Рыжий — цвет безумия

      Испытательный срок заверился успешно… разумеется, не без помощи Волкова. Юлия начала официально работать в офисе, хотя в глазах Разумовского не вызывала и капли доверия. Единственное, что он иногда от неё требовал, так это заваривать ему кофе. И не дай Бог будет слишком мало молока или меньше двух кусочков сахара — граммовки он чувствовал идеально и очень ругался, когда девушка не могла справиться с тем, «о чём ребёнок догадался бы». Периодически говорил это нарочно, но лишь для того, чтобы проверить её на стойкость духа.       Постепенно Юлия начала осознавать, насколько странно было для неё находиться здесь. Словно это был какой-то чудной сон в невероятном измерении. Мир технологий из будущего! Чего только стоил голосовой помощник Марго… Но точно ли тут её место? Рискует ли она, соглашаясь работать, пускай и за нехилую плату? Не поздно ли убеждать себя развернуться и уйти?       Все эти мысли подталкивали её спасовать перед трудностями и поддаться страху, а потому Белая быстро взяла себя в руки. Ей и без того было, чего бояться, и уж точно не вредного затворника-миллиардера со своими тараканами в голове. Ради таких финансовых возможностей и личных достижений она была готова рискнуть. Пару раз даже пыталась наладить контакт с Сергеем, хотя бы ради того, чтобы тот начал её уважать.       В первый раз принесла ароматное печенье с шоколадом, которое испекла сама. Но он был непреклонен:       — Я просил тебя приносить это и захламлять панель?!       Лишь Олег радушно принял угощение...       — Мне такое бабушка готовила, — признался он, благодарно кивая. Волков хоть и был сдержан на эмоции, но не был лишён душевности и сентиментальности. — Не злись на него, он просто в печали… драма на личном фронте. В общем, время лечит.       Потом перед встречей с иностранной фирмой Разумовский потерял важнейший договор. А Юля, владея базовыми навыками английского, помогла ему при составлении диалога, так потом ещё и документ нашла! На этот раз Серёжа даже поблагодарил её:       — Ты не настолько безнадежна, как я думал… — хотя сам ни разу даже не посмотрел ей в глаза, словно чего-то смущаясь или опасаясь.       Уже спустя месяц разговоры о работе вызывали Юлии неподдельное чувство беспокойства. К её счастью и некоторому удивлению, она получала неплохие деньги, что скрашивали её тревогу. Странно, но Сергей Разумовский не спешил поступать с ней так же, как поступил со своими предыдущими работниками. Наоборот — он окончательно подарил ей убеждённость в том, что не видит в ней врага. Но и другом она для него не была. Равнодушие и временами возникавшая апатия ранили её с каждым днём всё больше.       Каждая смена по-прежнему не обходилась без тонких провокаций с его стороны, без желания надавить и выцарапать из секретарши что-то личное, таящееся в закоулках её души. Какое-то время она оставалась непринуждённой и компетентной, но после каждого разговора, наполненного теплом и позитивом, она больше не могла позволить вести себя, как прежде. Раньше она держала себя в руках и в присутствии Разумовского старалась сохранять рассудок холодным. Теперь же с каждым разом это становилось всё труднее и труднее.       Дни улетали один за другим. В рабочей рутине время текло в своём привычном русле: кофе, пара мелких поручений, снова кофе, подпись документов, когда Сергей был слишком занят. Ко всему этому Юля уже давно привыкла и всегда ждала его на базе. Она даже освоила голосовой помощник, чтобы иногда скрашивать будни, периодически просила Марго включить музыку или даже новости, благо за это Разумовский её не ругал. Иногда он даже подсаживался рядом, громко возмущаясь, что современные мажоры плодятся, как тараканы, и их детище никак не обуздать!       — Пока будут такие зажравшиеся ублюдки, как Гречкин, город не очистится от беззакония.       Забавно — подобные разговоры растапливали лёд в их отношениях. И как бы Юле не хотелось говорить на подобного рода темы, она это делала.       — Такой странный, — путанные мысли порой вынуждали её говорить сама с собой. — Сначала ворчит за нехватку сливок в кофе, а потом сам же тащит к экрану, увлечённо вещая о последних новостях и, если внимательно выслушать, становится так легко и спокойно на душе…       В такие моменты всё вокруг Юли растворялась в нежном розовом цвете. Голова шла кругом, стоило ему лишь сесть рядом и слегка улыбнуться.       — Вынужден признать, я ошибался в тебе, Юль… Прости, что кричал… даже не знаю, что на меня нашло…       Вот и она не знала. Биполярка?       Впрочем, это уже было неважно. Она чувствовала, что практически вышла из строя, подстёгиваемая топором и пряником. В её голове — бардак, в жизни — хаос, зовущийся отсутствие личной жизни на фоне вечной работы. И всё, что осталось, — жалкая надежда на то, что кто-нибудь придёт и спасёт её, ведь сил стоять на ногах с каждым днём становилось всё меньше и меньше.       Да, пойти работать в офис было её личным желанием, но кто же знал, что будет так сложно. Насмотрелась эротических фильмов про босса и подчинённую и надеялась на такой же исход в реальности… Хах, наивная.       Только вот явь оказалась жестокой и ядовитой. Именно Сергей отравил её. Ослепил своим очарованием, заманил своим умом, соблазнил… Только сейчас, больно впиваясь пальцами в своё сырое от слёз лицо, Юля понимала, что у неё не было другой альтернативы: даже если бы она приложила все свои усилия и с самого начала не поддавалась на провокации, у неё бы всё равно не получилось устоять перед ним. Рано или поздно если и не влюбилась, то определённо точно прониклась бы к нему симпатией.       Это был заведомо проигрышный план действий.

***

      Непринужденно поедая шоколадное печенье, которое Юля оставила для Сергея в очередной раз, Разумовский бегло просматривал приходящие ему на почту сообщения. На душе было, мягко скажем, погано. Он успел привыкнуть, что в офисе он не один, и вечно бегающая вокруг него девушка периодически шутила и рассказывала ему что-то веселое…       И правда, за последнее время он был груб с Юлей, которая несла ему в жизнь лишь пользу и добро от чистого сердца. Дело было не только в расставании с Лерой, но и в увеличенной дозе препарата, которую он переодически пил, чтобы «держать себя в руках». Все карты знал один лишь Олег, но «букет» психических заболеваний Сережа имел немалый…       — Не за чем ей знать, — пробормотал он, гонимый чувством вины. — Не хочу, чтобы и она сбежала...       Сергей боялся привязаться.       Привязаться, а потом снова потерять ставшего родным человека. Слишком много людей его предало, ещё одного он точно не выдержит!       Внезапный стук в дверь вывел Сергея из собственных мыслей, вынуждая вздрогнуть и откинуться на спинку кресла.       — Можно?.. — шепотом спросила Юля, неспешно заходя с чашкой кофе. — Я всё сделала, как вы…       — Юль, прошу, на «ты». Спасибо большое, — с улыбкой произнёс тот и без превередства отпил из чашки.       Девушка аж оцепенела. А где его коронный жалобы о том, что он «эту бурду» пить не будет?..       — Очень вкусный…       Так, ну тут точно подвох. Либо он пьян (за рабочим местом?!), либо издевается.       — Нет, ну правда вкусно… Юль, ты правда очень помогаешь, особенно в последнее время… без тебя как-то тоскливо. Извини, что срывался — ничего личного!       Видимо, работа и тёплая компания смогли исцелить его израненное сердце. Та лишь смущенно улыбнулась.       — Сергей, с вами… тобой всё в порядке? — непонимающе спросила она, убирая волосы за ушки. — Ты как-то… побледнел…       И правда — пару секунд назад радушное лицо Сергея исказила гримаса боли. Он пытался встать, но ноги его заплелись друг о друга, что даже пришлось опереться на близстоящую статую.       — Что с тобой?.. Плохо?! Олег?.. — но Олега рядом не оказалось.       Меж тем приступ сменился судорогами, и Сергей упал навзничь прямо на пол.       — Сергей! Сережа, прошу, приди в себя! — она и не заметила, как в шоковой ситуации начала оказывать ему первую помощь. — Марго? Марго! Вызови скорую!!!       Голосовой помощник тотчас активировался:       — Принято, Юля, скорая уже в пу…       — Не нужно скорой! Марго, отмени вызов. — Хриплый, довольно тяжелый для Сережиного голоса бас разрезал тишину. Самое страшное, что говорил этим голосом… сам Разумовский.       А после встал… неестественно выгнувшись, тем самым даже испугав Юлю настолько, что та вжалась в стену. А после развернулся, поразив её своими глазами — вместо небесно-голыбых на их месте сверкали два хищно-золотых…

***

      — С-с-сергей?.. — скованно спросила Юля, голос которой заметно дрожал, точно листик на ветру.       — Хватит. Никакого Сергея тут нет…