☆ Саид ☆
Мне восемь лет. Я стою у двери кабинета отца. Хочу войти туда, поговорить с ним. Стучусь в дверь. Тишина. Я подвигал ручкой. Не заперто.
— Папа, к тебе можно? — открывая дверь, я заглядываю внутрь.
— Конечно, сын, заходи! — отец поднял голову и посмотрел на меня с улыбкой. — Как прошёл твой день?
Я сел напротив него.
— Неплохо! Я сегодня разделался с Зейном! Уложил его! — у меня не получилось скрыть радость в голосе.
— Да? Молодец! Вот видишь, тренировки дают результат! Главное — никогда не сдаваться! — папа подмигнул мне. — Хотел бы я это увидеть!
Я заметил, что он что-то рисует. У него на столе было много рисунков. Он был архитектором.
— Пап, ты снова что-то рисуешь? Новое здание? Как у тебя в голове столько идей укладывается? — восхищённо спросил я.
Папа тихо рассмеялся.
— Верно, Саид! Ты угадал! Я рисую! Но не здание! — ухмыляясь, сказал он.
— А что? — мне стало очень интересно.
— Подойди сюда и посмотри! — заканчивая рисовать, предложил он.
Я подошёл к нему, обойдя его длинный деревянный стол. Взглянул на рисунки.
— Что это? — я шире распахнул глаза, — Украшения? — нахмурил брови.
— Это эскизы будущего кулона, сынок! — откладывая карандаш в сторону и откидываясь на спинку кресла, заявил мне отец. — Один мой друг заказал у меня кулон. Его жена давно просила сделать это украшение, но друг только сейчас взялся выполнять её просьбу.
— Но… как?! Ты же не делаешь украшения. Ты строишь здания, дома! — удивлённо воскликнул я, размахивая руками, стараясь показать масштабы его проектов.
Отец снова рассмеялся, глядя на меня.
— Саид! Я тебе напомню. Твой дед, в честь которого я тебя назвал, был знаменитым ювелиром. Ты что, забыл?
— Нет, — я помотал головой. — Я помню, кем был дедушка! Но не знал, что ты тоже умеешь делать украшения!
— В жизни, сын, нужно уметь делать если не всё, то очень многое. Я раньше тоже занимался ювелирным делом, помогал твоему деду. Но после того, как умерла твоя мама… — папа тяжело вздохнул, — я перестал этим заниматься... — нахмурился. — Как ты думаешь, какую форму мне лучше выбрать для кулона? — сменил тему.
Папа внимательно наблюдал за мной, подперев висок головы рукой.
Я снова посмотрел на рисунки и задумался.
— Ну-у-у… Так я тебе не скажу… Мне нужно видеть камень! — прямо посмотрев на отца, заявил я.
Отец довольно улыбнулся.
— Какой же ты у меня сообразительный, сынок! — потрепав мне волосы, он открыл ящик тумбы под столом. — Вот, держи!
Он протянул мне пакетик, в котором, по видимому, был камень, завёрнутый в шёлковый белоснежный платочек.
Я взял сверток в руки, осторожно вытащил. Затем развернул платок и увидел небольшой красивый зелёный камень.
— Что это? — спросил я отца, вертя и разглядывая камень. — Как он называется?
— Жадеит. Это самый прочный ювелирный камень по ударной вязкости на Земле. Под ударной вязкостью, Саид, понимается способность материала поглощать механическую энергию в процессе деформации и разрушения под действием ударной нагрузки. Короче говоря, что бы ты ни делал с жадеитом, как бы ты не бросал его, сын, ему ничего не будет. Он останется прежним.
— Да? Но я не собираюсь его бросать! — заверил отца я. — Надо сделать кулон круглым, так будет красивее, — ответ на заданный им вопрос пришёл быстро.
— Согласен с тобой, Саид. Я тоже так считаю!
Он отложил все свои рисунки и посмотрел на меня с интересом.
— Как тебе та девочка, с которой ты везде так резво вчера на празднике бегал?
— Жади? Я её вчера так и не поймал! — чуть опустив голову, ответил я. — Она такая шустрая и вредная! — посмотрел на отца, кусая нижнюю губу.
Папа разразился громким заразительным хохотом.
— Что? Я что-то не то сказал? — нахмурив брови, спросил я.
— Вредная, говоришь? — отец задумался, почёсывая затылок. — Так это же совсем неплохо и даже хорошо, Саид! — он фыркнул.
— А? — не понял я.
— С такой девочкой, сын, тебе в будущем точно не будет скучно! — он опять засмеялся.
— А причём тут я, папа?
Он посмотрел на меня, чуть прищурившись.
— Скажи мне, Саид, она тебе нравится? Или я ошибаюсь?
Я, не поняв, что он имеет ввиду, просто пожал плечами. Под тихий смех отца.
Сон испарился.☆☆☆
Проснулся я, вдыхая запах её волос. — Доброе утро… Как спалось? — мой голос прозвучал немного хрипло ото сна. — Мне было жарко. Как всегда, — недовольно ответила Жади. — Что ты здесь делаешь? Я тебя не ждала.«Хм… А что обычно делает муж в постели с женой?»
— Да. Я знаю. Ты не ждала. А я пришёл… — я потянулся к ней поближе, целуя плечо и шею. Мне этого было мало, и, поняв, что жена пока не сопротивляется, я начал гладить верхнюю часть её тела, думая о том, что мне сегодня приснилось.«А я и забыл, что когда-то бегал за ней…»
«Ты и сейчас за ней бегаешь, сын!» сказал мне отец, воображаемый в моей голове.
«Получается, ты уже тогда видел меня насквозь… Да, папа?»
Ответа не требовалось. Он и так ясен.«Интересно… Где сейчас твой кулон, Жади? Потеряла, наверное. Надо как-нибудь спросить при случае...»
Я легонько сжал её шею и, пока она не поняла, что произошло, перевернул её на спину и начал щекотать.«Когда-нибудь ты узнаешь, кто сделал тебе кулон…»
— Саид! Пре.кра.ти… Не надо! Хватит!!! — громко засмеялась она. — Я боюсь щекотки! — Значит, буду щекотать тебя чаще!«Хочу каждый день слышать твой смех!»
Вдруг я увидел, как взгляд Жади изменился, стал каким-то беспокойным, встревоженным. Она смотрела на меня так, как будто впервые увидела. Мне это не понравилось. — Жади, что случилось? Почему ты так странно смотришь на меня? Она ничего не ответила. Зажала рот рукой, резко оттолкнула меня от себя и побежала в туалет.«Понятно… Её рвёт…»
Я быстро встал с постели и пошёл за ней. Она наклонилась над унитазом. Длинные волосы закрывали ей лицо. Я подошёл ближе, сел на корточки перед ней. — Зачем ты пошёл за мной? Ты не должен был этого видеть, — она взяла бумагу и начала вытирать свои губы. — И почему, интересно, я не должен это видеть? — мне стало любопытно, что она ответит. — Это некрасивое зрелище, — Жади встала на ноги, отвечая мне. — Отталкивающее.«Что? Тебе плохо, а ты думаешь о таких мелочах!»
— Какая глупость так считать, Жади! Не знаю, как там ведут себя другие виновники беременности и будущие отцы, но я воспринимаю это спокойно, — я встал вслед за ней. — Я вообще хочу видеть всё, что с тобою сейчас происходит! Мне хотелось её защищать и оберегать. — Как ты сказал? Виновники беременности? — я услышал короткий смешок. — Какое интересное умозаключение! Хочешь видеть всё, Саид? И даже роды? — она внимательно посмотрела на меня.«Об этом я ещё не думал...»
— Ты знаешь, да. Я готов увидеть, как рождается мой ребёнок. Но это я сейчас так говорю. А там, кто знает, может, я тоже грохнусь в обморок, как мой брат. Мохаммед рассказал мне об этом. Он сказал, что хоть его и хватило всего лишь на полминуты, но он понял, что вам, женщинам, в этот момент очень тяжело. Она здорово удивилась моему ответу.«Глупышка! Ты до сих пор не поняла, что я люблю тебя… Восемь лет тебе мало для того, чтобы понять это!» — мне не хватило смелости сказать ей эти слова.
— Уверена, ты не грохнешься. Потому что тебя, мне кажется, ничем не напугаешь. Теперь пришла моя очередь удивляться тому, что я услышал.«Это настолько невероятно, что мне сложно ей поверить...» — если мой разум по привычке начал искать подвох в словах жены, то сердце трепетало.
— Спасибо, Жади, — я взял её прохладную руку и поднеся к своим губам, поцеловал. — Мне приятно слышать от тебя такие слова. Приятно, что ты так считаешь. Жади попросила меня выйти из ванны. А напоследок улыбнулась мне так, как никогда раньше: ярко, искренно и благодарно. Я видел это не только по её улыбке, но и по глазам.«Сегодняшний день можно считать счастливым!»
☆☆☆
За завтраком Жади вела себя необычайно странно. Хотела выведать, зачем я лечу в Бразилию. Я бы сказал, но мне хочется сделать сюрприз. Прежде всего самой Назире. Просто хочу посмотреть на реакцию каждой женщины в нашей большой семье. Я знаю, что Жади, Латифа, Зорайде, мягко говоря, недолюбливают мою сестру. Но Назира, при всех своих недостатках, замечательная женщина, очень сопереживающая, всегда готова помочь, надо только найти к ней правильный подход. Жади вдруг заявила, что хочет, чтобы сегодня дома был праздник. Не то чтобы я был против этого, но я решил сначала разобраться с сестрой, привезти её сюда, а потом уже всё отпраздновать. — Зачем? — она отрывисто задышала грудью. — Господи, Саид! Тебе незачем тратить огромные деньги! Я ещё никого не родила!«Ты не понимаешь, что для меня значит новость о том, что я стану отцом… Я так долго этого ждал, уже и не надеялся, что ты подаришь мне малыша!» — появилась мысль у меня в голове, пока я смотрел на неё.
— …Вот только будет уже поздно! Вчера у нас был какой-то её поклонник, которого я не видела, но точно знаю, что он здесь был, и передал ей какую-то записку!«Да знаю я, кто, кому и зачем прислал записку!» — остервенело подумал я. — Не приплетай ко всему этому Зорайде, хитрая ты интриганка! Вон как она вся дрожит! Как лист на ветру! Выронила все фрукты…»
— Зорайде, всё хорошо! Идём к нам! — я подошёл к ней и повёл к столу. — Саид… я... я не могу… — еле-еле проговорила женщина. — Ничего не хочу слышать! Нам всем сейчас нужно поговорить! Садись, — я усадил её. Теперь главное, чтобы не сбежала, а то она любит это делать. Я подошёл к дяде Али. На нём просто лица не было. — Дядя Али, вы тут? — положил руку ему на плечо. — Понятно. Вы в шоке, — я прищурился, смотря на свою жену,— Жади в последнее время часто шокирует нас. — Ты хочешь что-то ещё добавить? Она промолчала. — Хорошо, тогда я буду говорить, — я увидел у себя под ногами апельсины и подумав, что это неплохой способ разрядить обстановку, снять напряжение у всех присутствующих, взял их в руки. — Зорайде, то, что сказала Жади про твоего поклонника, это правда? Я видел, что женщина не знает, что ответить.«Говори, Зорайде, не бойся. Сейчас всё сделаем так, как надо!»
— Зорайде, ответь, пожалуйста. Мы ждём твоего ответа. Она посмотрела на ту, которая её подставила. — Д-д-а-а… — еле слышно произнесла женщина, закрывая лицо руками. — Кто он, Зорайде? Тот продавец фруктов? — тихо спросил дядя Али.«Как же я вас понимаю дядя…»
— Да какая разница, дядя Али! — я немного пожонглировал апельсинами и, подойдя к Жади, сел рядом с ней. — Мы сейчас не о каких-то тайных поклонниках говорим, а о вас! Скажите, вы любите Зорайде? Я нисколько не сомневался, что да. Только слепой этого не видит. Дядя Али наконец-то во всём признался и попросил руки у своей подруги. Лара Зорайде согласилась. Я посмотрел на Жади. Она хлопала ресницами и мило улыбалась. Мне захотелось увести её туда, где мы будем одни. — Пойдём. Оставим их одних. Нам здесь делать больше нечего. Я встал, взял её за руки и повёл за собой.«Как же я люблю, когда ты не сопротивляешься моей воле, Жади…» — смотря ей в глаза, я замедлил шаг.
☆☆☆
Мы пришли в комнату Жади. Я сел на кровать, её саму усадил себе на колени. — Значит, ты не видела того поклонника Зорайде? — невзначай спросил супругу. Жади удивлённо посмотрела на меня. — Нет, а что должна была? — она заглянула мне в глаза.«Не дай Бог. Если увижу его рядом с тобой, Жади… ты знаешь, что я сделаю!»
— Господи, Саид… Ну нельзя же быть таким ревнивым! Неужели ты ревнуешь меня к поклонникам Зорайде? — она засмеялась.«Это не её поклонник. Это Ферраз! Как я должен себя вести? Ведь этот бразилец завладел тобой. Из-за него ты не видишь меня!» — мне хотелось крикнуть.
Она провела рукой по моим волосам. — Саид… Спасибо тебе…«Не понял...»
— За что? — я положил свою ладонь на её бедро. — Спасибо за то, что помог мне осуществить мой план… — Жади обвила мои плечи рукой. — О-о-о… так это был твой план? — я посмотрел ей в глаза, гладя бедро. — Я так рада за Зорайде и дядю! Я так счастлива! — она весело рассмеялась. Поцеловала меня в щёку и сразу же отстранилась. — И это всё? — кое-как сдерживая себя, спросил я. — В каком смысле? — она не поняла меня.«Помоги мне Аллах…»
— Жади... Неужели ты ничего не видишь, не чувствуешь? — я сам не заметил, как сказал эти слова на арабском. Тем лучше. Моя рука потянулась к её шикарным волосам, нырнула под шею, провела по щеке. Большим пальцем я коснулся её таких манящих губ. — Мне мало. Я хочу большего… — прошептал я, приближаясь к ней. — Саид… Я не выдержал. Поцеловал её. Для меня её такие редкие, короткие поцелуи равносильны прохладной родниковой воде, о которой так мечтаешь, когда находишься в пустыне… Так как я не встретил никакого сопротивления со стороны жены, то развернулся и, не прерывая поцелуй, обхватил её руками. Почувствовав женские руки у себя на спине и шее, я наклонился вперёд торсом, мягко давая понять ей, что надо лечь на кровать. Жади убрала руку с моей спины. Я перехватил эту руку и, сделав ею полукруговое движение по покрывалу, поднял над головой супруги, которая застонала мне в рот. А я тем временем водил кончиками пальцев по её руке вверх-вниз. Когда моя рука дошла до её ладони, я переплёл наши пальцы. Послышался звонок телефона, раздавшегося из кармана моих брюк. Мы целовались, а звонок всё никак не прекращался. — Саид… — Жади первая прервала наш поцелуй, хватая воздух ртом, я чувствовал, как её грудь, живот при этом пришли в движение, свидетельствуя как раз о том, что хозяйке не хватает воздуха. — Ответь…«Кто посмел… В такой важный момент...» — я, высвобождая жену из своих рук, встал, достал телефон.
— Алло... — мой голос охрип, но быстро пришёл в норму. — Привет, Азиз! Я как раз на днях планировал тебе позвонить… — Саид, я по другому поводу тебе звоню. Нужна твоя помощь. У тебя есть огнетушители? — Конечно. А что случилось? Где-то что-то горит? — взволнованно спросил его я. — Да. Айт-Бен-Хадду — тяжело выдохнул мой друг. — Что?! Я не ослышался? Ты серьёзно?? — я быстро подошёл к окну и понял, что всё, что мне говорит Азиз, реально. Далеко за горизонтом было видно пламя огня. Характерный запах пожара становился всё более выраженным. — Да, Саид. Мне сейчас не до шуток. Мы вызвали бригаду. А пока она едет, сами тушим пожар, как можем. Присоединяйся к нам! — Скоро буду! — я направился к выходу. — Саид, что случилось? Что-то горит? — взволнованно спросила меня Жади. Я успел уже и забыть, что она находится рядом со мной. — Да, случилось. Развалины горят. Реакцию жены я не видел, так как торопливо спускался по лестнице.
