Про заботу
26 июля 2022 г., 21:04
Дзёно редко просыпался от чего-либо, кроме шума, несмотря на наличие у него специальной гарнитуры, но на этот раз он по-настоящему смог выспаться даже без неё, что удивило даже его самого.
Возможно, огромную роль в этом сыграло состояние организма — он был на восстановлении после тяжелых минувших событий, нанесших довольно неприятные физические травмы.
Дзёно поднялся с кровати, и первое, что он почувствовал — сильный запах острых специй с кухни, смешанных с чем-то очень сладким, вроде мёда. Кажется, это нечто должно было пойти в кружку ароматного чая.
— Не думал стать поваром, Тэттё? — спросил Дзёно, когда оказался там, — представляешь, сколько ты можешь зарабатывать с того, что люди будут готовы на всё, лишь бы ты убрал свои блюда от них подальше.
— Это вкусно. Ты сам убедишься, если попробуешь.
— Нет, я пока жить хочу.
— Как видишь, я ещё не умер. В любом случае для тебя я заварил чай отдельно. С твоим лекарством, как и говорил врач.
— О, как любезно с твоей стороны. Вылей это в раковину или унитаз.
Тэттё вздохнул. Никакой другой первой реакции он, на самом деле, от своего возлюбленного и не ожидал.
— Ты же знаешь, что всё равно придётся его выпить. Я серьёзно, Дзёно, не выливай.
— Не возись со мной, как с ребёнком.
— Ты иначе игнорируешь свои проблемы.
— У меня нет проблем!
— Ты сейчас рухнешь.
Тэттё параллельно с тем, как сказал это, резко встал со своего стула и подошёл к Дзёно, который внезапно опёрся на раковину, где серьёзно собирался избавиться от чая.
Он выглядел очень бледным, а его голова неожиданно закружилась. Тэттё обнял его за плечи и посадил на стул.
Каким бы сильным ни был Дзёно, последствия оставленных травм (и обращения в вампира в том числе) он контролировать пока не мог, из-за чего ему и приходилось пить лекарства. Спасибо хоть на том, что его выписали из больницы быстрее всех.
— Отпусти сейчас же.
— Хорошо. Но выпей лекарство, пожалуйста.
— Я сам выпью.
— Ага.
К счастью, Дзёно действительно взял чашку, оставленную возле раковины, обратно, и выпил всё содержимое в ней до дна, из-за чего тут же поморщился.
Тэттё облегчённо выдохнул. Что ж, одним переживанием меньше.
— Я запрещу тебе использовать чайник.
— За заботу?
— За… — Дзёно стал быстро подбирать синоним к слову, которое Тэттё только что так легко произнёс, — излишнюю возню.
— Вовсе не излишняя.
— Ненавижу это в тебе.
Дзёно откинулся на спинку стула и раздраженно вздохнул. Он хотел добавить что-то ещё, но сбился с мысли, как только Тэттё наклонился и, положив свои ладони на плечи Дзёно, укрытые большим тёплым махровым халатом, поцеловал его сначала в губы, а потом в затылок.
— Ага, я помню.
