За все нужно платить, Валькирия!

- Золотко, пойдем домой!- говорит Локи и целует ее куда придется, пока она стискивает его в объятиях так сильно, что, кажется, скоро задушит. Лив больше не злится, не может, ведь любит и любима самим Богом огня и коварства. Локи сжимает ее также сильно, целует не страстно, а любя, как никого и никогда. Но вскоре неудержимые объятия заканчиваются и Лив грустнеет, отпуская Локи, а в уголках ее глаз собираются слезы. Бог понимает, в чем причина, и хочет утолить печали, чтобы она больше никогда не плакала. Он целует ее влажные от слез скулы, желает создать такое пространство, где ей не будет больно покидать детей. - Я обещала сводить их в парк! Мы можем уйти завтра? - Нет родная! Один Мертв, и неизвестно как быстро проклятье начнет убивать тебя. - Что ты сказал?- переспросила Лив, у которой в глазах отразился ужас и радость, от произнесенных любимым Богом слов. - Верно валькирия, Всеотец пал от рук своего сына - услышала она знакомый голос, и тихие шаги Бога охоты под руку с ведьмой Железного леса. - Улль!- прокричала Лив и отцепившись от Локи подбежала к другу, обняв его, а он ответил тем же. И в это время на них смотрели недовольные Бог и ведьма. – Я очень рада видеть тебя- продолжила Лив, уже не так радуясь, и возвращаясь к Локи, сжимая его руку, как будто извиняясь за внезапный порыв. Он стиснул ладошку в ответ, ведь за все время без нее творил и более ужасные вещи и не имел права испытывать такие эмоции, хотя злился и ревновал. Их идиллию разрушил Улль, своими уверенными и честными словами: - Валькирия, нужно идти быстрее. Пока ты жива, но в любой момент можешь упасть замертво, и тогда бессильны будут все, и в первую очередь Ангрбода. - И даже Хель, после такого шикарного подарка в виде души Одина, не вернет тебя обратно – закончил Локи, и, не сдержавшись, поцеловал ладошку любимой. Лив кивнула и попросила немного подождать, ведь дома все-таки оставались незаконченные дела. Но прежде чем уйти она попросила у Бога: - Локи ты не мог бы оставить иллюзию моего мертвого тела, чтобы родные могли попрощаться со мной. Он кивнул, и сделал то о чем она просила, пока Лив скинула свои вещи, надела костюм в котором убегала из Асгарда, пригладила волосы, достала письма написанные каждому из членов своей семьи. Она оттягивала прощание, как могла, но время шло быстро, взяв себя в руки Лив пошла навстречу новой боли. Сначала подошла к своему тучному мужу, поцеловала его в уголок губ, благодаря за все эти годы. Оставила письмо на полке у кровати и, не оборачиваясь, направилась к младшему сыну, который спал в смешной, скрюченной позе. Сердце Лив, было переполнено невероятной нежностью, она огладила его лицо и прошептала: - Мой любимый мальчик, ты самый трогательный, открытый и добрый из моих детей. Надеюсь, ты проживешь жизнь счастливо. После Лив также тихо, чтобы не разбудить пришла к старшему сыну. Он мирно спал в своей аккуратной комнате, Александр с детства был педантичней, аккуратней, и как будто взрослее сверстников. Лив ласково провела рукой по его волосам, а после оставила письмо и написанные ею сказки и легенды, с сотнями не идеальных зарисовок. Она еще какое-то время смотрела на сына, запоминала черты его лица, эмоции, морщинки, вздернутый носик, улыбчивый рот. - Прости меня мой ребенок, прости, что не смогла быть рядом подольше. Лив уже собиралась уходить, как услышала, шаги и тихий, но до боли раздирающий шепот: - Мама! Девушка думала, что ей послышалось, но уже через секунду ее обвили мягкие руки сына, а его голова прижалась к позвоночнику, принеся столько боли, что она казалось, могла задохнуться. - Ты уходишь мам?- спросил Александр, из-за всех сил пытаясь справиться со слезами. - Да любимый, ухожу, к сожалению, мое время пришло. Один мертв и болезнь распространяется слишком быстро- отвечает Лив, не скрывая правды от сына, так как не видит в этом смысла. Мальчик хоть и старается держаться, но не может, и слезы ручьем текут по его щекам, вскоре начинает плакать и Лив. Она отцепляет его ручки, садиться на корточки, чтобы он смотрел на нее и, держа своими ладонями его пальчики, говорит: - Александр, прости меня за все, я очень тебя люблю, и если ты скажешь, чтобы я осталась, я останусь, и умру, как человек, завтра или через неделю, но если ты позволишь, я уйду сейчас, и с ним. - Он не причинит тебе вреда?- спрашивает мальчик, который казалось, был мудрее всех находящихся в этом доме. - Надеюсь что нет!- снова честно отвечает Лив. - Но ты не уверена? - Никто не может быть уверен в Локи, но меня он похоже любит – пространно говорит Лив, сжимая сына в объятиях, но долго это не продолжается, и вскоре мальчик отстраняется, смотрит ей в глаза и говорит - Иди, мам, ведь еще секунда и я не отпущу тебя. Слезы льются ее щекам женщины, она еще раз обняла сына, и прежде чем уйти сказала: - Там у тебя на столе бумаги, это все сказки и легенды которые я вам рассказывала, а еще много новых. Я все записала для вас, это мой прощальный подарок. Мальчик метнулся к столу, с бумагами, а Лив в это время ушла, заталкивая рвущуюся истерику обратно. Она спустилась вниз, последний раз осмотрев дом, понимая, что уходит навсегда. Лив провела рукой по дивану, любимому креслу, столу, оглядела свои сервизы, и все-таки вышла, ведь на улице ждал Локи. Он явно устал просто так стоять и изводил новоиспеченную пару своими шуточками, чтобы справиться с нервами. Лив подошла к ним, Локи обнял ее и они отправились в путь. Лив в последний раз, посмотрела в окно, где ее провожал старший сын, женщину пронзил болезненный спазм, и она обмякла в руках Локи. *** Утроим, когда Джек проснется, то обнаружит рядом бездыханную копию его жены, а также письмо на тумбочке. В нем он прочтет, что Лив очень благодарна ему и всегда будет помнить, в каких бы мирах не находилась. А еще она попросит вырастить мальчиков в таких же достойных мужчин, как и он сам. Утром Джек будет кричать над «трупом» жены так сильно, что разбудит младшего сына и испугает не сомкнувшего глаз Александра. Они прибегут в комнату, и найдут отца совершенно потерянным. Стив увидит безжизненную маму и тоже заплачет, а Александр который и не успокаивался, только обнимет отца, понимая что у них больше никого не осталось . Утром к дому Лив приедут врачи и полиция, а после ритуальные службы, и подтянутся вездесущие соседи. Одна из соседок долго будет рассказывать что видела как Лив ночью уходит с тремя странными существами, похоже Ангелами, ну или скорее всего Бесами, ведь она была ужасной соседкой. Этим утром мир Джека умрет вместе с Лив, но ему необходимо будет строить новый мир, где есть место его детям! *** - Быстрее несите ее к тонкому месту, а там проведем обряд, ей больше нельзя оставаться в Мидгарде - кричала Бода, пока Улль с Локи тащили потерявшую сознание Лив. - Нет, нет Золотко, так просто ты от меня не избавишься - шептал трикстер, скрывая за улыбкой, боль, буквально рвущую грудную клетку. А для остальных Локи был непривычно печален, невероятно расстроен и совсем не помогал. - Локи, возьми себя в руки, сейчас только от тебя будет зависеть выживет ли Лив – шикнул Улль, но трикстер никак не мог собраться. Наконец-то черта пересечена и они в Асгарде, но Лив слишком слаба. Девушка почти не дышала, только всхлипывала и постепенно становилась все более холодной. Локи не мог сдерживаться и его ладони то и дело воспламенялись, обжигая нежную кожу любимой. - Сейчас ты становишься любой тварью, из тех что можешь, и везешь ее к Сагру, он сможет продержать Лив живой хоть немного, а потом вернешься за нами. Ты меня понял?- жестко говорит ведьма, достаточно интимно взяв Бога руками за лицо. - Да, я понял тебя - отвечает он, немного отойдя и собирая последние силы, чтобы стать сильной, златовласой лошадью. Улль и Бода кладут Лив ему на спину, привязывая своими поясами и отправляют в путь, а сами не замедляя шаг идут к домику Сагра. Путь не близкий, но пройти его нужно быстро, а ведьме нужно еще пара снадобий из Железного леса, ведь ситуация усложнилась. *** Сагр приводил в порядок фиалки, почти погибшие от долгого отсутствия, как услышал приближающийся топот. Прислушавшись, понял, что к нему явно надвигался конь, и Ван не мог понять, откуда и зачем. Не сам же Слейпнир выбрал его хозяином после смерти Одина. Но когда показался цвет шевелюры, Сагр все понял, а как присмотрелся то увидел что на спине у мастера иллюзий лежала бездыханная Лив. Мужчина обтер руки, и подбежал к месту, где остановился Локи, чтобы освободить валькирию, и дать Богу трансформироваться обратно в рыжую занозу. - Что с ней? - Потеряла сознание еще в Мидгарде - прошептал Локи, пытающийся отдышаться, а после продолжил - присмотри за ней, и не дай умереть, а я за Уллем и Бодой. Сагр хотел ответить, поворчать, но Локи уже обратившись в птицу, улетел. Ван давно не видел его настолько возбужденным и сильным как рядом с Лив. Травник поднял на руки тяжело дышащую валькирию и понес в свой дом, в котором приятно пахло травами и костром. - Да дочка, угораздило же тебя так вляпаться - причитал Сагр, намочив тряпку в какой-то жиже и протирая лицо юной валькирии - ты ж девчонка еще совсем, зачем решила быть с ним, зачем позволила полюбить себя, жила бы спокойно в Мидгарде, и проблем не знала. В ответ Лив только тяжело дышала, а по ее щекам непроизвольно бежали слезы. Сагр понимал, что Лив умирает и единственное о чем молился чтобы Локи скорее нашел и доставил сюда ведьму Железного леса. Он все чаще и чаше обтирал Лив, а она буквально таяла в его руках. *** Локи летел над лесами Асгарда, выискивая ведьму с лучником, а когда наконец-то нашел, то камнем спустился к ним, почти что упав в ногах. Из последних сил он трансформировался в лошадь и дождавшись того, как пара сядет на него, погнал к Сагру, чтобы скорее спасти Лив. - Нам нужно в Железный лес - говорит ведьма на ухо и Локи так резко тормозит, что восседающие на его спине, чуть не падают на землю. - У меня не все есть собой - продолжила она, крепко держась за его гриву, принося легкую боль. Трикстер все же сбросил их, и став обратно человекоподобным Богом, прокричал: - А о чем ты думала? Почему не взяла все сразу? - Не повышай на нее голос!- вступился за Боду Улль, инстинктивно отодвинув любимую за спину. - А что ты мне сделаешь лучник? Убьешь? Так давай! Если Лив умрет, то и мне незачем жить. Ну же убей меня, сейчас пока я не устроил Рагнарек - прокричал Локи, и посмотрел на Бога охоты таким взглядом, который тот никогда не забудет. В его глазах была отражена печаль, боль и невероятная тоска, такая тоска, что обволакивала и не отпускала. Улль снова отступил и опустил глаза, а Локи подошел к ведьме, взял ее за руку и, достав амулет, перенес в Ётунхейм, успев прокричать только: - Иди к Сагру, мы прибудем туда! *** Лив дышала очень тяжело и медленно, она немного постанывала и водила ножкой по кровати давая понять, что она жива и ей больно. Подошедший Улль увидел эту картину, сжал лук и вышел из дома Сагра, где тот все еще протирал девушку тряпочкой. Через время Сагр, составил лучнику компанию, и были бы они мидгардскиим мужчинами, то закурили, но здесь им оставалось только тяжело вздыхать. - Она уходит?- прервал молчание Улль. - Да, я чувствую запах Хель рядом с ней. А почему ты один? – задал встречный вопрос Сагр. - Они в Железном лесу, Боде нужды дополнительные снадобья. - Она планирует спасти Лив?- спросил Сагр о том, что у всех вертелось на языке. - Я не знаю, но надеюсь, что да. Лив же казалось, доживала последние минуты, и в своих ведениях она видела не мужа, не детей, а рыжего Бога, того кто владел ее сознанием многие годы. Огненные локоны все удалялись, мерцали перед ее глазами, она гналась, но не могла схватить, а ей так хотелось, до смерти хотелось. Она попыталась позвать своего Бога, но не смогла, спазм давил на горло. Хотела побежать быстрее, но ноги ее не слушались, оставалось только беззвучно выть. А Локи все уходил и уходил, он привычно смеялся, улыбался, обнажал морщинки у уголков глаз, а потом исчез вовсе, и Лив решила, что это конец, и как будто в подтверждение ее схватила худая рука. Валькирия, думая, что это Хель, попыталась бороться, пока не услышала: - Локи уйди, сейчас ты только мешаешь. - Я останусь – прокричал трикстер, снова хватая Лив за руки. - Выведите его!- скомандовала Ангрбода, раскладывая замысловатые приспособления и баночки со снадобьем. Улль с Сагром оттащили трикстера и попытались привести в чувства, но перед его глазами стояло почти безжизненное лицо его валькирии. Локи почувствовал удар по щекам, а потом еще россыпь, было больно, но позволило немного прийти в себя. - Бода спасет ее, не мешай - прокричал лучник, пока Сагр пытался увести Локи подальше. И как только они усадили трикстера на лавку, послышался жуткий душераздирающий крик его валькирии. Он опять метнулся туда, но был остановлен «друзьями». - Ей больно, я не могу это терпеть, пусти сейчас же!- кричал трикстер в несвойственной себе манере и отталкивал каждого, кто старался объяснить и помочь. И снова пощечина ощутимее тех, и снова крик валькирии сильнее прежнего. В голове Бога огня только и было слышно: «Ей больно, ей больно, ей больно». Он пытался взять себя в руки, мыслить трезво, но крики продолжались. Лив вопила так сильно и горько, что уже и Сагр с Уллем не могли держать себя в руках. - Что она с ней делает?- тихо спросил Улль у старого Вана, а тот только пожал плечами. Сагр умел лечить, колдовать, но снимать проклятья было уделом ведьмы Железного леса, и он надеялся, что она знает свое дело. А Лив кричала не замолкая, как будто с нее заживо сдирали кожу, что собственно Ангрбода и делала. Ведьме необходимо было вытащить проклятье, из недр из глубины, вырвать вместе с кожей и корнями, пущенными в позвонок. - Тише, тише валькирия, терпи – шептала Ангрбода, продолжая срывать с Лив кожу с рунами, нельзя было оставить ни миллиметра. Иногда ведьма давала немного передохнуть, а потом снова рвала, а Лив кричала, то приходя в себя, то снова теряя сознание. В ее видениях все еще убегал рыжий Бог, а она пыталась его поймать, но каждый раз, когда вытягивала руки, чувствовала адскую боль. Через невероятно долгое количество времени Ангрбода закончила свою работу, и на спине Лив алела огромная раскрытая рана, дальше лечить ее было делом Сагра. Но работа Боды еще не закончена, она взяла иглу, и уколов свою ногу напитала ее кровью, а после стала петь и водить иглой по руке Лив, оставляя отметины. Ей опять было больно, и крик возобновился. - Ну же валькирия терпи, ты сама хотела вернуть тот возраст, в котором появилась здесь. Бода продолжала наносить на нежное тело Лив новые руны, а она уже так не кричала, просто тяжело дышала, постанывала, и казалась действительно очень сильной, либо умирала. Вскоре ведьма закончила и, бросив взгляд на валькирию, так полюбившуюся Локи, вышла, потирая руки. Ангрбода нашла мужчин на лавочке возле фиалок и поспешила к ним, не думая о том, как выглядит, а ее одежда и ладоши были полностью в крови. - Сагр, теперь твоя очередь, я сделала все что смогла – сказала Бода и в сопровождении Улля пошла к ручью, чтобы привести себя в порядок. Локи, почти что сбивая Сагра с ног, побежал в комнату к Лив и ужаснулся увиденному. Его девочка лежала на животе, а на спине зияла кровавая рана, и свеженанесенная руна молодости на плече. - Глупая, глупая валькирия, я же люблю тебя любой, зачем пошла на дополнительные страдания! Трикстер подошел к любимой аккуратно прижег рану, чтобы кровь больше не уходила и Сагр смог ее вылечить. А после сел и стал гладить ее волосы, пытаясь забрать боль себе. Лив, которая продолжала гнаться за своим Богом, вдруг почувствовала резкое жжение и родные теплые руки на своих волосах. Он здесь, ей удалось, Лив поймала его, и больше никогда не отпустит. - Локи - чуть тихо прошептала она, приходя в себя, на что трикстер нежно поцеловал ее затылок, и ответил: - Золотко, мое смелое и сильное Золотко все хорошо, я рядом, теперь навсегда рядом!