В глубине твоего горла,
Где-то в твоих внутренностях
Я ищу твою душу,
Но ничего не нахожу…
Sex is not enough — Oomph!
Поля честно пыталась выбраться из заточения. Она пыталась выбить тяжёлую запертую дверь, пыталась расковырять личинку замка, но всё безрезультатно. Распахнув окно, она надеялась услышать что-нибудь важное, но комната, в которой она находилась, располагалась на противоположной от площадки стороне замка, так что ничего она не слышала. Всё, что ей оставалось — это ждать. Смиренно ждать, когда её чёртов
бывший парень соизволит снова посетить свою заложницу.
Флок пришёл, когда солнце стало садиться за горизонт, окрашивая небо в ярко-оранжевый цвет — прямо как его волосы. Дверь тихонько скрипнула, и чуть не задремавшая девушка встрепенулась и соскочила с кровати. Форстер почти застенчиво вошёл внутрь, сразу же посмотрел на оказавшуюся прямо перед ним Войцевич. Глаза её были совсем серыми, как грозовые облака. Он слишком сильно разозлил её.
Парень достал из нагрудного кармана маленький ключик и осторожно взялся за цепь наручников заложницы, чтобы расстегнуть их. Затем он убрал наручники в задний карман своих брюк, наблюдая, как девушка стала растирать запястья, кривя губы.
— Поля, я…
Шлёп!
Раздался громкий звук пощёчины. Голова парня отклонилась в сторону, и на его щеке отпечатался красный след. Тяжело дыша, напрягая пальцы на ударившей руке, Поля прошипела:
— Как посмел ты приказать тем детям избить инструктора?
Флок скосил на неё взгляд, затем повернул голову и посмотрел прямо, заглядывая ей в лицо. Он выглядел почти виновато — даже смешно. На самом деле он не чувствовал своей вины. Просто хотел быть в её глазах раскаявшимся, чтобы она ему поверила. Неужели он правда думал что Поля была настолько дурой?
— Ты слышала, что я тогда сказал, — произнёс Форстер. — Старики олицетворяют всё то, против чего мы боремся. Если мы их не сместим, то не сможем пройти дальше. Мы на войне, Поля, а здесь нет места чувствам. Инструктор Шадис жив, если тебя это волнует. Но сражаться он в ближайшие сутки точно не сможет.
— Ну и урод же ты, Флок.
Парень крепко стиснул зубы, и на его лице заиграли желваки. Он прикрыл глаза и мысленно сосчитал до трёх, возвращая себе спокойствие. После этого он медленно выдохнул и взял Войцевич за руку. Разумеется, та сразу стала вырываться, но он одёрнул её.
— Не зли меня, — предупреждающе произнёс Форстер и насильно потянул её к кровати, заставил сесть на матрас, а сам сел на стул, поставив его напротив. — Ты хотела, чтобы я тебе всё объяснил. Но я не смогу сделать этого, если ты продолжишь грубить мне.
— Ты мне ещё условия будешь ставить?! — раздражённо воскликнула Поля, но всё же прикусила язык и, сцепив на коленях руки в замок, уставилась на него исподлобья.
Флок подался вперёд и положил поверх её ладоней свои, не поднимая взгляда. Девушка нахмурилась, напуская на себя сердитый вид, чтобы не показать, насколько сильно она скучала по его прикосновениям. По его теплу, по его ласке.
Как же он мог измениться так сильно?..
— Командование считает, что Эрен поддерживает план Зика. Поэтому они заключили одного под стражу, а другого спрятали в лесу, — начал Форстер, поглаживая её кожу кончиками пальцев. — Но это не так. Знаешь в чём на самом деле состоит план Зика? Хотя откуда тебе знать… — он покачал головой. — Этот бородатый идиот хочет с помощью сил прародительницы Имир лишить элдийцев способности размножаться.
Брови Войцевич поползли вверх от недоумения.
— То есть… мы не сможем иметь детей?
— Именно! — воскликнул собеседник и наконец посмотрел девушке в глаза. — Разве это не отвратительно?
Поля машинально сначала покачала головой, а затем покивала. Если бы они все — Разведкорпус, Гарнизон, да та же Военная полиция! — узнали об этом раньше, точно бы не согласились на условия Йегера-старшего. Это ужасный план. Как вообще он смел считать, что может запрещать элдийцам иметь детей? Кем он возомнил себя? Творцом?
— Ты сказал… — неуверенно начала Поля. — Ты сказал, что Эрен не поддерживает план своего старшего брата? Тогда чего же он хочет?
— Ты задаёшь правильный вопрос, — Форстер улыбнулся. — Эрен воспользуется силой Титана-Прародителя, чтобы защитить Парадиз. Больше никто не сможет нам навредить.
Девушка удивлённо моргнула. Защита острова — ведь именно ради этого всё изначально затевалось, правда? В этом ведь нет ничего страшного? Если коменданту и командующей объяснить, как всё обстоит на самом деле, они обязательно поймут! И Йегеристам не придётся заключать их под стражу!
Верно же?..
— Но это ведь именно то что планировалось изначально? — недоверчиво уточнила девушка. — Эрен продемонстрирует, как действует Дрожь земли, чтобы напугать жителей материка и принудить их к заключению мирного договора. Ведь так?
Флок покачал головой.
— Мы слишком долго терпели, чтобы пойти на мир с марлийцами и остальными. Они не пытались поговорить с нами, а вместо этого просто свозили на Парадиз людей и превращали их в неразумных титанов! Они даже не спрашивали, что мы думаем обо всём этом! — разозлённо воскликнул он. — Вот и мы их спрашивать не будем.
Поля нахмурилась, не совсем понимая, что он имел в виду. Если речь шла не о заключение мира, то о чём ещё? Эрен же не пойдёт на…
Она не успела додумать свою мысль. Неожиданно Флок подался вперёд, накрывая её губы своими, тёплыми и сухими. Первый поцелуй всегда был робким: Войцевич уже привыкла к этому, потому что так парень как бы… прощупывал почву? Ему нужно было понять, в каком настроении была его девушка, прежде чем он смог бы сделать следующий шаг.
Флок отстранился, пробегая руками от её ладоней вверх, до предплечий, чтобы несильно сжать их, не позволить ей вырываться.
— Давай сейчас не будем об этом, — с жаром зашептал он напротив её лица, заглядывая прямо в глаза. — Я так скучал по тебе. Поля, знаю, я был груб в эти дни с тобой. Я не мог позволить другим узнать, как сильно я дорожу тобой. Не хочу, чтобы кто-то посмел использовать тебя против меня, — и Форстер снова поцеловал её, на этот раз более настойчиво. Стал давить на неё, чтобы она легла на спину.
И как бы приятно Поле не было в тот момент, она не могла позволить себе отдаться ему… при таких обстоятельствах. Поэтому, приложив усилия, она оттолкнула его, хотя парень продолжал нависать над ней, теперь с удивлением на лице. Она облизнула заалевшие припухшие губы, прежде чем произнести на выдохе:
— Ты сам сказал, что на войне нет места чувствам, — ещё раз вздохнула и продолжила: — Что на самом деле собирается делать Эрен?
Флок закатил глаза.
— Ну почему тебе так важно знать это именно сейчас? Не порть момент, Поля, пожалуйста! — и он снова припал к ней, покрывая быстрыми горячими поцелуями каждый сантиметр её кожи: скулы, шею, ключицы. Парень пытался отвлечь её внимание на себя, и Поля, машинально запрокинув голову, чтобы дать ему больше места, действительно балансировала на грани.
Но она так не могла, не могла! Она должна узнать правду, получить подтверждение или опровержение своих догадок! Иначе совесть точно будет гложить её.
— Флооок… — чуть ли не простонала она ему на ухо. — Да… послушай же ты… — договорилась девушка упираясь руками в его грудь, чтобы снова отстранить.
Флок недовольно рыкнул, приподнимаясь над ней. Он тяжело дышал, обдавая её лицо своим дыханием. Карие глаза чуть потемнели.
— Убьёт он их всех, — понизив голос, ответил наконец Форстер. — Убьёт, перетопчет, камня на камне на материке не оставит. Ну что, теперь ты довольна? — он сорвался на крик. — Стоила эта правда того?!
Войцевич ошарашенно уставилась на него. Именно этого она и боялась: Эрен Йегер в самом деле решил уничтожить всех, кроме жителей Парадиза. Никого в живых не оставит: ни элдийцев, ни марлийцев, ни детей, ни стариков — вообще никого. Сравняет города и страны материка с землёй.
Этого нельзя допустить!
— Ну почему ты вечно всё усложняешь?.. — почти жалостливо произнёс Флок куда-то в район её виска. — Как же всё-таки с тобой непросто, Поля.
Он выпрямился, сидя на её ногах, быстро огладил ладонями фигуру, спускаясь вниз, пока не дошёл до кромки брюк. А когда его пальцы коснулись пуговички, Войцевич вышла из транса и стала дёргаться.
— Флок, отпусти меня сейчас же! — но двигаться под его немаленьким весом было очень проблематично. — Пусти, я сказала!
— Успокойся! — прикрикнул он, дёргая бегунок замка вниз, чтобы следом начать резко стягивать с неё предмет одежды. Конечно, слушать её он не собирался.
— Прекрати!..
Чтобы присмирить девушку, Форстер схватил её за обе руки и завёл у неё над головой, наклоняясь близко к её лицу.
— Ты тоже хочешь этого. Я знаю, что хочешь. Можешь мне не врать.
Поля замотала головой и инстинктивно прогнулась в пояснице, когда он запустил руку ей в трусики и положил на лобок, грозя спуститься ещё ниже.
— Так нельзя… — прошептала она. А как именно нельзя — не уточнила.
Флок хмыкнул, почувствовав между своих пальцев влагу. Чтобы она ни говорила, её тело всё равно отзывалось на его любые прикосновения. Можно ли это счесть за предательство собственным организмом?
Он отпрянул, чтобы спустить ей брюки до колен и нижнее бельё, задрал ей ноги и сам оголился ровно настолько же. Он вошёл в неё, запрокинув голову, и почти сразу начал двигаться: рвано, глухо постанывая, почти аккуратно прижимая её колени к её же груди. Поля сжимала в кулаки простынь под собой, до крови закусывая нижнюю губу. Он наполнял ей, как раньше, почти приятно, и она бы, наверное, даже получила удовольствие, воссоединившись с ним, если бы не продолжала возвращаться мыслями к чёртовому Эрену Йегеру, который задумал чёртов геноцид.
Флок кончил быстро, излившись на постель, чтобы не запачкать ни свою, ни её одежду. У него попросту не было времени на что-то большее, хотя он бы хотел. Но пока он будет довольствоваться и такой малостью. А вот когда Дрожь земли случится… торопиться будет некуда.
В какой-то нелепой попытке проявить нежность, парень стал обратно натягивать на неё одежду, но Поля отпихнула его. Она даже не смотрела на него всё это время. Просто произнесла:
— Я сделаю всё возможное, чтобы не дать Эрену совершить геноцид. Прости, Флок, но этого я допустить точно не могу.
— Ты не сможешь остановить его, — начал Форстер, встав с кровати, чтобы привести себя в порядок, — если не выйдешь из этой комнаты. А ты не выйдешь, пока я не разрешу.
Не дожидаясь ответа, он пошёл на выход из кабинета. Но перед тем, как выйти, вдруг задержался на пороге и сказал, не оглядываясь:
— Ты тоже прости меня, Поля. Но за Эреном стоит будущее Элдийской империи. Если это наш единственный способ добиться мира для Парадиза, значит, мы прибегнем к нему.
И более он ей ничего не сказал.
