Утро

Утро. Ещё не успевшая исчезнуть ночная прохлада змеёй вползала в комнату сквозь не закрытое с вечера окно и заполняла собой небольшую однокомнатную квартирку, на стенах которой красовались уже порванные в нескольких местах обои. В главной комнате, на раскладушке, располагавшейся возле окна, занавешенного плотными шторами, лежал серый пушистый кот, мурлыча и вылизывая свои и без этого уже чистые лапки. Недалеко стоял простенький стол с наваленными на него бумагами, исписанными какими-то еле различимыми буквами и цифрами. Кухня пустовала, лишь горы посуды, лежащие в раковине, да тарелка с недоеденным завтраком немного разбавляли этот тоскливый пейзаж. На удивление, ванная оказалась не такой заброшенной, как другие помещения. Двое юношей, сидя на холодном кафельном полу, безмолвно глядели друг на друга. Аккуратными движениями своих болезненно бледных рук один из них снимал бинты с тела другого, заменяя их на чистые. Такая процедура в этой квартире проводилась раз в неделю, и всякий раз она проходила молча, без единого звука. Во время неё они всегда смотрели друг на друга испытывающим взглядом, будто пытаясь что-то отыскать в глубине души, сидящей напротив. Сегодняшний день не стал исключением. Казалось, что, если бы кто-то посторонний наблюдал за ними, то наверняка бы решил, что они общаются на каком-то своём языке, который не понимает и не сможет понять никто, кроме них. Возможно, что ещё долго оба бы сидели точно так же, но, к сожалению или к счастью, этот покой нарушил вошедший к ним кот. Он нагло пристроился на коленях перебинтованного юноши и стал громко мяукать, настойчиво прося о чём-то. - Надо бы дать ему поесть... - произнёс другой, неспешно вставая с пола. Животное тут же оживилось, и, вскочив на лапы, быстро побежало на кухню за обещанным завтраком. Оставшийся сидеть на полу в давящей тишине парень тоже встал и поспешил присоединиться к ним, не желая оставаться наедине с самим собой и своими, порой очень непонятными даже для него, мыслями о жизни.