Девочка-ртуть

«Весь этот бред» не раскрывает смысл произошедшего после встречи с друзьями бабулиной молодости, зато будто бы обретает какую-то цель. Глядя на молодого человека всех остальных по локации ближе к себе, Алина затяжно моргает, на инстинкте самосохранения словно пытаясь скинуть с себя наваждение, но оно не проходит; и мозг плывет в привычной девчонке манере, пририсовывая ореолу кудряшек Даниила розовые сердечки, все больше и больше в количестве, как будто за трансляцию прямиком из сердца Алины голосуют все 23k ее подписоты. Почти моментально ей кажется – никакие его увлечения или принципы в жизни не смогут ее от него отвернуть в противоположную сторону, нет смысла вечером проверять все соц.сети на предмет поиска анти либеральных настрое.. Какие соц.сети, Алина.?! Какие проверки: здесь нет интернета, люди не помешаны на демонстрации своих интересов через картиночки мемов на личных страницах, обо всех настроениях его характера придется выяснять вслух и лично, без возможности тайно подглядывать за расписанием дня парня посредством публикаций историй в Инсте. Расстроено она поджимает губы, не соображая, как это отразится на восприятии Дани, который так и не получил от не-Князевой ни единого слова в своих вопросах, что для него, вообще-то, привычно – «местная» Алина игнорирует его существование вполне даже успешно, второе лето подряд. ― Брат, мы можем оставить один ящик с яблоками у заправщицы здесь до завтра, да.? – опуская на землю из всех ее сопливых и сталкерских размышлений, в момент Алину возвращает кавказский говор Артура, и это почти титаническое над собой усилие – взгляд на говорившего от лица Даниила перевести. Понимая, что братом парень назвал Хабара, девушка только сейчас замечает перестановку на местности: Зоя уже открыла пассажирскую дверь с левой стороны от водителя, сам Артур готов занять рулевое место. Ей не видно, что на заднем сидении, посреди мест Хабара и Дани стоит высокая деревянная коробка, с горкой нагруженная зелеными яблоками – гостинцами Хабарской родни. Алина, конечно, девушка хрупкая, даже компактная, но просто физически не влезет бедрами между двумя молодыми людьми из-за такого столь ценного груза. Хозяин машины пытается найти выход из ситуации, ― Я завтра после обеда метнусь, заберу. ― Это сху.. – начинает отвечать «брат», но резко в своих нетрезвых выражениях запинается, кидая взгляд по направлению ныряющей в тачку макушки Зои. Она замирает, так до конца в машину и не усевшись, стремительно поворачивая на Хабара свой нос. Алина не в курсе, но сейчас он ходит по острию, играя в игру «Договори и получи п*здюлей». Парень звучно цокает языком, затем прокашливается, недовольно нахмурившись. Потом поворачивается обратно к Артуру. ― Это с чего бы.?! Из-за Князевой что ли.? – по голосу у спортбоя понятно, что затеи Хабар максимально против, так что Алине ничего не остаётся, кроме как жевать губы и умолять вселенную ей еще немножко помочь. До «местного» дома ей как по-другому добраться.?! Напустив на себя жалостливый вид, она переводит несчастный взгляд на Даниила обратно. Молодой человек будто сканирует ее под каждым новым приговором своего друга. Хабар беззаботно ныряет на свое сидение. — Голосую здесь до завтра оставить ее! Его компания на такой бестактный отказ реагирует шумно и несогласно. Артур ругается негромко себе под нос, Даня оборачивается и осуждающим тоном зовет друга по прозвищу, Зоя недовольно фырчит на украинском, Алина разочарованно стонет. Ей думается: не так себя должны вести хорошие друзья, что в ее современности, что в правильной СССР, где угодно ― с друзьями так просто не поступают. Значит ли это, что бабушка что-то придумала на старости лет, соврала или забыла о своих реальных друзьях в эти времена юности.? Значит ли это, что квартет никогда и не были ей друзьями; Алине ничего неизвестно, и становится только страшнее от каждой новой догадки – в деменции ли дело, бабулиных сказках или в чём-то еще. Ребята переговариваются между собой, пытаясь прикинуть варианты, и в них она не слышит подходящего для себя развития событий. Например, ждать Артура почти три часа на заправке, пока он отвезет их и вернется обратно... Совок совком, но и здесь, она читала, тоже были как грабежи, так и изнасилования. Перед глазами, как назло, в ускоренной съемке проносится сюжет фильма «Груз 200». Нет, нужно срочно брать ситуацию в свои руки! Заправляя розовый локон за ушко, отыскивая единственный ей знакомый приемлемый выход, Алина решает действовать наверняка. Нет, это не двадцать восемь ударов ножом… — Даня, – она говорит мягко и удивительно кротко, не имея в планах за два звука стать центром всего внимания на парковке, только происходит именно это. Ей невдомек, сочтет ли ее вульгарной группа ребят за такие вопросы, ведь в ее времени люди трогают друг друга довольно свободно, не являясь при этом парой, но желание такого контакта с ним (а также маничка найти в этом времени свое место хотя бы на ближайшую ночку) сильнее страха быть названной куртизанкой. — А можно мне к тебе на колени сесть.? Зоя нервно моргает, сбивчиво обращаясь к Батюшке и снова начиная сомневаться в душевном здравии их знакомой. Хозяин Волги многозначительно кашляет, скрывая за этим потешный смешок, и прячется на водительском, словно сбегая со сцены, чтобы не помешать – так кажется Князевой, на деле чтобы удержать за зубами поток неприличных шуток. Тишина вместо реакции Даниила, который становится каменным с момента, как услышал вопрос, давит надежды Алины, становится удушающей – еще секунда, и она готова будет захныкать громко и в голос. Заявку в Бюро Неловких Ситуаций можно подавать, когда из салона громко затяжно присвистывает Хабар. Обычная просьба – доехать до своего дома на чьих-то коленях, а они развели тут, как будто она попросила участия в ролике на Порнхаб. — Миха! – оживая, кажется, только от звука веселого свиста, Даниил оборачивается и кидает в салон – так воспитательно, что сердце ойкает, – именно после этого возвращаясь к беседе с непрошеной попутчицей. — К-конечно, Алина, – сбиваясь в речи и заикаясь впервые на ее памяти, для пущей уверенности в своем ответе даже кивая, молодой человек демонстрирует моментальные смены характера и подачи. Серьезный и строгий с другом, столь аккуратный к девушке. Алинино сердце снова делает woop. ― Если ты будешь не против... Вместо лица у не-Князевой знак вопроса: он выглядит таким неуверенным и смущенным, будто сам ее принуждает к касаниям. Пока не спугнули, Алина делает к нему шаг, укладывая ладонь на угол открытой двери, без слов подталкивая Даню скорее в машину забраться. Пролепетав что-то типа «Сейчас», парень прячет пышные кудри в салоне, когда усаживается, и ей видны лишь его колени из положения стоя. От нервов или неопытности в таких «перевозках», он то сводит ноги, то раскидывает эти колени перед сидением в разные стороны, не разбираясь, как ей может удобнее быть. Алине хочется посмеяться, заставила его так мельтешить. Простые серые брюки прямого покроя натягиваются от этих движений на ляхах, и становится интересно – в каких еще местах они могут так из-за нее натянуться, что мгновенно станут Даниилу чрезвычайно малы. Она слышит громкое «Значит, порешали вопрос, товарищи!» от хозяина тачки и следом звук поворота ключа в зажигании, затем как хлопает дверь со стороны Зои, наклоняется к своему проему двери и слышит собственное биение сердца, подскочившее аккурат к вискам от волнения. ― Тише, – она говорит, снова стараясь быть неприметной, протягивая ладони и упираясь пальцами в ноги парня, чтобы остановить это движение. Ей кажется, от такого касания молодой человек даже подпрыгивает на месте. Страшась упустить момент [2], она убирает руки и ныряет в машину, опускаясь задницей на сомкнутые колени «своего сидения», сразу закрывая за собой дверь. Первые секунды напряжение просто зашкаливает, Даниил словно подвергся проклятью Медузы Горгоны, после Алининого приземления второй раз каменея, как статуя, что сразу наводит на мысли подвинуться к его грудной клетке ближе, немного поерзать и посмотреть, как долго получится при таких условиях быть не при деле. Вспоминая, что пахнуть сейчас будет на весь салон «прадедушкиными стараниями» табаком, потом и алкоголем, девушка кусает себя за губу, вертясь на месте в поисках эскейпа. ― Ни у кого, случайно, лишней куртки или кофты с собой нет.? Ей кажется, она слышит, как парень за плечом едва заметно шипит, выпуская воздух сквозь плотно сжатые зубы, когда бедрами Алина создает движение ниже пояса, увлекшись своим занятием. Цапая саму себя за губу сильнее в задумчивости усилить уловки, она медленно едет задницей по его коленям повыше, пока не добирается булками до упора – преграды его ширинки и торса, только после этого останавливаясь и чуть выгибаясь в спине, чтобы сзади выглядеть лучше. Эту девочку не нужно учить принимать выгодные позы для фото! В ее времени был Пинтерест. ― Ниче ты бодрая, Князева, – встревая в момент, все ломает друг Даниила от них по левую руку, затем шумно кусая одно из яблок щедрой горки между ними. Звук, с которым его зубы ломают твердую внутренность фрукта сразу начинает бесить, не менее голоса парня – даже это звучит с его стороны осуждающе. Чего ему надо-то, откуда взялся такой негатив. ― Может, еще накинуть тебе пару рубасов.?! ― Миш, та шо ты пристал до дiвчины.? – на повышенном тоне начавшего выливаться через край недовольства лезет в разговор Зоя, показывая свой нос в проеме между сидениями. Алине хочется этот нос выдавить, но она благодарна не-знакомой за поддержку, так что на Зоину защиту утвердительно кивает, глядя на Хабара также неодобрительно, как и его подруга. И правда, чего он так пристает.?! Взглядом рыжая всего на секунду цепляет Алинины волосы, затем возвращаясь к попытке отчитать Михаила. Молодой человек устало выдыхает и закатывает глаза к потолку Волги на следующее оправдание. ― Бачиш, вона явно в переделке була*. Поджимая губы, словно что-то и правда случилось (а оно ведь случилось!), не-Князева не стремится компанию от этой теории отговаривать. Артур передает ей что-то, напоминающее адидасовскую ветровку по колорам и покрою, за что Алина хватается, как за спасительный круг – уж очень она не хочет разить у Дани под носом амбре увлечений не-своего семейства, тем самым ломая такой годный пикап. Выдавая «Спасибо», она быстро справляется с пуговицами отцовской рубашки, стараясь не думать, что они здесь на заднем вообще-то не только вдвоем, а затем, снова качая бедрами на коленях у Даниила, в немного замедленном режиме стягивает рубаху с плеч, являя миру голый копчик и тонкий стан. Может, стоило поступать на актерский.? Вместо ТикТока выбрать Вебкам.?! ― Зоя, такие, как Князева, не попадают, а создают переделки, – придвигаясь ближе к передним сидениям, потому что ему наплевать на то, как она раздевается, деловито отвечает рыжей дотошный спортбой, пока Алина аккуратно, а главное сексуально натягивает на себя куртку Артура, задницей пытаясь поддать Дане новых в жизни проблем. Сперва кажется – ничего не выходит, а затем молодой человек вдруг обессилено упирается лбом ей в плечо. Боков касаются его ладони, он сначала кладет руки на ее бедра, силой пытаясь заставить не-Князеву замереть, затем резко убирает пальцы оттуда, словно снова страшась оскорбить уровнем прикосновений. Серьезно.? После того, как ему почти оттарабанили приват на коленях.?! По спине вниз катится ряд мурашек, когда ушную раковину шпарит дыханием, но он говорит это «Алина, пожалуйста» таким тоном, будто она почти его уничтожила, является нереальной обузой, и за себя моментально становится стыдно, а также обидно. Зря старалась, так получается.?! Михаил же седлает эту волну, и остается только догадываться – разобрался ли он в причинах неудобства своего друга. ― Во, видишь! В машине меньше пяти минут, от Дани уже почти ничего не осталось. ― Миша, – отлипая от Алининого плеча, Даниил пытается осадить его снова, но все еще тоном голоса – словно жить ему тяжело, тогда как Алина находит выход своей взвинченности в попытке напасть. Резво поворачиваясь к Хабару, она думает «К херам твою доброту, я насмотрелась!». ― В чем твоя проблема, а.? – выпучивая на второго парня глаза, она не замечает, как снова ерзает жопой по «своему живому сидению», и сдавленный стон от него на фоне психоза тоже не сразу воспринимает, наезжая на не-знакомого Миху в запале нереализованных чувств. ― За что ты меня хэйтишь.?! ― Я тебя что.? – переспрашивает Хабар, и Зоя с передних сидений подает голос, вслух повторяя слово, будто тестит на вкус. Михаил, он же Хабар в непринятии хмурится в своем выражении чувств, ― Расслабься, Князева, ты меня нисколько не интересуешь, – парень выдает, а затем почти сразу икает, протирая ладонью с яблоком рот. Ему требуется несколько секунд, чтобы пережить алкогольный флэшбек. ― Просто бесит, как быстро ты забываешь человеческую доброту! ― Товарищи, давайте уже не будем, – бравадно и громко в диалог шагает Артур, но на него забивают, как будто и не было, потому что Алине и Мише куда важнее их споры — акт номер один. — О чьей доброте я забыла.? – тут же вопрошает не-Князева, конечно, нисколько не разбираясь во всей ситуации, но уже начиная знатно злиться на бабку за все, что она тут натворить умудрилась. Если ей суждено из 2k20 попасть в Советский Союз, нельзя было как-то выбрать таймлайн пораньше, где «местная» Алина еще не успела компании красавчика поднасрать.?! Ответ Хабара такой же быстрый, как и ее вопросы. — Как до общаги тебя везти, так ты первая, – выдает он, на что девушка щурится: даже если это так, и это не первый раз, все равно не причина на нее крыситься так активно. Только Миша еще не закончил, — А как на бёздник к нашему ученому появиться, так у тебя много дел! — Ба-а, – громче по тембру, чем все остальные, затягивает Артур, получая прозрение, — Ты все из-за того дня рождения.?! — Миха, хорош уже, – высказывается и Даня, Алине изначально не видно и неизвестно, насколько дополнительно он краснеет при этом. Ей бы понять, кто здесь «их ученый», и предположение падает на `парня под ней` чисто из-за скромности и наличия очков. Даниил же чувствует себя так, как будто друг его сдал. Оттенок щек и без того был готов посоревноваться со спелыми помидорами Алиниными стараниями, теперь же претендует на цвет забытого в розетке электрокипятильника их времен. ― Забыли! ― Забыли, ну, как же! – только Хабар собирается распаляться, как замолкает, натыкаясь на взгляды вездесущей Зои и Дани, хотелось бы верить, что и на сбитый с толку Алины, но хрен там было, не-Князева для него [пока что] нисколько не авторитет. ― Все, я молчу, – он говорит куда менее экспрессивно и примирительно, заметно – едва успевая себя на повороте притормозить, но сдаваясь давлению, которое девчонка чувствует даже кожей, ― Но только потому, что иначе вы меня сожрете! Артур задорно смеется, на удивление для Алины – с ним хихикает Зоя, она не видит, но и Даня у нее за спиной улыбается; и отношения, а также уровень взаимопонимания между этой четверкой ей непонятен совсем. Что лично до Алининых чувств, она сидит молча, усиленно пытаясь прикинуться ветошью, слиться с пространством в единое целое, и обтекает с момента, как Миша выдал о празднике, на который она не пришла. Для нее правда вышла сильнее пощечины: все эти движения бедрами, личные просьбы для Даниила, все это в момент обесценивается, становится новой причиной для стыда за себя, а также за свою бабушку, которая этих ребят, судя по рассказу Хабара, неоднократно использовала в своих целях, ничего не предлагая взамен. Хотелось бы знать, насколько сильно, но ответы негде искать. Вот вам и хваленое коммунистическое товарищество. Получается, неважно, в каком ты времени – красивые девочки всегда будут пользоваться данным природой.?! Алине стыдно и неуютно, еще хочется провалиться под дно заляпанной оранжевой Волги, потому она замолкает, больше не ерзая по коленям у парня, который любезно согласился [не впервые] помочь. Ей хочется спросить Даниила, как давно это было, ведь судя по «ране» Хабара день рождения друга прошел не так уж давно. Ей хочется извиниться за свое поведение, за судя по всему испорченный праздник, а также попытки соблазнить его сходу, когда ранее она, видимо, успела дать ему от ворот поворот. Неужели бабушка Дане нравилась.? Насупившись, она задумывается о том, что выдавить нос – не единственная причина, по которой можно сблизиться с Зоей, ведь если стать ей подругой, как говорила бабуля, некоторые вопросы из этого времени появится вариант прояснить. Машина подскакивает на бездорожье, и Алина только тогда замечает, как давно из виду потеряны человеческие постройки – за окном вечереет, тропинку, продавленную колесами, окружает высокая трава, границей роста которой является лес. Этого уже не было в ее планах, но вселенная издевается: на очередном прыжке тачки она падает спиной на торс Даниила, снова упираясь в него задницей так весомо, что наконец-то просекает наличие стояка. Парень вновь хватает ее за бедра, на этот раз – в желании защитить от ударов от новой кочки, только в этом случае ладони не пропадают с боков Алины, потому что Дане явно хочется посильнее на одном месте ее положение закрепить. Переживая, что могла его стукнуть, она поспешно оборачивается на свое «живое сидение» не со стороны Михаила, со стороны окна, в неконтролируемом желании их общение от остальных оградить. ― Вах, экскьюз ми, друзья! – бодро выдает Артур впереди, удивляя не-Князеву использованием инглиша в речи, только спрашивать некогда, парень баранку выкручивает, под аккомпанемент тихих хихиканий Зои перекладывая вину на себя. ― Скоро испытания кончатся, еще немного, Ленинград уже впереди! ― Ты в порядке.? – имея возможность видеть его все равно полу боком, Алина негромко спрашивает у парня у себя позади, даже из такого положения пытаясь в глаза заглянуть. Ей кажется, Даня медленно сглатывает. Вместо ответа, он сначала разглядывает ее пару секунд, как будто без слов Алина в его молчании должна что-то понять. Одна из ее главных проблем – Алина плохо понимает парней. ― А ты.? – так и не обозначив, ударила ли она его своим неожиданным на грудь приземлением, Даниил интересуется в ответ, заставляя девушку зажевать губы, спрятав за этим расцветающую улыбку. Вот почему он такой.?! Снова не ясно, Даня сейчас о падении с кочки или об общем настроении после скандала в салоне, но выглядит так, словно ее состояние в любом случае важнее всего. Ухабы безасфальтовой трассы равносильны поднятиям и падениям ее настроения; Алина все же выдает улыбку уголком губ молодому человеку в ответ, а затем немного ведет бедрами у Даниила в ладонях, потираясь своим бампером о ширинку с таким видом, будто плохого не задумала ничего. Незамедлительно парень морщится, и не совсем понятно по этой реакции – ему приятно.? Он с ощущениями уже просто смирился.?! Хмыкнув, Алина отворачивается обратно, хватаясь ладонями за сидение перед собой, чтобы ненароком ему не врезать, на каждой кочке дороги повторяя финт – вдавиться жопой Данилу в пах, затем отодвигаясь назад. У нее не так много опыта в доведении мужчины до исступления, как Алине хотелось бы, все знания – больше фанфики и чисто фантазия, так что половину пути девчонка просто гадает: а удастся ли заставить его прямо так кончить, чисто повторяя фрикции проникновения, или этого недостаточно.? Это не две и не три минуты жестокого обращения с молодым человеком, несмотря на скорость их Волги бездорожье, кажется, дает ей шанс на опыте проверить теорию и собственные возможности быть обольстительницей, о каких он еще не слышал в своем захудалом СССР. Ладони, оставленные у нее на бедрах, все смелее стискивают бока в явном увлечении их владельца процессом, пусть со стороны это выглядит, как будто Даня ее просто на месте удерживает, Алине же хочется думать – это проявление чувств. Минут через пять ситуация со лбом, вдавленным ей в плечо повторяется, она не может ощутить, как тяжело на вдохах поднимается грудная клетка у парня, но фантазирует себе это, не отказывая ни в чем. Остается только надеяться, что Михаил от них по левую руку ничего не заметит, но ему, если честно, вовсе не до того – увлеченный диалогом с ребятами на двух первых сидениях, он то и дело лезет носом вперед между их креслами, подсознательно избегая глазами не-Князеву, не растрачивая последний выхлоп своего опьянения на то, на что ему пока неприятно смотреть. Машина, тем временем, под управлением кавказца на позитиве безустанно рвется вперед, и вот уже перед носом маячат постройки не-Питерских зданий, которым девчонка порадовалась бы в другой ситуации. Не тогда, когда пытается парня мечты довести. Ерзая чуть усердней, она делает вид, что безумно увлеклась шуточным спором между Артуром с Хабаром, удерживая подбородок на линии первых сидений, сама в этот момент домогаясь до их друга посредством бедер, которые катаются у него на коленях, как не держи. Когда, наконец, по пути дороги стартует асфальт, три остальных пассажира их транспорта шумно радуются, тогда как Алина заметно скисает и даже горбится от бессилия, осознавая, что не успела довести свою задумку до фееричного окончания. Ей кажется, если оглянуться на Даню – на его лице она тоже встретит улыбку, аналогичную эмоциям его друзей, а еще может даже спасённую, поэтому девушка не оборачивается, заранее расстраиваясь от одних предположений. За окном мельтешат здания, все чаще мимо проносятся другие машины – такие же по фасонам квадратные, как их транспорт, антуражем все сильнее затягивая восприятие реальности в коммунизм. Сдаваясь и на месте больше не двигаясь, девчонка замирает в своих передвижениях на чужих бедрах, все сильнее расстраиваясь, и отвлечь ее от грустных мыслей не могут даже начавшие становиться знакомыми, пролетающие мимо фасады. ― Это.. Московский.? – минут через пятнадцать ее попыток разобраться на местности без озвучки голосом Бондарчука в мамином GPS-навигаторе, Алина вопрошает у друзей о районе, когда Артур заметно сбавляет скорость, начиная притормаживать недалеко от здания, которое в ее времени является исследовательским институтом. Прогибаясь в спине, чтобы выглядывать в окна, она забывается, что по легенде знать все это обязана, так что поднимает шумный фидбэк своим глупым вопросом, случайно позволяя ребятам над собой пошутить. Остановка случается почти в километре от НИИ, Алине известного, Артур ставит свою Волгу на ручник, вслух подтверждая тот факт, что они на месте, и Хабар первым вываливается из тачки, как будто дождаться не мог, тут же сворачивая к багажнику. Водитель следует за ним, и парни обсуждают, кто куда какие сейчас несет ящики, тогда как Зоя копошится в салоне дольше всех остальных. Алина выскочить из машины все никак не решается, понимая, что создает, должно быть, странное впечатление, только Даниил нисколько ее не торопит тоже, убрав ладони и никак не проявляя своего наличия с момента, как она жопкой на нем перестала крутить. То есть давно. ― Ну, шо, йдемо.? Хай хлопцi свої дела делают*, – показывая перезаполненный черными точками нос между сидениями, уже собрав все свои вещи, Зоя зовет за собой, затем пропадая из виду, и слышен звук открывающейся двери. Она выходит на улицу; Алина немного на месте виснет, пытаясь набраться решимости, а затем психует на саму же себя, с того, как тушуется, и дергает ручку замка слишком уж импульсивно, тоже выскочить в вечернюю темноту. «Что я наделала, что он скажет ребятам, что теперь будет» – вопросы, ломающие ее изнутри. И ни один из них не про ее положение во времени! Даниил провожает все эти движения растерянным взглядом, окончательно путаясь в том, чего она хотела вообще. Сминая в руках не-папину рубаху, девчонка начинает шагать к ступеням здания общаги(.?), о чем остается только догадываться, пытаясь поспеть за рыжей, но замирает на месте, не успевая даже это решение взвесить, на одних лишь инстинктах, стоит среди шумных разговоров Артура с Хабаром услышать свое имя, таким голосом, что сердце замирает в груди. ― Алина, – зовет ее Даня, да так виновато и даже жалобно, что не остановиться, несмотря на степень самокопания и ненависти, просто нет сил. Врастая бабулиными балетками в землю, она провожает Зою глазами, а затем медленно поворачивается, впиваясь взглядом в источник звука. От его растерянного, несчастного вида хочется куда сильнее вернуться домой в свой двухтысячный, просто потому что такое количество стыда, как ей кажется, невозможно вывезти без порции седативных. А где ей взять седативные в СССР.?! Парень выбирается из машины, и кочек нет, но Алининым чувствам снова случается скакнуть, как на ухабах, увидев, как неловко он складывает руки перед собой, чтобы прикрыться в районе паха. Никто не собирается пробивать перед ним пенальти, а значит… Даниил делает к ней пару шагов, пытаясь сократить расстояние, и его действия заставляют девчонку с места сорваться в намерении рассыпаться в извинениях за все, что лично она сегодня успела ему натворить. Добегая до него в пару мгновений, Алина задирает на парня голову, открывая рот в желании высказаться, но моментально тухнет, стоит услышать «его сторону» врученной медали. ― Алина, слушай, прости меня, – быстро выдает молодой человек, старательно теряясь взглядом где-то на светлом асфальте, оттенком щек снова густо краснея, от вида чего ее сердце с силой щемит в груди. ― Это.. этого не должно было произойти, я не хотел, пожалуйста, извини! – словно едва находя в себе силы глянуть в глаза не-Князевой, он вкладывает в этот взгляд столько раскаяния, что Алина едва удерживается затянуть эмоциональное «у-у» от переживаемых чувств – ее натурально ломает изнутри муками совести и сожаления, что заставила Даниила все это пережить. Вот такие вот парни были в семидесятых, он на полном серьезе испытывает вину за стояк.?! Едва собирая себя по осколкам обратно, она делает еще один небольшой шаг молодому человеку навстречу, поднимая свободную руку и легонько касаясь ногтями ладони парня на уровне ремня его брюк. ― Слушай, Дань, – неосознанно копируя его манеру обращения, также негромко говорит девушка, не разрывая контакта взглядами. ― Тебе совсем не за что извиняться. Я все понимаю, – будто не намеренно довела ситуацию до катастрофы, участливо выдает Алина, обхватывая пальцами его запястье, выражая поддержку, отчего брови Даниила удивленно поднимаются выше рамы очков. Выдавая добрую улыбку, чтобы он до конца уверился в ее искренности, не-Князева убирает руку и быстро стягивает с плеч ветровку Артура, передавая ее молодому человеку. ― Вот, возьми, чтобы никто не увидел, – говорит она, не замечая, как питерский ветер тут же кусает холодом за оголенные бока под коротким топом. Прикладывая куртку к его паху, она надеется, что у него получится уловить ее настроение – эту тайну только среди них двоих сохранить. ― Это только ведь для меня, – заглядывая ему в глаза, с неприкрытым значением важности выдает девчонка, отчего Даня сбивчиво моргает, снова становясь каменным и теряясь в тысяче предположений насчет подтекста ее слов, пока Алина снова по-доброму улыбается, начиная разворачиваться от него по направлению ступеней общаги. ― Доброй ночи, – напоследок бросает она, оставляя парня там одного, провожать ее спину глазами в попытке осознать, что все это вообще может значить. Собой Алина донельзя довольна, поэтому качает бедрами усердней, пока преодолевает внешнюю лестницу, надеясь, что он смотрит ей вслед. Зоя находится у пункта проходки – стола вахтерши перед широкой аркой на лестницу в здании, и лично женщину Алина не знает, но улыбается, к ним приближаясь, на случай – если здесь застряла не на одни сутки, радушно желая доброго вечера. Та смотрит на нее почти что, как рыжая, когда видит в ее поведении что-то совсем себе непривычное, лишний раз убеждая не-Князеву, что ее бабуля устроила ей ту еще почву для отношений. Поднимаясь за Зоей на второй этаж, она с надеждой смотрит на номер 219 на ключах в руках не-подруги, которые один в один похожи на ключ в ее сумке, планируя следовать за девушкой до победного, пока не найдет «свою» спальню. Неосознанно провожая ее, Зоя трепется о своих парнях и прочей мало значительной фигне, вдруг выдавая что-то, что заставляет Алину запнуться. ― Ты завтра не опаздывай снова только, Фёдоровна голову открутит, – словно напоминая о чем-то важном, говорит Зоя, кидая косой взгляд на девушку. ― И цей, я бы на твоем месте сразу в косынке пришла, – как бы намекая на нестандартный оттенок ее волос, она не-Князеву от проблем заранее предостерегает, заставляя ту нервно сглотнуть. ― Не опаздывай к-куда.? – заикаясь от удивления, Алина снова ногой мимо ступеньки промахивается, на что Зоя вовремя хватает ее под локоть, не позволяя упасть. Дырка на колене Алининых джинс с треском расходится шире, полностью игнорируемая их хозяйкой, зато привлекая внимание второй девушки. ― Тю, ты дурная шо ли.?! – по-доброму потешается она, ― В цех наш конечно, куда еще.? – отвечает рыжая, и Алина перепугано дышит чаще. Какой, мать твою, цех.? Что ей делать.?! Зоя переключается вниманием на нетипичный для их времени аутфит своей спутницы. ― Кстати! Де джинсы такие фирмовые урвала.?