Дорога в никуда.

Вечер медленно опускался на затихшую округу. Фары Волги слабо освещали узенькую просёлочную дорогу, порой виляющую между стволами деревьев. На дороге порой попадались ветки, которые издавали приятный треск, когда машина наезжала на них. Справа безмятежно текла широкая река. Казалось, всего несколько часов назад в ней погибли десятки людей, на её дно рухнул целый мост, но она никак не изменилась. Вода всё так же текла по своему пути, который, возможно, не менялся сотни лет. И ничего не изменится и сейчас. Она была такой год назад, вчера, сегодня, и будет такой всегда. Ведь катастрофа затронет лишь людей, они сами себя уничтожат, а природа останется незыблемой. Эта уже порядком заросшая дорога исчезнет совсем, деревья по обеим сторонам сомкнуться, и никто никогда не узнает, что она вообще существовала. К своему удивлению Сергей вдруг заскучал по серым городским джунглям. Он любил романтику города, особенно вечером, когда людей мало, некоторые улицы погружены во тьму, и гулять по ним в одиночестве, прислушиваясь к гулу далёкого порта или шуму мотора редкой машины, проезжающей мимо. А какая необычная атмосфера и романтика в тихом пригороде, притаившемся в тени старых деревьев! В этих привычных нам всем спальных районах, сонных улочках… Но города больше не будет. Ни холодных вечеров на берегу Финского залива, ни волшебных белых ночей и просто родного дома… “И как он теперь там… небось весь район на карантин посадили.” Скорых не было совсем недавно, но вдруг, словно по щелчку пальца, всё завертелось с невероятной скоростью. Сергей вдруг понял, как сильно ему повезло, что практически накануне его направили из Петербурга в область. Пожалуй, это было первое и последнее, чем работа помогла ему. На самом деле она даже спасла ему жизнь. Если в области, где-то глубоко в деревнях творился такой бардак, то страшно было представить, что было в больших городах. Но в то же время всё равно оставалась надежда на военных – в конце концов, их ввели в города и, возможно, они смогут сохранить контроль над ними. …Стало совсем темно. Сергей почувствовал, что веки стали тяжелеть. После тяжёлого дня, проведённого в дороге, нужно было найти место для ночлега. Согласно карте, поблизости должна была быть какая-то деревня или дачный посёлок, в котором в теории можно было бы пересидеть какое-то время. Но было очевидно, что из-за недавних событий в округе небезопасно, а уж в каком-то неизвестном населённом пункте тем более. Оружия у парня, по сути, не было, а бороться с заражёнными голыми руками было равносильно смерти. Наверное. Да Сергей всё равно не смог бы по ним нормально ударить. Лом, хоть что-то более эффективное, чем кулаки, хорош против одного заражённого, но очень неудобен против двоих или тем более троих. А с другой стороны, что оставалось делать? Остаться в машине на узкой пустынной дороге посреди тёмного леса? Сергей уже попробовал как-то и чуть не погиб, так что он решил всё же попытать счастья в какой-нибудь даче. Свернув куда-то и едва видя дорогу сквозь густую траву и тьму ночи, парень вскоре увидел, как фары осветили поваленный забор впереди. Судя по всему, участок был заброшен, так что Сергей двинулся дальше. Вторая линия домов выглядела гораздо лучше. Пусть это и были маленькие деревянные дома, но как раз они-то были удобными для обороны. Некоторые из них имели довольно хлипкие заборы, что, конечно, никак не подходило Сергею. Ему нужно было остаться без защиты надолго, до самого утра, и нужно было выбрать такой дом, в котором не приходилось бы вскакивать от каждого шороха. Пара домов впереди уже отличались довольно высокими железными заборами, что уже вполне устраивало Сергея. Однако при ближайшем рассмотрении стало ясно, что и они не подходят: у одного участка в углу забор повалился, и только толстый ствол яблони удерживал его от полного падения, а у второго калитка едва держалась на петлях. Третий по счёту ряд оказался самым удобным. Здесь уже большинство домов подходили по критериям Сергея, и он, остановив машину и взяв лом, принялся прохаживаться мимо участков, дабы временно “вселиться”. Пройдя дальше, к своему удивлению он заметил, что из трубы одного из домов шёл дым. Это была небольшая, покрашенная в голубой цвет избушка с маленьким уютным садом под окнами и распаханным участком с маленьким сараем позади. Типичная дача, но именно она оказалась заселена. Окна были темны, но в какой-то момент внутри мелькнул огонёк, и скрипнула дверь. - Эй, сынок! Чего стоишь? Заходи, пока эти алкаши на шум не прибежали. Сергей пожал плечами, опустил лом и подошёл к крыльцу. На нём стоял какой-то дед с… неожиданно винтовкой, да необычной. Мосинка! Настоящий антиквариат. Сергей не очень разбирался в оружии, однако историей интересовался, потому наизусть знал, что такая винтовка была принята на вооружение почти сто десять лет назад и пережила целых два государства: Российскую Империю и СССР, а теперь использовалась и в России. - 7.62, да? - Потом посмотришь. Конечно 7.62. Заходи быстрее. Сергей шагнул внутрь, и дед запер дверь позади. - Проходи, куртейку свою на крючок вот здесь повесь. Сергей сделал точно так, как сказал дед, и прошёл сразу на кухню. Два окна в ней были занавешены, а среднее было открыто – судя по всему, хозяева услышали шум мотора. Дед, проследив за взглядом Сергея, заметил это и вернул штору на место. Кухня была небольшой комнатой со столом и тремя стульями у окон. У дальней стены стояла небольшая желтоватая плита и маленький минский холодильник. На столе лежала одна пустая тарелка с вилкой, и рядом тускло горела свеча – единственный источник света. То ли не было света, то ли не хотели привлекать внимания. - Ну, садись, коли приехал. Откуда будешь? - Из Питера я… - ответил Сергей тихо и аккуратно сел на краешек стула. - Уу, из самого? – протянул дед. - Да, из Красноселького. - Это как же ты так здесь оказался? – дед подошёл к холодильнику и, отложив винтовку, принялся искать что-то. Холодильник работал. - Да долгая история… - А мы никуда не торопимся. У нас, считай, всё время мира есть, - ухмыльнулся дед и вытащил банку солёных огурцов. – Будешь? Не отказывайся, когда теперь ещё придётся попробовать такие? - Спасибо… давайте. Дед выложил несколько огурцов на тарелку и сел на соседний стул, тоже взяв парочку из банки. - Времена-то лихие сейчас… не пойму, как ты из Лен- тьфу, из Петербурга выбрался. - Да повезло мне, - сказал, хрустнув сочным огурцом, Сергей, - меня на работу в область отправили как раз перед всем этим. Я там проторчал какое-то время, сделал кое-что, возвращаюсь в город – а дороги все перекрыты. Я подумал-подумал да и решил ехать куда-нибудь подальше. - А куда конкретно? Сейчас везде плохо. - Да я просто в случайную точку ткнул пальцем, вот и еду. Уж не знаю, на что и надеяться. Родственников у меня нет, друзей в общем-то тоже… - Понятно всё с тобой… нда, повезло тебе, сынок. Коли у нас такой бардак творится, страшно представить, что там в Ленинграде. - Уж не знаю, кого за это благодарить. Или проклинать. Я уж думал как со злости или жалости к себе из окна сброситься, а тут такое… - Ты это брось, - дед посерьёзнел. – Тебе жизнь Богом дана, а раз он её не отобрал, значит избран ты. Как и я. А значит жизнь эту ты ценить должен. Ты её достоин и ценить её должен. Вот и я так же. Вроде старый-старый, а видишь, многих молодых пережил. Да вот сынок мой тоже приехал, да помог маленько. - Я приму к сведению, - серьёзно ответил парень. - Сынок? - Да, Васька мой. Неделю назад приехал на своём… как его… японское что-то. В общем, на большой такой машине. Всю загрузил по крышу какими-то тюками да чемоданами. В два дня с забором управился, он у меня тут в парочке мест плохой был, в магазин в райцентр съездил, так ещё целый вагон еды и материалов каких-то привёз. Генератор даже. Вишь, холодильник! Вот и работает пока на бензине. - Неплохо у вас тут… а с обстановкой в целом… как? - Да никак, сынок. Тут дачи одни, хозяева редко приезжают. Как это всё началось, так только пару машин видел, как они туда… - дед неопределённо указал куда-то вглубь посёлка, - …ехали. А так… я думаю, больше уже некому сюда приезжать. Сын мой ещё на заправочную станцию ездил, так там он столкнулся с “алкашами” этими. Хорошо я ему винтовку отдал, он живой и невредимый вернулся. В общем-то говоря, сам я их не видел. - Да… повезло вам на самом деле. На трассе и в Толмачёво сейчас черти что творится. - Я слышал вчера шум. Стреляли что ли? - Да. Группа военных мост перекрыла, но заражённые обошли их сзади и просто окружили. А потом они мост подорвали. - Так моста нет больше? – дед задумался, - а как ты дальше-то ехать будешь? - Вот не знаю. - Ладно, есть у меня одна идея. Завтра покажу тебе. А сегодня доедай огурцы и ложись спать. Сергей кивнул и продолжил уплетать огурцы. Дед же взял винтовку и ушёл куда-то наверх. Скорее всего у него была импровизированная вышка на чердаке или что-то вроде того. Оставив пустую тарелку в раковине, Сергей принялся искать спальню. Конечно же, первым делом в потёмках он столкнулся с дверным косяком, и только после этого, благодаря интуиции и паре матерных слов нашёл нужную комнату. Он так вымотался за этот день, что заснул, едва прикоснувшись к подушке.