Реинкарнация бесполезного

***

      "Зима. Крестьянин, торжествуя, на дровнях обновляет путь."       Вообще, прямо-таки сплошного снежного покрова ещё не было, такая грязная каша, что была во дворе, никому не доставляла особенного удовольствия по ней прогуливаться.       В нашей семье была беда: Лилия слегла после применения спецсредств, заболела. Может, простудилась? Но тогда магия детоксикации живо поставила бы её на ноги. В любом случае, уже через некоторое время Зенит и Рокси оставили её в покое, пока сама не встанет на ноги, а в это время я ухаживал за девушкой, кормил её с ложечки, обтирал, носил воду и горшок.       По-моему, у девушки был инфаркт. А инфаркт не так-то просто пережить даже с магией. Нет, я бы поставил её на ноги даже после смерти, но это подозрительно и так далее, по седьмому кругу этих рассуждений, но я старался быть мягче и аккуратнее: это же из-за того, что я варежку раскрыл, она слегла? Это ведь я устроил ей самый длительный отпуск по болезни в этой вселенной...       Горничная вела себя странновато: то тихо плакала, причитая нечто с трудом разбираемое, то подавленно не реагировала ни на что. Похоже, ей ещё нужно было восстановить душевное спокойствие.       Занятия по магии продвигались без особенных успехов. Я окончательно забросил изобретение, просто слушал Рокси и делал, что она говорит. Сама волшебница вроде бы даже взбодрилась, особенно ей понравилось то, что я "никак не мог освоить магию земли". Поэтому именно ею она занималась больше всего и с интересом.       На самом же деле я искал способ магией работать с железом, раз уж руки-крюки. Меня интересовали как сами руды, так и примеси. Так, например, я помедитировал и припомнил, что в железных песках в Японии были примеси молибдена, что позволяла мастерам по металлу сразу изготавливать легированную сталь. Так же я вспомнил, что японцы плавили железо в особых печах, устройство которых перетащили из Китая.       Но лично мне казалось это недостаточным. Мой меч или моя сабля должны держать мой удар. Что для этого требовалось? Рокси не знала или не стала говорить об изготовлении волшебных предметов, чтобы я не поранился при экспериментах. Умница, но если так, то обидно тратить время.       Ничего нового, странного или хотя бы необычного в это время не происходило. Разве что однажды охотник Роулз прискакал, собираясь забрать с собой Пола - а он ускакал в Фиттоа, докладываться. Оказалось, что в лесу появились магические звери, и шли они уверенно в сторону Буэно.       Рокси было засобиралась, но я остановил её. Она плохо знала местность, у неё не было необходимого опыта боя в мокром лесу, и вообще, у меня были сотни причин, которые отмела Зенит. Она решила: - Рудгер, Рокси поедет с тобой, - твёрдо сказала хозяйка дома.       Разве с такой милой девушкой возможно не согласиться хоть в чём-то?       Про саму поездку много рассказать нельзя - мы поехали на трёх конях, ехали с полдня по холоду и Рокси серьёзно подмёрзла, в нужном месте остановились в сторожке, отогрелись, напились чаю. Всё это время помалкивали, потому что и разговаривать было не о чем. Сами магические звери напоминали собак, псами и назывались, хотя там было и "адские", и "ужасные".       Они не смогли напугать даже Рокси, когда мы их выследили. Несколько десятков тварей, однако, заставили всех троих забраться на деревья и постреливать магией оттуда. Мы довольно быстро уложили всех, кто не понял, что дела плохи, а когда я спрыгнул и взял тренировочный меч, твари вернулись. - Руру, что ты делаешь? - возмутилась волшебница.       Впрочем, ничего не случилось. Магия и стрелы отработали своё, всю погань мы уложили и сожгли на всякий случай. На этом всё, весь поход превратился в нудное и не очень приятное дело по поездке туда-сюда в холодной присыпанной снегом грязи.       По вечерам, изрядно удлинившимся зимой, я слушал рассказы Пола и Рокси о мире, об их приключениях в разных частях света. Рассказы образные и длинные, похожие на скандинавские саги, но и фехтовальщик, и волшебница, как мне показалось, врали напропалую. Например, про демонический континент Рокси рассказывала такие нелепости, что я устал качать головой.       Устал! Я!       Зенит и Пол, и я тоже - все вязали в это время: чулки, носки, варежки, перчатки, шапки. Простые, но такие необходимые вещи приходилось изготавливать вручную каждому дому.       Но самое тяжёлое было ночами. Поскольку Пола и Зенит надо было заранее закрывать в разных комнатах под охраной, чтобы выходило по уму, то когда им становилось нечего делать - слишком много тёмного времени суток - то занимались они в основном тем, что мешали отдыхать остальным.       Я проснулся от особо громкого вскрика Зенит и сперва схватился за тренировочный меч. Только что я рубился в жаркой схватке с шинигами над фальшивой Каракуре - мною управляла Кьёка Суигецу, сам я ничего не мог сделать. Битва была ужасной для занпакто: дух меча проигрывала по всем направлениям, и даже вступив в схватку лично не смогла переломить исход...       Потёр лицо. - О!.. О-о-о! Н-н!       Шлепки и стук ножек кровати.       "Да когда же вы уймётесь?" - подумал я раздражённо. - "Надо наслать на Пола импотенцию."       Я встал и глубоко вздохнул. Поёжился немного - пропотел от такого сна, будто и в самом деле рубился. Решил немного посушить простыню и одеяло, а как закончил - уже полностью проснулся. Встряхнулся и потихонечку пошёл на кухню, напиться воды и поставить себе небольшой прокопчённый чайник, чтобы разбавить горячей водой гречишный мёд и попить его с парой кусков хлеба и ветчины...       Но только вышел - замер в небольшом шоке.       За Полом и Зенит подглядывали. Рокси, будучи в нескольких ночных рубашках, в тёплых штанах, заглядывала в щёлочку приоткрытой двери, и тайком, едва дыша сидя на коленях, запустила руку себе под одежду. Закусила губу, гибко двигалась, ёрзала.       Я подкрался поближе и спросил тихо: - Дрочишь?       Рокси вздрогнула и затуманенным взором посмотрела на меня. Она дёрнулась всем телом несколько раз и даже запрокинула в удовольствии голову.       Я улыбнулся - видно же, что очень помог - и покрался дальше на кухню. Там не стал мучить печку, нагрел воду в чайнике магией. Забрав пару кусков хлеба с ветчиной, я вернулся в свою комнату.       Удивился.       Внутри со свечкой сидела Рокси, она теребила волосы. Ошалелыми глазами волшебница посмотрела на меня, глубоко вдохнула и зашептала: - Зачем же так пугать?!       Она встала. Я видел, что она задумала. Единственный способ сохранить лицо этой маленькой женщине это сделать вид, что всё в порядке, что она именно такая. Опытная, раскованная. Хотя это и было не так.       Я улыбнулся и поднял брови. На самом деле я ожидал чего угодно, кроме этого. - Опять молчишь? - нахмурилась Рокси.       Я поставил тарелку на тумбу, угостил волшебницу мёдом и пригласил присесть. Рокси - я не видел её лица, но явно так и было - очень смущаясь села мне на колени. Она решила, пережив такой стыд, засмущать и меня? Чтобы стало полегче?       Но что бы она сделала, если бы обнаружила меня за дрочкой на, допустим, Лилию? Неужели ситуация решается так просто? Не должно быть - насколько я понимаю жизнь, так и не будет.       Конечно, ей это не удалось. Покалеченное Кьёка Суигецу сознание не то что не собиралось смущаться, оно воспринимало происходящее как довольно скучную игру. Следуя правилам, согласно которым можно победить или отыграть в ничью, я обнял девушку, стал дышать ей затылок, в ухо, наверняка моё дыхание щекотало ей и шею.       Главное, чтобы не решилась учудить чего-нибудь.       Девушка поёрзала. - Стесняешься? - спросила волшебница.       Она начала пальчиками отрывать от хлеба и ветчины кусочки. Я даже успел заволноваться - может ли так быть, что она пришла просто и тупо за сексом? Но в это время Пол и Зенит притихли - и я смог выдохнуть свободнее, теперь Рокси точно ни на что не решится. Осталось поесть-попить, да выпроводить девицу, и можно нормально отдохнуть.       Так и получилось. Хотя есть мне помогали небольшим урчащим животиком, я задул свечу и стал укладываться на боковую. Пошуршав немного, Рокси полезла ко мне под одеяло. И так мы какое-то время дышали, Рокси не решалась пошевелиться. Наверняка она была очень красная, а в голове у неё роились самые разные и странные мысли.       Мне потрогать её, чтобы не подумала, что она совсем непривлекательная?       Может, лучше дождаться, когда она уснёт и просто отнести её в кроватку?       "Нужно признать, что в таких ситуациях я тоже испытываю неловкость", - подумал я, аккуратно и тихо вдыхая запах девушки.       Сейчас - очень специфический запах.       Я представил, что рядом вместо тощей пигалицы тридцати семи лет от роду лежит воплощение Кьёка Суигецу, с её обводами бёдер, с её высокой и крупной грудью, но главное - лицом и глазами, и всё как по мановению волшебной палочки заработало как надо. Где надо - налилось кровью, а сердце забилось сильнее. Рукой я подтянул Суигецу к себе.       "Наверное, стоит остановиться на этом", - подумал я. - "Я ведь не должен знать, что дальше... и вообще смущаться... Нафиг оно нужно? Возни много, удовольствия на два вздоха."       У Рокси были очень длинные и густые волосы. Они выглядели красиво, но теперь лезли в нос и глаза. Я стал ждать, когда она успокоится и удовлетворится моей нерешительностью, уснёт в тепле или просто уйдёт.       Тем временем Пол пошёл над Зенитками на второй боевой заход. Слушая стоны и вздохи, Рокси некоторое время терпела, терпела, терпела - но содрогнулась, сжалась. Девушка глубоко вздохнула и повернулась ко мне, закрыв глаза, она решительно потянулась за поцелуем.       "Вашу мать, вот не могли вы в другое время продолжить?! Днём, например!" - проворчал я.       И, смирившись, поцеловал Рокси.       Раз уж сработало, то я продолжил представлять себе Кьёка Суигецу. Крайне коварный дух меча, совершенно безответственный, она была прекрасна. Но главное, что я смог переключиться: раз это Суигецу, то мало того, что всё в порядке, так ещё она обязательно сделает то, что задумала. Поэтому лучше участвовать и контролировать.       В сторону были отброшены штанишки и трусики. Хотя представлял Суигецу, я всё ещё помнил, что передо мной хрупкая девушка, которую нужно постараться не раздавить. Постарался сделать так, чтобы Рокси не было больно и было чем дышать. Я целовал волшебнице шею, кусал мочку уха, ласкал языком и давил губами соски на исчезающе малой груди. А когда девушка была готова, вошёл рывком, резким движением лишив её девственности.       Заставил кровь исчезнуть.       После короткой болезненной паузы продолжил возвратно-поступательные движения с заданной скоростью и амплитудой почти механически. Рокси блестела глазами в темноте, таинственно и заманчиво. Дышала через раз, часто задерживая дыхание и закусывая губу, чтобы сдержать стоны.       Наконец, она задрожала и, прогнувшись в спине, тут же улеглась в постель совсем без сил. А я смог бросить бесполезное дело и расположился на своём месте, хотел было отойти к медитации, но волшебница снова полезла целоваться.       "Дать бы ей по башке", - устало возмутился я. - Это было... Мне... - она пыталась подобрать слова. - Это было волшебно...       Она некоторое время смотрела на меня плаксиво и требовательно. Пришлось её целовать и гладить.       Вскоре она уснула. Уснула - это хорошо. Чувствуя себя пропахшим совершенно определёнными выделениями, первое, что я сделал - пошёл умываться падающим снегом.       Стал тренироваться, пока все спят, выкладываясь на полную физически.       На душе было пусто. Я думал о том, что зря это сделал.       "Неправильно это", - подумалось мне.       На улице было морозно. Однако этот холодок бодрил и позволил совсем уж раскиснуть.       "Зачем?" - спросил сам себя. - "Дурак."

***

      Рокси потянулась с удовольствием. Хотя внутри всё ещё немного болело, впервые за всё время волшебница чувствовала себя женщиной.       "Хорошо как! Вот что значит хорошо потрахаться!" - довольно подумала она.       Будто сойдя с ума, Рокси вообще не стала думать о разных критически важных мелочах.