Пять раз, когда Эмма и Реджина форменно облажались со свиданием

I: Одна из нас думает, это свидание, а другая — неформальное собеседование. Эмма не совсем понимает, что происходит. Реджина говорит, для Эммы это типичная ситуация, и Генри фыркает со смеху, прячась за чашкой какао. Вот, что известно девушке: приближается ее ежегодная аттестация, и Реджина предлагает им поужинать в ресторане La Bella Notte в эту пятницу. Генри сидит на краю кровати, пока Свон роется в шкафу, потому что La Bella Notte — стильное заведение, Реджина Миллс — стильная женщина, и нет, Эмма нисколько не паникует при мысли, что какой-нибудь заносчивый официант не пустит ее туда. — Успокойся, ма, — говорит Генри, откидываясь на подушки и сминая спиной аккуратно разложенное на них платье. По крайней мере, он только что помог сократить ей выбор. — Прошлой ночью мне приснился кошмар, — говорит Эмма, вытаскивая из недр гардероба атласную рубашку красного цвета. Мятая. Возможно, пора все-таки инвестировать в утюг. — Меня выперли из ресторана, потому что на мне не было галстука, и я завалила аттестацию. Бонусом Реджина смеялась надо мной. — Тогда… надень галстук, — говорит Генри, на лице которого написана вся растерянность мира. Мальчик явно не в курсе, какие фразы не стоит произносить вслух, если хочешь избежать нервный срыв матери. — Знаешь, ты прикладываешь слишком много усилий для простой переаттестации. Эмма слабо улыбается. — Пфф, ты знаешь свою маму. Любая возможность наказать меня… — А мэр может наказать шерифа? — уточняет Генри, и Эмма сглатывает. Так, думать о показателях результативности. Свон приезжает в La Bella Notte с большим опозданием, что ни разу не удивительно. Девушка ищет глазами Реджину — та уже сидит за столиком в углу. Эмма мысленно благодарит ее за выбор уединенного места, меньше всего хочется, чтоб весь Сторибрук имел наслаждение слушать, что мэр города думает о трудовой этике Свон. После пары минут светских бесед (о Генри, о том, как каждый раз, когда Снежка жалуется, надо пить шот, о книге, которую Реджина читает на вечерах книжного клуба «У Бабушки») Эмма чувствует, что пора переходить к делу. — На мой взгляд, департамент шерифа неплохо справляется с задачами, — вставляет она. Реджина хмурится. — Да, Эмма, — произносит она почти вопросительно. — Возможно, ты не совсем бесполезна как шериф. Эмма аж сияет от комлимента и продолжает. — Так и я о чем! Понимаешь, это же не моя вина, что уровень преступности в Сторибруке резко вырос за последние пять лет… Реджина откашливается. Эмма думает, что сказала что-то не так, но когда Миллс поднимает голову, ее взгляд ничуть не понукающий. Скорее мягкий…? Эмма невольно замечает, что в приглушенном свете свечи лицо женщины сияет и переливается золотом. — Эм, так вот, — прерывает тишину Свон, когда осознает, что слишком долго не отводила взгляд. — Я даже документы стала сдавать вовремя. Реджина улыбается краешками губ и слегка выгибает бровь. — Весьма отрадно знать, что ты больше не бьешь рекорды по дезорганизации, — кивает женщина. — Но, может, мы могли бы поговорить о чем-то другом… — Оу, — озадаченно перебивает Эмма. — Перспективы на будущее и все такое? Это я могу. Реджина ерзает на кресле, но истинные королевские манеры не пропьешь. — Эмма, позволь спросить, — прищуривается она, выдерживая мягкий тон. — Как тебе кажется, зачем мы здесь сегодня? — Моя аттестация, — отчеканивает Эмма без задней мысли, и лицо Реджины резко приобретает форму кирпича. — Стой, не смотри на меня так. Ты что… меня увольняешь? Ты позвала меня, чтобы лично сказать об этом? Реджина, если ты сделаешь шерифом Робина, я запихну ему этот лук… Миллс закатывает глаза и прерывает девушку, сжимая ее ладонь. — Мисс Свон, манеры. Конечно же, это аттестация по анализу результатов вашей деятельности. Эмма смотрит на ладонь Реджины поверх своей, и ей трудно дышать. Наверное, эм, хватка такая у Реджины, сильная. — Ладно, — моргает Эмма, и ее дыхание снова учащается. Ладонь Реджины все еще неподвижна. Боже, почему при виде печальной полуулыбки Реджины у Эммы что-то внутри сводит от боли? — Хорошо, я поняла.