Враг моего врага

Гаален на ходу сотворил лечащее заклинание. -Тришка, так продолжаться не может. Тебе нужен отдых. – Они прятались в кустах, чуть поодаль от лагеря, который разбили тролли. Ящики с припасами заманчиво поблескивали в свете костра. Гномиха яростно замотала головой. -Нет, нет, и еще раз нет! Мы не будем ничего откладывать. Надо забрать ящики сейчас, иначе упустим момент. Смотри, этот клыкастый уже зевает! Скоро будет отбой, а снять часовых не так сложно. – Тришка подпрыгивала от нетерпения. Светлая магия Гаалена помогла ей, однако, палладин почти уверен - нога сломана, и без помощи тут не справиться. Тришка и так на пределе. Дворф украдкой вздыхает. Он обводит лагерь внимательным взглядом. Тут сплошь одни тролли, чужаков нет. Однако идя по следу, он и Тришка не раз натыкались на те самые следы, что путались среди двупалых отпечатков амани. Он должен быть где-то рядом. Гаален поворачивается к гномихе. -Я не вижу предателя среди них. Возможно, он ушел охотиться. Нужно подождать как минимум до полуночи, когда весь отряд соберется в одном месте. Только тогда можно будет действовать. А пока что нет смысла тратить силы. Ложись спать.       Тришка недовольно глянула на лагерь. Дворф все-таки нашел способ дать ей поблажку. Однако, по правде говоря, ей действительно нужен отдых, как бы она ни храбрилась. Гномиха состроила рожицу, и улеглась на примятый снег, ничего не сказав. Гаален лишь пожал плечами, и стал смотреть. Усталые тролли начали разбредаться по палаткам.       Через несколько часов луна выныривает из-под густого елового навеса. Палладин толкнул Тришку в бок – пора. Гномиха поднялась с тихим стоном. Гаален тут же сотворил лечащее заклинание. Когда последние искры магии погасли, он молча кивает в сторону лагеря. Все тролли спали. Им повезло – амани решили выставить лишь одного часового. Тот бродил взад-вперед, больше смотря под ноги, нежели в чернеющий лес. Это их шанс. Тришка потерла руки в нетерпении. Гаален в который раз пересчитал спящих. Одного не хватает. Неужели предатель вернулся на форпост? Предчувствие чего-то нехорошего камнем плюхнулось в желудок.       Они выбрались из своего укрытия, обошли часового в тени деревьев. Шли след в след. Когда ящики оказались на расстоянии полета стрелы, Гаален остановился. Его тяжелая поступь запросто разбудит спящих, стоит подойти чуть ближе. Тришка догадалась, о чем он думал, и протиснулась вперед. Жестом сказала оставаться в тени, а сама засеменила вдоль границы лагеря. Гаален сжал молот, готовый в любой момент метнуть оружие на много метров вперед. Он глядел в центр лагеря, слушая лес позади. Быть может, предатель еще вернется?       Гномиха обошла кругом тяжелый ящик, и подняла, слегка пошатываясь. Тяжелый. Гаален дернулся с места, но вовремя остановился. Он сделает только хуже. Томясь в своем укрытии, палладин жевал ус в бессилии, наблюдая, как маленькая воительница упрямо перла свою ношу вперед. Выйдя за пределы лагеря, Тришка остановилась, чтобы перевести дух. Гаален ругнулся. Он быстро стянул с ног тяжелую обувь, и отправился за гномихой той же цепью следов. Широкие ступни в шерстяных носках ступали куда мягче, однако вес дворфа проламывал снег с треском. Тришка скривилась, когда палладин оказался рядом. Она молча передала ему ящик, и пошла за следующим. Второй оказался куда меньше, и его гномиха смогла с легкостью дотащить до места. Вернувшись под сень леса, Гаален предлагает не идти за остальными, так как вдвоем такую ношу будет унести непросто. После недолгих раздумий Тришка соглашается, и они покидают лагерь амани с двумя ящиками наперевес, растворяясь в черноте ночи.