО. ЧТО Ж, ДУМАЮ, МНЕ ЛУЧШЕ ИДТИ. — Он кивнул в твою сторону. — СЧАСТЛИВО, МИСС. — Подожди. — Ты его остановила перед самым уходом и указала на оставшийся жареный рис. — Тебе стоит поесть перед уходом. — Она права. — Вингдингс скрестил руки на груди, соглашаясь. Что ж, это приятное развитие событий. Папирус колебался, переводя взгляд с тебя на своего брата.  — НЕ СОЧТИТЕ ЗА ГРУБОСТЬ, НО Я НЕ ЕМ МЯСО, МИСС.  — А, так ты вегетарианец? — Ты была удивлена, но, вероятно, не должна была. — Ну, я не добавляла мяса в жареный рис. Оно было приготовлено из остатков овощей, которые были в холодильнике. — Вот так, Папирус. — Вингдингс сделал жест в сторону еды. — Сел и поел. Еще несколько секунд колебания, прежде чем Папирус сдался. — НУ… ХОРОШО. СПАСИБО, МИСС. Улыбнувшись ему, наблюдала, как он наложил себе немного еды, чтобы встать рядом со своим братом и начать есть. Ты, будучи с другой стороны, разобралась со своей порцией и нашла посудомоечную машину. Поместив в неё тарелку, пыталась запустить, но Вингдингс тебя остановил.  — Горничные всё сделают. Оставь. — Я могу убрать после себя. — Ты решила с ним поспорить. Он покачал головой. — Ты распаковывала вещи весь день. Возвращайся в свою комнату. Тебе не нравилась идея перекладывать уборку на кого-то другого, но должна согласиться с ним в этот раз. Усталость накрывала с головой и заставляла изнывать, когда смотрела на беспорядок, который сама же и устроила. Потребуется немало времени, чтобы здесь убраться, и ты признавала, что лечь в постель прямо сейчас звучит так потрясающе, но также не хотела создавать проблемы другим, если могла сама их решить.  — Почему медлишь? — Вингдингс вывел тебя из ступора. — Все в порядке, иди отдыхать. Ты неохотно бросила последний взгляд на беспорядок, прежде чем кивнуть. — Эм... хорошо. Что ж, спокойной ночи, я полагаю. — СПОКОЙНОЙ НОЧИ, МИСС. — Мягко ответил Папирус, а Вингдингс произнёс следом за ним.  — Спокойной ночи, Молли. Его тон был мягок, почти задумчивый, но ты не заострила на этом внимание. Вместо этого еще раз кивнула им обоим, а затем вышла из кухни в направлении своей спальни. Ну, если, конечно, найдешь её. Это отчасти интересно, если не сказать больше, но, надеялась, в течение нескольких дней запомнить планировку дома. Свято надеялась.

***

— ТЫ В ВОСТОРГЕ ОТ НЕЕ. — Папирус ухмыльнулся, поедая приготовленную ею еду. Я, напевая, скрестил руки на груди.  — Что заставило тебя так говорить, братишка? — ПРОСТО ТЫ ТАК СЕБЯ ВЕДЁШЬ. ТЫ НИКОМУ НЕ ПОЗВОЛЯЕШЬ НАЗЫВАТЬ СЕБЯ ВИНГДИНГСОМ, НО ВОТ ЕЙ ЭТО СХОДИТ С РУК. — Потому что она упрямо отказывается меняться. Это не мой выбор. — Я фыркнул. Папирус издал смешок. — КОНЕЧНО. — Возможно, ты так же докучаешь Сансу, когда он с кем-то встречается? Странно, но я уловил придирку. — Я огрызнулся, пусть и не хотел. — Я с тобой так не поступаю, когда ты увлечен определенным джентльменом. — ВООБЩЕ-ТО ПОСТУПАЕШЬ. — Папирус сразу возразил. —КАЖДЫЙ РАЗ, КОГДА Я ПРОЯВЛЯЮ НАМЕК НА НЕЖНОСТЬ ПО ОТНОШЕНИЮ К НОВОМУ ПАРНЮ, ТЫ ТУТ ЖЕ ПОДШУЧИВАЕШЬ НАДО МНОЙ. ТЕПЕРЬ МОЯ ОЧЕРЕДЬ.  Я ухмыльнулся, зная, что он прав: Это моя работа как старшего брата. — ДА, И МОЯ КАК МЛАДШЕГО БРАТА. — Возразил он. Я игриво пихнул его плечом, заслужив от него еще один смешок, когда он снова отправил в рот кусочек ужина, который она приготовила: ЗНАЕШЬ, НИЧЕГО СТРАШНОГО, ЕСЛИ ТЕБЕ ДЕЙСТВИТЕЛЬНО НРАВЯТСЯ ЕЁ БЛЮДА. — Он тихо проговорил, уставившись на свою еду, привлекая мое внимание: ОНА МИЛАЯ И Я ДУМАЮ, МОЖЕТ БЫТЬ, ОНА - ТО, ЧТО ТЕБЕ НУЖНО В ТВОЕЙ ЖИЗНИ. — Он наконец посмотрел на меня. - ТЫ ОЧЕНЬ ДОЛГО БЫЛ ОДИН, ДИНГС. — Мне и одному хорошо, Папирус. Мне не нужен партнёр. — ДА, НУЖЕН. — Он мягко возразил. — ТЕБЕ ОН НУЖЕН ТАК СИЛЬНО, ЧТО ТЫ ДАЖЕ НЕ ОСОЗНАЕШЬ ЭТОГО. ТЫ ОДИНОК, ТЫ НЕСЧАСТЕН, И ТЫ ДУМАЕШЬ, ЧТО Я НЕ ЗАМЕЧАЮ. А Я ВИЖУ ВСЁ, ДИНГС, И БЕСПОКОЮСЬ. ЕСЛИ ТЫ БУДЕШЬ ПРОДОЛЖАТЬ В ТОМ ЖЕ ДУХЕ, ТО ТЕБЯ УБЬЮТ. — Что ж, некоторые, вероятно, сочли бы, что это сделало бы мир лучше. — Я напеваю, не совсем понимая, откуда это берется. Папирус отставляет свою теперь уже пустую тарелку в сторону и покачал головой.  — ЗНАЕШЬ... МИСС МОЛЛИ СКАЗАЛА НА ДНЯХ НАМ С САНСОМ, ЧТО ВСЁ ТОЛЬКО ПОТОМУ, ЧТО МЫ ГОТОВЫ ПОЖЕРТВОВАТЬ СОБОЙ РАДИ ТЕБЯ, НО ЭТО НЕ ЗНАЧИТ, ЧТО ТЫ ТОЖЕ ЭТОГО ХОЧЕШЬ. — Я абсолютно не хочу, чтобы ты этого делал! — Я яростно ответил: Даже думать не смей о такой возможности! Он кивнул: НО ДЛЯ ТЕБЯ ЭТО ТОЖЕ НЕ ВАРИАНТ, ДИНГС. ТЫ НУЖЕН МНЕ И САНСУ ТАК ЖЕ СИЛЬНО, КАК И МЫ ТЕБЕ. Моргая, я обдумываю его слова, прежде чем вздохнуть: Итак, что ты хочешь сказать, младший брат? — Я ГОВОРЮ, ЧТО БЫТЬ СЧАСТЛИВЫМ — ЭТО НОРМАЛЬНО. — Он протянул руку, чтобы с любовью похлопать меня по плечу. — ТЕБЕ НЕ ОБЯЗАТЕЛЬНО БЫТЬ НЕСЧАСТНЫМ, ТЫ НЕ ТОТ ГРОЗНЫЙ В.Д. ГАСТЕР, КОТОРОГО ТЫ ЗНАЕШЬ. — Я не несчастный Папирус. — Я отрицательно покачал головой. — Все же тебе стоит пойти. Если ты собираешься в доки, тебе следует уйти сейчас, чтобы вернуться домой в не слишком позднее время. Папирус выглядел так, будто не хотел уходить, а просто смотрел на меня этим разочарованным взглядом, пока, наконец, не оттолкнулся от столешницы. Я знал, что таков будет результат. Мой младший брат на многое способен, но порой он не непослушен. Если я скажу Папирусу что-то сделать, он сделает это, даже если у него будет желание сидеть здесь и вести со мной разговор по душам, частью которого я не хотел быть в данный момент. — ПРОСТО ПОДУМАЙ НАД МОИМИ СЛОВАМИ, ДИНГС. — С грустью он добавил. Я ненавижу, когда Папирус так делал. Таков его способ заставить меня растаять. Возможно, это потому, что он самый младший, или, может быть, это из-за его более чувствительной натуры, но когда он говорил таким обиженным голосом, мне становилось очень трудно сказать «нет». — Я так и сделаю. Можешь идти. — Бросил в ответ, заслужив улыбку за свою уступчивость. Ну, по крайней мере, я заработал небольшую награду. Папирус больше не стал задерживаться, уходя с намерением выполнить задание, которое он дал себе сам, оставляя меня одного на кухне. Не желая оставаться здесь слишком долго, чтобы кто-нибудь не нашел меня и не взвалил на мои плечи еще больше работы, я тоже ушёл, направляясь прямиком в свою спальню. Возможно, я действительно мог бы принять душ, прежде чем хорошенько выспаться, хоть раз в жизни. Такое случалось довольно редко, ведь обычно мне приходилось сокращать время сна, чтобы просто помыться, но благодаря Папирусу, похоже, сегодня у меня выпадет такая возможность. Сумев без происшествий добраться до своей спальни, я зашёл внутрь, готовый просто запрыгнуть в душ, но, к сожалению, мне сильно не повезло. Санс был в моей комнате и ждал меня. Он прислонился к стене возле двери и бросил на меня взгляд, когда я вошёл. Увидев его, я кивнул и поднял руки, чтобы начать развязывать галстук и наконец снять его. Раз пока не могу принять душ, то могу хотя бы снять галстук. — Чему я обязан этим удовольствием, Санс? — Ты знаешь чем. — Он рыкнул, и я вздохнул, кажется, в миллионный раз за сегодняшний вечер. — И, как я уже говорил, Санс, это не твоё решение, это моё. — Да, но ты головой не думаешь! — Он сразу возразил, отталкиваясь от стены, чтобы последовать за мной. — Она не заслуживает доверия. — А ты мне доверяешь? — Я возразил, и он кивнул. — Конечно, я доверяю, Дингс! Я могу доверить тебе свою жизнь. — Тогда поверь мне сейчас, Санс, когда я говорю, что она не собирается нас предавать. Мой младший брат просто цокнул языком, показывая раздражение. — Я бы мог, Дингс, если бы ты думал головой, а не своим членом. — Достаточно! — Я огрызнулся, устав от его нытья. — Ты много раз твердил мне это, Санс, и я устал от этого! Я прекрасно понимаю, что ты не доверяешь Молли и не заботишься о ней лично, но она здесь, она останется. Привыкай к этому. — Она тебя погубит, Дингс! — Санс не собирался отступать, заставляя меня повернуться к нему развернуться, чтобы смирить взглядом, но он всё не останавливался. — Откуда ты знаешь, что она снова не говорила с Гарнер? — Он пустился во все тяжкие и стал проявлять агрессию. — Он вторгается на нашу территорию, убивает наших ребят при любой возможности, а теперь проявляет интерес к девушке, которую ты хочешь трахнуть? Ничего хорошего из этого не выйдет. — Я не хочу трахаться с Молли. — Я сурово бросил. — И я не боюсь Гарнер и его детских выходок, чтобы привлечь мое внимание. Кулаки Санса сжались, и я знал, что он расстроен. Переезд Молли по какой-то причине вызвал у него большие потрясения, но я ещё не совсем понял, почему. Его недоверие к ней невообразимо велико, и я начинал задаваться вопросом, не слишком ли я баловала своих младших братьев. Они оба, казалось, обеспокоены тем, что я могу встать и умереть в любую секунду. — Ты такой хреновый лжец. Мы все знаем, что ты хочешь трахнуть ее, даже самые низкие посвященные говорят об этом. — Он ответил невозмутимо. — Послушай, это даже не имеет значения. Если ты хочешь трахнуть ее, хорошо, но я просто не понимаю, почему ты хотел, чтобы она была так близко! Ты никогда раньше не заставлял дежурного врача жить с нами. Даже доктора Уилсон, который проработал у нас 50 лет, Дингс! — Санс… — Я предостерегающе рыкнул, но он продолжал. — Что такого, Дингс? почему, почему ты такой, какой ты есть? это совсем не похоже на тебя, как будто ты одержим. В ту же секунду , когда она упомянула о твоей необычайной бдительности и такой чертовски заботливой защите, как будто она это я или Папс! — Огрызнулся в ответ. — Итак, что за дела, Дингс? что с ней такого блять… — Я не знаю! — Я рявкнул, перебивая его. — Я не знаю, и мне не особенно хочется сидеть здесь и говорить обо всех моих чувствах с тобой, Санс, так что хватит! Достаточно! — нет! - бросил он в ответ. - Я видел тебя, когда она была с Парадоксом в тот день! ты ревновал, и это сделало тебя глупым! ты никогда не называл настоящее имя Парадокса из-за такой мелочи! это должно было быть секретом, и ты просто сказал это ей! теперь она может найти любую информацию о Парадоксе, какую захочет, и именно поэтому тебе понравилось, что он продолжала использовать его дурацкое прозвище, потому что это делало его неотслеживаемым! — Хватит, Санс! — Я уже рычал, но он до сих пор говорил. — не говоря уже о том, что мы с Папсом должны быть твоими телохранителями, а не ее! — Он рявкнул на меня. — Я, блять, больше не буду этим не заниматься, Дингс! я больше не буду смотреть на ее задницу, когда узнаю тебя по себе! мне абсолютно наплевать, если этот ее профессор будет лапать её или... Я редко выходил из себя, особенно с Сансом или Папирусом. Они значили для меня целый мир, они мое всё, но если кто и может трепать мне нервы, так это они. Тем не менее, я не думал, что когда-либо реагировал так, как сейчас. Громко рыча, я схватил Санса за воротник и швырнул его о стену, ударив его по лицу. - Я сказал ХВАТИТ! Глазницы Санса расширились, как и мои, моя разбитая больно дёрнулась, пытаясь соответствовать второй. Я не знал, почему я это сделал. Я никогда раньше не был так груб с Сансом, и когда я убрал руку, она тряслась. Дрожа, я прикрыл рот ладонью, пребывая в каком-то шоке, просто не в силах смотреть на своего младшего брата, пока я шепчу. — Прости, Санс. Я не имел в виду… — Всё нормально. — Он взял меня за руку, успокаивающе сжимая. — Я знаю, что ты не это имел в виду… но ты понимаешь, почему я беспокоюсь? Я провёл по лицу свободной рукой. — Санс… если бы я знал, что происходит, я бы сказала тебе, но я не знаю. Дай мне время. Санс несколько секунд наблюдал за мной, прежде чем кивнуть. — Хорошо, я могу это сделать. просто... сними меня с должности её караульного, лады? поручи это Папсу или Акзидензу, потому что я думаю, что будет лучше, если я буду рядом с тобой. — Хорошо. — Ответил, зная, что это успокоит его, и взглянул, как он расслабился из-за моей уступки. — Санс, — Снова начал, — Я действительно не имел в виду… я никогда не причиню тебе вреда. — Я знаю, Дингс. — Он улыбнулся мне — Всё хорошо, погорячился. Бывает. Сбивчиво вздохнув, я наклонился, чтобы прислониться ко лбу Санса своим, услышав, как он издал смешок, и ощутил, как он уткнулся в ответ. Это было тем, что наша мать начала. Всякий раз, расставаясь с нами ненадолго, она прижималась своим лбом к нашему, так как только это позволял наш ужасный отец. Ей не разрешалось обнимать или целовать нас на прощание, но не исключалось прикосновение лбами. Мы делаем это по сей день, чтобы показать нашу любовь к ней. — Думаю, мне нужно поспать. — Решил я, отстранившись. Санс не стал спорить, вместо этого его улыбка превратилась в нахальную ухмылку. — Я мог бы сказать тебе, что звенит. ты на чем… шесть часов спал за последние 48 часов? Пока ты отдыхаешь, папы займутся этим. — Спасибо. — Я пробормотал, отступая от него, — Спокойной ночи, Санс. — спокойной, Дингс. — Он похлопал меня по плечу и отошёл, направляясь прямо к двери, чтобы уйти, позволяя мне, наконец, остаться одному в своей комнате. Выдохнув, я не осознавал, что задерживал дыхание, потер череп и сразу же направился в ванную, раздеваясь на ходу. Я соберу эту одежду, когда вернусь. Прямо сейчас я просто хотел, чтобы горячий душ смыл грех, который я только что совершил. Войдя в ванную комнату, я открыл душ и подождал, пока вода нагреется, прежде чем встать под него. В ту же секунду, когда великолепно теплая вода стекала вниз по моим костям, я застонал, чувствуя, как все мое напряжение начало покидать меня. Мне это было очень нужно. Все перевернулось вверх дном, и все началось с нее. С Молли. Когда я встретил ее, она заинтриговала меня. Она ничуть не боялась меня и даже имела смелость возразить мне. Это был уникальный момент, но опять же, она сама уникальна. Она никогда не позволяла мне сорваться с крючка за мое дерьмовое поведение, и, несмотря на то, что я иногда вижу ее напуганной, она всегда была напориста. Не только это, но и ее очевидное терпение к моим поддразниваниям, простота поведения Папируса и враждебность Санса. Она выносила все это так изящно, как только могла, но подозрения моих братьев беспокоил, что у нее могли быть скрытые мотивы, и это заставляло меня колебаться. Как будто я отчаянно хотел, чтобы она была на моей стороне, чтобы ее не поколебали такие, как Гарнер или кто-то еще, с кем она может вступить в контакт. Что это за чувство? Почему оно продолжало преследовать меня и наступать на пятки? Даже сейчас, она у меня прямо подносом, через холл, а это означало, что она в безопасности, но что-то внутри говорило, что этого недостаточно. Она недостаточно защищена и находилась в опасности, но от чего я не знаю. Я просто продолжал видеть, как ее глаза смотрели на меня с вызывающим огнем, который редко можно увидеть в наше время, и от этого у меня по спине пробежали мурашки. Я целенаправленно подстрекал ее, чтобы получить реакцию, чтобы я мог видеть это снова и снова. Сбивчиво вздохнув, я смотрю вверх, позволяя воде стекать по моему лицу, в то время как мое экто формируется само по себе, мои мысли полностью окутаны тем бунтарским взглядом, который она продолжала дарить мне. Ни разу она не позволила мне уйти ни с чем. Она всегда будет яростно обвинять меня во всех моих проступках, моей чуши, как она сказала бы, и хотя обычно это привело бы меня в ярость, но с ней всё совсем не так. Да, это разочаровывало меня, это раздражало, но также заставляло колебаться от того, насколько это возбуждало. Упёрся одной рукой о ​​стену и прислонился к ней, а другую опустил, чтобы схватить себя, сильно и с полным вниманием. У меня перехватило дыхание, когда волна удовольствия пронеслась вверх по позвоночнику, и когда я крепко сжал ствол, стиснул зубы, чтобы успокоиться, когда моя рука снова опустилась вниз, крепко сжимая. Я знал, что Санс прав. Тот факт, что я сейчас делаю это, доказательство того, что он прав. Она доводит меня до такого состояния, которого раньше не вызывала ни одна другая женщина, что я жажду ее прикосновений, скучаю по её запаху, всей её сути, и когда я начинаю размеренно двигать рукой вверх и вниз, всё, о чем я думаю, это она. Ее волосы, эти глаза, её нежная кожа и такой опьяняющий аромат, что я почти схожу с ума прямо здесь и сейчас, когда издал стон. Почему это происходило? Какое заклятие она на меня наложила? Если бы я не знал ничего, я бы сказал, что она маг, одурманивающий меня какой-то формой грязной магии, но я знал, что это не то, что здесь замешано. Это нечто другое. Кое-что, что я сам не готов был признать, даже когда движения моей руки ускорились, мои попытки оставаться спокойными растворились в небытие, когда я стал тяжело дышать и издавать стоны. Я едва сопротивляюсь тому, чтобы произнести ее имя, и быстро ублажаю себя, зная, что окажусь здесь завтра в таком же состоянии. Моя рука на стене начала сжиматься, когда я подбирался все ближе и ближе, мои звуки становились все более отчётливыми. Если бы кто-нибудь сейчас вошёл в мою комнату, они бы меня точно услышали, но мне было всё равно. Я слишком погружен в свои мысли о ней, чтобы волноваться. Как она двигалась и улыбалась, у неё такая красивая улыбка. Моя рука полностью сжалась в кулак теперь, я наклонился вперед, чтобы опереться о него лбом, и тяжело дыша, почти достигнув пика. Я изо всех сил сопротивлялся, чтобы не произнести то, что вертелось у меня на языке, но когда оргазм накрыл меня с головой, заставля удовольствие пронзить моё тело, я не смог удержаться, чтобы не произнести единственное слово, которого отчаянно пыталась не произносить.  — Молли… Даже не заметил, что я сделал это, пока мой кайф не начал отступать, и я смотрел на сперму, которая смывалась с моей руки. Тяжело дыша, мой гнев снова всплыл на поверхность, а разочарование начало нарастать, я громко рыкнул, зная, что веду себя глупо. Она просто человек! Она ничто! Я бы легко раздавил ее одной рукой, она такая крошечная и жалкая! Так почему же она не такая? Рыча, я ударил теперь свободным кулаком по стене душа не один, а три раза, выплескивая свой гнев. Остановившись, моя рука заныла, я стиснул зубы и, наконец, коснулся лбом более прохладной плитки, когда я произнес только одно слово, но подходящее, чтобы описать всё в этой ситуации, в которой я внезапно оказался. — Ебать.