Зверь

Алекс снова сидел на ветке и с хмурым видом смотрел на опушку, где несколько дней назад сидела злосчастная девушка. Он неприязненно поморщился от воспоминаний. В этот день парень был не таким голодным и ожидание темноты было не столь мучительным, как тогда. Неудивительно, ведь в тот день он прикончил сразу троих. Алекс и не помнил, когда в последний раз был настолько зол. Подул ветер и ветка качнулась. Парень вжался в ту посильнее. У него на душе было как-то сумрачно. Судя по его ощущениям, был сентябрь или октябрь. Когда Алекс был человеком, то не любил это время года. По какой-то причине оно навевало на него непонятную тоску. И даже сейчас, когда его сердце уже давно не билось, отчего-то было не по себе. «Что ещё за глупости? Такими сентиментами в пору заниматься только молодым вампирам, а я ведь уже далеко не первый год как настоящий Хищник». Внезапно раздался отчетливый скрип ветки. Алекс встрепенулся и прислушался. Это был человеческий шаг. Через секунду на опушке появилась его знакомая. Та же девушка, что так дерзко ушла от него пару дней назад. Алекс невольно сжал ладони в кулак. «И у неё ещё хватает дерзости прийти снова! Она точно с ума сошла. Совсем жить надоело». Девушка точно так же, как и в прошлый раз, уселась за стол, разложила вещи и как ни в чём ни бывало принялась писать. Алекс смотрел на ту с кровожадным интересом. «Ну в этот раз ты от меня точно не уйдёшь!» Уже предвкушая желанную трапезу, парень принялся терпеливо ждать. Незнакомка, в точности как и в прошлый раз, смотрела перед собой невидящим взором и быстро выводила в тетради какие-то непонятные каракули с таким отсраненным видом, будто сама не понимала, что пишет и зачем. В наушниках очень громко играла музыка. Песня была, видимо, какой-то современной, потому что Алекс такую слышал впервые. Why aren't you scared of me? Why do you care for me? When we all fall asleep, where do we go? «Ну и ерунду, конечно, современная молодежь слушает», — недовольно пробурчал Алекс. «Как она вообще свои мысли слышит за такой громкой музыкой?» Парень посмотрел на неё с невольным интересом. Он подумал, что та действительно была очень странной. Зачем молодой девушке шляться по таким неприятным местам, как эта роща, где уже сам воздух пропитался запахом смерти и страха? Неужели нельзя было заняться переписыванием учебника дома? Песня в её наушниках сменилась другой, на этот раз уже отдалённо знакомой Алексу, но выражение лица девушки осталось неизменным. Она смотрела всё также равнодушно, будто её мыслями пребывали в совсем другом месте. Казалось, та не замечала ничего из того, что происходило вокруг. «Можно попробовать…» Алекс аккуратно начал спускаться вниз по ветке. Что-то предательски хрустнуло. Девушка резко обернулась прямо в его сторону. «Чёрт!» Парень замер, пытаясь не дышать. Девушка несколько секунд тревожно смотрела в сторону деревьев, а потом начала поспешно собирать вещи. Уже через миг той не было. Ему опять не повезло. Алекс мысленно выругался. «Как она вообще смогла хоть что-то услышать сквозь такую громкую музыку? А девчонке действительно везёт». Ему не хотелось в этом признаваться, но та и правда завладела его мыслями. На следующий день она пришла снова. И на следующий день тоже. Просто молча сидела за одним и тем же деревянным столом в лесу и что-то упорно писала в свою тетрадь, практически не поднимая головы. Алекс неожиданно подумал, что в какой-то мере даже привык к её присутствию. «Я ведь и правда очень давно не общался с людьми. Мне это, возможно, даже может быть полезно — видеть хотя бы какого-то живого человека. Чтобы не совсем сойти с ума в своем отшельничестве». Запах её крови всё также неприятно щекотал ноздри и дурманил разум. Когда он был голоден, сопротивляться было сложнее. Алекс даже подумывал о том, что разумнее было бы уйти прочь от злосчастной опушки, переждать где-то в другом месте. И всё-таки он не уходил. Парень по-прежнему лелеял мечту наконец-то испить её крови, когда та останется на опушке слишком надолго. А ещё у того невольно проснулся интерес к этой странной девушке. Алекс даже поймал себя на мысли, что начал ждать её появления. Когда он не находил ту на опушке, то расстраивался. Ему было скучно одному в этом лесу. Девушка давала ему ощущение, будто тот не один, и была для него какой-никакой компанией. «Ну что ещё за глупости я себе напридумывал? Нет, вовсе она мне не интересна. Обычная девчушка, причем достаточно заурядная. Чем она может меня занимать? Она может быть интересна только в качестве пропитания. Я просто хочу её прикончить, потому что теперь это стало делом принципа! Рано или поздно она проявит неосторожность, и тогда-то я её и сцапаю» Алекс сидел за столом и нервно теребил ногой. Задумчиво запустил пальцы в волосы и попытался их расчесать, но сразу же застрял в спутавшихся прядях. «Интересно, у этого таинственного хозяина дома в лесу была расческа? Было бы неплохо…» Парень принялся медленно распутывать будто намертво слипшиеся волосы. Пристально оглядел свои ногти, которые, конечно, были все темными от земли. Алекс с долей сожаления подумал о том, что он, наверное, представлял собой достаточно прискорбное зрелище. Он не помнил, когда в последний раз мылся и, очевидно, запах от него был тот ещё. «Где-то за домом, если не ошибаюсь, была бочка с водой. Бог знает, сколько она там простояла, и всё же». Парень со вздохом встал и заходил по комнате. Он частенько начинал ходить из стороны в сторону, когда думал о чём-то. Старая, уже забытая привычка, которую он перенес из своей человеческой жизни в жизнь вампирскую. Теперь же, будучи Хищником, он давненько уже не мерял шагами комнату, предаваясь своим размышлениям. «Сегодня я к опушке не пойду. Просто чтобы себя проверить. Она мне нисколько не нужна! Я не буду туда ходить и выйду на охоту только когда окончательно стемнеет». Алекс утвердительно кивнул, довольный своим решением. Но уже через секунду снова нахмурился. Парень остановился у шкафа и приоткрыл дверцу. Там лежала кое-какая одежда, постельное белье, но в основном всякая рухлядь. Алекс придирчиво осмотрел одежду, которая некогда принадлежала бывшему хозяину дома. Они, очевидно, были на несколько размеров ему велики, к тому же, были весьма пыльными. На званый вечер в таком ему точно не стоило бы являться. Парень поморщился и прикрыл дверцу шкафа. Конечно, никакую одежду из своей прошлой жизни он себе не оставил. А ведь когда-то он, между прочим, был тем ещё модником. Алекс легонько фыркнул, припомнив тот роскошный гардероб, которым он обладал, и снова с размаху уселся за стол. Парень, конечно, понимал, что любой человек испытывает потребность в общении, в определенном контакте с окружающим обществом, но был убежден, что при употреблении живой человеческой крови эта потребность снижается. До этого он, по крайней мере, ни разу такой потребности не испытывал. Воспоминания о былой жизни, как человеческой, так и вампирской, навевали в основном лишь скуку и скептицизм, хотя иногда эти воспоминания, признаться, его немного развлекали. Но возвращаться к такому образу жизни Алекс не имел никакого желания. Какое-то время раньше он жил в племени подобных ему, Хищников, которые отрицали Ассоциацию и убегали от закона. Поначалу парню это даже нравилось — жить свободно и общаться лишь с собратьями по духу. Но вскоре тому наскучило и это. А уж если быть совсем честным его просто-напросто выгнали. Они сказали, что Алекс был слишком жесток, убивал больше, чем того требовали правила предосторожности. Он оказался не ко двору даже в этом, казалось, абсолютно диком и лишенном обычных приличий сообществе. И тогда Алекс стал жить совсем один. Так ему было лучше всего. Не нужно было постоянно выслушивать бесконечные нотации, насколько глубоко порочен его образ жизни. Только теперь, когда парень жил в отдалении от общества и бесконечных пересудов, он чувствовал, что живет полноценной жизнью. Алекс в очередной раз быстро выглянул в окно. Ему казалось, что прошла вечность, но судя по свету на улице, прошло что-то около часа или того меньше. «Хорошо бы было, если бы здесь, по крайней мере, были какие-нибудь часы, чтобы не обжигаться так каждый раз», — недовольно пробурчал тот, наскоро захлопывая занавеску. В последние дни он поймал себя на мысли, что несколько раз воображал, будто разговаривал со злосчастной девчонкой. Например, представлял, как рассказывает ей о преимуществах жизни в одиночестве. Та над ним смеялась и не верила, но Алекс приводил новые аргументы, и она постепенно слушала всё с большим интересом. Он даже представлял, будто пытается описать той ощущения от крови, полной власти над человеком. Девочке становилось страшно, но парню нравилось представлять, будто она слушала его завороженно и даже с каким-то извращенным интересом. «Это ничего не значит», — убеждал тот себя. «Я просто хочу убедиться, что не забыл, какого это — общаться с другими людьми. А мне этот навык ещё может пригодиться! Просто чтобы окончательно не сойти с ума от одиночества. Это ведь не значит, что я собираюсь общаться с ней реальности. Ха, представляю, чтобы это был за разговор! Я просто тренирую свои социальные навыки, и всё». Алекс снова с хмурым видом прошелся по комнате. Всё это было неплохо, но он слишком мало о ней знал. Какими сведениями он обладал, в конце концов? Ей было лет двадцать, скорее всего, она студентка и, возможно, учится хорошо. Парень несколько раз пытался вглядеться в её закорючки (признаться, почерк у той был не самый разборчивый) и мало что в них понял, но предположил, что его знакомая учится на направлении, связанном с экономикой. Скорее всего любит музыку, но и это не может быть точно. Часто по вечерам ходит в лес, чтобы писать конспекты, а значит, предположительно, слегка не от мира сего. Может, у неё были какие-то проблемы в семье и она не хочет появляться дома по вечерам только поэтому? Или же у девчонки просто была не самая приятная соседка по общежитию. Но Алекс почему-то всегда думал, что та была достаточно одиноким человеком. Возможно даже немного ранимым. Алекс с решительным видом направился к двери. «Мне просто уже надоело сидеть в этих четырех стенах и продолжать вариться в своих мыслях, вот и всё!»