За все нужно платить, Валькирия!

- Почему только ты? Я пойду с тобой – сказал Улль, по пути к тонкому месту, но Локи его не слушал. Он был очень зол, и эта злость настолько питала его силой, что Бог огня вновь мог вызывать ужас и благоговение. - Тебе нечего там делать! - Я хочу помочь. - Я не нуждаюсь в помощи низших Богов – рыкнул Локи, намеренно лукавя. Он понимал, что Улля Всеоотец не пощадит, и это не его борьба. - Зачем казаться хуже, чем ты есть?- парировал мужчина и остановил друга, придерживая за плечо. - Потому что я такой, Улль я бессердечное чудовище, безумно прекрасное и ужасное. И еще, я спал с твоей матерью – уже кричал Локи, привлекая к себе внимание. - Она взрослая женщина, и я не вправе указывать, как ей жить. Тем более, оставшись после расставания с Тором, в чертогах Одина, она сделала свой выбор. - Я волнуюсь за тебя дурак – прошептал Локи и стыдливо опустил голову. Для Бога огня и коварства проявлять эмпатию было очень сложно, ему легче говорить гадости. Улля искренне поразило это беспокойство, и он пошутил: - Надо же Локи о ком-то волнуется? Да только ради этого стоит спасти Лив, потому что она похоже ведьма, раз смогла приручить самого Бога огня и коварства. - Улль, я пойду к нему сам, если я не вернусь, обещай, что ты найдешь спасение для Лив! - сказал Локи, и Улль увидел в его глазах, то что не никогда не ожидал, а именно любовь и тревогу. Кто ж знал, что все это в нем сможет возродить обычная мидгардка. - Обещаю! Но почему мы не можем, попросить помощи у Сагра? - Он не лечит проклятья, а еще я пока не хочу вмешивать его в эту историю. В этот раз Один убьет его - сказал Локи, и грустно улыбнулся, первым проходя через тонкое место.

*** В чертогах Одина было шумно. «Опять празднует, старикашка»- пронеслось в голове у трикстера, и руки сами собой налились огнем. Лив, все также давала ему силу, но теперь не через любовь, а через боль, злость и желание мести. Слишком много эта девочка перенесла на своих плечах из-за верховного Бога, и теперь пришло время отдавать долги. Локи шел по знакомым улицам, привычно ловил на себе взгляды дев, с которыми уже было или еще будет, но не отвечал на них, у него была иная цель. Он подошел к ступеням, и каждую отсчитал, чтобы собраться с мыслями. В этот раз Локи не боялся, не старался убежать, хоть и понимал что, скорее всего не выйдет отсюда живым. Он дошел до тяжелых дверей, которые открывали вход в праздничные залы. В большом зале были накрыты столы, мед лился рекой, а закусок не счесть, по двум сторонам от Одина сидели Фриг, и его дети. Вокруг располагались славные воины, из Вальхаллы, и остальные припевалы Одина. Фрейр травил очередную байку во славу Всеотца, и Локи стало тошно. Недалеко сидела Сиф, с распущенными золотыми волосами. «Я их тебе раздобыл, и также я оттягивал их, когда трахал, как собачку»- подумал Локи, и громко хлопнул дверью, обращая на себя внимание. В зале наступила тишина, Сиф и большая часть валькирий опустили глаза, остальная женская половина, наслышавшаяся о талантах рыжего, пыталась стрелять глазками и заигрывать. Мужчины схватились за оружие, Тор поднял молот, но Локи этого не видел, он сверлил глазами Одина. Всеотец, усмехнулся, и рукой показал всем успокоиться. - Надо же, кто к нам пожаловал! Я столько лет мечтал увидеть тебя здесь, даже какое-то время охотился . Но оказалось, что нужно было просто посадить мидгардку на твой член - закончил Один и громко засмеялся, как и все вокруг него, кроме Бога грома. Тор смотрел на отца как-то обеспокоенно, и немного виновато, поглядывал на Локи. Трикстер кивнул, давая понять, что он не держит зла, у каждого свое предназначение. - О Всеотец! Какой же вы мощный и великий, что большее количество времени хвастаетесь, тем, что прокляли обычную мидгардку. А вы все тут поддерживаете это, смеетесь, как глупцы, лишь бы Всеотец вас любил и не наказал - стал говорить Локи, а его руки зажигались огнем. Он оглянулся, насладился лицами присутствующих, и продолжил - А если тебя так интересует мой член, то можешь спросить о нем, у доброй половины своих валькирий, или у нашей златоволосой Сиф, которая так тепло пригрелась у твоей груди - закончил Локи, ехидно наблюдая за происходящим. Валькирии, стали переглядываться, опускать глаза, Один взглянул на них с примесью разочарования и злости, а потом послышался грозный рык Бога Грома: - Врешь! Локи отрицательно покачал головой и прошептал губами извинения, а Сиф, взглянув на Тора убежала, в слезах. Бог грома же поднял свой молот и метнул в Локи. В зале раздался хруст ребер, трикстера отнесло к двери и с гулким стуком ударило об нее. Бог огня сполз вниз, теряя сознание, Тор притянул молот обратно и, сев возле отца, спросил: - Добить его? Но Один усмехнувшись, отрицательно покачал головой, а после громко, наслаждаясь своим преимуществом, сказал: - Давайте выпьем во славу моего сына, а после уже решим, что с ним делать! Один поднял кубок, все последовали его примеру, пока не услышали грозный хриплый голос: - Сними с нее проклятье! Присутствующие снова повернулись туда, где стоял сильно помятый Локи. Он все также не видел никого кроме Одина, и уже не только ладони, но и он весь горел огнем. Лив источник его силы, Один не прогадал, когда разлучил их, но он ошибся с проклятьем, валькирию нужно было убить, ибо даже на расстоянии она способна делать его могущественнее. Всеотец поднял Гунгнир, а Локи выставил грудь вперед и прокричал: - Давай, бросай орудие, которое появилось у тебя благодаря мне! Убей меня им же! Один опустил копье, и еще раз посмотрел на названного брата, в котором в прямом смысле этого слова, горел огонь мести и ненависти. Всеотец кивнул Тору, и тот метнул молот еще раз, Локи снова был припечатан к стене, все кинулись к нему, чтобы добить трикстера, ведь у каждого в этом зале, на то были причины, но они услышали голос Одина. - Не смейте, я сделаю это сам. Один стал медленно приближаться к бессознательному и придавленному молотом Локи. Отец взглянул на Тора, и тот притянул молот к себе. Один хотел не просто убить трикстера, он желал его мучить, уничтожать понемногу, заставлять снова смотреть как вместе с ним, мучается его очередная жена. Всеотец приближался, а когда был совсем рядом, Локи открыл глаза, и выпустил огромный огненный шар. Удар был такой силы, что Одина откинуло в противоположную часть зала. Толпа свирепствовала, и, не слушая друг друга, ринулась в бой. Локи понял, что пора уходить, он из последних сил, превратился в птицу, и уже собирался улетать, как его схватила чья-то рука. Его притянули ближе, и он увидел Фригг, женщина поднесла его к своему лицу, и сказала: - Тебе нужно к Ангрбоде, она сможет снять проклятье.Локи спаси себя - закончила Богиня и, поднеся его ближе к окну, выпустила. В зале меж тем продолжался галдеж, все искали Локи, летали клинки, мечи, молот, пока не очнулся Один. - Стойте, он ушел, вы сейчас исколотите друг друга – крикнул Всеотец, и немного помолчав, продолжил, но теперь обращаясь к Локи: - Ты обречен глупец! Она скоро умрет, а ты ослабеешь до состояния обычной мошки.

*** Лив проснулась от очередного болезненного спазма, но такого она ранее не ощущала, ее ребра как будто ломались все разом. Дышать стало тяжело, болели руки, ноги, грудь, ладошки жгло огнем, а руны испепеляли ее спину. Лив попыталась встать, и разбудить мужа, но могла только двигать рукой, в горле пересохло, и от боли она не могла сказать ни слова. Женщина принялась стучать ладошкой по кровати, она делала это очень долго, пока муж не проснулся. Он увидел состояние супруги, и с ужасом схватил свой телефон, чтобы позвонить в больницу. Лечащий врач уже ждал Лив, ее экстренный чемоданчик был всегда собран, машина прогрета. Мальчики помогали папе выносить маму из дома, Стивен плакал, а Александр все время целовал мамины ладошки и запястья. По приезду в больницу Лив определили в палату, поставили капельницу, ввели уколы, и ее дыхание стало размеренным, после чего женщина уснула. Вскоре она почувствовала темноту и холод, валькирия поняла, что перед ней снова предстал Один. - Что ты еще от меня хочешь? – крикнула Лив слишком дерзко, и выпятила грудь, которая очень болела. Один заметил, как же валькирия стала похожа на Локи. - Посмотреть на твою слабость и болезнь, обожаю упиваться вами, его дурочками. Я обычно забираю у них все, медленно, лишаю смысла жизни, а потом убиваю, но тоже не сразу. Ангрбода до сих пор жива, но разве это можно назвать жизнью, когда ни одного твоего ребёнка никогда не будет рядом. Сигюн пришлось убить, уж слишком верной она была, даже когда я уничтожил Нарви, стояла рядом с Локи, и держала чашу, собирая яд. А теперь появилась ты, и снова желаешь умереть, чтобы он жил. Но ты самый лакомый кусочек! В тебе скрыт потенциал, настоящей валькирии, присоединись к нам. - Мне не интересно! Если я умру, так тому и быть, но не трогай мою семью, ни мидгардскую ни асгардскую. - Ты зовешь его семьей, глупая?- рассмеялся Один, и продолжил - да он перетрахал всех моих валькирий, и даже мать Улля. Ты никогда не была ему нужна, он и сейчас развлекается, пока ты умираешь. Лив больно кольнуло в сердце, но вскоре она засмеялась, ее накрыл долгий истерический смех. Девушка не могла остановиться, смех душил ее, вызывая слезы. Один внимательно смотрел на валькирию, а после услышал стальной голос девушки. - Забавно, верховный Бог, как навязчивый бывший, говорит мне гадости о нынешнем. Не старайся, я все равно буду с Локи, хоть мне и суждено с ним умереть. Лив почувствовала резкую боль, от очередного укола и проснулась. Рядом она увидела обеспокоенное лицо медицинской сестры, девушка сбивчиво говорила, про временную остановку сердца, про то, как женщина металась по кровати, и какие препараты ей ввели. Лив кивнула и закрыла глаза, но уснуть не вышло. «Кто рассказал Локи о проклятье, откуда он узнал?»- крутилась мысль в голове женщины, как диск в проигрывателе. Ведь пока он не знал, была надежда, на то, что он выживет, и вернется к своему излюбленному образу жизни. Но сейчас если он захочет спасти ее, то умрет, ведь Один как известно не забирает проклятья, тем более с очередной девки Локи.

*** Локи пришел в себя, где-то на окраине Асгарда, тело болело так, что казалось, сломана в нем была каждая косточка, Бог простонал и попытался хотя бы вытянуть руку, но не вышло. Нужно было лечиться, Локи постепенно залечивал свои сломанные косточки и думал, что делать дальше. Если Фригг не преподнесла его на ужин Всеотцу, значит, она не злилась и не врала, и ему действительно нужно идти в Железный Лес. Но Локи не знал, как его там встретят, через столько лет, и такое количество принесенной боли. Да Ангрбода, просто убьет его. «Но для начала пусть выслушает»- подумал трикстер и залез в потаенный карман своей жилетки, откуда достал небольшой металлический квадрат, с нанесенными на него рунами. Локи что-то прошептал в него, и через несколько минут, он уже лежал в снегу родного Ётунхема. Ребра немного заросли и нужно было идти, чтобы спасти свою Лив. Локи брел известной тропой, сколько раз он приходил сюда, хмельной, расцелованный дамами, и всегда был принят, обласкан, любим. Ангрбода при жесткости своего характера была подвластна Локи, прощала его, любила, и принимала, она родила от него троих детей, которых отняли. И с этого момента уже много веков женщина не видела своих малышей. Это для Одина и его подхалимов они хтонические чудовища и угроза мирам, а для Ангрбоды ее милые мальчики и девочка. Локи шел к матери своих детей, пытаясь в голове подобрать слова, но ничего не приходило на ум. И вот выйдя из леса, он увидел знакомый дом. В жилище Ангрбоды ничего не изменилось, все тот же дом, лавка, покосившаяся крыша, в окне было видно великаншу, которая готовила очередное зелье. Локи выдохнул, он мечтал найти хоть какой-то отголосок эмоций, хотя бы чувство вины, но он ничего не ощущал по отношению к ней. Трикстер подошёл к двери, и, не постучав, отворил ее, услышав хриплый, знакомый голос: - Как ты смел, явиться сюда, после всего что натворил? Локи ждал такого приема, он убрал руки за спину, и сверлил взглядом спину бывшей спутницы. Ангрбода повернулась, и, как только она увидела его, в ней закипела злость, жуткая, равняющаяся с желанием убить плута. Она двинулась на него, но Локи не сошел с места, показывая ей, что готов на что угодно, лишь бы она выслушала. Женщина сильно ударила его в грудь, от чего несросщиеся до конца ребра снова переломились в некоторых местах, и мужчина застонал. Великанша посадила его на лавку, и еще раз спросила: - Что ты хочешь от меня Локи? - Спаси ее – прошептал он, почти теряя сознание, и Ангбода нашла в его глазах совсем иные эмоции, чем те, которые были ранее. Локи пережил много зла, боли, но сейчас в этих глазах есть еще и то, чего от него никто не мог добиться ранее, а именно любовь. И ей не нужно было говорить о ком идет речь, все знали о его привязанности к мидгардке, но она не думала что все так серьезно. - Локи, ты влюблен!- ошарашенно сказала Ангрбода, и посмотрела на него, так как будто видит впервые. А после она взяла себя в руки и уже стальным голосом продолжила - Что произошло? Локи рассказал бывшей спутнице всё как на духу, естественно выставив себя только в хорошем свете, где нужно умолчав, где нужно приукрасив. Ангрбода слушала его, кивала и смотрела на бывшего возлюбленного так, как будто не узнавала. Она все думала, как же так вышло, что он испробовал множество женщин, были и асини, великанши, и богини, а в его сердце засела обычная мидгардка. - Бода, умоляю, спаси ее, хочешь, возьми мою душу взамен! Ангрбода посмотрела на него еще, раз, после не смогла смириться с искушением, завела выпавшую прядь его рыжих волос за ухо, взяла за руку, как старого друга, и сказала: - Я помогу ей, но не бесплатно, ты должен оказать мне услугу!