Сквозь года

31 июля 2024

среда

      На сорок четвертом дне рождения Гарри Поттера, как обычно, собрались все самые близкие друзья. Дом на площади Гриммо наполнился звуками радостных разговоров, поздравлений и пожеланий всего самого наилучшего имениннику. Все было бы идеально, если бы лучшая подруга Поттера не опаздывала на его торжество.       Всему виной каждый раз оказывалась работа, из-за которой Гермиона постоянно торчала в Министерстве, приходила домой в ночи и снова уходила рано утром. Она старалась не пропускать ничьих дней рождения, годовщин и прочих важных дат, но ответственность, возложенная на ее плечи, чересчур давила на девушку. Министром магии быть непросто, и Гермиона это знала, но она не думала, что из-за работы будет страдать ее личная жизнь.        Гермиона буквально влетела в дом Поттеров, обняла Гарри и, пробормотав поздравления, уже искала глазами мужа.        — Драко отдал тебе подарок от нас двоих?       — Да, спасибо. Ты такая запыхавшаяся, иди присядь, отдохни.       Гермиона тяжело вздохнула.       — Просто загруженный день.       Гарри поджал губы и осмотрел толпу гостей, встречаясь взглядом с Драко, который тоже смотрит в их сторону.       — Как и всегда, — он пожал плечами. — Малфой уже ждет тебя, развлекайся.        Девушка проследила за направлением взгляда друга и увидела своего мужа. Она улыбнулась ему и помахала рукой.        — Да, я пойду к нему. Еще раз с днем рождения, позже поболтаем.       Гарри улыбнулся и поцеловал подругу в щеку. Она подошла к Драко и обняла его за талию, запустив руки под расстегнутый пиджак. Малфой поцеловал жену в макушку и они еще пару минут молча стояли, наслаждаясь теплом объятий друг друга.        — Я так устала, Драко.        Он вздохнул.        — Хочешь, можем уйти?       — Нет-нет, это будет некрасиво по отношению к Гарри.       — Думаю, Поттер войдет в твое положение.       Предложение оказаться дома, в мягкой кровати и объятиях мужа казалось таким заманчивым, особенно, когда Гермиона почти перестала чувствовать ног после целого дня, проведенного на каблуках. Девушка замялась, размышляя, как ей поступить, но, когда Драко запустил руку в ее волосы и принялся массировать кожу головы, она окончательно сдалась.        — Да, давай уйдем. Я только поздороваюсь с детьми.        После поцелуя в лоб от Драко, Гермиона ушла к столу, где разговаривали Джинни и Лира.       — Привет, мам!       Поднявшись со стула, Лира крепко обняла Гермиону.        — Привет, милая. Как ты?       — Все хорошо, мам, а ты сама как? Ты выглядишь уставшей.       — Да, Гермиона, — Джинни тоже обняла подругу. — Тебе стоит поменьше работать.        — Легко сказать, — она измученно вздохнула и снова повернулась к Лире. — Мы с папой уходим, где Скорпиус?       Ее дочь кивнула в сторону импровизированного танцпола, где ее брат стоял с Джеймсом у стены, и Гермиона направилась к ним. Обменявшись короткими объятиями с сыном Гарри, Гермиона повторила Скорпиусу то же самое, что говорила Лире минутой ранее. Она заметила Тео с Амелией и уже направилась к ним, как вдруг ее перехватила Пэнси и утащила за собой в другую комнату.        — Зачем ты меня сюда затащила?        — И тебе привет, Гермиона. Я тоже по тебе соскучилась, у меня все замечательно, спасибо, что спросила.       — Прости, — она вздохнула. — Я собиралась уходить.        — Я уже в курсе, но сначала мы поговорим.        — Это не может подождать до завтра?        Девушка фыркнула и скрестила руки на груди.       — Нет.        Гермиона закатила глаза.       — Ладно, говори.        — Когда в последний раз вы спали с Драко?        — Что, прости? Извини, я лучше пойду.        Пэнси загородила ей проход.        — Нет, ты не уйдешь отсюда, пока не ответишь мне на все вопросы. Мне надоело слушать нытье Драко о том, что ты на него не обращаешь внимания.       — Как я могу не обращать на него внимания, он же мой муж?       — Очень просто. Можешь не говорить вслух, но хотя бы вспомни, когда у вас был секс в последний раз?       Гермиона задумалась. Да, она задерживалась на работе. Да, уходила раньше, чем обычно. Да, брала документы на дом, но…       — Ну… месяца два назад.       Паркинсон усмехнулась.       — Шесть.        — Что?       — В последний раз вы спали вместе шесть месяцев назад.        — Откуда… тебе что Драко рассказал?       — Скажи спасибо, что мне, а не Блейзу или Тео. Эти два придурка никогда ему ничего ценного не посоветуют, — она закатила глаза. — А теперь слушай меня. Мне плевать, что у тебя происходит на работе, хоть третье пришествие Волдеморта, но ты должна проводить время со своим мужем. Потрудись выделить хотя бы два вечера в неделю на это.        Гермиона нахмурилась, задумавшись.       — Но Драко мне ничего не говорил об этом. Я бы знала, если бы его что-то не устраивало.        — Он страдает, Гермиона, — Пэнси покачала головой. — Ты ему изменяешь.        Она сказала это с такой утвердительной интонацией, что у Гермионы расширились глаза до размера галеона.       — Нет, ты чего?! Я не изменяю Драко!       — Нет, изменяешь. С работой. Ты же даже спишь в обнимку со своими бумажками.       Тонкие дорожки слез скатывались по лицу Гермионы, пока она слушала подругу. А ведь та была абсолютно права. Их отношения уже не те, что вначале, они практически не видятся.       — И что мне делать?       — Трахни Драко для начала, а потом найди себе помощника, если потребуется, двух или трёх, но разгрузи себя. Пусть они выполняют за тебя ту работу, которая не требует твоего непосредственного участия. Я знаю, ты не можешь просто сидеть дома, но пойми, что всей Англии ты не поможешь.       После душераздирающего разговора, который открыл ей глаза на происходящее вокруг, Гермиона вышла обратно в гостиную. Ее конечной точкой был Тео, который танцевал медленный танец со своей почти двухгодовалой дочерью на руках.        — Смотри, кто пришел, Амелия.       Тео взял маленькую пухлую ручку дочери и помахал ею Гермионе. Подойдя, та улыбнулась и поцеловала сначала внучку, а затем и Теодора в щеку.        — Драко сказал, что вы уже уходите.       Гермиона кивнула.       — У тебя что-то случилось? Ты плакала?       — Нет, все в порядке. Спасибо, что спросил. — Гермиона гладила Амелию по светло-русым кудряшкам, пока та улыбалась ей. — Она так выросла.       — Да, я не успеваю за ней, — Тео улыбнулся. — Еще совсем недавно помещалась у меня на предплечье, а теперь уже такая большая.        Драко подошел к ним, обняв Гермиону за талию. Девушка защекотала Амелию и та захихикала, уткнувшись лицом в грудь папы. Тео накрыл ее голову ладонью и что-то прошептал на ушко, наклонившись. Девочка повернулась обратно и два раза сжала и разжала кулачок, пробормотав:       — Пока, деда и Гемиона!       — Пока, моя красавица.       Гермиона нежно ущипнула сладкую щечку малышки и ушла под руку с Драко домой через камин.       Она хотела бы провести сегодняшний вечер по-другому. При других обстоятельствах, она бы веселилась с друзьями до полуночи, а потом, едва выйдя из камина в своём доме, она бы уже начала стягивать с Драко пиджак. Дойдя до кровати, оба уже были бы полностью раздеты, а только коснувшись матраса, Драко бы уже вошел в нее.       Но сейчас, переступив решетку камина, Гермиона скинула туфли, шипя от облегчения, и прошла под руку с Драко до спальни, обессилено свалившись на кровать прямо в одежде.       — Массаж? — спросил у неё муж.       — Было бы замечательно.        И она заснула, бормоча извинения за свою усталость, за то, что не могла доставить ему удовольствие в данный момент, пока сильные руки Драко одну за другой расслабляли мышцы её ног и спины.

***

      Лира с Джинни уединенно сидели за столом, пока остальные гости распределились по кучкам, болтая, или ушли танцевать. Слушая, как тётя рассказывала о квиддиче, Лира тем временем пожирала глазами своего мужа с их дочкой на руках, кивая в нужных моментах, чтобы создавалось впечатление, будто она увлечена беседой.       — Ты ведь не слушаешь, да? — спросила миссис Поттер, наклоняясь к лицу Лиры, чтобы та обратила на нее внимания.       — Прости, тётя Джинни, я просто… отвлеклась, — Лира опустила взгляд на свою тарелку и поковыряла недоеденное рагу.       Рыжая хмыкнула.       — О, я понимаю на что тут можно отвлечься.       — Что? — Лира посмотрела на нее в недоумении.        — Ты отхватила замечательного сексуального мужика, у него есть на что посмотреть.       — Тётя Джинни!        Та рассмеялась, чем смутила Лиру ещё больше.        — Да ладно тебе, как будто это не очевидно. Ты сама-то не замечала, как на Тео пялятся остальные женщины? — Джинни изогнула бровь. — Так что хотеть своего привлекательного мужа – это вполне нормально.       Лира прикусила губу, взглянув на Тео, который ходил по комнате с Амелией, что-то рассказывая ей.        — Конечно, я замечала, как на него смотрят, но дело не в этом.        — А в чем?        Лира замялась, но Джинни любезно налила ей еще шампанского. Девушка немного расслабилась после нескольких глотков. Со вздохом, она продолжила.       — Дело в Амелии. Точнее, нет, не совсем в ней.        — Дорогая, я ни за что не поверю, что таким похотливым взглядом ты все это время смотрела на ребёнка.       Лира засмеялась и помотала головой. Она вновь перевела взгляд на Тео, в грудь которого уткнулась их малышка, после того, как её пощекотала Гермиона, и невольно улыбнулась.       — Дело в том, что Тео так сексуально выглядит с ребенком... я смотрю, как он обращается с нашей дочкой, как кормит её, играет с ней, рассказывает что-то. Салазар, он даже подгузники меняет сексуально! И я просто теку от одного его вида. Даже сейчас мне хочется схватить его, завести в ближайший темный угол и отдаться ему прямо там.       Джинни рассмеялась, чем смутила Лиру ещё больше и та вернулась к ковырянию своего блюда вилкой.       — Прости, дорогая, — она коснулась ладони Лиры, подбадривая. — Просто ты мне напомнила меня.        Девушка приподняла бровь.        — Я сама сходила с ума, видя как Гарри нянчится с маленькими детьми. Думаешь, почему у нас их трое, — Джинни подмигнула ей.        Они обе рассмеялись.        — Я думала, что я одна такая.       Джинни вытянулась, чтобы посмотреть на кого-то вдали комнаты.       — Ты тоже это заметила? — спросила она у Лиры.        Лира проследила за направлением ее взгляда.       — Ты о том, что мой брат все время смотрит на Лили, пока она не видит?       — Нет, я о том, что Лили смотрит на твоего брата, пока он не видит.        Они коварно улыбнулись друг другу, и Джинни вернулась к прошлой теме разговора.       — Что ж, если тебе все ещё нужен тёмный угол, гостевая спальня на третьем этаже сейчас свободна, — Джинни подмигнула бровями. — И, кажется, Пэнси прямо сейчас отбирает у Тео Амелию.       Лира успела только повернуть голову, как наткнулась на Теодора, который в это время приближался к ней с протянутой рукой.        — Миссис Нотт, не окажите мне честь и потанцуете со мной?        Она улыбнулась и встала со стула, обхватывая ладонь мужа. Лира не понимает, как Тео умудряется вести их в медленном танце под эту клубную музыку, но, видимо, это пробивается его чистокровное воспитание.       Пора приступать к выполнению плана.       Девушка встала на носочки, коснулась губами мочки его уха, прошептав:       — Я хочу, чтобы ты трахнул меня прямо сейчас.       Тео слегка отодвинулся, чтобы заглянуть в медовые глаза Лиры, на его губах растягивается ухмылка.        — Я правильно понимаю, что ты уже продумала, где я должен это сделать?        Она кивнула и развернулась, двинувшись к лестнице. Лира поймала пошлую ухмылку Джинни и подмигнула ей. Поднявшись на третий этаж и закрыв за собой дверь, Тео невербально кидает заглушку. Звуки вечеринки утихают, и они остаются в тишине.       Лира встала посреди комнаты, когда Тео повернулся к ней, расстегивая пиджак с каждым шагом.        — Что тебя так завело, любимая?        Повесив пиджак на кресло, он встал прямо перед Лирой и провёл костяшками пальцев по её щеке. Девушка прерывисто вздохнула и прикрыла глаза.       — В последнее время ты хочешь трахнуть меня буквально каждую свободную минуту. Такого не было, даже когда мы тайно встречались.       Рука Тео опустилась по ее шее вниз к ключицам, а затем ещё ниже, сжимая грудь. Он ущипнул сосок сквозь ее платье.       Ох.       — Отвечай, иначе не получишь то, что хочешь.       Грудь Лиры стала вздыматься все чаще, возбужденные соски больно тёрлись о ткань. Зря она надела платье, не предусматривающее бюстгальтер, сегодня. Тео спустил один рукав, но квадратный вырез её белого платья не позволил оголить грудь. Он потянулся к завязкам на спине, коснулся голой кожи и развязал бантик, на котором держалось платье.        Лира посмотрела в карие глаза перед собой. Тео сосредоточен. Он вновь дернул за ленту на спине, второй бантик развязался. Платье упало к ногам, и Лира осталась лишь в белых кружевных трусиках.        Тео осмотрел её с ног до головы, избегая глаз, и хмыкнул. Он обошёл её и встал сзади, прижимаясь к спине девушки грудью. Убирал распущенные волосы на одну сторону и поцеловал шею, отчего у Лиры подогнулись коленки.       — Ты так и не ответила, детка. Уверен, ты уже вся течёшь, и тебе не терпится, чтобы я насадил тебя на свой член.       Лира застонала от этих слов, а Тео самодовольно ухмыльнулся и укусил мочку её уха. Одной рукой он прижал её за горло к своей груди, пока другая спустилась по её животу и остановилась у кромки трусиков и погладила кожу вдоль резинки.        — Но ты этого не получишь.        Он резко убрал руку и Лира разочарованно вздохнула.        — Ну же, детка. Я жду.        Тео взял её за запястье, завёл руку за спину и положил на свой пах.        — Чувствуешь, как сильно я тебя хочу? — продолжал шептать он. — Пока ты медлишь, ты лишаешь удовольствия не только себя, но и меня. Ты же не хочешь, чтобы папочка был недоволен?       Лира думала, что она возбуждена до предела, пока он не сказал это. Волна возбуждения пронеслась по телу. Узел, завязавшийся в её животе, жаждал разрядки. Она сильнее откинулась на грудь Тео и сжала его член через ткань брюк. Он приглушенно застонал и сжал её горло сильнее.        — Не провоцируй меня, Лира.       — Ты очень сексуальный, папочка.       — Но это ты поняла ещё в день нашего знакомства, что с тобой происходит в последние два года, м?       Он ущипнул ее сосок, и Лира вскрикнула.       — Т-ты так заботишься о нашей дочке и это выглядит очень, — Тео запустил руку под резинку её трусов и коснулся лобка. — О-очень сексуально. Я хочу тебя каждый раз, когда вижу вас вместе.       Он дошел до клитора и помассировал его круговым движением.       — Молодец, детка. Видишь, это было несложно.        Тео продвинулся дальше и, раздвинув средним пальцем половые губы, погрузил его на одну фалангу внутрь.        — Д-да.        — Значит, пока я танцевал с Амелией сегодня, ты представляла, как трахаешь меня?       — Мгмх.       Его палец толкнулся дальше внутрь, поощряя её за честность.        — И как именно ты хотела это сделать?       — Я-я…       — Смелее.       — У стены. Я представляла, как ты прижимаешь меня спиной к стене.       Он добавил второй палец и согнул их. Тео начал двигать пальцами с бешеной скоростью, отчего у Лиры подкосились ноги. Ещё чуть-чуть, и она бы кончила, но он резко остановился и вынул пальцы из неё. Послышался разочарованный вздох, после чего Теодор развернул жену и придавил к стене всем своим телом, страстно поцеловав.       — Что дальше, детка?        Она взяла его руку за запястье, обхватив ладонь, открыла рот и положила в него указательный и средний пальцы Тео. Лира сомкнула губы в плотное кольцо вокруг пальцев и стала сосать, жадно слизывая с них свой вкус. Когда она отстранилась, то заметила, насколько у Тео потемнел взгляд, пока он наблюдал за её действиями.        — Дальше ты доводишь меня до оргазма своими пальцами.        Она повела его руку вниз, отодвинула свои трусики и направила его пальцы внутрь. Тео ввёл сразу два, согнул и начал стимулировать переднюю стенку влагалища.       Лира стонала, держась одной рукой за ремень Тео, а второй за его плечо. Когда его большой палец накрыл клитор и стал водить по нему круговыми движениями, она кончила. Тео схватил Лиру за шею, плотнее прижимая к стене, и придвинулся ближе, поцеловав в губы.       — Что теперь?       Тео укусил её нижнюю губу, оттягивая, и вытащил из неё пальцы, отстраняясь.       — Т-теперь твой член.       — Что – мой член?       — Трахни меня своим членом!       Он опустился, чтобы стянуть с неё трусики, затем расстегнул ремень и молнию на брюках, вновь прижимая Лиру плотнее к стене, закинув одну её ногу на свою талию.       — Меня так чертовски заводит, когда ты озвучиваешь свои желания.       Тео оттянул большим пальцем её нижнюю губу, пристально наблюдая за своим движением, и Лира заметила, как приоткрылся его рот.       — Дома я возьму твой сладкий ротик, — сказал он, после чего толкнулся членом внутрь.       Лира со стоном запрокинула голову назад, ударяясь о стену. Тео прильнул к её шее, страстно целуя, посасывая, втягивая кожу в рот до фиолетовых отметин.       — О, Тео!         Он стал двигаться быстрее, схватив Лиру за ягодицы, сильно впиваясь пальцами в упругую кожу. Их губы слились воедино, а языки принялись изучать рты друг друга. Постепенно стенки влагалища начали сокращаться, и рот Лиры открылся в безмолвном крике. Тогда Тео вновь накрыл её клитор, одновременно прикусив её нижнюю губу. Он кончил сразу после неё, изливаясь внутрь.       Они стояли, прислонившись лбами друг к другу и пытались выровнять дыхание. Он улыбнулся, и Лира хмыкнула в ответ, тоже растекаясь в улыбке. Тео вышел из неё, очищая их обоих взмахом палочки. Девушка оделась, а Теодор лишь разгладил складки на рубашке и накинул пиджак. Он помог ей заново завязать бантики на спине платья и поцеловал в оголенное плечо.        — Позвольте проводить вас обратно, миссис Нотт.       Тео подставил свой локоть, который Лира обвила рукой, и они вместе вернулись вниз. Лира сразу же нашла Пэнси, сидящую на диване с Амелией на коленках, и направилась к ним. Малышка, завидев маму, потянула к ней ручки и Лира подняла ее.       — Соскучилась?       — Да! — воскликнула Амелия.       — Ты не устала? Домой хочешь?       Девочка помотала головой, рассматривая игрушку, которую ей вручила Пэнси, и Лира поцеловала дочь в пухлую щечку.       — Ты с Тео была? — спросила Паркинсон.        — Да, а что?        Лира слегка покраснела, подумав о том, неужели их было слышно, но Пэнси лишь ухмыльнулась, оглядывая ее с головы до ног.        — Да нет, ничего, — Брюнетка взяла свой бокал с шампанским с журнального столика и сделала глоток, — Я поговорила с ней.        Лира опустила дочку, которая рвалась поиграть с остальными гостями, и обратила внимание на свою тётю.        — И как? Что она сказала?       — Как мы и думали, она даже не задумывалась о существовании проблем, — ещё один глоток. — Но она однозначно задумалась моими словами. Я сказала ей трахнуть Драко по возвращении домой, так что думаю, она занимается этим прямо сейчас.       Лира вытянула ладонь вперёд, останавливая излишне наполненный подробностями монолог Пэнси.        — Мне совсем не нужно было этого знать! — Нотт покраснела.       — Ой, да что ты говоришь! Тогда и я сделаю вид, что ты не трахалась с Тео пять минут назад.        — Это другое! Ты буквально говоришь мне, что мои родители этим занимаются, но…       — Ты, знаешь ли, тоже не от непорочного зачатия появилась, — перебила ее девушка, ухмыляясь.       — Тётя Пэнси! — Лира по-детски закрыла уши ладонями. — С меня хватит этого диалога, я ухожу.        Под смешки тёти она скрылась в толпе. Чуть позже раззадоренную Паркинсон огорчит сообщение от Драко с текстом: «Она уснула. Ничего не получилось».       Лира провела оставшийся вечер в приподнятом настроении, танцуя и болтая с друзьями родителей, с кузеном Тедди, с которым, к сожалению, видится редко и, конечно же, со своим мужем. Под конец вечера, когда все гости собрались поесть праздничный торт, они с Тео сидели рядом. Лира кормила сидящую у нее на коленях Амелию тортом.        Девушку никогда особо не заботило излишнее внимание к себе, потому что из-за того, кем являлись её родители, с самого детства она подверглась вниманию общественности к своей персоне. Затем, когда выросла и стала выглядеть внешне привлекательнее, внимания прибавилось ещё больше. Нездоровое внимание обрушилось на неё после того, как она вышла замуж за человека, почти вдвое старше неё, но сегодня было что-то другое. Сегодня она находилась в кругу близких людей, но они смотрели на неё странно, и Лира никак не могла понять, в чём дело. К тому же, Тео ходил всё это время с чересчур самодовольным лицом. Она списала это на недавно случившийся секс, но обычно её муж себя так не вёл. И вот, поймав очередной ухмыляющийся взгляд Блейза, она наклонилась к уху Тео.       — Почему на меня все так странно смотрят весь вечер?        С невозмутимым лицом Тео ответил ей.        — Не знаю, ты выглядишь прекрасно.        И для подтверждения своих слов он поцеловал Лиру в висок. Она немного расслабилась и стала вытирать салфеткой запачканные в креме от торта руки Амелии.        — Ты наелась?        Девочка кивнула.       — Возьмешь ее? Я отойду в туалет.        — Да, конечно.        Тео забрал дочку и усадил к себе на коленки. Лира прошла мимо танцующих Блейза, Дафны и Луны к нужной ей двери, и зашла в ванную.       Она подошла к раковине, над которой висело зеркало, и посмотрела на свое отражение, тут же застыв. Вся шея была в багрово-фиолетовых отметинах, оставленных Теодором пару часов назад.       — Твою мать, Нотт! — прошипела девушка.        Теперь всё встало на свои места: косые взгляды, усмешки и ухмылки. Вздохнув и закатив глаза, она покачала головой. Смысла маскировать засосы сейчас уже не было. Все и так уже видели. Лира вернулась на свое место за столом.        — Значит, со мной все нормально, говоришь? — наклонившись к Тео, произнесла она.        Нотт хмыкнул и коснулся губами её уха.        — Я считаю, мои метки на тебе выглядят вполне гармонично.        — А я считаю, что кто-то не трахнет мой рот по возвращении домой, как хотел.        Тео приподнял брови.        — Это нечестно.        — Ещё как честно, мог бы и предупредить. Хорошо, что папа с мамой этого не видели.       — Поверь, будь они здесь, я бы тебя так не выпустил.       — Ох, спасибо, ты такой великодушный.       Лира посмотрела на дочь, которая тёрла глазки, и достала ей соску из своей сумочки.        — Держи, милая.        Амелия взяла соску в рот и стала сосать ее, причмокивая.        — Пойдем домой?       Тео кивнул. Они попрощались со всеми и переместились домой через камин.        — Дашь мне, я её уложу? — Лира протянула руки к дочери.        — Я тоже хотел.        — Тогда вместе?       Он улыбнулся.        — Пойдем.       Пока Лира переодевала Амелию, попутно применяя очищающие и дезинфицирующие чары, Тео достал книжку со сказками. Купаться они будут завтра, сейчас малышка слишком устала.        Амелия очень любила слушать сказку о «Зайчихе Шутихе» на ночь, но самой любимой стала сказка «О Дарах смерти». Не совсем детская, но у девочки каждый раз горели глаза, а все игрушки оставались без внимания, когда кто-то из родителей читал ей эту историю.       Переодев дочку в чистую пижаму, Лира положила её в кроватку и накрыла летним одеялом. Тео в это время уже принялся за рассказ. Едва дочитав до середины, Лира остановила его.       — Тео, — прошептала девушка. — Она уснула.        Они с Лирой вышли из детской, тихо прикрыв дверь. Тео повел жену в ванную, держа за талию.        — Надо почаще водить её на вечеринки, она так быстро вырубилась в этот раз.        — Да, она вымоталась сегодня, столько людей было. 

***

      Скинув платье на пол, Лира переступила через ткань и грациозно прошла к наполненной ванной. Погрузившись в воду, она облокотилась спиной о бортик. Тео, лежащий в ванной напротив неё, взял её ногу за щиколотку и пощекотал стопу. Лира тихо засмеялась, но он не позволил ей отдернуть ногу. Вместо этого, он обхватил её двумя руками и мягко надавил большими пальцами в центр стопы, перемещая их вверх, а затем размял каждый пальчик.        — М-м-м, Тео, это слишком прекрасно.       Хмыкнув, он продолжил делать массаж. Насладившись сполна приятными расслабляющими прикосновениями, Лира оттолкнулась от бортика и, перевернувшись, легла грудью на живот Теодора. Она подняла голову и заглянула в карие глаза, которые изучали ее лицо.        — Ты очень красивая.        Лира улыбнулась.        — Ты тоже ничего.       Усмехнувшись, он подтянул её выше и накрыл губы девушки своими, запуская руку в её волосы, а второй накрыл округлую ягодицу под водой. Тео особенно настойчиво ворвался языком в её рот, легонько прикусил ее язык и, уже сильнее, нижнюю губу.        — Ты все еще рассчитываешь на мой рот сегодня? — спросила Лира, отстранившись.       — М-м-м, возможно.       Она облизала его губы.       — Ты наказан.       — Что? — брови Тео поползли вверх.       — Ты очень плохо себя вёл и оставил меня ходить при всех с засосами на шее.       И, словно чтобы ещё больше его раззадорить, рука Лиры коснулась его живота под водой и продвинулась ниже. Обхватив затвердевший член, она провела по нему вверх-вниз дважды и обвела большим пальцем головку.       — Так что нет, ты не получишь свой минет.       Тео прерывисто втянул воздух и откинул голову на бортик, когда хватка Лиры на члене стала крепче.       — Зачем ты так поступаешь со мной?       — Чтобы ты знал, как нельзя поступать со мной, любимый.       Убрав руку с члена, Лира обхватила голову Теодора и вкусно поцеловала, после чего поднялась и вышла из ванны, оставив возбужденного мужа одного.       — Ты жестокая.        Он тоже встал и убрал воду из ванной взмахом палочки.        — К счастью для тебя, я знаю, как ты можешь искупить свою вину.       Тео приподнял бровь, обматывая полотенце вокруг бедер. Лира пошла в спальню, убедившись, что он следует за ней. Сев на край кровати, она раздвинула ноги и поманила Тео пальцем к себе.       — Встань на колени.        Он усмехнулся, но послушался и опустился между её разведенных ног. Лира притянула его за волосы и Тео уткнулся губами в её клитор. Лизнув его, он поднял глаза на Лиру.       — Это такая месть? Попросить у меня то, чего я сам хотел.       — О чем ты? Я знаю, что ты это любишь, — Лира фальшиво-невинным взглядом посмотрела на мужа.       — Люблю, но…       Она резко села и потянула его голову чуть выше за волосы. Тео зашипел от резкой боли.        — Заткнись и займись делом.       Быстрый поцелуй, а потом Тео приступил к исполнению её желания. Лежа на спине, Лира наслаждалась движениями языка мужа, перебирая пальцами его кудрявые волосы. Да, это была месть, но она ему не признается.