Зов бездны

      Дневной свет мало-помалу прощался с улочками Мондштада: время шло к ночи. Тучи все сгущались и сгущались, окрашиваясь в неприятный и унылый серый цвет. Ещё минут десять назад розовое солнце игриво плескалось в небе. Никто, кроме самих архонтов, и подумать не мог, что начнется ливень. Дождь звонко забарабанил по крышам, стёклам, мощеной дороге, привнося в город свободы свой меланхоличный дух. Кэйа Альберих чувствовал себя крайне скверно. Дождь настиг его, как и других, совершенно внезапно. Хотя, в отличие от мужчины, местные жители успели добежать до укрытий. А он приложился спиной к холодной стене и прикидывал: стошнит его или нет.       Еще недавно все было в меру паршиво — рутинные будни сменились на рутинные выходные. Кэйа наслаждался мирными окрестностями, свежестью воздуха, шумному перекрикиванию торговцев и, конечно же, долгожданной свободе. Нельзя сказать, что такая рутина не приходила по душе, но он ощущал щемящую скуку, которая таилась в уголках его души. Прогуливаясь между разноцветными домишками, Кэйа пытался размышлять о чём-то хорошем, о чём-то кроме дел и висевшей на нем ответственности. Надо было отогнать эти мысли и расслабиться. Как нельзя кстати, в этот день две вполне миловидные дамы сделали ему предложение от которого он не мог отказаться. Знакомый терпкий запах и губы уже припали к вину. Первые два бокала были ничего, но дальше… с каждым следующим глотком ему становилось все тоскливее.       — Да…– протянул Кэйа, неуклюже поправляя мокрые волосы, которые так и лезли в лицо. — Это не совсем тот финал, которого я хотел.       Что-то блестящее брякнулось рядом с его коленом.       — А? — он растерялся, увидев монету. — Мора? Что вы, не надо. Вообще-то я капитан ка…       Кэйа встретился с проницательными большими глазами цвета огня. Казалось, они горели ещё ярче и насыщеннее среди бледных каменных ограждений.       — Издеваешься?!       Кэйа выглядел совсем несуразно — в большой и мокрой рубахе, где-то уже запачканной, растрепанный, как большой ребенок, и с сильным замешательством на лице.       В строгих чертах Дилюка мелькнула неприязнь.       — Не вижу здесь капитана кавалерии.       Кэйа незамедлительно отвёл взгляд. Тошнота вновь подкатывала к горлу.       — Ты что, разучился пить?       — Не пытайся язвить, — пробормотал Кэйа, стараясь выдавить улыбку.       — Ты видел Эмбер? — Резко спросил Дилюк, не желая заострять внимание на валявшейся перед ним проблеме больше, чем оно нужно.       ㅡ Нет. А что, что-то случилось?       — Видел как она утром выходит из городских ворот. Говорят, она все еще не вернулась.       Кэйа на секунду замер, восстанавливая смутные образы у себя в голове. Нет, об Эмбер ничего не было слышно сегодня.       Дилюк цокнул языком.       — Я надеялся, что ты и правда сведуешь всей информацией в Монде.       — Конечно сведую, — проворчал Кэйа себе под нос. — Дай мне время и я все узнаю.       Капитан кавалерии оперся ладонями о мокрую землю и, неравномерно раскачиваясь, попытался встать. Доброжелательно протянутая рука в перчатке предложила ему помощь, Кэйа с радостью принял ее.       — Спасибо, — с некоторым смущением сказал он.       — Времени нет. Ночь надвигается. Она как скаут должна знать, что лучше возвращаться дотемна. Джинн тоже обеспокоена ее отсутствием, она даже сама хотела пойти разобраться, но я сказал, что с этим лучше обратиться к тебе.       — Ох, ты хочешь что-то доверить рыцарям Ордо Фавониус?       — Не им, а тебе! — ледяным тоном поправил Дилюк. — Я сам справлюсь, раз ты не в состоянии. Пойду в сторону Спрингвейла.       — Я с тобой.       — Ты пьян!       — Когда мне это мешало? — гордо сказал Кэйа и посмотрел сначала на Дилюка, а затем вдаль, куда они собираются идти.       — Я потрачу много времени если придется с тобой возиться.       — О, не беспокойся, я уже самостоятельный, — сказал Кэйа и быстро сообразил, что в таком виде он далеко не уйдет. Поэтому он не придумал ничего лучше, чем взять кусок брезента со стоявшего рядом прилавка и накинуть его на себя сверху. — Как тебе мой новый плащ?       — Это не твое.       — Не переживай, я верну. Сейчас мне это гораздо нужнее.       Дилюк смерил Кэйю оценивающим взглядом, вдохнул и тяжело выдохнул. Ему не хотелось отвлекаться на несущественные вещи, поэтому он больше не стал медлить. Он развернулся и пошел в сторону главных ворот. Капитан кавалерии, размахивая полами своеобразного плаща, последовал за ним.       — Ты промокнешь. У меня тут еще есть место, — Кэйа приподнял край ткани, приглашая Дилюка к себе, но ответом ему было молчание. — Как хочешь.       — Если в этом замешан Орден Бездны, я и сам разберусь.       — Не рискну оставить тебя одного. Я же тоже за тебя волнуюсь, братишка.       Дальше они шли молча.        Родной пейзаж казался сейчас холодным, настороженно враждебным. Гигантские стены пронзали наважденное небо и вплотную прижимались к грязной дороге. Дождь был уже не таким сильным, но все равно неприятно моросил. Капельки оседали на коже и одежде, свисали с ресниц и заставляли щуриться. Ветер дул прямо навстречу, намекая, что в такую погоду лучше оставаться дома. Дилюк был непреклонен, он шел вперед точно так же, как идет вперед в любой другой день независимо от погодных условий. Они миновали мост и ступили на сырую дорогу. Кэйа чувствовал в воздухе какое-то напряжение, но он не мог до конца понять от чего именно — все это буквально окутывало плотным и неясным покрывалом, словно стараясь задавить. В глубине души он надеялся, что настроение Дилюка ухудшилось не из-за него. Да и ухудшилось ли? Он постоянно такой. Еще и Эмбер… Что ж, она любит лезть в неприятности, но она всегда думает о чувствах других. Вряд ли она ушла бы далеко, не предупредив Джинн или Эолу. Что заставило ее так сильно задержаться?       — Предлагаю разделиться, — Кэйа прервал тишину. — Я пойду в сторону Шепчущего леса, а ты куда и планировал.       — Погоди, — остановил его Дилюк. Он вглядывался куда-то вдаль на юго-запад.       — Ты думаешь это…?       Вдруг на размытую дорогу из кустов вывалилась девушка в красной форме. Облегчению не было предела, но присмотревшись братья поняли, что с Эмбер явно что-то стряслось.       — Что случилось?! — Кэйа бессознательно подбежал к девушке, чтобы проверить все ли с ней впорядке.       Эмбер смотрела испуганно — огромными глазами на маленьком испачканном лице.       — Я… мне показалось, — еле слышно проговорила она… Я видела что-то странное.       —Похоже, она в шоке, — заметил Кэйа.       — Разберемся с этим потом. Тебе нужно отдохнуть, — тут Дилюк обнаружил кровоточащую рану на ее бедре. — Ты ранена.       — Ох нет, царапина… — слова Эмбер звучали устало и неубедительно.       Дилюк осторожно взял девушку на руки и удивился, какая она легкая.       — Дилюк! Я и сама справлюсь, — сказала Эмбер, не зная, что и говорить в такой ситуации. Однако, ей было приятно, что за нее переживают.       — Лучше не напрягать раненую ногу.       Кэйа заметил что она дрожит и вся промокла, поэтому он сорвал с себя свою накидку и укрыл Эмбер.       — Поспешим, — негромко сказал Кэйа.        Дилюк согласно молчал и торопливо зашагал в сторону города.       — Пойду вперед. Найду Барбару, — объявил Кэйа, не беспокоясь больше ни о сегодняшнем количестве выпитого спиртного в баре, ни о дожде. — Она должна быть в церкви…        Толкнув тяжелую дверь, Кэйа забежал внутрь храма.       — Барбара? Ты здесь? — ноги несли его вперед, а голова вертелась в поисках спасительницы.        Послышался стук маленьких каблуков.       — Конечно я здесь, — откуда-то из-за колонны раздался мелодичный голос.       — Нужна твоя помощь. Сейчас объясню…       Через полторы минуты на пороге показался силуэт Дилюка с Эмбер. Девушка закрыла глаза от изнеможения, но она не спала. Барбара тут же подскочила к ним и озабоченно закружилась рядом.       — На скамью, — скомандовала Барбара. В лечении она была профессиональна, в этом деле ей все доверяли.       — Спасибо, — серьезно сказал Дилюк и бережно положил Эмбер туда, куда его и попросили.       Служительница храма вгляделась в поврежденное место.       — Да тут все серьезней чем я предполагала! Как это произошло?       Эмбер нехотя ответила:       — Я поскользнулась и упала на… ветку?       — Внутри есть остатки…придется вытаскивать.       — … Да твою ж…— измученно просипела Эмбер.       — Ты в храме Барбатоса, дорогая Эмбер. Пожалуйста… придется потерпеть.

***

      Солнцестояние. Ветра не было. Звуков тоже. Странно. Кэйа стоит посреди безжизненной пустоши. Он поворачивается налево, затем направо. В кустах показалось движение.       — Эмбер, ты снова охотишься? — он расслабленно двигается навстречу к колышущейся листве.       Кэйа пригибается и всматривается в растительный узор. Он замечает глаза. Но это была не Эмбер. Глаза свирепого зверя, глаза налитые кровью, и они смотрят прямо на него. Кэйа вздрагивает, делает шаг назад. Кусты зашевелились с новой силой. В это же мгновенье над ними вырастает громадная туша зверя. Оно надрывно дышит, показывая желтые клыки с которых свисала густая как слизь слюна. Тело Кэйи оцепенело, он больше не мог сдвинуться с места. «Похож на кабана, но больше медведя. При всем желании оно могло бы разрушить нашу крепостную стену…», — думает мужчина.       Оно делает неуклюжее движение вперед, от чего сзади остаётся глубокий угольный след. Тут с его смолянистого черного меха начинают сыпаться и падать в траву опарыши, черви, змеи. Зверь глядит на Кэйю, ему не нужно торопиться, ведь знает — человек попался. Кэйа чувствует как рука тянется к оружию, смотрит на руку, но оружия нет. Змеи начинают шипеть и извиваться у ступней, медленно утверждая власть рядом с ним. Кэйа переводит взгляд вниз.       И тут зверь нападает.       Кэйа бросается назад — слишком поздно. Он ощущает сильную пронзающую боль, усиливающийся ручей горячей крови, смешавшийся с грязью и змеями под ногами. Зверь приподнимает его над землей, заставляя его жизнь оборваться еще мучительней. Челюсти до хруста сжимаются на шее. Кэйа хочет закричать, вырваться, но не может даже сделать вздох. Он чувствует невероятные мучения и захлёбывается в забытье.       — Проснись!       Кэйа резко садится на диване, хватая ртом воздух, как будто впервые дышит. Осматривает обстановку.       Тонко декорированный кабинет. Раздается запах кофе и цветов, такой знакомый и успокаивающий. Через шторы пробивается теплый лучик солнца, он легко ложится на разноцветные корешки книг, расставленных в стеллажах. Свет равномерно отражается от канделябров и большого настенного украшения, состоящего из щита и двух парадных мечей. На большом дубовом столе горкой лежат документы и письменные принадлежности. Рядом стоит чашка выпитого эспрессо. А также благоухающие лазурные цветы в вазах и чистота — это все свидетельствует о том, что здесь большую часть своего времени проводит Джинн. Кэйа понял, что уже утро, и что он вместе с Дилюком пришел сюда в надежде выспаться. Сон настиг его слишком быстро, он даже не может вспомнить как здесь уснул.       — Кошмары? — поинтересовался брат.       — Да… Там был ты. Голый.       — Идиот, — с еле заметной улыбкой сказал Дилюк и повернулся к теневой стороне.       — Прошу прощения за мою дерзость, — отмахнулся Кэйа и посмотрел на сводного брата. Только сейчас он в полной мере осознал, что они ночевали вместе. Этого давно не было. Иногда в детстве после игр на винокурне они уставшие забирались на одну кровать, чтобы почитать интересные истории искателей приключений, а после беззаботно засыпали.       Он хотел сосредоточить свое внимание на недавнем происшествии, на усиливающимся чувстве голода, на пении птиц за окном, на чем угодно… И всё-таки он ясно вглядывается в его профиль, и вспоминает те минуты, когда он видел его таким в последний раз. Убедившись, что Дилюк ещё сонный и невнимательный, он может не опасаясь смотреть на алые вьющиеся волосы, на очерченные скулы, прямой нос и приоткрытые губы. Кэйа не мог совладать со своим взглядом: зрачок упрямо обратился на него. Он смотрел и испытывал горькое упоение, несравненное и все же болезненное — чистейшее сокровище со стальными шипами муки, радость, подобную той, какая может охватить умирающего от жажды посреди солёной морской воды.        Он не собирался любить его. Кэйа отчаянно пытался вырвать из своей души ростки любви, едва он их обнаруживал. И вот каждый раз при взгляде на него, они оживали, зеленели и наполнялись жизнью. Остановить. Это срочно надо остановить. Будто все лучшие чувства и поступки Кэйи должны были принадлежать Дилюку, а он растрачивал их на всех кроме него. Он знает, что должен задушить надежду и положить конец своим бесполезным страданиям.        Кэйа потряс головой, рассеивая навязчивые образы, потянулся и сполз с дивана. Он чувствовал себя помято.       — Какой чудесный кабинет! — воскликнул капитан кавалерии, оглядываясь по сторонам. — Необходимо впустить больше света, — с этими словами он подбежал к изумрудным шторам и без промедления распахнул их, заставляя яркие лучи света коснуться лица Дилюка. Тому это явно не понравилось, и он зажмурился.       — Не лучший способ разбудить меня, — Дилюк приподнял руку чтобы закрыться от солнца.       — Так расскажи каким способом будить тебя, чтобы тебе понравилось, — бросаясь такими фразами, Кэйа еще больше закапывал себя.       Дилюк промолчал.       За все годы, что Кэйя знал брата, он научился распознавать сто и один вид молчания Дилюка. Сейчас же тот был сконфуженный и кислый.       — Ладно, пока что не буду тебя смущать.       — Ну уж постарайся.       Дверь со скрипом отворилась. Братья обернулись на звук и увидели Джинн. Ее пшеничные локоны переливались в дневных огоньках, глаза смотрели сурово, губы сжались в тонкую полосу, а грудь часто вздымалась — она спешила сюда.       — Добрый день, магистр Джинн, — сказал Дилюк, а затем и Кэйа.       Она начальственно вошла в комнату и объявила:       — Вставайте. Пойдем в «Хороший охотник». Эмбер будет нас ждать с чем-очень интересным.       Братья переглянулись и в туже секунду оказались около Джинн.       — Мы готовы.       Они были не из тех, кто выходит в город в неподобающем виде. Дилюк был растрепаннее обычного, его заправленные наспех вещи заставляли задуматься, что же такого произошло ночью, почему идеальный во всем мужчина посмел не погладить костюм. Однако, его привлекательное лицо, элегантные манеры и эталонная походка перетягивали все внимание на себя, а выученная маска не давала и шанса проникнуть за нее. Кэйа хоть и любил одеться с иголочки, любил оказывать на людей хорошее впечатление, сейчас почти не переживал об этом. Лёгкая небрежность в образе даже шла ему.       Приближался завтрак, хотя для большинства был уже обед. Некоторое время спустя троица спустилась вниз к ресторану и увидела Эмер, спокойно ждущую их появления. Девушка краем глаза заметила фигуры, движущиеся к ней навстречу, и дружелюбно помахала рукой. Компания села за стол, Дилюк позволил себе проявить заботу и отодвинул стул для Джинн.       — Здравствуй Эмбер, — начала магистр.       — Здравствуйте. Как поспали?       — К-хм-хм, — закашлялся Кэйа. — Ничего необычного. Как твоя нога?       — Почти не болит, — сказала Эмбер в своей естественной манере. — Я заказала нам блинчики с чаем. Надеюсь, вы не против.       Почти сразу же рядом оказалась улыбчивая официантка с тяжелыми подносами. Она легко расставила угощения, пожелала приятного аппетита и вернулась на свое прежнее место. Блинчики как всегда в этом заведении были хороши, они почти невесомы и обладали выраженным ягодным запахом. Мягкая текстура таяла во рту, а с сироп придавал еще больше нежности и сласти. Плотно позавтракав, компания обменялась серьезными взглядами и настроилась на длительную беседу.       — Возможно, в связи с тем, что вы видели меня не в совсем здравом состоянии, вы можете поставить под сомнение все, что я сейчас расскажу, — сдержанно начала Эмбер, но затем ее голос таинственно понизился. — Желаю, чтобы это было всего-лишь видением, но я точно ощущала все наяву. Прошу, не считайте меня сумасшедшей — глаза девушки обратились к слушателям, она все еще обдумывала произошедшее.       Джинн успокаивающе сказала:       — Ничего страшного. Мы не будем тебя осуждать. Пожалуйста, сосредоточься.       — Четкая граница между реальным, действительным и воображением иногда смазывается. Все явления воспринимаются каждым из нас по-своему, благодаря тонким индивидуальным психическим отличиям. Именно они и делают наше восприятие столь непохожим. Даже если ты была свидетелем чего-то странного, это еще не значит, что ты сошла с ума, — произнес Кэйа.       Эмбер поерзала на стуле и продолжила:       — Я решила поохотиться. Я пошла на запад в излюбленное кабанами грибное место, это за Спрингвейлом. Вчера все начиналось отлично: наткнувшись на звериную тропу, я пошла рядом с ней напротив ветра. И вот, стоя на возвышенности, с которой можно произвести меткий выстрел, я увидела лежак кабана. «Удача на моей стороне», — думала я. Натянула тетиву, но что-то меня остановило. Я заметила, что кабан смотрит прямо на меня, он не двигался. Развернувшись вполоборота, он встал прямо мордой ко мне и продолжил смотреть. Я не поняла такого странного поведения и выстрелила. Стрела просвистела рядом с его ухом, но зверь не шелохнулся. Его взгляд впечатался в меня. Он не убегал, хотя у него был шанс это сделать, да и расстояние позволяло. И тут он задрал голову вверх и начал истошно вопить, как будто разыгрывая сцену передо мной. Он визжал и визжал. Я замерла, озадаченная таким шумом. И когда все затихло, кабан так же упрямо смотрел в мою сторону. Я не решалась ни подойти к нему, ни уйти, пока зверь сам не начал отступать. Он, медленно зашагал вглубь зелени, как бы завлекая меня. Я шла поодаль, держа оружие наготове. Он был впереди, шагах в пятнадцати. Таким образом мы плутали между заросшими кустами и деревьями. Я не знаю сколько прошло времени. Начал накрапывать дождь. Но любопытство взяло надо мной верх, и было интересно куда меня приведут. Чем дальше, тем более смутно я помню произошедшее. Кабан привел меня к скале заросшей мхом, сорняками и причудливо-стелющимися травами. Неприятный гнилой запах наполнял местность, я решила, что это из-за плотного слоя тины у водоема рядом. Меня ни на минуту не покидала мысль, что я и кабан первые живые существа, нарушившие многовековое безмолвие этого места. Дождь усилился и мне стало крайне неуютно, я почувствовала внезапное одиночество и холод. Среди буйной растительности я заметила замшелую плиту. Подойдя ближе, я поняла, что это больше напоминает колодец, верх которого был прикрыт ветками и грязью. Без рассуждений я стала расчищать траву и лишний грунт. Мое внимание было приковано только к этой каменной конструкции. Дождь совсем не мешал мне. И только когда я расчистила все, я заметила, что кабан исчез. Но больше меня волновало то, что я обнаружила сейчас. Я видела бесконечной глубины черный провал. Было темно, но внутри него было еще темнее. Меня тянуло туда, но я боялась даже смотреть вниз. Я знаю эту местность как свои пять пальцев, однако, никогда и не слышала о чем-то подобном у нас здесь. А дальше…— Эмбер потупила взгляд.       — Продолжай, — Дилюк не хотел чтобы рассказ прерывался. Он скрестил руки и внимательно слушал.       — Меня позвали…       — Кто? — задала вопрос Джинн.       Эмбер мотнула головой:       — Я не узнала голос. Но такое чувство, что он пытался быть знакомым. Понимаете… голос позвал меня оттуда, из глубины…       Глаза слушателей удивленно округлились.       — И это не было единожды. Голос становился все сильнее и навязчивей, он лез в мою голову и путал мысли. Это точно не чей-то голос позади из леса, не ветер и не дождь. Он доносился оттуда снизу! Звал меня. Но зачем? Вдруг ребенок свалился туда? У ребенка может быть такой голос? Разве так просят о помощи?!       — Что именно ты слышала? — беспокоилась Джинн.       — Не помню…но он звал… не могу вспомнить слов. Я попыталась скорее убежать оттуда, я вышла на просеку, помчалась вперед. Я думала, что иду в правильном направлении, но я вернулась назад к черному провалу! Я отдышалась, пыталась холодно размышлять. Пришлось идти в другую сторону. Я шла и шла, но ничего не менялось. Те же деревья, скала, камни, дыра. Это место как будто преследовало меня, я не могла оторваться. Меняла направление, скорость. И когда я уже совсем растерялась, думала, что заблудилась, я упала на бегу и отключилась. Опять же, не знаю сколько прошло времени, но когда очнулась, то сразу встала и пошла куда глаза глядят. Почти не помню как добралась обратно. Я обнаружила знакомый путь, он то и вывел меня к городу. Там я встретила вас…       Голос Эмбер замер. Атмосфера наполнилась мрачной задумчивостью. Кэйа потирал виски, а Джинн и Дилюк исступленно вглядывались в поверхность стола.       — Это место необходимо проверить, — сказала магистр.